Услышав, что Со Ганрим — регрессор, члены Ордена Летящего Тигра по большей части растерялись.

В подобное и впрямь трудно поверить, так что такая реакция была вполне естественной.

Единственными, кто принял эту новость как должное, оказались разве что Докго Джун и Син Суа.

— Учитывая характер Ганрима, у него нет никаких причин лгать или шутить. Поэтому я просто поверила, — спокойно сказала Суа.

— И всё же можно было хоть немного удивиться или проявить любопытство. Суа, а ты ведь и правда веришь ему безоговорочно. Ни тени сомнения.

В его голосе сквозила едва уловимая издёвка. Казалось, он насмехается над её слепым доверием.

Син Суа бросила на Докго Джуна короткий сердитый взгляд, но тот, ничуть не смутившись, продолжил:

— Я ещё в Тренировочном центре подумал, что это странно. Син Суа, почему ты настолько веришь Со Ганриму и следуешь за ним? Ты ведь ради его спасения даже собственной руки не пожалела.

— …

— Более того, я слышал, ты и своё право на вопрос потратила ради Со Ганрима? Вот уж поистине беззаветная преданность.

Взгляд Докго Джуна был острым, как скальпель, — казалось, он пытается препарировать её душу. С кривой, зловещей усмешкой он добавил:

— Благосклонность, которую ты проявляешь к Со Ганриму, выходит за рамки здравого смысла. Мне это, признаться, не совсем понятно.

— … Как знать. Возможно, дело в связи из прошлой жизни.

— А, воспоминания из времени до регрессии влияют на настоящее? В какой-то степени это логично. Когда речь зашла о женщине по имени Пэк Ён и мы увидели её фотографию, нашлись ведь те, кому её лицо показалось знакомым.

Когда Со Ганрим рассказывал о Пэк Ён и показывал её снимок, Син Суа, Ю Харан и Чан Тхэхон действительно почувствовали, что это лицо им до жути знакомо. Более того, хотя они видели её впервые, в груди у всех троих закипели ярость и острая жажда убийства.

Докго Джун пожал плечами:

— И всё равно это странно. Чан Тхэхон и Ю Харан ведь тоже были соратниками Со Ганрима до регрессии, верно? Но они не преданны ему так, как ты, Суа.

Отношение остальных к Ганриму и в самом деле отличалось от отношения Син Суа.

Она не нашлась что ответить. Она и сама не могла понять, почему её сердце так тянется к Со Ганриму.

Увидев на её лице лёгкую растерянность, Докго Джун широко улыбнулся.

— Любопытно. Очень хочется узнать, откуда взялось это чувство. Если вдруг когда-нибудь выяснишь — обязательно расскажешь, ладно?

С довольной улыбкой он развернулся и ушёл.

Син Суа ещё долго оставалась стоять на месте после его ухода. Ей было неприятно, что Докго Джун наговорил лишнего и ушёл как ни в чём не бывало, но тот же вопрос терзал и её саму.

«Почему же меня так волнует Ганрим?»

Причины она не знала. С самой первой их встречи её не покидало странное ощущение, будто они знакомы давным-давно. А стоило Со Ганриму оказаться в опасности, как тело само бросалось вперёд, опережая мысли.

«Как и сказал Докго Джун, это и вправду странно…»

Однако сколько бы она ни размышляла, разгадка не приходила. Неужели до регрессии между ними действительно что-то произошло?

Син Суа долго стояла в тишине, задавая в пустоту вопрос, на который не было ответа.

Когда между миром живых и Миром Демонов образовывалась брешь, связующим звеном всегда выступали врата.

Их форма и количество разнились от места к месту. Обычно в Мир Демонов вели одни врата, но в зависимости от его размеров их могло быть двое и больше.

Подземелье, куда входил Со Ганрим, отличалось внушительными размерами и относилось к особым Мирам Демонов, а потому входов туда существовало несколько. Одни врата открылись неподалёку от здания Ордена Летящего Тигра, другие — глубоко в глухих горах. Иными словами, идеальное место для встречи с беглой Со Хвагён.

— Ганрим, ты пришёл?

