ДЗИНЬ!

Непрерывный, оглушительный звон сталкивающейся стали эхом катился по лесу.

Сражение, больше напоминавшее кровавую бойню безумцев, не стихало весь день и перевалило за полночь.

Кровь хлестала реками, а тела павших громоздились холмами.

Даже со сломанными клинками, со сорванными до мяса ногтями и сочащимися кровью руками мечники Хвасана стояли насмерть, отчаянно удерживая рубеж.

Никто уже не мог сосчитать, сколько братьев пало и сколько еще дышало, но одно было ясно — силы защитников были на исходе.

Они уже давно отступили за пределы городских предместий Дадуна, задерживая наступление вражеского авангарда, но ряды захватчиков словно не редели вовсе.

— Ха… ха-а…

Дыхание вырывалось из груди хриплыми толчками.

Рукоять меча то и дело норовила выскользнуть из пальцев, скользкая от налипшей крови.

Бёк Ун Ён на мгновение скользнула взглядом по сторонам, не спуская глаз с громадного Мухяна с палашом.

От учеников Хвасана осталась едва ли треть от тех, кто вступил в этот бой. Лишь несколько старейшин во главе с Тхэ Ылем еще кое-как держали оружие.

Их мечи давно зазубрились и погнулись, а сами даосы шатались от истощения, покрытые бесчисленными ранами.

А врагов становилось только больше.

И все же их цель была достигнута.

Судя по тому, что в окрестностях уже не было видно мирных жителей, Ун Ам сумел благополучно увести всех беженцев на безопасное расстояние.

— Еще держитесь? — не оборачиваясь, спросила Гом Хе.

— Пока на ногах, — с трудом выдавил Тхэ Ыль, переглянувшись с улыбающимися сквозь кровавую корку братьями.

Бёк Ун Ён коротко кивнула:

— Вы проделали великую работу. Наша жертва не будет напрасной.

— Ха-ха… Мы все так думаем.

— Похоже, пришла пора приготовиться к концу.

— Без сомнений.

Все было именно так, как она сказала.

Они оказались в плотном кольце окружения.

Единственная причина, по которой им удавалось продержаться столь долго, заключалась в том, что в чистом мастерстве владения мечом верзила Мухян все же уступал Гом Хе.

Однако, если бы они просто спасались бегством, шансы выжить были бы велики. Но из-за того, что даосы беспрестанно останавливались, связывая передовые отряды боем и сдерживая погоню, они в конечном счете оказались зажаты в самом сердце вражеского стана.

Понимая это, мог ли хоть кто-то из них питать иллюзии насчет исхода этой ночи?

— Даже если нам суждено умереть, мы должны забрать с собой хотя бы пару десятков этих тварей!

— Пара десятков? Бери выше, брат — не меньше сотни на каждого!

— До истинного просветления мы дойти не успели, но в загробный мир в одиночку точно не пойдем!

— Для нас великая честь — встретить свой последний час плечом к плечу с почтенной Гом Хе!

Улыбка Тхэ Ыля передалась и троим другим уцелевшим старейшинам.

— Это для меня великая честь, — с щемящей нежностью отозвалась Бёк Ун Ён. — Простите, что, нося имя одной из Семи Святых, я так и не смогла защитить вас.

Хрясь!

Одним резким движением Бёк Ун Ён оторвала полосу ткани от подола своего одеяния и намертво примотала рукоять меча к ладони.

Пришло время выжать из истерзанного тела последние крупицы жизненной силы.

— Ну же, подходите! — крикнула она в темноту. — Станьте нашими попутчиками на дороге к Желтому Источнику!

Повинуясь ее кличу, старейшины Хвасана веером бросились в разные стороны.

Отныне каждый вел свой собственный, последний бой.

Это больше не была битва на сдерживание. Это была резня, в которой требовалось лишь одно — утащить в могилу как можно больше врагов.

А перед глазами Бёк Ун Ён оставался лишь один противник.

