В зале собраний верхушки Садончхона раздался оглушительный треск.

Грохот!

Звук расколовшегося дерева совершенно не вязался с изяществом тонких женских рук.

Подчиненный, только что с трепетом доложивший срочные вести, съежился под ее свирепым взором и опустил голову к самому полу.

Сидящая перед ним женщина зрелых лет была правительницей Садончхона — Нын Со Хён, грозным Призрачным Демоническим Зверем.

— Какая дерзость!..

Вокруг ее глаз плясали багровые сполохи неудержимой ярости.

На столе перед ней лежало послание.

Второе по счету письмо, скрепленное личной печатью Мучжина, Владыки Шестого Восточного Неба.

«Докладываю достопочтенной Нын Со Хён.

Все воины Демонического Культа отныне принадлежат мне, посему я не желаю напрасных жертв среди своих будущих подчиненных.

Я намерен одолеть тебя в ранговом поединке и беспрепятственно двинуться дальше, к Тяньшаню. Так открой же врата и выйди мне навстречу».

Каждый иероглиф был выведен с поразительной внутренней мощью.

Почерк внушал невольное восхищение, но вложенный в слова смысл переходил все мыслимые границы наглости.

Даже получив первое письмо, она лишь презрительно фыркнула. Пока Ли О Хён дрожал от угроз со стороны Чхонунбана, этот наглец подло захватил отделение Хочхон — и теперь осмеливается требовать ранговой дуэли?

Единственной причиной, почему Нын Со Хён не бросилась немедленно отбивать отделение, было нежелание распылять свои силы.

Но два дня назад…

Под грохот боевых барабанов эти выскочки разбили лагерь прямо перед воротами отделения Хёнчхон и каждую ночь устраивали дикий шум, словно праздновали победу.

А стоило по округе разнестись вестям о том, что поблизости показались правители соседних Небес Дончхона, как явилось второе письмо.

— Жалкий сопляк из Чжунъюаня…

Нын Со Хён сморщила нос и сжала послание в кулаке.

Ш-ш-ших!

Под синим пламенем вспыхнувшей демонической энергии бумага в мгновение ока обратилась в пепел. В гробовой тишине зала жутко скрипнули ее стиснутые зубы.

Они ждали. Ждали, пока остальные Владыки соберутся посмотреть на представление.

— Владыка, вам следует обуздать гнев, — раздался голос стоявшего подле нее генерала.

— …

— Четверо правителей соседних Небес уже подошли к границам и ведут наблюдение со стороны.

При словах До Хвана бровь Нын Со Хён дернулась.

— Ни в коем случае нельзя принимать вызов на ранговый бой.

— …

— В этом и заключается его замысел. У него нет сил, чтобы штурмовать цитадель Хёнчхон с отрядом в несколько сотен человек, вот он и пытается выманить Владыку один на один…

Хлоп!

Не успел До Хван договорить, как его голова разлетелась на куски.

Жалкая, нелепая смерть. Впрочем, вполне заслуженная для глупца, который сам на ровном месте накликал на себя беду.

— И что дальше? — процедила она ледяным тоном.

— …

Старейшины и командиры, уставившиеся на обезглавленное тело генерала и лужу белой мозговой жижи на полу, не смели издать ни звука.

— Хотите сказать, что в поединке я проиграю? Это вы все пытаетесь до меня донести?!

— …

Зрачки Нын Со Хён налились тьмой, в которой закружились водовороты плотной Маги.

— Даже если в меня, Нын Со Хён, будут тыкать пальцами, я должна трусливо забиться в угол своих покоев? Из страха перед каким-то сопляком со Срединных Равнин?!

— …

— Кто еще хочет высказаться?

Желающих не нашлось.

Со смертью генерала До Хвана дальнейшие действия правительницы были предрешены.

Когда она оперлась о подлокотники и резко поднялась, все присутствующие командиры рухнули ниц, прижав лбы к полу.

В темных глазах Нын Со Хён, шагавшей к выходу, полыхнул беспощадный холод.

«Владыки пришли посмотреть? Проклятые шакалы…»

Садончхон не был самым многочисленным среди Двенадцати Небес, но по боевой мощи воинов стоял в первых рядах. И они явились лишь ради того, чтобы увидеть, как ее унизит какой-то юнец из Чжунъюаня.

Они примут решение, исходя из собственной выгоды: объединиться ли с этим наглецом и вместе идти на Тяньшань или сокрушить его силой.

Сделав ее разменной монетой в своей игре.

«Что ж, смотрите. И трепещите. Вот расправлюсь с этим щенком, а затем лично вырву глаза каждому из вас за то, что посмели сделать меня пешкой в своем цирке».

Лагерь Юкдончхона стоял на открытом месте, откуда ворота отделения Хёнчхон были видны как на ладони.

