От этих слов у князя Ёна, Квак Чжон Сана и Пан Ман Пхёна челюсти отвисли до самого пола.

«Он что... спятил?»

Это выходило за рамки банального безумия. Заявлять подобное с таким невозмутимым видом, да еще так, что пальцы на ногах сводило от запредельного пафоса! Но почему, во имя всех богов, эти непомерно хвастливые слова не звучали смешно?

— Ха-ха-ха! Ха-ха-ха-ха-ха!

Князь Ён, долго и ошеломленно пялившийся на Чжинму, внезапно зашелся громовым хохотом. Пока генералы стояли столбами, правитель хохотал так, что у него брызнули слезы, и лишь беспомощно махал рукой в сторону даоса:

— Вот это уверенность! Пожалуй, за всю мою жизнь мне не доводилось слышать ничего более дерзкого! «Мурим — это он сам»...

Чжинму прищурился, холодно наблюдая, как князь утирает выступившие от смеха слезы, пытаясь разгадать его истинные мысли.

— Что ж, хорошо. Признаю. В конце концов, ты подчинил себе и Сапэчхон, и Демонический Культ.

— ...

— Садись пока.

Чжинму с видом великого одолжения плюхнулся обратно в кресло, напустив на себя обиженный вид.

Князь Ён посмотрел на него с предельной серьезностью. То, с какой легкостью этот старый лис подавил эмоции и вернулся к торгам, доказывало: перед ним тертый калач.

Помолчав, князь резко спросил:

— Чего ты хочешь?

«Прямо в лоб пошел. Сразу видно, надеется выжать из меня все соки».

Было очевидно, что князь попытается использовать его в своих целях. Но если связаться с этой ветвью династии, можно ли выбить больше, чем просто объедки с барского стола? Впрочем, все, что Чжинму действительно нужно, он позже стребует с настоящего Наследного Принца.

Однако испокон веков любимой поговоркой любого торговца было: «Чем больше, тем лучше». Пока есть возможность, надо присосаться к князю и выдоить его до суха.

А для этого требовалось доверие.

Грандиозная, безупречно выстроенная афера требовала чистоты исполнения. Если жертва выбрана и уже сидит с тобой за одним столом, дело сделано больше чем наполовину.

— Разве у нас есть повод для спешки? — небрежно бросил Чжинму.

— Нет повода для спешки?

Чжинму лишь кивнул. Князь наверняка думал, что тупик наконец-то преодолен. Все, что ему нужно — это принц. Пусть князь и гоняется за фальшивкой, помощь Мурима ему жизненно необходима, особенно сейчас, когда Западное Бюро роет землю носом.

— Именно. Преимущество на моей стороне, так куда мне торопиться?

— Похоже, у тебя есть план.

Не в силах совладать с любопытством, князь подался вперед, затаив дыхание, еще до того, как Чжинму успел насадить наживку на крючок.

— Говори. Я хочу услышать твои мысли.

— ...

«Отлично. Настало время широкого жеста».

Опираясь на сведения, выболтанные командующим Чва Додоком, и сопоставив факты, Чжинму мгновенно выстроил безупречную картину происходящего.

— Прямо сейчас Ваше Высочество находится в жестоком противостоянии со знатью и придворными фаворитами. Пусть под вашей рукой находятся Левая армия и верные части, против клики наложницы, подмявшей под себя Шесть Министерств, ваших сил явно недостаточно.

— Хм...

— И заполучить Наследного Принца в свои руки — ваш наивысший приоритет, не так ли?

— Ты прав.

Князь согласно кивнул, внимательно следя за каждым движением собеседника.

— Не так давно Союз Справедливости открыто объявил о поисках принца.

— Я знаю. Говорят, они разослали запросы во все секты близ Ганьсу и раскинули там сети, плотнее Небесной Паутины.

— Верно. Но перед тем как явиться сюда, я связался с Сапэчхоном и Демоническим Культом. Приказал им выслать лучших воинов.

— Хм.

— Пусть формально эту операцию ведет Союз Справедливости, Сапэчхон и Культ составляют ее становой хребет. Они перекрывают не менее шестидесяти процентов всех рубежей.

— ...

— Но силы Сапа и демонопоклонники не служат праведности. Им плевать на безопасность империи. Они подчиняются исключительно моим приказам.

— К чему ты клонишь?

— К тому, в чьих руках сосредоточена реальная власть. По одному моему слову Наследный Принц может исчезнуть из Ганьсу без следа.

— Что ты имеешь в виду?

Чжинму тонко улыбнулся. Князь склонил голову набок, лихорадочно перебирая варианты. На данный момент именно Чжинму держал в руках все козыри в охоте за принцем. Вся полнота власти была у него.

— Основные силы Западного Бюро сейчас стянуты к Ганьсу, верно?

— Так и есть.

— И наложница, и продажные министры уверены, что принц скрывается именно там.

— ...

— А теперь представьте: все взгляды прикованы к границе, и вдруг... Наследный Принц внезапно объявляется прямо здесь, в столице?

— А-а!

В глазах князя Ёна вспыхнуло озарение, он даже приоткрыл рот.