Она валилась с ног от усталости, но всем сердцем жаждала поставить жирную точку в схватке с чудовищем, которого до сих пор лишь кружила и отвлекала на себя.

— Гляжу, наконец-то созрела для нормального боя? — холодно осклабился гигант, глядя на приближающуюся с мечом женщину.

Они рубились уже полтора дня.

Каждый раз, когда он собирался раздавить ее, эта верткая бестия ускользала из кольца подобно юркой змее, выводя его из себя.

Жалкие букашки…

— ХА-А-АП!

С яростным ревом Мухян влил энергию в свой палаш-вольдо, и с широкого лезвия сорвался массивный темно-синий серп Ци, с чудовищным воем устремившийся к Гом Хе.

ТАНГ!

В то самое мгновение, когда Бёк Ун Ён взмахнула мечом, сбивая разрушительный серп в сторону…

— Попалась, сука!

Верзила, взмывший высоко в воздух, кровожадно захохотал и со всей дури обрушил клинок вертикально вниз.

ВЖ-Ж-ЖИК!

Однако, сколь бы измотана ни была Бёк Ун Ён, она оставалась великим мастером меча.

Едва тяжелое лезвие приблизилось к ее макушке, она юлой крутанулась в воздухе, в волоске разминувшись со сталью, и, использовав силу вращения, с размаху впечатала обе ноги в плечо гиганта.

БАМ!

Вихревой пинок с глухим треском вмял плоть и кости великана.

Глухой удар.

Мухян тяжело осел на одно колено.

«Получилось!» Сила удара была огромна, он не сможет среагировать мгновенно.

Нужно лишь снести ему голову прямо сейчас!..

СВИСТ!

Бёк Ун Ён уже занесла меч для смертельного удара, как вдруг нутро обожгло ледяным предчувствием беды.

Эта ухмылка на его роже… Неужели удар даже не потряс его?!

Прежде чем Гом Хе успела отдернуть ногу, чудовищная лапища Мухяна намертво сомкнулась вокруг ее щиколотки.

— Думала, сбежишь?!

ХУ-У-У!

С силой рванув ее на себя, Мухян взмахнул своим палашом, поднимая ураганную волну воздуха.

Широкое полотно стали, описав дугу снизу вверх, плашмя врезалось в тело Бёк Ун Ён.

КХА-А!

С глухим стоном взлетевшая в воздух Гом Хе кубарем покатилась по земле, сбивая толпившихся врагов.

Лишь великое счастье, что удар пришелся плашмя, а не лезвием — иначе ее перерубило бы пополам на месте.

СВИСТ!

Но перевести дух ей не дали.

Палаш Мухяна уже свистел над ее головой, рассекая воздух с тяжелым гулом.

Хрясь! Вжих!

Бёк Ун Ён перекатом ушла в сторону, и в то же мгновение лезвие с грохотом врубилось в землю там, где она только что лежала.

БА-А-АМ!

—!..

Глаза едва поднявшейся на ноги Бёк Ун Ён расширились от ужаса.

— Что, опять скачешь как крыса? — глумливо осклабился Мухян.

Кровь хлынула дождем на голову великана. Вокруг него образовалась настоящая яма из вздыбленной земли и человеческих ошметков.

Сверху шлепнулись куски разорванных тел.

Она замерла, не в силах скрыть оцепенения.

В том месте, куда обрушился его клинок, секунду назад стояли десятки его собственных воинов!

— Ах ты ублюдок… Ты ведь только что разорвал своих собственных людей!..

— Хех! А мне-то какое дело, подохнут эти отбросы или нет?

— Ты безумец!..

Лицо Гом Хе исказилось от ярости. Все ее существо наполнилось клокочущим намерением убивать, и ослепительное золотое сияние затмило ночное небо.

Кымгванбо — тайное высшее искусство меча Золотого Сияния, вмещающее в себя мириады непостижимых и изменчивых трансформаций!