Стоило ему ступить внутрь Мира Демонов, как взгляду предстал огромный мёртвый монстр с длинным вывалившимся языком. Со Хвагён сидела прямо на его голове, поджидая ученика. Тварь была довольно сильной, но для Со Хвагён вряд ли представляла серьёзную преграду.

— Похоже, ты всё рассказал своим товарищам.

— Да.

Выполняя условие Со Хвагён, Со Ганрим открыл членам Ордена Летящего Тигра, что он — регрессор. Кто-то растерялся, кто-то смутился, но в итоге все решили остаться.

Со Хвагён лёгким движением спрыгнула на землю.

— Как там Дохён?

— Сейчас уже немного успокоился.

Узнав, что Со Хвагён жива, Кан Дохён отреагировал почти так же, как сам Ганрим: потрясение, облегчение и тут же — желание сражаться плечом к плечу. Он очень хотел увидеть мать лично, но брать его с собой сегодня было слишком опасно.

— И из Бюро он тоже ушёл. Брат Дохён уволился, но, думаю, какое-то время ему лучше не высовываться.

Узнав истинную сущность Бюро Защиты Судьбы, Со Ганрим немедленно попросил Кан Дохёна подать в отставку. Пока Дохён оставался внутри организации, он мог добывать немало сведений, но для любого, кто ниже командира команды, доступ к информации был ограничен. Куда хуже было бы дождаться момента, когда его возьмут в заложники.

— Я думал, Бюро попробует помешать ему при увольнении, но, к счастью, всё обошлось.

Опасаясь, что с Дохёном могут расправиться, Со Ганрим заранее раздобыл в особом Мире Демонов Камень Призыва. Если разбить такой камень, можно мгновенно призвать к себе привязанного человека. Он отдал камень Дохёну на случай нападения, но, к счастью, применять артефакт не пришлось.

— Эти ублюдки наверняка сообразили, что, навреди они Дохёну или убей его, это сразу бросится в глаза.

Хотя враги и протягивали щупальца к окружению Со Ганрима, действовать в открытую они пока не решались. Бюро вовсе не стремилось раскрывать своё настоящее лицо.

— Я заглянула и в будущее Дохёна: в ближайшее время он точно не умрёт. Хоть над ним и висит зловещий знак.

— Это большое облегчение. И как раз по этому поводу я хотел попросить вас кое о чём.

Он достал из-за пазухи стопку бумаг и протянул её Со Хвагён. То были листки с записанными Четырьмя Столпами Судьбы всех членов Ордена Летящего Тигра.

— Не могли бы вы проверить будущее моих соратников?

Со Ганрим и сам порой видел грядущее с помощью Путеводителя Судьбы и силы Границы, но эта способность была несовершенна. В искусстве предвидения с Со Хвагён не мог сравниться никто. Когда сам Ганрим изучал чужие столпы судьбы, ему удавалось разобрать лишь то, что в молодости всех их подстерегает крупное несчастье.

Она приняла листки и принялась внимательно вчитываться.

— Хорошо. Давай-ка посмотрим… Син Суа… Какая мощная энергия у этой девушки. Родиться в месяц Тигра, день Тигра и час Тигра… Прямо не человек, а настоящий тигр.

Со Хвагён тщательно изучала записи одну за другой, читая судьбы членов Ордена. Закончив, она произнесла с горьким выражением лица:

— Син Суа, Ю Харан, Чан Тхэхон — какое бы ответвление будущего эта троица ни выбрала, их везде ждёт роковой знак.

— …

— Ты говорил, что до регрессии они погибли? Похоже, таков был их удел. Их смерть — предопределённое событие, и, даже уйди они от тебя, долгой жизни им не суждено.

От этих слов у Со Ганрима неприятно похолодело внутри. Неужели их гибель и короткий век — неизменная судьба?

Но тут Со Хвагён продолжила:

— По крайней мере, пока они рядом с тобой, у них проглядывается хоть крошечный шанс выжить. Хотя чётко я этого не вижу.

— А те, кто не был в Ордене изначально?

— У них судьбы тоже незавидные. Остальным тоже на роду написано умереть молодыми… Хм?

Перебирая листки, Со Хвагён вдруг нахмурилась в недоумении. Она смотрела на запись Юн Гёля.

