Грохот, грохот.

— …

Топ, топ, топ.

— …

Что, черт возьми, здесь происходит?

Чжинму, спустившийся с горы вместе с Чхон Саном и Чхон У, застыл перед открывшимся зрелищем.

Вереница беженцев растянулась так далеко, что конца ей не было видно. Ребенок, крепко держащийся за руку отца; младенец, привязанный за спиной матери; немощные старики, трясущиеся в ветхих повозках…

Неужели на землях Самдончхона уже вспыхнула война?

— Чхон Сан.

— Слушаю!

Чхон Сан, понимавший Чжинму без лишних слов, тут же подбежал к одному из бредущих в толпе людей.

— Постойте!

— А?..

Мужчина средних лет, ведший за руку маленького сына, недоуменно обернулся на оклик даоса.

— Неужели началась война?

— Война? Да если бы просто война… Все куда страшнее, — тяжело вздохнув, ответил мужчина.

Какая еще война? Если на землях Демонического Культа и могло вспыхнуть столкновение, то разве что между Федерацией Дончхон и отдельными Небесами, о чем Чжинму прекрасно знал.

— Не знаю, откуда вы держите путь, почтенные, но вам лучше развернуться и бежать со всех ног, — предостерег беженец.

— Почему?

— Говорят, с севера идет чудовище.

— Чудовище?

— Чудовище-людоед. Настоящий монстр из преисподней.

— …

Чхон Сан нахмурился и оглянулся на Чжинму, который уже сам стремительно подошел к мужчине.

«Этот ублюдок…»

Сомнений не оставалось: тот монстр, что якобы захватил Идончхон, теперь двигался сюда.

— Расскажи подробнее, — потребовал Чжинму.

— Да мне и рассказывать-то особо нечего… Все со слов тех, кто чудом спасся.

— И что они говорят?

— Говорят, северные земли уже превратились в выжженную пустыню. Будь то простолюдин или воин боевых искусств — чудовище пожирает всех без разбора. Каждая дорога, по которой оно проходит, залита кровью, а живых там вовсе не осталось. Семена жизни вырваны с корнем.

— Хочешь сказать, Второе Небо пошло войной на юг, на Самдончхон?

— Откуда мне знать такие тонкости? Мы люди темные, в распрях знати и владык Культа ничего не смыслим, — сокрушенно покачал головой мужчина и с горечью сплюнул. — Даже Главе Культа на все плевать. Поборы и грабежи для нас — дело привычное, но сейчас люди гибнут тысячами, а верхам нет никакого дела!

Беженец махнул рукой с выражением полной безнадежности на лице:

— Стар он стал. Видать, на старости лет любая забота ему в тягость…

— …

«Пукри До Чхон состарился и забросил дела?»

Быть такого не может.

Слухов о том, что этот безумный ублюдок занемог, не ходило, да и не стал бы он отсиживаться в стороне, списывая все на возраст.

Это не просто борьба за власть. Это не банальная смена владыки очередного Неба. Пукри До Чхон — живой бог Демонического Культа и единовластный владыка всего Синьцзяна! Не только воины Культа, но и каждый простолюдин на этих землях — его подданные.

И он закрывает глаза на массовую резню собственного народа? О чем, черт побери, думает этот старый хрыч?

Чжинму глубоко насупился и потер подбородок.

— В общем, спасайтесь, пока можете, — добавил беженец. — Говорят, в южном Садончхоне сменился владыка, и жизнь там стала куда лучше. Мы держим путь туда. Надеюсь, тот человек, который обещал избавить нас от гнета и дать заработать, сможет положить конец этому кошмару…

Договорив, мужчина крепче сжал ладонь ребенка и поспешил обратно в колонну беженцев.

Провожая процессию взглядом, Чхон У восторженно покачал головой:

— Как и ожидалось от сасука! Даже простые люди верят в вас! Праведные секты, Сапа, а теперь еще и Демонический Культ — ваше имя гремит повсюду! Я искренне восхищаюсь вами, сасук!