— Вот и ладно! Пора с тобой кончать! — с мерзким гоготом Мухян очертя голову бросился прямо в сияющий золотой занавес.

Вжих-вжих-вжих!

Бесчисленные узоры и лучи, порожденные священным мечом, впивались в тело гиганта, вспарывая плоть и заставляя кровь хлестать фонтанами.

Но даже залитый кровью с головы до пят, монстр не замедлил шага.

Он лишь отбивал палашом смертельные удары, нацеленные в сердце и горло, и с диким упорством продавливал своим исполинским телом сияющий барьер.

— Плевать на твои уловки! Сила сокрушит любую технику!

ТРЕСК!

Защитная завеса меча лопнула.

Гом Хе отпрянула назад, отчаянно пытаясь закрутить новую волну атак, но ее запасы Ци иссякли — слишком много сил ушло на изматывающий бег и непрерывные бои в течение двух суток.

В какой-то момент поток истинной энергии в ее меридианах оборвался, и Мухян, проломив остатки барьера, возник прямо перед ней.

ТАНГ!

Едва она успела выставить клинок, блокируя палаш, как тяжелый пудовый кулак великана с размаху врезался ей прямо в живот.

БАМ!

— Кх… а-а-агх!..

Боль была столь сокрушительной, что спина ее неестественно выгнулась. Из последних сил стиснув зубы, Бёк Ун Ён нанесла отчаянный ответный выпад.

Чвак! Грохот!

Лезвие ее меча глубоко вонзилось в шею великана, но в то же мгновение она бессильно рухнула на землю.

— Бээ-э-э!

Гом Хе больше не могла шевельнуться; ее вырвало кровью вперемешку с ошметками внутренних органов. А Мухян замер над ней, покачиваясь и зажимая разорванное горло огромной ладонью.

Кровь хлестала сквозь его толстые пальцы.

«Как жаль…»

Удар пришелся чуть вскользь — не хватило сил перерубить сонную артерию. Клинок соскользнул с шейных позвонков, не завершив начатое.

— Кха-а…

Она не могла пошевелить даже пальцем.

Внутри все было перемолото тем чудовищным ударом кулака.

— Я разорву тебя… дрянь… на куски… живьем…

Мухян с налитыми кровью бешеными глазами сделал шаг вперед, изрыгая ругательства сквозь кровавую пену.

«За что?.. За что Небеса наделили столь великой силой это отродье?..»

Она попыталась приподняться, но тело не слушалось, руки подламывались.

Неужели это конец? Вот так?..

Однажды Чжинму уже спас ее от смерти, поэтому она не боялась уйти в небытие. Но мысль о том, что она так и не смогла забрать с собой стоящего перед ней монстра, жгла душу невыносимой горечью.

И в тот миг, когда она мысленно простилась с жизнью и закрыла глаза, шаги Мухяна внезапно оборвались.

Что случилось? Почему?

Она недоуменно распахнула веки и увидела, что лицо великана застыло.

В следующее мгновение издалека докатился яростный рев:

— А-А-АРГХ!

Что-то с грохотом пробило ряды вражеского окружения, словно пушечное ядро!

Треск костей!

— Сдохни, ублюдок!

Даос, ворвавшийся в самую гущу с площадным ругательством на устах… Ун Ам?!

«Он… вернулся спасти меня?!»

Пока Гом Хе в благоговейном шоке смотрела на него, Ун Ам мощно оттолкнулся от земли и, высвободив гордость ордена Конрюн — непревзойденные Восемь Форм Облачного Дракона, — обрушился на Мухяна.

Р-Р-РА-А-А!

Свирепый драконий рев сотряс воздух, порождая сотни обманных движений и оттесняя гиганта от распростертого тела Гом Хе.

Бум! Звяк! БАХ!

Колоссальное напряжение порождало серии глухих взрывов везде, где скрещивались их удары.

Однако силы Ун Ама было явно недостаточно, чтобы одолеть чудовище Дворца.