Если обвести всех вокруг пальца и тайно доставить наследника прямо в сердце империи, враги получат сокрушительный удар! Даже если клика наложницы узнает обо всем задним числом, сделать они уже ничего не смогут. Их главная цель — смерть принца. Но если принца будет охранять сам Чжинму, сильнейший воин в Поднебесной?..

— Гениально!

Князь в восторге хлопнул себя по колену:

— Я считал тебя лишь непревзойденным мастером меча, но твоя хитрость ничуть не уступает коварству самого Чжугэ Ляна!

«Черт, я и сам от себя в восторге, — самодовольно подумал Чжинму. — Стоило задуматься о том, как развести этого дурня, и вдохновение полилось рекой. Язык работает как смазанный, ни единой заминки!»

— Однако спешить нельзя, — продолжил Чжинму. — Прежде всего нужно сделать так, чтобы наложница ни о чем не догадалась.

— И как же?

Князь, проглотивший наживку целиком, нервно сглотнул слюну.

«Попался, голубчик».

Каким бы искушенным царедворцем ты ни был, выбор у тебя невелик. Когда тебя уносит бурным течением, и прямо перед носом проплывает не соломинка, а спасительное бревно, ты вцепишься в него мертвой хваткой. О том, что бревно внутри гнилое и пустое, ты узнаешь намного позже.

— Как я уже сказал, ищейки Западного Бюро следили за вами. Значит, о нашей встрече наложнице уже донесли.

— Хм...

Красноречие Чжинму походило на ураган. Он то нагнетал тревогу, заставляя собеседника обливаться холодным потом, то успокаивал обещанием надежного спасения. Князь, варившийся в котле столичных интриг десятилетиями, окончательно потерял голову.

— Поэтому я намерен притвориться жадным торговцем.

— Торговцем?

— Да. Я пойду к наложнице и предложу ей ровно то же самое, о чем говорил с вами.

— Хочешь вести двойную игру?

— Именно. Она наверняка захочет предложить мне больше, чем сулите вы.

— Хм... Это вполне в ее духе, — серьезно кивнул князь.

— Но вам не о чем беспокоиться. Как даос священного Удана, стану ли я всерьез помогать тем, кто расшатывает устои государства? Я лишь сделаю вид, что купился на ее посулы, и отведу ее подозрения.

В мгновение ока Чжинму превратился в благородного, самоотверженного даоса, болеющего душой за благоденствие отечества и судьбы мира.

Эффект превзошел все ожидания.

Квак Чжон Сан украдкой смахивал слезу умиления, а глаза Пан Ман Пхёна лучились неприкрытым благоговением.

Князь Ён внезапно вскочил и обеими руками сжал ладонь Чжинму:

— Благодарю тебя! Я глубоко заблуждался на твой счет... Точно так же, как я проверял тебя, ты решил испытать мою стойкость своей напускной меркантильностью... Чем я могу отплатить за такую преданность?

«Готово. Рыбка заглотила крючок по самые жабры и сама запуталась в леске».

Чжинму было даже немного неловко при мысли о том, какой сокрушительный удар в спину ждет этих простаков. Но что поделать? Когда принц окажется в руках истинных сил, им останется лишь кусать локти.

— Я делаю это исключительно ради блага страны, — со смиренным вздохом произнес Чжинму, вбивая последний гвоздь в крышку гроба этой величайшей аферы столетия.

— Но есть одна загвоздка.

— Какая же?

— Чтобы наложница поверила в мою продажность, должно быть очевидно, что я уже содрал с Вашего Высочества солидный куш...

— Разумеется! Говори же! Что заставит ее поверить?

Торги завершились полным триумфом. Князь Ён фактически вручил Чжинму чистый вексель с монаршей печатью. Оставалось лишь вписать нужную сумму.

— Чтобы отвести подозрения, я должен предстать перед ней алчным стяжателем Мурима.

Чжинму изобразил на лице глубокое смущение. Князь понимающе закивал: как тяжело должно быть этому святому мужу, привыкшему к праведной аскезе, заставлять себя требовать мирские богатства!

— Не стесняйся! Говори прямо! Зная твои истинные помыслы, кто посмеет упрекнуть тебя?

— Тогда... Прежде всего, мне потребуется надежная резиденция в Суньтянь-фу, чтобы действовать без помех... Было бы неплохо приставить ко мне слуг и стражу... Да и пара сундуков с золотом не помешала бы...

— Прекрасно! Превосходная мысль! Получив богатства, земли и личное поместье, ты не вызовешь ни тени сомнений! Эй, кто там?! Живо пошлите гонца в княжескую канцелярию, вызвать главного управляющего!

Глядя, как этот благородный лопух надрывает горло, раздавая приказы, Чжинму едва сдерживал блаженную улыбку. Но лицо следовало держать: даос Удана обязан оставаться неподкупным праведником, радеющим о судьбах империи.

— Не слишком ли это чрезмерно?..

— Чрезмерно?! Ни в коем случае! Предоставь все мне!

Князь Ён развил бурную деятельность. Рыбка не просто клюнула, она сама выпрыгнула на берег. Теперь, скажи ей Чжинму, что соевая паста варится из красных бобов, он и этому поверит.

