Раздался щелчок. 

Взор Аймана застелила пелена черноты, а в теле разгорелась жуткая, ноющая слабость. Он видел как два силуэта распадаются в ничто, объятые хаотичным зелёным сиянием ритуального круга. Вместе с тем, сам он не мог больше держаться на ногах. 

Изведенный до изнеможения, он упал на землю, потеряв сознание.

Когда он открыл глаза, всё его тело ныло от боли и усталости. Голова кружилась, дыхание давалось с невероятным трудом, во рту было сухо как в пустынях Йаскута.

“Сколько прошло времени?” - первая мысль в его голове. 

Прищурившись, он с тяжестью взглянул на солнце. Такое яркое и жгучее, что он не мог сфокусироваться на нём дольше чем на половину секунды, прежде чем его глазам нужен был бы отдых.

Покопавшись в памяти и проведя пару сессий наблюдения за небесным светилом, он пришёл к неутешительному выводу. По меньше мере, он пролежал на поляне десять часов, ведь к вершине они добрались ранним утром. Сейчас, постепенно вечерело. Вопрос был в том, заходило ли солнце в этот день или этот день был уже следующим.

“Сария…” - пронеслась мысль в голове красноглазого. “Всё ещё её помню” 

Всё же, странное чувство захватывало его. Гнетущее, надоедливое чувство. Будто он что-то забыл.

Сколько бы он не пытался, у него никак не удавалось вспомнить.

Собравшись с силами, Айман наконец поднялся с земли. Ноги все еще были слабы, отчего встал он лишь на половину. Рука прилипла к лицу, массируя.

Как разряд тока, от головы, по всему позвоночнику прошёл болезненный импульс. Туман в голове исчез, а в нём проявилось одно имя.

-Фэнь! - вскрикнул Айман и бросил взгляд к розовому водопаду. Он слышал, как из его глубин, отбиваясь от каменных стен разносяться звуки лязгающего металла.

Сколько бы времени он не провел, валяясь без сознания, во весь этот период в недрах горы не прекращалась битва.

Превозмогая усталость и онемение в конечностях, Айман поднялся на ноги. Первый шаг дался с тяжестью. Второй нисколько не отличался от первого.

“Чёрт…Кажется я понял каково ему было подниматься” - думал Айман, медленно шагая к водопаду.

С каждым шагом, лязг металла становился всё отчетливее, подгоняя эзотерика. Однако, в один момент появилось то, что заставило второе дыхание открыться. 

Звуки из утробы горы, куда с колоссальных шпилей стекал водопад, затихли.

Тут же Айман ускорил темп. Ноги спотыкались друг о друга, колени ныли от боли и тряслись от тяжести носимого тела.

Вскоре, он оказался у края расщелины. Он присел на корточки и краем глаза заглянул вниз.

Увиденное, чуть не заставило его потерять равновесие и упасть, потерявшись в водах противоестественного водопада. Расщелина была подобна окну или порталу, ведущему в иной, совершенно чуждый и противный мир. 

Овальная расщелина закручивалась спиральной дорожкой, уходя глубоко, параллельно водопаду. Грани этой дороги уплотнились, то становились тонкими как бумажный лист, заставляя задаваться немым вопросом о том, как она выдерживает собственный вес.

Внутренности были покрыты огромным скоплением пушистой белой плесени. На навершие спор набухали алые ягоды, напоминающие непонятную кровоносящую внутренность с тонкой кожицей. 

Теми же мелкими ягодами полнился и водопад, отчего издалека он и казался розовым. Однако, вблизи было ещё одно различие. 

Возможно, это было очередной визуальной иллюзией, свойственной всему хаотическому, однако Айман чётко видел, что водопад, в действительности, скорее являлся потоком, что тёк снизу вверх и, казалось, впадал в три ледяных утёса.

Боровшись с внутренним дискомфортом, красноглазый лёг на землю и высунул голову за край, чтобы точно не упасть и, прищурившись принялся за отчаянные поиски. 

-Фэнь! - крикнул он, отчего по стенкам пещеры пробежало гулкое эхо.