Мухян хоть и отступил на пару шагов, но по тому, как быстро он собрал свою Ци, было ясно: перевес на его стороне.

— Ун Ам! Назад! Тебе с ним не сладить! — в панике закричала Бёк Ун Ён.

Вжух!

Как она и боялась, Мухян, сбросив напряжение на шестом перекате Облачного Дракона, свирепо выкатил глаза и бросился на Ун Ама, взмахнув кулаком размером с добрый котел.

Казалось, даосу конец — удар рвал воздух в клочья. Но Ун Ам вдруг хищно ухмыльнулся, легко отскочил назад и встал живым щитом перед Гом Хе.

Лицо промахнувшегося гиганта перекосило от бешенства:

— Жалкий сопляк! Я прикончу тебя вместе с этой сукой!

Дикое намерение убийства хлынуло от него сокрушительной волной, но Ун Ам даже бровью не повел.

— Сам поберегись, псих.

— Что?..

На губах Ун Ама играла холодная усмешка.

Прежде чем Мухян успел осознать смысл его слов, из разорванного кольца врагов с отборным матом вылетела еще одна фигура:

— Ах ты ж пес шелудивый, сучий ты потрох!

Вместе с площадными ругательствами на великана налетело нечто, облаченное в грязные лохмотья… Нищий Ян?!

Ян Со Бан в мгновение ока сократил дистанцию, поднырнул под выставленный клинок Мухяна и нанес хлесткий удар ладонью в упор.

Мухян судорожно скрестил предплечья перед грудью и попятился.

БАМ!

— Посмел тронуть нашу Гом Хе?! Жри, ублюдок, подавись!

Хрусь!

В тот самый миг, когда верзила решил, что заблокировал атаку, руки нищего изогнулись под немыслимым углом.

Глаза Мухяна полезли на лоб: его мощные ручищи силой развело в стороны, обнажая широкую грудь!

БА-А-АМ!

Слепящая вспышка энергии взорвалась прямо на грудине великана.

То была сокрушительная Разрушающая Сердце Волна нищих Кэбана — техника, способная обратить в кашу внутренности противника минуя внешнюю броню!

— И это еще не все, тварь!

Шу-шу-шу! БАМ!

Двигаясь с такой немыслимой скоростью, что вокруг даже не успевал подняться ветер, Ян Со Бан осыпал великана градом ударов, не давая тому даже взмахнуть оружием.

— Кха-а!

Мухяна вырвало кровью от тяжких внутренних повреждений. Он до хруста стиснул зубы и взревел, взвинчивая Ци до смертельного предела:

— Проклятые твари!.. Ну давайте! Сегодня я вам всем скопом гробы сколочу!

СВИСТ! ВЖУХ!

Мухян, решив, что у него еще есть шанс, попытался собрать всю разрушительную мощь в лезвии палаша и снести нищего одним махом.

— И я здесь!

—!..

С яростным боевым кличем в бой ворвался Тын Ё Пхён — Белая Цапля!

БАМ-БАМ-БАМ!

Пока Мухян заносил клинок на Ян Со Бана, Тын Ё Пхён нанес серию сокрушительных ударов кулаками по болевым точкам великана, отбрасывая того назад.

— Кх-ха-а-а!..

Дистанция разорвалась. Едва переводя дух, исполин диким взором окинул тех, кто встал против него.

Нищий Ян Со Бан. Белая Цапля Тын Ё Пхён.

А со всех сторон с победными криками на солдат в красных повязках накатывали новые отряды мечников.

Подоспело подкрепление Союза Справедливости!

Пока Бёк Ун Ён была выведена из строя, Мухян еще мог бы справиться с одним Ян Со Баном. Но против двоих великих мастеров у него не было ни единого шанса.

Лицо гиганта перекосило от бессильной ярости.

Скрежет зубов.