— …

Чжинму лишь тяжело и протяжно вздохнул.

«Вот же идиот… И долго ты еще будешь держать свои мозги девственно чистыми? Дерьмо от соевой пасты отличить не можешь? Люди гибнут сотнями, а ты про какую-то репутацию лепечешь!»

Как бы то ни было, беженцы спасали свои жизни, а выяснять, действительно ли Пукри До Чхон устранился от происходящего, придется позже. Первым делом нужно встретиться с Дэгуном и узнать, насколько близко подошли основные силы Федерации Дончхон.

Если они прибудут скоро — хорошо, но если задержатся… На севере счет шел на часы. Каждое мгновение промедления стоило жизни невинным людям, становившимся добычей монстра.

— Чхон Сан, Чхон У!

— Да?

— Дело не терпит отлагательств. Поторопимся!

— Слушаемся!

Двигаясь наперерез людскому потоку, Чжинму и его спутники добрались до ближайшего селения, где их уже поджидал Дэгун.

Как командир элитного отряда Ынвидан, он уже обладал всей полнотой оперативной информации.

— Похоже, Второе Небо намерено полностью поглотить Третье, — доложил Дэгун.

— Они начали открытую войну?

— Да. Их передовой отряд уже пересек северную границу Самдончхона, а основные силы следуют за ними на расстоянии половины дня пути.

— Кто идет в авангарде?

— Те самые бойцы в черных широкополых шляпах.

«Мрачные ублюдки, пришедшие вместе с Но Гук Тхэ…»

— Всех, кто оказывает сопротивление, они безжалостно вырезают, — продолжал Дэгун. — Тех же, кто сдается, связывают и отправляют в тыл, невзирая на возраст — и стариков, и женщин, и детей.

— Проклятье. Сгоняют скот на убой для своего ненасытного зверя…

— Именно так, господин.

— Выродки… — Чжинму скрипнул зубами от омерзения. — А что делает гарнизон Третьего Неба?

— Они высылают боевые отряды навстречу авангарду, но безуспешно. Боевые искусства предводителя этих людей в черных шляпах чрезвычайно высоки. Все, кто встает у них на пути, гибнут.

— Ясно. Что с мирным населением?

— Те, кто жил ближе к югу, успели собраться и уйти. Но те, кто замешкался или не успел получить вестей…

Дэгун помрачнел и замолчал. Было очевидно: они либо мертвы, либо уже связаны и волокутся в тыл.

— Есть вести от Федерации?

— Воины Четвертого, Шестого и Седьмого Небес уже пересекли южные рубежи Самдончхона. Первое, Пятое, Одиннадцатое и Двенадцатое Небеса, узнав о появлении адепта запретных демонических искусств, спешно стягивают силы для объединения с Федерацией.

— Отлично!

Этого должно хватить.

Однако если они только перешли границу, то от места, где находился Чжинму, их отделял как минимум день пути. А учитывая переброску огромной массы людей, времени могло потребоваться еще больше.

«Целый день… Проклятье!»

Сколько за этот день погибнет мирных жителей, страшно было даже представить.

Их всего четверо: Чжинму, Чхон Сан, Чхон У и Дэгун. Лобовое столкновение вчетвером против целой армии граничило с самоубийством, но бросить беззащитных людей на растерзание Чжинму не мог.

— Дэгун.

— Слушаю.

— Отправь весточку Федерации. Пусть отберут самых быстрых мастеров и вышлют вперед форсированным маршем, не дожидаясь основных сил.

— Будет исполнено. Нам отступить на юг и ждать их подхода?

— Нет. Мы ударим по передовому отряду противника. Нужно отвлечь их внимание на себя, чтобы они перестали охотиться за мирными жителями.

— Что?! Но это слишком опасно…

Попытавшийся возразить Дэгун мгновенно замолк, наткнувшись на леденящий, свирепый взгляд Чжинму.

