Чжинму был впечатлен, но внешне никак этого не показал.

— Пап, что тут вообще стряслось? Старейшины вышли отсюда с такими лицами, будто на похороны собираются.

Она обращалась к отцу в такой неформальной манере. А ведь между ними разница лет в пятьдесят.

Услышав вопрос дочери, Дан Ви лишь покачал головой.

— Разве это проблема? Они просто получили нагоняй за то, что не могут разобраться с мелкой неприятностью.

— Из-за них?

— Не задавай лишних вопросов. Негоже обсуждать такое при госте.

Заметив предостерегающий взгляд отца, Дан Се Рён надула губы.

— А по-моему, ты злишься именно на гостя. Судя по тому, как ты орал, это было слышно даже снаружи.

— Вовсе нет. Просто стайке крыс пора было задать хорошую трепку, чтобы расшевелить ленивых старейшин.

— …

Чжинму с невозмутимым видом поднес чашку к губам, но в его глазах промелькнуло странное выражение.

— Крысы? Почему вы назвали их так?

— Хотите услышать ответ?

— …

Чжинму пристально посмотрел на Главу и спокойно произнес:

— Обычная крыса — это слабое, ничтожное создание. Но если пренебречь ею из-за того, что она кажется просто мелкой неприятностью, она сожрет всё ваше зерно. К тому же, их численность растет в геометрической прогрессии, стоит им только принести потомство. Поэтому, как бы это ни было хлопотно, от них нужно избавляться сразу.

Услышав ответ Чжинму, Дан Ви расплылся в довольной улыбке.

Всё верно.

Те, кто проник на территорию Сычуани, были для клана Тан не более чем крысами. Причина, по которой он давил на старейшин, заключалась именно в том, что сказал Чжинму. Даже если клан мог бы проявить великодушие и спустить всё на тормозах, делать этого было нельзя.

Старейшины сочли инцидент незначительным, но в итоге это привело к гибели людей из-за недостатка сил. Одно это уже нанесло огромный удар по репутации клана Тан.

Можно закрыть на это глаза один раз, но тогда придется закрывать глаза и дальше. Прячась на землях других орденов, эти преступники продолжат бесчинствовать в деревнях, словно это их законное право.

«А он довольно забавный парень».

Это простая логика.

Но только тот, кто имеет опыт управления людьми и стоит выше других, способен мыслить столь глубоко.

Ведь это напрямую связано с гордостью и честью целого клана.

К примеру, разве старейшины клана Тан не считают эту проблему пустяковой прямо сейчас?

— Вы совсем не похожи на даоса из Удана.

— Я? Да бросьте. Я — выдающийся ученик Уданского ордена.

Дан Ви усмехнулся, глядя на нелепое выражение лица Чжинму. Воистину, это был весьма любопытный талант.

Слышал ли кто-нибудь, чтобы человек так быстро и точно читал чужие мысли?

Как Удан смог воспитать такого ученика?

Ему захотелось узнать Чжинму поближе.

— В таком случае, не хотите ли задержаться у нас на время и побыть тем самым котом, который переловит этих крыс?

— Я?

— А почему бы и нет?

— Уверен, мои услуги обойдутся вам весьма недешево.

— Не стоит недооценивать богатство клана Тан.

Чжинму хмыкнул, увидев игривое выражение лица Дан Ви.

«Ну да, вы же каждое утро кормите свою дочь этими дорогущими травами».

— Что ж, к сожалению, я даосский монах. А монахи не работают за деньги.

— Вы на него совсем не похожи.

— Это частое заблуждение. Но даосам строго-настрого запрещено отнимать чужие жизни.

— О, но моя дочь вчера была сильно избита.

— Одно дело, когда кто-то первым лезет в драку. К счастью, утром мы всё уладили. И самое главное — кто сказал, что я кот? Я не собираюсь становиться домашним питомцем на чужом содержании.

Дан Ви думал, что этот юноша вызывает у него лишь любопытство, но теперь он почувствовал в нем огромный потенциал.

Какая трата — позволить такому таланту гнить в даосском монастыре.

— Ха-ха-ха! Кажется, я снова допустил оплошность.

— Ничего страшного. Не говорите мне, что великий клан Тан будет одалживать чужие руки, чтобы ловить крыс в собственном доме. Вы, должно быть, просто решили мне польстить.

— А у вас отличное чутье, ха-ха-ха!

Дан Се Рён нахмурилась и склонила голову набок, слушая диалог отца и Чжинму.

«Что еще за крысы и коты?»