«Эти ублюдки…»

В одиночку их не одолеть. Рисковать жизнью в бессмысленном бою он не собирался. Главная задача авангарда — захват плацдарма — уже была выполнена, пора отступать.

— Прикройте меня!.. — начал было Мухян, пытаясь выставить подчиненных живым щитом, но слова застряли у него в глотке.

В небе над полем боя происходило нечто невероятное.

«Что… что это такое?!»

В расширившихся зрачках великана отразился силуэт старика, неподвижно парящего прямо в воздухе и взирающего вниз с ледяным величием.

Неужели этот старик…

Святой Меча?!

Чхоль Чжи Рян! Величайший мечник эпохи, деливший власть над боевым миром Чжунъюаня с Владыкой Демонического Культа Пукри До Чхоном и Владыкой Сапэчхона Хёкрён Муганом!

Никто не ожидал, что верховный лидер Союза Справедливости лично прибудет на передовую.

«Бежать… немедленно бежать!..»

Но осознание пришло слишком поздно.

— Куда же ты собрался? — холодно проронил Святой Меча.

Его вытянутая ладонь плавно раскрылась.

ГУ-У-У-УЛ!

Все ночное небо вспыхнуло ослепительным светом, и мириады сияющих звезд метеоритным дождем рухнули на землю!

БА-БАХ! ГРОХОТ! БАМ!

Метеорами, падавшими с небес подобно сокрушительному ливню, были бесчисленные сгустки первозданной энергии меча!

Первая форма Меча Пёкса — легендарный Метеоритный Удар, принесший Чхоль Чжи Ряну славу абсолютного владыки клинка, перепахал поле боя. Земля вздыбилась, вековые деревья и валуны обратились в пыль.

— А-А-А-А-АРГХ!

Солдаты Красных Повязок, попавшие под этот чудовищный ковер разрушения, заходились в предсмертных криках, разрываемые на куски.

Уцелевшие в панике бросились врассыпную.

— Глупцы. Неужели вы думали, что сможете сбежать?

Лицо Чхоль Чжи Ряна оставалось бесстрастным. Раскрытая ладонь резко сжалась в кулак.

ХРУСЬ.

Земля содрогнулась до самых недр.

БА-БА-БА-БАХ!

Осколки мечевой Ци, глубоко вонзившиеся в землю, сдетонировали во второй раз и взметнулись к небесам исполинскими столбами пламени и стали!

Яхвасочхон — Ночной Огонь, Сжигающий Небеса! Вторая волна сокрушительного взрыва, следовавшая за Метеоритным Ударом!

На лицах беглецов застыл смертный ужас.

Святой Меча, явивший свое богоподобное могущество всего лишь двумя движениями, полностью испепелил ядро армии захватчиков. Ступая по воздуху, точно по невидимым каменным ступеням, он начал плавно спускаться к оцепеневшему Мухяну.

— Проклятье…

Живое божество спускалось на землю.

С каждым его шагом колоссальное духовное давление вдавливало в грязь все живое.

Проклятый Союз…

Бесследный Нищий Ян Со Бан. Белая Цапля Тын Ё Пхён. И сам Святой Меча Чхоль Чжи Рян.

Мухян и в кошмарном сне не мог представить, что все трое явятся сюда одновременно.

Рядом не осталось ни одного подчиненного, кем можно было бы прикрыться — святая мощь Чхоль Чжи Ряна выжгла все вокруг дотла.

Он стоял на краю бездонной пропасти.

Поняв, что выхода нет и смерть смотрит ему прямо в глаза, Мухян собрал последние остатки жизненных сил и влил их в верный палаш:

— Я — Мухян! И раз уж мне суждено сдохнуть здесь, я заберу с собой хотя бы одного из вас, сделав ваши кости фундаментом нового мира, который откроет наш Великий Дворец!

У-У-У-УМ!

Решившись на смерть, верзила с диким ревом бросился в самоубийственную атаку.

Убить хотя бы одного! Даже если собственное тело будет рассечено на части!