— И еще... Было бы неплохо получить официальный статус.

— Статус?

— Да. Какой-нибудь весомый чин при дворе...

— Хм.

Князь Ён на мгновение задумался. Осыпать золотом было просто, но пожаловать высокий чин — задача не из легких. Из-за изоляции императора выбить высочайший указ в обход дворцовой клики было невозможно. А давать Чжинму захудалую должность не имело смысла.

— С этим есть сложности. Государь заперт во внутренних покоях, доступа к нему нет...

— Хм... — Чжинму притворился, что размышляет. — Пожалуй, так даже лучше.

— А? Почему?

— Значит, клика наложницы решит, что может перекупить меня куда более высоким постом, чем способны предложить вы.

— А-а! Ха-ха-ха! Какая проницательность! Не правда ли, Ваше Высочество?!

Восторгу не было предела. Князь Ён и Квак Чжон Сан смеялись так, словно победа уже лежала у них в кармане.

— Грех не выпить в такой благословенный день! Я велю накрыть пиршественный стол!

— Разумеется, командующий! Мы обрели столь верного соратника, это надлежит отпраздновать!

Той ночью союз был скреплен чарками вина.

Чжинму засиделся у заговорщиков допоздна и покинул резиденцию командующего Чва Додока лишь на рассвете.

Хван Син со своими людьми, а также подоспевшие Чхон Сан и Чхон У уже ждали его снаружи. Чжинму вкратце объяснил, что задержался из-за шпионов Западного Бюро, которых пришлось отлавливать у княжеской канцелярии, но подробностей раскрывать не стал.

— Шевелитесь! Дел невпроворот!

Встрепанные спутники, клевавшие носом на ступенях, поплелись за ним.

Главное было сделано: узнав, что Золотая Гвардия парализована, Чжинму гарантировал безопасность У Ян Чжина, исполнявшего роль приманки. Сколько бы сил ни стянули к границе, Сапэчхон и Демонический Культ тайно откроют брешь в кольце, и ни ищейкам Западного Бюро, ни праведникам Союза Справедливости никогда не поймать мнимого принца.

К тому же ночные переговоры принесли богатую добычу: роскошное поместье в Суньтянь-фу и временную должность, позволявшую беспрепятственно разгуливать по окрестностям Запретного Города. Поскольку выдать официальный императорский эдикт князь не мог, Чжинму пожаловали скромный чин инспектора низшего ранга при Восточном Бюро — Дончхан. Этого было более чем достаточно: князь пообещал, что командующий Восточного Бюро окажет новому служащему полное содействие.

— Ого-о-о! — разинул рот Чхон У, когда солдаты довели их до места назначения.

Было от чего обомлеть.

Усадьба, которую князь Ён выделил Чжинму, оказалась циклопических размеров: черепичные крыши изгибались, напоминая спины исполинских китов, а внутренние дворы могли вместить сотни людей. Ворота уже охраняла вымуштрованная стража, а слуги встречали нового хозяина земными поклонами.

«Быстро старик подсуетился. Хотел показать свой царский размах».

Это означало лишь одно: князь возлагал на него колоссальные надежды, и скрытое коварство вельможи превосходило любые ожидания.

Что на самом деле задумал этот монарший отпрыск? Едва ли его аппетиты ограничивались спасением принца и разгромом Дворца.

— Дон Бо.

— Слушаю, господин!

— С этой минуты ты поступаешь в личную охрану князя Ёна.

— А? Но я же личный телохранитель вашей милости...

— Официально ты приставлен защищать его драгоценную персону от наемников Дворца. Неофициально — ты должен знать о князе абсолютно все.

— Мне... шпионить за ним?

— Именно. С кем говорит, о чем думает, с кем встречается, что жрет и сколько раз на дню ходит до ветру.

— Даже... даже это?!

Голос Со Дон Бо дрогнул. Чжинму наградил его тяжелым, не предвещавшим ничего хорошего взглядом:

— Похоже, братец, язычок у тебя отрос длинноват. Может, укоротить его, чтоб через скакалку не прыгал?

— Никак нет, господин! Бегу исполнять сию секунду!

Поймав ледяной взор Чжинму, Со Дон Бо испарился со скоростью молнии.

«Ишь, распустились в последнее время. Надо будет устроить им хорошую взбучку, чтобы не забывали свое место».

— Так, что у нас дальше? Пока Мён Се Чхан ищет настоящего принца, есть время осмотреться.

Чжинму нужно было глубже понять расстановку сил во дворце. О князе позаботится Со Дон Бо, а вот наложницу следовало прощупать лично.

Чжинму обернулся к замершим поодаль подручным: Хван Сину и Дэгуну. Заметив их нервную дрожь, будто от внезапной простуды, он раздраженно мотнул головой.

«Да уж, это перебор».

Заставить этих двоих пробраться во внутренние покои Запретного Города и следить за всесильной фавориткой императора — верная смерть.

Что ж, раз жетон Восточного Бюро уже в кармане, придется действовать самому.

«Заодно и погляжу, как устроен этот хваленый императорский дворец».