Топ-топ-топ-топ!

Черный флаг яростно трепетал на ветру над головами взмыленных коней, мчавшихся сквозь пустыню.

Треугольное полотнище с вышитым золотыми нитями иероглифом «Шесть» на черном шелке безошибочно указывало на владельца — Гвечхуна, сына Владыки Шестого Неба и наместника Яггана.

Среди всадников открыто гарцевал сам Иль Хван, знаменитый командир Марёндэ, чье лицо знал каждый воин Юкдончхона.

— Дорогу! Глава ягганского филиала возвращается в Напхобак!

Одного этого выкрика было довольно. Заставы Шестого Неба, перекрывавшие все тракты и ущелья, послушно распахивали ворота и склоняли головы.

Как и предсказывал Чжинму, без малейшей потасовки и без единой пролитой капли крови они стремительно приближались к сердцу Напхобака.

Треск.

Песчаные барханы на дальних подступах к Напхобаку.

Отряд Чжинму, покинувший Ягган под видом свиты Гвечхуна, разбил лагерь на ночлег прямо посреди пустоши, чтобы не вызывать лишних подозрений на постоялых дворах.

Шурх, шурх.

В свете костра, разгонявшего густую тьму холодной пустынной ночи, Иль Хван чертил сухой веткой план на песке.

— Вот примерная планировка главной цитадели Юкдончхона.

— Спираль? Странное расположение построек.

— Это военный укрепрайон, возведенный на случай вражеского вторжения.

— Вот как?

— Да.

— Любопытный подход. Он специально так всё спроектировал?

— Таков был замысел самого Куклы. Едва заняв трон Шестого Неба, он первым делом возвел эту круговую линию обороны в Напхобаке.

— …Зачем?

— Юкдончхон всегда уступал другим Небесам по силе и богатству. Казна здесь скромная.

— Хм. То есть соседи постоянно точили на него зуб, и он превратил свой дом в неприступную крепость, чтобы выжить?

— Именно так.

— Неглупо. Расскажи мне об этом Кукле. Что он из себя представляет?

— Он предельно расчетлив и очень силен.

— Насколько силен?

— Он входит в число признанных мастеров Цзянху и занимает восемнадцатое место в табели о рангах Демонического Культа.

— Выходит, он посильнее И Ган Бэка будет?

Вспомнив И Ган Бэка по прозвищу Чжанхонма, Чжинму невольно усмехнулся. Тот бедолага едва выжил после встречи со светлыми сектами, но Иль Хван рассказывал, что позже Пукри До Чхон собственноручно казнил его за историю с фальшивым мечом Гуячжа.

Как ни крути, а Повелитель Культа ни капли не изменился за прошедшие десятилетия — такой же беспощадный старик, не знающий пощады к провинившимся.

Пока Чжинму предавался воспоминаниям, Иль Хван продолжил тяжелым тоном:

— Боевые искусства Куклы внушают страх не только мощью, но и своей противоестественностью.

— Почему?

— Кукла — это не просто прозвище, это суть его мастерства.

— Ты про кукольный театр?

— Не только… Он способен подчинять чужие тела своей воле.

— Использовать чужие тела в бою? Звучит скверно.

— Хуже всего то, что, встретившись с ним лицом к лицу, я сам могу против воли поднять клинок на вас, Владыка.

— …

Чжинму пока не видел техник Куклы в деле, но по лицу Иль Хвана читалась неподдельная тревога. Впрочем, стоило ли всерьез опасаться подобных трюков? Чжинму не привык пасовать перед дешевыми фокусами.

— И если Кукла столь дотошен, он может заподозрить неладное.

— Вряд ли.

Иль Хван скосил глаза в сторону. Там, с наглухо запечатанными акупунктурными точками, сидел спеленутый Гвечхун и злобно сверкал налитыми кровью глазами.

— Не думал, что вы используете этого мерзавца в качестве живого щита. Но уловка действительно безупречна.

— Ты так уверен, что отец о нем печется?

— Да. Кукла души не чает в своем единственном наследнике, пылинки с него сдувает. Все воины Шестого Неба знают об этом. С ним в руках мы без труда доберемся до самого центра спиральной цитадели.

— Отлично.

Чжинму кивнул и, наполнив чашу вином, подошел к пленнику:

— Скоро мы станем одной большой семьей, так что давай забудем старые обиды и выпьем вместе.

— …

Гвечхун лишь яростно таращился на него, не в силах разомкнуть губы.

— Ах да! Точка немоты всё еще заблокирована?

Щёлк!

Едва оковы спали, пленник сорвался на истошный хриплый визг, надувая жилы на шее:

— Предатели паршивые! Как ты посмел снюхаться с этими псами из Чжунъюаня и предать моего отца?!

— …

— Да мой отец из вас ремни нарежет! Думаете, вам это с рук сойдет?!

Чжинму невозмутимо смотрел на брызжущего слюной недоумка:

— Эй, полегче, а то лопнешь от злости. Я понимаю, тебе досадно, но мы же почти родственники?

— Заткнись, мерзкая ухмыляющаяся тварь! Да чтоб грязный чужак посмел ровнять себя со мной?! Тьфу на тебя!