— Я не собираюсь лезть на рожон. Мы навяжем им мелкие стычки и заставим гоняться за нами. Тем временем объединимся с выжившими воинами Самдончхона и выстроим хоть какую-то линию обороны. На боевые кланы мне плевать… но невинных людей я в обиду не дам!

Глядя на перекошенное от ярости лицо Чжинму, скрипевшего зубами с такой силой, что слышался хруст, Дэгун, Чхон Сан и Чхон У одновременно склонили головы:

— Слушаемся!

Окрестности уезда Буон, к северу от владений Самдончхона.

Здесь творилась настоящая бойня. Отряд бойцов в черных широкополых шляпах хыннип, прозванный Мукгомдэ — воинами Темного Меча — налетел на селение подобно черному моровому ветру.

— А-а-а-кх!

Каждый взмах их клинков цвета ночи сеял смерть. Защитники Самдончхона падали один за другим, а метавшихся в панике мирных жителей настигали тяжелые сети и арканы, безжалостно волоча по земле.

Вжих!

Сеть, которую тащил один из мечников Мукгомдэ, внезапно рассекла метко пущенная Ци клинка.

— Бегите! Скорее!

Услышав хриплый крик, вырвавшиеся из пут пленники бросились прочь со всех ног, а дорогу преследователям преградили уцелевшие воины Самдончхона.

— Держать строй! Ни шагу назад! Если мы падем здесь, враг беспрепятственно выйдет к центральным землям!

Несмотря на тяжелые потери, начальник гарнизона уезда Буон по имени Гонсэн не опускал оружия, подбадривая соратников яростными ударами меча.

Они получили предупреждение о нападении с севера и успели приготовиться к обороне, но враг оказался чудовищно силен. Больше половины воинов гарнизона уже полегли под черными клинками, а оставшиеся в живых теряли боевой дух, не в силах сдержать натиск.

— Проклятье! Где подкрепление?!

— Вестей нет, господин! Авангард врага наступает широким фронтом, гонцы не могут пробиться!

— Твою мать!.. Пошлите еще одного голубя! Немедленно!

— Есть!

Пока подчиненный отступал в тыл, чтобы выпустить птицу, на Гонсэна спереди обрушился клинок. Начальник гарнизона резко уклонился и полоснул мечом наотмашь.

Хрясь!

Голова вражеского мечника слетела с плеч. Хлынувшая фонтаном кровь окропила лицо Гонсэна.

— Спасите! Пощадите!

— А-а-а-а!

Крики агонии не смолкали ни на миг. Схваченные люди отчаянно сопротивлялись, за что им безжалостно отсекали конечности. Тех, кто уже испустил дух, бросали в пыли, а тяжелораненых, пока они еще дышали, вязали веревками и волокли дальше.

— Проклятые звери в человеческом обличье!

Гонсэн, обезумев от ярости, высвободил лазурную Ци меча и ринулся в самую гущу схватки, пытаясь отбить связанных крестьян. Его мастерство, приближавшееся к ступени Воли Ци, позволяло одолевать одного-двух врагов одновременно.

Но большего он сделать не мог.

Бойцы Мукгомдэ действовали с пугающей слаженностью. Казалось, они постигали искусство совместного боя задолго до личных навыков — они двигались как единое целое, словно близнецы, рожденные в одном чреве.

И тут…

Дзынь! Лязг!

Смертоносный луч черного света рассек воздух, устремившись прямо в грудь Гонсэна.

— Кх-х!

Он едва успел извернуться и подставить лезвие своего меча, но силы удара не выдержал. Сдавленно охнув, Гонсэн отлетел назад на несколько шагов.

— Назад! Помогите другим! — выдохнул он подчиненным.

Перед ним стоял воин в такой же черной широкополой шляпе, как и остальные. Одежда была той же, но по лезвию его черного меча струилась зловещая, багровая Ци.

— Значит, ты здесь за главного, — холодно произнес незнакомец.

— Кто ты такой?

— Пятый Меч отряда Мукгомдэ, Чхольху. Тот, кто заберет твою никчемную голову.

