Суть святой крови - в крови святого.

А святой - это существо, возникшее после того, как бог влил божественную силу в человека или иное живое существо, обладающее нужной квалификацией.

Так называемый святой сын сам по себе не является естественно существующей сущностью.

Сын святого - всего лишь потомок. Он, возможно, унаследует часть способностей святой крови, но носить имя "святого" абсолютно не может.

Хотя бы та же семья Датмэнли. У них есть кровь святого, и кости пробуждённого носителя этой крови можно назвать святыми костями, но самого пробуждённого ни в коем случае нельзя называть святым.

Раньше Неймс тоже считал, что этот самый святой сын - всего лишь другая форма названия святого.

До сих пор он полагал, что старый пастырь хотел, исследуя святую кровь, превратить себя в золотой вид, а то и в святого.

Во всём этом процессе никакой святой сын так и не появлялся. И в материалах по исследованию святой крови, полученных от Оппа, лишь говорилось, что старый пастырь разрабатывал некое зелье, способное активировать в человеке святую сущность и перевести его в сторону святого.

От начала и до конца словосочетание "святой сын" будто не имело веса и существовало лишь в последнем вопле старого пастыря, полном отчаяния.

Но теперь, получив в руки ниточку в виде горы Спинного Плавника, Неймс тут же уловил проблему.

И в этот момент пригодились годы, потраченные на изучение алхимии.

"Что вверху, то и внизу; что внизу, то и вверху. Высший принцип алхимии - превращение."

"Святого нельзя сделать искусственно, потому что сначала нужна соответствующая пригодность, и лишь потом бог ниспосылает божественную силу и совершает превращение."

"А значит, если пытаться создать святого через святую кровь, лучший путь - вовсе не сделать всё одним махом."

"Лучший путь - создать так называемого 'святого сына'."

Здесь, похоже, скрывался вопрос очередности.

"Человек после долгого просветления очищает и возвышает свою душу, а значит, получает право стать святым. Это первый этап."

"Бог ощущает это, дарует божественную силу, и жизнь вслед за этим претерпевает превращение, в итоге становясь святой. Это второй этап."

"Но как бы там ни было, между пригодностью к святости и божественной силой обязательно есть связь."

"Если следовать алхимическому принципу 'что внизу, то и вверху', то само существование божественной силы уже создаёт среду и эффект 'верхнего уровня'."

"Примерно так же, как в семьях служителей церкви чаще появляются новые служители."

"Значит, ключ плана святого сына - в том, чтобы выращивать его с детства."

В этот миг Неймс всё понял.

Святое зелье, созданное старым пастырем, изначально предназначалось не ему самому, а именно "святому сыну".

Так называемый святой сын с большой вероятностью был существом, которое ещё с эмбриона находилось в среде святой крови и непрерывно испытывало её влияние.

Родившись в такой среде, его душа вполне могла уже после рождения ради приспособления постепенно сместиться к состоянию души святого.

Эксперимент семьи Датмэнли, где детям скармливали мясо святой крови, был, скорее всего, просто упрощённой версией.

А настоящий план святого сына, похоже, предполагал, что ребёнок с самого начала буквально вымачивался в святой крови.

Тогда получившийся святой сын теоретически становился бы заготовкой под святого.

Его душевное состояние врождённо было бы чище, теоретически он легче достигал бы просветления, а однажды достигнув его, даже без дарованной богом силы уже становился бы чем-то вроде половины святого.

Вот в чём и заключалась истинная суть плана святого сына.

Эксперименты в городе Газового Источника в основном уже зачистили.

Тогда, когда старый пастырь позже отправился на гору Спинного Плавника и захотел продолжить эксперименты, не создал ли он ещё одного святого сына?

На уровне инстинкта Неймс будто ухватил какую-то нить.

Откровение Дыхания священных правил уже собиралось запуститься, но очень быстро Неймс почувствовал вмешательство другой силы. В итоге это откровение не показало ему ничего полезного.

"За всем этим стоит сильный игрок." Та самая искра вдохновения утонула, но Неймс, наоборот, только воодушевился.