— А этот парень довольно любопытный. По всем раскладам он должен был давно умереть. Почему он всё ещё жив?

— А, это…

Со Ганрим рассказал, что до регрессии Юн Гёль погиб, но на этот раз Ганрим вмешался в ход событий и спас его.

Выслушав это, Со Хвагён не скрыла искреннего удивления.

— На нём ведь лежит Бэкхо-саль, а ты сумел его отвести? Этот Юн Гёль должен был погибнуть прямо там…

— Наставница, но ведь и вы иногда указываете путь к спасению тем, кому суждено умереть?

— У тех людей было несколько путей к выживанию, поэтому они и могли вырваться. С Юн Гёлем всё иначе. Его дорога к смерти была слишком уж прямой и неизбежной.

И всё же Юн Гёль уцелел. Неужели это стало возможным благодаря тому, что Ганрим пережил регрессию и точно знал будущее?

Со Хвагён по-прежнему с подозрением всматривалась в листок с датой рождения.

— Что ж, пока никто из них в ближайшее время не умрёт. Передай им: если хотят жить, пусть держатся к тебе поближе.

— Хорошо, Наставница.

— И ведь это не всё, верно? Ради одного такого разговора ты мог бы связаться со мной и по Связи Мубуль.

Как она и догадалась, у Со Ганрима было ещё одно дело — именно ради него он рискнул назначить встречу в Мире Демонов. Он перешёл к сути:

— Наставница, вам известно, кто такой Директор и какому богу он служит?

— Мне ещё не доводилось видеть Директора вживую, так что подтвердить не могу. Знаю лишь, что там замешан чрезвычайно могущественный бог. И что именно этот бог основал Бюро.

Чон Ёуль говорила то же самое, когда пыталась перетянуть Ганрима на свою сторону: их цель — ослабить этого бога.

Со Хвагён с горечью добавила:

— Не знаю, чего именно добивается бог Бюро, но очевидно одно: он стремится подчинить и контролировать людей. Если так пойдёт и дальше, влияние Бюро вырастет ещё сильнее.

Со Ганрим вспомнил Бюро из своей первой жизни. Всё случилось именно так, как говорила Со Хвагён: со временем ведомство разрослось и набрало такую мощь, что фактически подмяло под себя власть, сравнявшись с правительством. Так бог Бюро шаг за шагом захватывал мир.

— Наставница, вы говорили, что бог, который пытался снизойти на меня в детстве, был очень силён. Вы знаете, кто это?

— Узнать его божественное имя мне не удалось. Знаю только, что он невероятно могущественен.

— А какова вероятность, что бог Бюро и тот бог, что тянулся ко мне, — одно и то же существо?

Судя по взгляду Со Хвагён, она сразу поняла, к чему он клонит. Прикрыв рот ладонью, она задумалась.

— Вероятность вполне велика. Не может существовать слишком много богов такой силы. Вот только не понимаю, зачем столь могущественному богу целиться именно в тебя.

Со Ганрим и сам жаждал узнать ответ. Зачем понадобился им он, обладатель ранга Насекомое 3-го класса? Удастся ли ему это выяснить, когда он встретится с Директором?

Со Хвагён посмотрела на него со сложным выражением лица:

— И каков твой дальнейший план, Ганрим? Не станешь же ты прямо сейчас вламываться в Бюро?

Она была права: враг определился, но действовать с наскока нельзя. Чтобы вступить в схватку с такой громадой, как Бюро Защиты Судьбы, у него пока не хватало сил.

— Для начала я хочу раскрыть истинное лицо Бюро. Куда проще будет сражаться с ними, когда из всеобщих защитников они превратятся во всеобщих врагов.

— Хм. И как же?

— Сперва нужно добыть неопровержимые улики. Я собираюсь поймать кого-нибудь из фальшивой Труппы Клоунов и вытянуть из них информацию. Но перед этим…

Перед этим ему требовалось стать ещё сильнее. Пусть даже ценой смертельного риска.

Со Ганрим твёрдо посмотрел на Со Хвагён:

— Наставница. Вы сможете открыть мне Врата Духов?