Пока они ждали реакции Садончхона, а Чжинму лениво наставлял У Ян Чжина, к нему подошел Со Дон Бо.

— Молодой господин!

— М?

Палец Со Дон Бо указывал на край поселения, где высились массивные створки ворот Хёнчхона.

Ворота медленно отворялись.

Скрип тяжелых петель разнесся по равнине.

Женщина в черном боевом облачении неспешно шагнула вперед сквозь проем, который крепкие стражи с натугой распахивали с обеих сторон.

Чжинму, наблюдавший за ее горделивой осанкой и чеканной походкой, довольно ухмыльнулся:

— А личико-то с характером.

Он предполагал нечто подобное, но стоило увидеть ее вживую, как все сомнения отпали.

Вытянутое лицо, высокий породистый нос, тонкие, намертво сжатые губы и острый, вздернутый к вискам разрез глаз.

Чжинму не был знатоком физиогномики, но за долгие годы жизни повидал немало людей. Обладатели таких черт лица почти всегда отличались скверным нравом.

Гордые, упрямые, никогда не полагающиеся на чужую помощь и абсолютно уверенные в собственной непогрешимости.

Конечно, внешность бывает обманчива, но то, что она распахнула ворота и вышла в одиночку, ясно говорило: ее гордость была задета до глубины души.

И ярости в ней сейчас накопилось с избытком.

— Сколько их пришло? — спросил Чжинму.

Со Дон Бо тут же ответил:

— Четверо.

— Хм… Врагов собралось больше, чем я рассчитывал.

Чжинму удовлетворенно кивнул и поднялся на ноги.

Последние два дня Хван Син со своими людьми и воинами Марёндэ непрерывно прочесывали окрестности Садончхона.

Они заранее перехватывали вести и дожидались, пока Владыки соседних Небес стянутся к месту событий.

Нужно было создать обстановку, при которой у Нын Со Хён попросту не останется выбора, кроме как выйти наружу.

И вот она здесь.

— Ну что ж, пойдем поздороваемся поближе?

Чжинму отряхнул пыль с одежд и окликнул подчиненного:

— Хван Син!

— Здесь!

— Иди и приготовь места для беседы.

— Будет исполнено!

Получив приказ, Хван Син вместе с заранее подготовленными воинами подхватил навес со столом и стульями и побежал на нейтральную полосу между двумя лагерями.

— Эй, Кукла.

— Да… слушаю?

— Ты ведь знаешь тех ублюдков, что сейчас прячутся по кустам?

— Разумеется, господин.

— Собери их всех сюда.

— Что?.. Зачем?

Разве целью не был поединок с Нын Со Хён?

Не только Кукла, но и Иль Хван вместе с остальными командирами уставились на Чжинму с полным ошеломлением.

— Да что с вами такое, где ваш романтический настрой? Неужели нужно сразу бросаться в драку? Успеем еще перерезать друг другу глотки. Дело нехитрое, куда спешить-то?

— …

«Куда спешить?! До сих пор ты только этим и занимался!..»

Впрочем, разве в борьбе за власть бывают другие пути?

— Не знаю уж, доведется ли нам в будущем делить одну чашу риса, но пока надо собраться и укрепить согласие. А драка — дело десятое.

Заметив его хитрую ухмылку, Иль Хван с тревогой выпалил:

— Господин, неужели вы хотите встретиться со всеми пятерыми в одиночку?!

— Ну да. А что такого?

— Это безумие! Как бы ни был силен Владыка, если они нападут разом!..

Вполне ожидаемая реакция, но… почему этот парень вечно ноет? У него на любое слово наготове «но» да «нельзя».

— Они так не поступят. А если и решат объединиться — пускай. Так даже быстрее закончим.

— !..

«Он точно с ума сошел!»

Обстановка и без того была натянута до предела, воздух звенел от напряжения.

По приказу Чжинму они орали песни всю ночь напролет, но никому из подчиненных весело не было. А уж когда на холмах показались наблюдатели других Небес, тревога возросла стократно.

Единственным, кто чувствовал себя совершенно безмятежно, оставался сам Чжинму.

Что, если Садончхон плюнет на правила дуэли и начнет полномасштабную резню?

А если наблюдатели присоединятся к атаке, от их отряда не останется даже мокрого места!

— Владыка!..

Чжинму пропустил увещевания мимо ушей и холодно зыркнул на Куклу:

— Ты чего застыл? Ноги в руки и вперед.

— А? Слушаюсь!

Кукла разделял страхи Иль Хвана, но кулак Чжинму, маячивший перед самым носом, пугал его куда сильнее призрачной опасности. Он припустил со всех ног.

В конце концов, беспрекословное послушание — вернейший залог долголетия.

Нын Со Хён, размеренным шагом приближавшаяся к строю Юкдончхона, нахмурилась.

«Что за балаган?»