Чхоль Чжи Рян, коснувшись ногами земли, холодно взглянул на летящего на него врага, искажавшего пространство своей предсмертной Ци.

— Брат Ян.

— А?..

— Оставь его мне. Займись остальными.

Спокойно произнеся эти слова, Чхоль Чжи Рян в одиночестве встал лицом к лицу с несущейся лавиной стали.

Его меч покинул ножны и завис в воздухе, а в раскрытой ладони мастера соткался призрачный, колышущийся клинок из чистейшего света.

Это был бой одного удара. И Мухян, и Чхоль Чжи Рян прекрасно понимали это.

— СДОХНИ, СВЯТОЙ МЕЧА!

Сократив дистанцию в один скользящий шаг, гигант обрушил свой палаш со всей сокрушительной яростью обреченного.

Чхоль Чжи Рян лишь слегка присел, принимая идеальную стойку извлечения клинка, и положил вторую руку на призрачное эфес.

—!..

На краткий миг само время остановилось.

Казалось, весь мир замер в оцепенении.

Непостижимым образом в этом застывшем пространстве двигался лишь один человек — Чхоль Чжи Рян.

Меч в его руках взметнулся ввысь с мощью исполинского векового древа, с корнем вырываемого из недр земли!

ВЖ-Ж-ЖИХ!

Ослепительный клинок взмыл ввысь с силой, способной расколоть само небо, изогнулся подобно туго натянутой тетиве лука и со свистом врезался в тяжелый палаш Мухяна.

ДЗИНЬ! БА-А-АХ!

Сокрушительная ударная волна разметала пыль и камни на сотни шагов вокруг.

Когда тишина вновь опустилась на поле боя, сквозь оседающий прах проявился исход поединка.

Обломок рукояти в безвольно опущенной руке. И глубокая, зияющая рана, рассекшая грудь великана наискось.

— Кх…

Мухян пошатнулся и рухнул на колени с потухшим, остекленевшим взором.

Чхоль Чжи Рян смахнул пальцем тонкую струйку крови, сбежавшую из уголка рта. При виде этого жеста в гаснущих глазах великана мелькнуло последнее, беспросветное отчаяние.

СВИСТ!

Мухян с трудом поднял голову и увидел луч ослепительного света, падающий вертикально с небес прямо в его зрачки.

— Да чтоб вас всех… блядь…

ХРУСЬ!

Прежде чем он успел договорить свое последнее проклятие, зависший в небесах меч вонзился ему прямо в макушку, пригвоздив мертвое тело к растерзанной земле.

Чхоль Чжи Рян молча проводил взглядом поверженного врага, затем развернулся, подошел к неподвижной Гом Хе и опустился перед ней на одно колено.

— Прости, что я так опоздал.

—…

— Благодаря тебе спаслись тысячи невинных душ.

Услышав его слова, Бёк Ун Ён тихо, с облегчением выдохнула и слабо улыбнулась.

Она не смогла вымолвить ни слова. Осознание того, что все позади, окончательно лишило ее чувств, и она провалилась во тьму.

— Гом Хе!

Чхоль Чжи Рян поспешно прижал пальцы к ее запястью, направляя поток мягкой внутренней Ци для исследования каналов.

Внешние раны были тяжелы, но куда страшнее оказались повреждения внутренних органов — требовалось немедленное вмешательство.

Бережно подхватив ее на руки, Святой Меча выпрямился во весь исполинский рост и, окинув пылающим взором остатки вражеских войск, издал громоподобный львиный рык:

— Воины Союза Справедливости! Истребить всех захватчиков и вернуть рубежи Дадуна!

— ДА, ВЛАДЫКА!

Повинуясь священному кличу Чхоль Чжи Ряна, мастера Павильона Драконов и Фениксов и отборные воины Союза во главе с Ян Со Баном и Тын Ё Пхёном яростным ураганом обрушились на разбитые остатки Красных Повязок.