Похоже, нынешний посёлок Маятникового Хвоста уже не так скучен, как казалось раньше.

До этого, если не считать загадочного Лайна и какого-то так называемого демонического колдуна, Неймс при поддержке ангела A в общем-то мог просто продавить здесь всё напрямую.

Пока это не выманивало золотой вид, что бы вокруг ни происходило, Неймс почти наверняка мог всё прикрыть.

Всё, что ему требовалось, - это ресурсы для прорыва в золотой вид и возможность поддерживать порядок, показывая свои способности и готовя этим путь к будущему вхождению в церковное ядро.

Что же до Датмэнли, то этот род, по сути, уже наполовину мёртвый червь.

Не дёргайся он, мог бы тянуть ещё десятки, а то и сотни лет. А нынешняя лихорадочная борьба за всё, что связано с золотым видом, лишь ускоряет гибель рода.

Все эти полгода семья Датмэнли хотела разорвать негласные правила и ударить по Неймсу, но при этом всё же чего-то опасалась.

Будто уже собрались идти ва-банк, но жалких крох всё равно жаль.

Конечно, сами Датмэнли считали, что просто думают о будущем.

Даже схватив Неймса, им всё равно ещё понадобилось бы время, чтобы переработать результаты и взрастить золотой вид.

Их нынешнее поведение как раз и заключалось в том, чтобы не перейти черту до конца, оставить себе лазейку на будущее и сохранить для семьи хоть тень приличия.

По выражению ангела A, они уже снялись в откровенной плёнке с открытым лицом, а теперь всё ещё надеются, что маленькая мозаика внизу или пластырь на ранке как-то удержат их невинность. Только смешат людей.

Именно по этой такой неловкой, мнущейся позе и можно было судить о реальном состоянии семьи Датмэнли.

Возможно, у них действительно остались какие-то вещи или тайные техники, доставшиеся по крови святого.

Возможно, у главы рода Датмэнли и правда есть какой-то особый замысел.

Но и только.

После истории с экспериментом над кровью - от начала, через огласку, к провалу - семье Датмэнли фактически уже подписали смертный приговор.

А нынешний наполовину успешный плод того эксперимента, "Нейл", - всего лишь ложная картина, которую Неймс собрал с помощью божественной природы заповеди, святых гвоздей и прочих средств.

"Если смотреть так, то неудачный эксперимент старого пастыря во мне и правда может быть воспроизведён успешно." Главным абсолютным преимуществом Неймса была именно божественная природа.

"Значит, если понадобится, того самого 'святого сына', которого старый пастырь вырастил в одиночку, нужно заполучить в свои руки."

"Старый пастырь пришёл в деревню Спинного Плавника двадцать лет назад. От перезапуска эксперимента и подготовки материалов до его реального начала, скорее всего, ушло ещё несколько лет."

"То есть сейчас тому святому сыну, вероятно, всего лишь десять с лишним?"

"Я не знаю скрытых деталей плана святого сына и лишь теперь, по слабому ощущению, понял внутреннюю подоплёку."

"Но вот город Газового Источника таким не будет. Тогда святой сын, которого старый пастырь прятал на горе Спинного Плавника, был увезён?"

"Или по какой-то причине всё ещё остаётся на горе?"

Ведь на этот раз, когда Неймс ухватил направление истории, он ощутил именно гору Спинного Плавника.

Подумав об этом, Неймс тут же тайно связался с Оппом.

Последние полгода Опп помогал ему вести дела с китовой продукцией и сам как раз находился в важнейшей стадии продвижения к стальному виду.

Услышав зов Неймса, он сразу решил лично прийти в тот дом снаружи церкви, где жил Неймс.

Неймс специально расспросил его о подробностях той давней добычи руды китовой кожи на горе Спинного Плавника.

И очень быстро пришёл к выводу: ту штольню на горе тогда разрабатывал именно старый пастырь.

Теперь всё указывало на то, что где-то на горе Спинного Плавника у старого пастыря, скорее всего, всё ещё был скрытый лабораторный узел.

"Это, кстати, объясняет, почему тогда туда лично прибыл в составе группы Готтхард, золотой вид."