Несколько воинов выскочили в поле, на скорую руку установили легкий открытый шатер, расставили стол и стулья, после чего поспешно ретировались.

Неужели этот наглец собрался вести переговоры?

И тут из лагеря неторопливо вышел юноша в черном одеянии. На плече у него небрежно покоился клинок.

В глазах Нын Со Хён мелькнул странный блеск.

Шаг неровный, тяжесть тела распределена хаотично.

Поступь истинного мастера всегда выверена до мелочей, этот же двигался так, будто гулял сам по себе. По пути сплевывал под ноги и лениво почесывал затылок — чистый деревенский увалень, выбравшийся в кабак пропустить чарку-другую.

Полнейшее отсутствие хоть капли напряжения привело ее в бешенство.

Он что, в упор ее не замечает?!

И этот оборванец сокрушил Куклу и посмел вызвать ее на ранговый бой?!

Шлеп.

Чжинму добрался до шатра раньше нее и с наслаждением плюхнулся в кресло.

— Эй, чего застыла? Садись давай, ноги заболят.

— …

Глядя, как Чжинму панибратски машет ей рукой, Нын Со Хён с трудом сдержала порыв и сделала шаг под навес.

Они сели друг напротив друга.

— Ты хотя бы понимаешь, с кем…

— А, погоди секунду, — весело перебил ее Чжинму. — Начнем беседу, когда подтянутся остальные гости.

— …

На висках правительницы вздулись толстые синие вены. Мало того что оборвал на полуслове, так еще и ухмыляется во весь рот!

«Какие еще гости?..»

Впрочем, сомнения рассеялись сами собой.

К шатру неспешно приближались фигуры. Те самые Владыки соседних Небес, что до сих пор скрывались на холмах.

Приглядевшись, Нын Со Хён заметила: под шатром стояло ровно шесть кресел. Ровно столько, сколько требовалось для Чжинму, нее и четверых наблюдателей.

Он все просчитал с самого начала?

— Что за фарс ты устроил…

— Да куда ты вечно торопишься? Подожди чуток. Если я начну говорить сейчас, придется потом повторять все заново.

«Щенок недорезанный!..»

Больше всего на свете ей сейчас хотелось размозжить наглецу череп.

— Эй, вы там! Чего жметесь, заходите и садитесь! — крикнул Чжинму приближающимся фигурам. — Нечего издали глазеть!

— …

Под его ободряющие взмахи четверо Владык подошли к столу и с каменными лицами заняли свои места.

Напряжение читалось в каждом их жесте.

Чжинму лишь шире осклабился:

— Знал бы, прихватил бы вина. Ничто так не снимает неловкость первой встречи, как добрая выпивка.

— …

Пока правители буравили друг друга тяжелыми взглядами, лишь один человек за столом выглядел абсолютно расслабленным.

— Ну что, начнем?

— …

— Эй, да хватит так на меня пялиться. У меня ведь характер тоже не сахар. Будете сверлить взглядом — появится непреодолимое желание выколоть вам зенки.

Нын Со Хён холодно оборвала его кривляния:

— Сопляк. Ты хоть понимаешь, что натворил? Собрать пятерых правителей в одном месте… Ты настолько уверен в своих боевых искусствах?

— Ага.

— Что?

— С пятеркой таких, как вы, я легко справлюсь.

От его небрежного, пренебрежительного тона глаза Нын Со Хён и остальных Владык налились яростью, а воздух вокруг задрожал от выплеснувшейся наружу демонической Ци.

Бац!

— !..

Клинок, доселе покоившийся на плече Чжинму, глухо опустился на деревянную столешницу.

Но потряс их вовсе не звук удара ножен Ильхыя.

Леденящий душу холод, на мгновение мелькнувший в глазах Чжинму, играючи вспорол демоническую ауру пяти сильнейших мастеров и вонзился прямо в их сердца.

— …Так что сидите смирно и слушайте. А не то я просто поотрываю вам головы.

— …

«Безумец…»

Они не знали пределов его истинного мастерства, но такая несокрушимая воля перед лицом пятерых могущественных противников не поддавалась никакому объяснению.

И Владыки прикусили языки вовсе не от страха перед его силой или взглядом.

Они были искренне поражены его дерзостью.

Чжинму лениво окинул собравшихся взглядом, словно заранее знал их реакцию.

«Напасть сообща?»

Такие гордецы никогда не опустятся до столь примитивного шага.

Нын Со Хён и остальные правители Дончхона — люди, упивающиеся собственным величием и непомерным эго.

За ними сейчас наблюдают сотни воинов Шестого и Четвертого Небес.

Весть о том, что произошло здесь, мгновенно разнесется по всему региону.

«Что ж, теперь можно и поговорить».

Конечно, если они все-таки решат напасть скопом, придется слегка попотеть, но не более того.