— …

Чжинму на мгновение нахмурился, а затем перевел холодный взгляд на пленника. Похоже, хорошей взбучки этому щенку явно не хватило.

— …Эй, займись им.

Свист!

По тихому зову Гакчхуль, сидевший рядом с Хван Сином и Со Дон Бо, сорвался с места подобно молнии. Зеленый бамбуковый шест в его руках рассек воздух.

Хрясь!

— Кхэ-э-эк!

Бум! Бум! Бум! Треск!

Пустыню огласили истошные вопли избиваемого Гвечхуна. Бамбуковый шест Гакчхуля гулял по его спине с методичной, устрашающей точностью.

— Довольно.

Услышав приказ, нищий с невозмутимым лицом поклонился и отступил на прежнее место.

— Ц-ц-ц, не хочешь пить по-хорошему — так и скажи. Зачем слюной брызгать?

Глядя на Гвечхуна, скорчившегося на песке и мелко подрагивающего от боли, Чжинму покачал головой:

— Ну вот, самое лучшее угощение пропало.

Плеск.

Чжинму небрежно выплеснул остатки вина прямо в разбитое лицо пленника:

— Привыкай потихоньку. Нам еще долго уживаться.

С этими словами даос вновь запечатал его меридианы и вернулся к костру.

— Не сердитесь на него, Владыка, — вздохнул Иль Хван. — Кукла слишком избаловал мальчишку. Он вырос в тепличных условиях…

— С чего ты взял, что я сержусь? Напротив, он мне даже нравится.

— Что?

Иль Хван удивленно склонил голову. Чжинму выглядел скорее довольным, чем раздраженным. В который раз командир ловил себя на мысли, что никогда не сможет разгадать истинные мысли этого человека.

А Чжинму просто рассуждал здраво. Пусть этот Вредитель глуп и нагл, но духу ему не занимать. Немногие после такой трепки способны сохранять ядовитую ненависть во взгляде. Жизненного опыта у него маловато, но это дело наживное, а спесь выбивается быстро.

Разве сам Чжинму не был признанным мастером по вправлению чужих мозгов?

Просто парня пока еще как следует не били. Настанет день — и из него выйдет толк.

— Ладно, отдыхайте. Завтрашний день обещает быть жарким.

— Слушаюсь. Я прикажу подготовить для вас постель.

— Не нужно, сам устроюсь. У меня еще остались кое-какие дела.

Иль Хван посмотрел туда, куда был направлен взгляд Чжинму — на одиноко сидящего вдалеке У Ян Чжина:

— Вы намерены тренировать его в столь поздний час?

— Для постижения пути воина не бывает неподходящего времени. Нужно приучать его использовать каждую свободную минуту, чтобы потом он не стал обузой.

— …Понял вас. В таком случае мы отойдем ко сну.

Иль Хван уважительно поклонился и увел бойцов Марёндэ на отдых.

— Ян Чжин.

— Да, Учитель!

— Стойка мабу. Чугунные ядра.

Мальчик уже успел привыкнуть к командам. Едва прозвучали эти слова, как У Ян Чжин привязал к запястьям тяжелые сферы и опустился в низкую стойку всадника.

Крепок. Поистине от природы одарен. Его стойка уже сейчас выглядела на удивление устойчивой и правильной.

Чжинму тепло улыбнулся при мысли о том, что скоро сможет обучить его настоящим боевым техникам.

— …А как же мы, господин?

Хван Син и остальные неслышно приблизились к тренирующемуся У Ян Чжину.

— Чего вам?

— Мы насчет У Ян Чжина… Каков статус молодого господина среди нас?

«О чем это они?.. Ну конечно, он мой личный ученик… А-а, этим оболтусам опять не дает покоя их дурацкая иерархия?»

Неужели они всё это время шептались за его спиной именно об этом?

— Кто выше по положению: подчиненный или ученик?

— Разумеется… А!

Хван Син и Со Дон Бо мгновенно смекнули, к чему клонит Чжинму, и синхронно кивнули, а на лице Гакчхуля вдруг проступило благоговейное озарение:

— Владыка… выходит, я стою выше них?

— …

— Я ведь тоже не просто подчиненный… я ведь ваш ученик?

«Что за чушь ты несешь? Ученик? Кто, ты?!»

«С каких это пор пара затрещин и кривых советов стали считаться полноценным наставничеством?»

Чжинму опешил от такой наглости, а Гакчхуль тем временем победоносно задрал подбородок перед Хван Сином и Со Дон Бо:

— Вы, щенки… вы почему со мной как с младшим разговаривали?! А ну живо по струнке смирно, я вам сегодня мигом субординацию разъясню!

Глядя на нищего, который буквально рычал от распиравшей его важности, Чжинму вздохнул и окликнул юношу:

— Хван Син.

— Да?

— Вы так и не определились со старшинством?

— Ну… если этот бродяга тоже считается учеником…

— Он подчиненный номер семь.

— …?

— Гакчхуль — просто номер семь. Ты, Хван Син, номер один. А ты, Со Дон Бо — номер шесть.