Губы под полями черной шляпы скривились в омерзительной ухмылке, и воин сорвался с места.

Гонсэн инстинктивно понял: перед ним предводитель нападавших. Если убить его, появится шанс переломить ход бойни или хотя бы выиграть время. Нужно достать его любой ценой!

Вшу-у-ух!

Собрав всю оставшуюся внутреннюю энергию, Гонсэн обрушил на врага свой лучший выпад.

Дзинь! Дзинь-дзинь!

Поединок Гонсэна и Пятого Меча начался со снопа искр, летящих от яростных косых ударов. Вокруг кипело сражение, но для этих двоих весь мир сузился до острия клинка противника.

Мечи скрежетали, Ци сталкивалась с оглушительным треском, брызгала кровь, но ни один из них не обращал внимания на раны. Мелкие порезы не имели значения — один точный удар решит все. Их глаза горели дикой яростью хищников.

Однако спустя несколько десятков ударов черный меч Чхольху стал неумолимо теснить клинок Гонсэна.

Защищаясь из последних сил, начальник гарнизона отступал шаг за шагом. Темное лезвие врага преследовало его, наливаясь тяжелой, давящей мощью.

Удар!

Чхольху, пренебрегая блоком, резко выбросил ногу вперед.

Удар пришелся точно в корпус. Гонсэн потерял равновесие и рухнул на спину, а сверху на него уже обрушился целый шквал смертоносных черных росчерков.

«Неужели… конец?»

В тот миг, когда в глазах Гонсэна застыло отчаяние, воздух пронзил тонкий, леденящий душу свист.

Вж-ж-жих!

Нечто невидимое рассекло пространство с чудовищной скоростью и ударило точно в черный клинок.

Дон-н-н!

От неожиданности Чхольху едва успел принять удар на лезвие, но чудовищная отдача отбросила его тело назад.

Вжик!

Приподнявшийся на локтях Гонсэн ошарашенно уставился на тонкое железное жало, вонзившееся в землю рядом с ним.

«Кто?..»

Обернувшись, он увидел силуэт, приближающийся с пугающей, нечеловеческой быстротой.

«Как можно двигаться настолько быстро?!»

Гонсэн не успел даже моргнуть, как ладонь стремительно приближающегося юноши окуталась густой, непроглядной тьмой. Взмах руки описал в воздухе идеальную, смертоносную дугу.

Хрясь!

Возникло сюрреалистичное ощущение, будто само пространство вокруг было рассечено надвое. И в тот же миг голова отпрянувшего Чхольху взмыла в воздух, фонтанируя кровью.

— Чхон Сан — налево, Чхон У — направо! Дэгун, прикрывай сзади!

Приказа никто не подтвердил словами, но трое воинов, ворвавшихся следом за юношей, мгновенно обрушились на опешивших мечников в черных шляпах.

Ба-бах!

Человек с круглым, как бочка, телом выбросил вперед кулак — и одного из бойцов Мукгомдэ буквально впечатало в землю, превратив в кровавую кашу.

Шу-шу-шух!

Меч другого воина струился с неземным изяществом, излучая ослепительное белоснежное сияние. Тела врагов под его взмахами распадались на части за доли секунды.

Свист! Пли!

Стрелы, с поразительной точностью летящие из тыла, разили нападавших наповал, давая истекающим кровью защитникам Буона долгожданную передышку.

— Чего расселся?! Играть сюда пришел?! — раздраженно рявкнул на остолбеневшего Гонсэна юноша, который только что голыми руками снес голову их главарю.

— А?..

— Вставай, твою мать, и спасай людей!

— …!

Бросив этот окрик, незнакомец с яростным рыком ворвался в гущу врагов, круша кости, дробя черепа и разрывая мечников в клочья голыми руками.

— В атаку! — опомнившись, взревел Гонсэн, вскакивая на ноги. — Помогите им! Бейте гадов!

Какая разница, кто эти спасители?

Было ясно одно: за эту нить спасения нужно держаться обеими руками, пока есть силы дышать.