В ответ, лишь слабый поток ветра, несущих запах гнилых яблок.

Когда по глубокой пещере прошло эхо, однорукий спиритист поднял голову. 

Он всё ещё стоял, опершись на одно колено. В руке он сдавливал древний антикварный меч, мертвой хваткой. Ранее, при каждом взмахе, он не мог не благодарить Аймана за его привычку барахольщика, ведь именно он купил этот дряхлый меч на рынке в Соидзыне. Теперь, он выглядел ещё более потрепанным, чем на витрине. Оба его лезвия были испещрены сколами и хищными зазубринами. 

Также как и меч его соперницы.

Мирва стояла поодаль от него, вытянув свой меч вперёд, для контроля расстояния, а сама прижалась спиной к стене. Второй рукой она продолжала отчаянно держать мешок с телом своего настоящего господина.

Внешне, она не отреагировала на звук. Лишь моргнула своим стеклянным глазом.

-Не будешь отвечать? - спросила она тихо, напрягая ноги.

Фэнь тяжело дышал, но нашёл в себе силы встать. Молча, он поднял меч вверх и медленным движением, чтобы не спровоцировать атаку, обрезал верёвку, что удерживала широкую соломенную шляпу на его голове.

Больше в ней не было нужды.

Спиритист встал вполоборота и вытянул меч на длину руки, и также коснулся стены пяткой задней ноги.

Пускай он и не был хорошим фехтовальщиком, но его собственное заклинание всегда ему красноречиво доказывало, что контроль расстояния - это самая важная вещь в поединке. Особенно, один на один.

-Зачем? - спросил он в ответ. - Чтобы дать ему надежду? Нет уж…Этот парень и без того винит себя во всех бедах мира. Если я покажу ему, что у него был даже иллюзорный шанс помочь мне…Боюсь, что его золотое сердце этого не выдержит.

Мирва взглянула на него прищурившись.

-Так ты тоже…Не хочешь возвращаться. 

-Тебе ли не знать, что ждёт таких как мы? Псов, на привязи императорского двора. Сомневаюсь, что мой брат обратил тебя в куклу за хорошую жизнь. - сказал Фэнь и с болью растянул на весь рот ухмылку. Край его изуродованного лица трясся от мелких судорог.

Мирва сделала шаг назад.

-Нет. Не за хорошую. - сказала она, скрипя зубами. -Он так захотел. По закону…Он должен был лишь увести мою семью в клинику. Но он приговорил их к смерти и на месте исполнил приговор. И просто взял меня. Как вещь. А затем…сделал вещью. И отдал меня как вещь. - сказала Мирва, отчего уголки её губ потянулись в нервной ухмылке. -И Амалия, как бы я ей не сочувствовала поступила точно также! И Сария, влезла в меня без моего спроса! За это я вас, спиритистов, ненавижу! Больные люди в этом мире - лишь вы, возомнившие себя богами! Позор вам…за то, какие вы трусы, боящиеся даже на мгновение потерять маску всемогущества.

Улыбка с лица Фэня пропала на мгновение. Тут же она сменилась усмешкой. Тихой, усталой усмешкой.

-Знаешь. - сказал он, с каким-то странным успокоением. -Нам стоило сразу поговорить. Тогда бы…Наш бой закончился гораздо раньше.

-О чём ты? - спросила Мирва, делая ещё один мелкий шаг назад, продолжая держать меч перед собой.

-У тебя есть причины, чтобы ненавидеть меня. За то, что я спиритист. - сказал он и поднял меч над головой. -А у меня, есть причины ненавидеть тебя. Как творение брата, что убил мою невесту. Это…сильно ускоряет процесс. - сказал он и моментально рванул к девушке, нанося удар ей в голову.

Та тут же парировала и изогнулась для ответного выпада, который Фэнь принял жёстким блоком. 

Вновь по пещере раздался звук лязга металла. Мечники посылали друг на друга удар за ударом. В них не было изящества, хитрости и точности. Лишь грубые удары, высекающие из клинков жгучие искры при каждом столкновении. Фэнь старался напирать скорость, понимая, что в нынешнем состоянии ему не удастся сравняться по силе с куклой. Он вынуждал её преимущественно защищаться и контратаковать.