— …

Гакчхуль на мгновение замер с открытым ртом, а затем возмущенно завопил:

— Владыка! Как же так?! Вы же обещали учить меня за выигрыш в пари!.. Мпф! Гхм!

Договорить ему не дали. Хван Син и Со Дон Бо молниеносно зажали ему рот и поволокли в темноту за барханы.

Спустя пару вдохов оттуда донесся звук смачных тумаков и отчаянный визг, напоминающий крик резаной свиньи:

— Кви-и-и-ик!!

— Что?! Чун вернулся?!

— Так точно, Владыка Дончхона!

Кукла, развалившийся в своем кресле, от радости едва не подпрыгнул на месте:

— Ха-ха-ха! Ай да шельмец, ни словом не предупредил, а уже дома! Значит, с Ягганом покончено! Разве я не говорил, старейшина Мак?

— …

Главный старейшина Мак Со Сан помрачнел, глядя на ликующего правителя:

«Что-то здесь нечисто».

По всем расчетам, юноша должен был по сей день прочесывать окрестности, вылавливая недобитков Седьмого Неба и укрепляя власть. Даже при содействии командира Марёндэ они управились подозрительно быстро. И при этом ни единого донесения…

— Владыка Дончхона, это странно.

— …Что именно?

— На всякий случай нам следует задержать их у ворот и провести проверку…

— Цыц! Ты всё еще не веришь в способности моего Чуна?!

— Дело не в этом.

— Хватит ворчать, старик! Если парень блестяще справился с задачей, его нужно хвалить, а не придираться по мелочам!

— …

— Немедленно снимите посты и откройте проход!

— Владыка Дончхона! Но если остатки сил Седьмого Неба заманили его в ловушку…

— Да уймешься ты или нет?!

— …

— Ты глухой? Там не только мой Чун, сам командир Марёндэ прибыл вместе с ним!

«Вот это и настораживает больше всего».

Иль Хван был выдающимся воином Культа, гордым и несговорчивым. Он никогда не склонял голову перед теми, кто слабее его. Приказам Владыки он подчинялся, но с капризным и бездарным сыном правителя ни за что не стал бы любезничать.

— Владыка Дончхона, выслушайте меня…

— Замолчи!

— …

Кукла свирепо зыркнул на Мак Со Сана. Трогать его сына не позволялось никому:

— Ни слова больше.

— …Слушаюсь.

Осадив старейшину, Кукла вновь расплылся в благодушной улыбке и приказал слугам встречать вернувшихся:

— Откройте главные врата и впустите Чуна во внутренний двор!

— Слушаюсь!

Слуга выбежал исполнять приказ, а Кукла с довольным мурлыканьем накинул на плечи халат:

— Хе-хе, пойду лично встречу героя. Раз уж ты безупречно исполнил волю отца, какой же подарок тебе преподнести?

— …

Кукла, насвистывая под нос веселый мотивчик, поспешил наружу. Мак Со Сан с тяжелым вздохом и мрачным предчувствием последовал за ним.

Цок-цок-цок.

Копыта взмыленных скакунов гулко стучали по каменной кладке спиральных улиц. Путь был неблизким, но никто не посмел преградить им дорогу, и всадники в считанные мгновения домчались до самого сердца Шестого Неба.

И-го-го!

Всадники синхронно натянули поводья, и десяток коней вздыбился перед парадным входом во дворец.

— О-о! Наконец-то!

Кукла, ожидавший на ступенях дворца, расплылся в широкой улыбке:

— Иль Хван, ты отлично поработал, помогая моему Чуну выполнить долг!

— …

Командир Марёндэ спешился, но лицо его оставалось каменным. Он лишь молча огляделся по сторонам.

Никакой охраны. Впрочем, чему удивляться? Кто станет выставлять воинов с обнаженными клинками для встречи собственного сына? Рядом стоял лишь главный старейшина Мак Со Сан, но тот никогда не блистал особыми боевыми навыками.

Они преодолели все рубежи обороны играючи, и перед ними остался лишь один Кукла.

— Ха-ха, негодник, неужели ты не снимешь капюшон даже перед родным отцом? Подойди же ближе. Дай мне взглянуть на твое лицо, порадуй старика!

Кукла зашагал навстречу фигуре, которую сразу признал за своего сына по телосложению.

— Так ты и есть Кукла?

— …?

Этот холодный насмешливый голос заставил воздух вокруг застыть.

Человек, стоявший рядом с пленником, неторопливо сдернул ткань, скрывавшую его лицо. И следом за ним, один за другим…

Все всадники, кроме самого Гвечхуна, сбросили покровы.

Присутствие Иль Хвана и бойцов Марёндэ было объяснимо. Но кто, во имя всех демонов, были эти незнакомые юнцы?

— Эй, толстяк. Чем тебя таким кормили, что тебя так раздуло?

— …

Вперед небрежно шагнул молодой даос с исключительно наглой ухмылкой на лице.

— Ты кто еще такой?

— Я? Я тот, кто прямо сейчас отберет у тебя Шестое Небо.

Разумеется, для правителя Юкдончхона это прозвучало верхом безумия.