К тому же, разве её отец когда-нибудь так смеялся?

Такого выражения лица она не видела у него никогда, даже при разговоре со старшим братом.

— Кстати, вы ведь заходили утром в Павильон Десяти Тысяч Оружий?

— Слухи доходят до вас быстро.

— В этом доме мало что может укрыться от моих глаз. Как всё прошло? Вам смогли помочь?

— Да.

— Рад это слышать.

Чжинму ответил уклончиво и посмотрел на Дан Ви. Тот спросил, но не стал уточнять, какую именно помощь он получил.

Если он знал, что Чжинму заходил в Павильон, значит, ему уже была известна причина визита и сделанные выводы.

Это не какое-то случайное место — это резиденция клана Тан, где глаза и уши Главы были повсюду.

— Кстати, что привело вас ко мне сегодня?

— Раз уж я получил необходимую помощь и впервые за долгое время хорошо отдохнул, я планирую отправиться в путь.

— Хм? Уже?

— Да.

— Что ж, в таком случае, почему бы вам не задержаться еще немного и не выпить со мной?

— Выпить?

Предложение выпить звучало заманчиво, но Чжинму неловко улыбнулся, покосившись на стоящую рядом Се Рён.

— Вы уже сделали для меня достаточно, я приму лишь ваши добрые намерения.

— О, неужели вы можете принять только намерения? Останьтесь хотя бы еще на одну ночь. Больше я вас задерживать не стану.

— Хм.

Чжинму слегка нахмурился в ответ на просьбу Дан Ви и, изобразив глубокую задумчивость, кивнул:

— Если вы так настаиваете, я останусь еще на одну ночь.

— Вот и отлично. Можете идти.

Чжинму и Дан Ви завершили разговор, осушив свои чашки с чаем.

— Папочка.

— Что такое?

— Я иду с ним.

— Что?

Услышав слова Дан Се Рён, Дан Ви сделал абсурдное лицо, а Чжинму недовольно сморщился.

Какая же она упрямая.

— Я отправлюсь вслед за Мечом Удана.

— …

«О чем опять несет эта сумасшедшая? Ты хоть понимаешь, что значит путешествие даосского монаха?»

— Доченька, Меч Удана… Он находится в странствии ради аскетических тренировок. Неизвестно, сколько времени это займет и с какими трудностями он столкнется.

— Я иду.

— Нет, послушай…

— Не волнуйся, со мной всё будет в порядке. Если устану, вернусь на полпути.

Дан Ви переживал вовсе не за Чжинму, а за свою дочь. Ведь она была сокровищем, которое он готов был носить на руках. Но кто, как не отец, знал лучше всех, насколько эгоистичной и несносной она может быть?

— Я уже всё решила, так что просто смирись.

— …

Дан Ви нахмурился, тяжело вздохнул и покачал головой.

Возможно, она заинтересовалась Чжинму. Нет, это определенно был первый раз, когда она проявляла такой интерес к мужчине.

По традициям клана Тан она уже давно достигла возраста, подходящего для замужества, но до сих пор отвергала все предложения, потому что никто не соответствовал её стандартам.

Но даже если так, что теперь делать?

Её избранник — даосский монах из Удана.

В отличие от других школ, даосы из Удана не могли жениться, не будучи изгнанными из ордена.

«Тск-тск, остается только ждать, пока ей самой не надоест таскаться за ним».

Дан Ви прекрасно знал характер дочери. По одному выражению её лица он понимал, насколько она сейчас решительна.

Если бы он сказал «нет», она устроила бы истерику с криками: «Тогда я уйду тайно!»

Разве у него уже не было подобного опыта?

[Прошу прощения.]

[…Ничего страшного.]

[Если будет возможность, постарайся оторваться от нее, как только выйдете за ворота.]

[Хорошо.]

Чжинму в любом случае собирался так и сделать. Они с Дан Ви тайно обменялись телепатическими сообщениями без ведома Дан Се Рён.

Следующее утро.

Чжинму, пропивший всю ночь напролет, проснулся поздно.

Его голова раскалывалась от похмелья — накануне его познакомили с детьми клана Тан, которые только вернулись из поездки.

«Она не придет?»

Он удивился, что Дан Се Рён не стала беспокоить его с самого раннего утра, как это было вчера.

Что ж, и слава богу.

Усмехнувшись, Чжинму открыл дверь, готовясь покинуть поместье.

— Поешь перед дорогой.

— …

На пороге стояла Дан Се Рён. В руках она держала поднос с едой, а рядом переминался с ноги на ногу слуга.