Бесперебойная сечь продлилась не больше минуты. 

Очередной замах Фэня обрушил на Мирву сокрушительный удар сверху, встреченный тем же жестким блоком.

Раздался лязг. Более громкий чем раньше. Затем звук металла, бьющегося о стенки пещеры. 

Меч Фэня раскололся на середине и старый клинок упал вглубь расщелины.

Не успел он среагировать, как увидел блеснувший вспышкой клинок, что в выпаде выстрелил в его сторону.

“Странно…” - пронеслась мысль в его голове. - “Даже не больно”

Изо рта спиритиста брызнула кровь, вместе со вздохом.

Меч вошёл в его правое лёгкое, пронзив тело Фэня насквозь. 

-Это конец. - сказала Мирва и подтянулась ближе, всаживая меч в уставшую плоть по самую рукоять. -Покуда мой господин сможет жить…Проклятье продолжит существовать. 

Фэнь поднял на неё прищуренный, уставший взгляд и нежно улыбнулся, что было сил.

-Нет…- произнёс он с хрипом. -...У кукол…права. - сказал он и обхватил руку Мирвы, заломив её запястье обломком меча. Тут-же, его ноги обмякли. Но в последнее мгновение, он сделал рывок прямо в пропасть, утягивая куклу, что так неустойчиво стояла, из-за мешка во второй руке.

Фэнь и Мирва полетели вниз в свободной падении.

-Что ты делаешь?! - крикнула она. -Ты погубишь нас обоих! 

Девушка продолжала кричать и пытаться вырваться, но к меч слишком глубоко застрял внутри спиритиста, а его рука слишком крепко держала её внутри.

-Уже. - сказал он тихо и издал вздох. Он посмотрел вверх, где ещё светило солнце. Где из-за края ущелья был виден отдаленный силуэт Аймана. Молча, он подмигнул ему.

Всем телом, он придумал паре вращения, чтобы оказаться сверху. Он обхватил испуганную Мирву ногами и лишь затем отпустил обломок меч.

Он поднял руку к небу, складывая жест. Он был готов. 

-Последнее заклинание. Смерть Проклятью. - сорвалось с его уст, в то время как воздух, вокруг пары начал покрываться рябью.

Изнутри пещеру разрывали следы невидимых лезвий, что били во все стороны, расходясь от полумертвого спиритиста. Он резали камень. Резали водный поток. Резали Мирву. Резали его собственно тело, которое как и всё окружающее пространство распадалось.

Спиральные дорожки падали, начиная с самых верхних уровней пещеры. Большие и малые осколки каменных глыб - все устремились вниз, чтобы похоронить пару вместе с мумией Красного Императора, что скрывалась где-то внизу.

Вся гора пошла ходуном, как живое существо, при крайне болезненной, но не смертельной ране.

Айман отпрянул от края. Лишь нечётко он увидел силуэт падающего друга. А затем лишь рябь и оползень.

Через несколько мгновений раздался жуткий грохот, который отдался в теле красноглазого острой болью. В воздух из ущелья поднялось облако белой плесени, рассеиваясь по воздуху и обращаясь в ничто. Розовый водопад в долю секунды перестал течь, будто его никогда не было вовсе.

Айман сел. Одышка бешено вырывалась из его рта. Так же спешно и жёстко, как колотилось его сердце.

А затем, оно затихло. У его тела не осталось сил. Айман упал на спину, глядя в небо.

Безучастное, чистое небо. 

“Ты справился, Фэнь. Прости…Я не смогу тебя забыть” 

Айман положил руку на сердце. Та крепко сжалась, стягивая белую ткань его одежды.

Он прикусил губу, вздыхая. Молча, с его глаз потекли слёзы. Глаза и дальше бегали по голубому небу, пытаясь найти хоть одну тучку, за которую можно было бы зацепиться. 

Жаль, на нём не осталось ни одной тучи.