— Что это?

— Суп от похмелья.

— А… Но зачем?

— Неужели ты думал, что наш клан отпустит гостя без завтрака? Я куда более заботливая женщина, чем ты думаешь.

«Допустим».

Запах супа от похмелья мгновенно заставил его желудок заурчать — алкоголь, выпитый прошлой ночью, давал о себе знать.

— Спасибо.

— Не за что, с этого момента я буду делать это чаще.

«Чаще? Что за бред ты несешь».

Чжинму пропустил слова Дан Се Рён мимо ушей и сделал глоток супа.

— О!

«Вкусно».

— Я женщина, которая также брала уроки для будущих невест.

Смотреть, как она улыбается, пока он пьет суп с целебными травами, было довольно приятно.

Опустошив миску до дна, Чжинму почувствовал, как по телу разливается тепло. Он с комфортом потянулся.

— Ты всё съел.

— Оказалось лучше, чем я думал.

При словах Чжинму на губах Дан Се Рён заиграла коварная улыбка.

«Неужели она собирается увязаться за мной прямо сейчас?»

— Пошли, я провожу тебя до главных ворот.

— А? Да, конечно.

Чжинму мрачно покосился на нее, озадаченный столь неожиданной реакцией.

«Слишком легко».

Разве вчера она не заявляла, что пойдет с ним?

«Ладно, даже если увяжется, я всё равно от нее оторвусь, так что не имеет значения».

Как только они вышли за главные ворота, Чжинму оглянулся. На лице Дан Се Рён сияла широкая улыбка.

Непонятно почему, но она выглядела невероятно счастливой.

«Да, видимо, я ей очень нравлюсь».

Чжинму слегка повернулся и небрежно поднял руку.

«Что, черт возьми, ты не делаешь? Хочешь, чтобы я поаплодировал?»

Дан Се Рён удивленно склонила голову на его грубый жест, но Чжинму лишь улыбнулся, сделав вид, что ничего не заметил.

— Пока.

— …?

Он слегка согнул ноги в коленях.

Гул!

Мышцы бедер напряглись так, словно готовы были взорваться.

Чжинму влил всю энергию из даньтяня в акупунктурные точки Юнцюань на стопах.

— Прощай!

«А? Что?»

Шух!

Стоило Чжинму распрямить ноги, как его фигура смазалась в пространстве, оставив после себя лишь облако взметнувшейся пыли.

И радостно машущую руку.

— Так ты не пойдешь за мной?

Дан Се Рён лишь рассмеялась.

Она махала ему вслед, словно действительно просто провожала в путь.

«Что ж, она женщина, которую невозможно понять. Откуда в ней такой странный характер?»

Знай он, что всё так обернется, попросил бы лошадь.

Чжинму, совершенно сбитый с толку, медленно зашагал прочь.

Когда его спина окончательно скрылась из виду…

— Ну что, теперь можно и в путь?

Дан Се Рён ухмыльнулась и рванула в том же направлении, куда исчез Чжинму.

В этот момент,

Дан Ви стоял на стене и наблюдал за тем, как фигура его дочери растворяется вдали.

— Что она взяла?

— Множество скрытого оружия и ядов, включая Мантию Небесного Шелкопряда, Жемчужину Избегания Яда, Проливной Дождь, Иглу, Пронзающую Сердце, Блуждающую Душу и Улыбку Янь-вана.

«Ну да, прихватила все сокровища клана Тан».

— И еще она заходила в Зал Десяти Тысяч Ядов.

— А если это яд?

Дан Ви нахмурился.

Услышав про Зал Десяти Тысяч Ядов, он сразу догадался, что именно она взяла.

— Она ведь подмешала это в суп от похмелья, верно?

— Да.

— Проклятье.

Глава клана покачал головой и произнес:

— Дан Чхон Ги.

— Да.

— Следуй за ней тайно. Не попадайся на глаза, просто наблюдай.

— Понял.

— Придется держать дистанцию более чем в пятьдесят чжанов. У него отличные инстинкты.

— Слушаюсь.

С этим ответом фигура Дан Чхон Ги беззвучно растворилась в воздухе.

Вжух.

Стоя на стене, где на сильном ветру непрерывно развевались флаги клана Тан, Дан Ви глубоко вздохнул.

«Прости меня, Меч Удана. Я не хотел доставлять тебе столько хлопот».

Но что он мог поделать?

Она его единственная дочь, и он сам виноват в том, что избаловал её, позволив расти с таким несносным характером.