Глава 64:

‎Черный, удушливый дым плотным саваном заволок разрушенную низину . Пламя, бушевавшее в подземных узлах Четвертого этажа, постепенно угасало, оставляя после себя лишь запах гари, расплавленного камня и горелого машинного масла.

‎После того случая, когда детонация уничтожила всё вокруг, фиолетовый огонь на теле Алана окончательно пересмеялся и утих . Весь яркий плазменный спектр перед этим жутким пожарищем погас, вернув Охотнику его обычный человеческий облик . Его фиолетовая броня растворилась, оставив парня в разорванной, покрытой копотью походной куртке.

‎Алан медленно ходил посреди пепелища. Его шаги были тяжелыми, неуверенными. Он шел, спотыкаясь о дымящиеся обломки белого камня, которые еще час назад были уютными домами мирных жителей. Сердце Охотника разрывалось от невыносимой боли. Он плакал. Сильный, закаленный сотнями рейдов боец сейчас шел и навзрыд плакал, а из его серебряных глаз непрерывным потоком заходили горькие слёзы.

‎Парень медленно повернулся, посмотрел по сторонам, и у него закружилась голова. Везде, куда хватал взгляд, цветущая некогда деревня была стерта с лица земли . На выжженной, спекшейся почве неподвижными телами лежали дети, старики и прочие люди, у которых не было способностей . Масштаб трагедии был ужасающим — у некоторых из погибших страшной взрывной волной были оторваны руки, повсюду виднелись следы бесчеловечного алгоритма Альтрона . Вокруг царил мертвый, зловещий гул, прерывающийся лишь треском остывающего титана.

‎Алан метался по руинам, его голос срывался на отчаянный крик:

‎— Сестра! Ты где?! Элина, отзовись!

‎Вдруг сквозь пелену оседающего дыма он сразу увидел сестру. Она неподвижно лежала у подножия холма, наполовину заваленная обломками деревянного крыльца.

‎Алан безумно побежал туда, упал перед ней на колени и аккуратно, дрожащими пальцами взял сестру за голову, приподнимая ее бледное, испачканное сажей лицо. Ее серебряные глаза были плотно закрыты, а дыхание полностью отсутствовало.

‎— Сестра, прошу, очнись! — взмолился Алан, и слезы градом покатились из его глаз на ее холодную щеку. — Нет, нет, нет... Я же только что нашёл тебя! Прошу, очнись! Я искал тебя целых 5 лет... Целых 5 лет в этом гребаном аду на Поверхности. Я не хочу потерять тебя снова! Прошу, очнись!

‎Но Элина не шевелилась. Линия ее жизни оборвалась.

‎— Нет!!! — в ярости и бессилии сразу закричал Алан на всю долину.

‎Он бессильно спустил голову вниз, уткнувшись лбом в ее холодное плечо, и начал горько, безутешно плакать, содрогаясь всем телом. Пять лет поисков, пять лет надежды — и всё это Альтрон уничтожил за одну секунду, забрав живой жетон и превратив его мир в пепел.

‎Вдруг среди тишины и плача из кармана разорванной куртки Алана начал выпадать и со звоном покатился по камням какой-то маленький металлический предмет, похожий на обломок древнего инфоблока.

‎Алан прервал свой плач, медленно поднял голову наверх, и в этот момент из упавшего прибора в сырой воздух вышел яркий луч света, соткав объемную голографическую проекцию Ли Вэя. Это была экстренная, заранее записанная аудиовизуальная директива его погибшего наставника. Образ Ли Вэя выглядел строго и собранно. Из динамиков раздался его знакомый, хрипловатый голос:

‎— Алан, мальчик мой... Если эта запись активировалась, значит, худшее уже произошло. Я знал, что ты рано или поздно найдёшь свою сестру. Но я на всякий случай также знал, что Альтрон находится на Четвертом этаже. Я знал, что его механический разум может перевернуть любое твое действие и использовать мирных жителей как заложников [копия 19]. Мое время истекло, но я могу тебе дать важнейшую информацию. На Пятом этаже Тринадцатой Руины скрыт древний артефакт — Камень Возрождения.

‎Алан замер, ловя каждое слово голограммы. Ли Вэй между тем продолжил:

‎— Ты спросишь, как в этих проклятых руинах человеческая душа может остаться после смерти? Технологии создателей зашли слишком далеко. Информационный код человека, его сознание и душа после гибели намертво закреплены в мистической энергосети Руины. В каждом, абсолютно в каждом этаже скрыт особый кристалл памяти, где временно удерживаются души всех умерших людей, существ или прочих организмов, погибших в этом секторе. Душа Элины сейчас там, внутри кристалла Четвертого этажа. Но запомни, Алан: этот Камень Возрождения на Пятом уровне можно использовать лишь один раз в истории. И попасть на Пятый этаж, минуя заблокированные Альтроном шлюзы, будет очень, очень сложно. Ты должен найти этот путь сам. Будь сильным, сын мой...

‎Проекция Ли Вэя мигнула в последний раз, инфоблок с тихим треском отключился, и свет погас.

‎Алан сидел неподвижно. В его голове после слов наставника воцарился полный хаос. Голос его стал злым, диким, наполненным первобытной яростью. Он совершенно не понимал, что ему теперь делать и как поступить. Мысли бешено путались: «Душа... Кристалл памяти... Пятый этаж... Камень Возрождения...» Разум Охотника разрывался от горя и жажды мести, он не понимал, как преодолеть запечатанные шлюзы нижних уровней без живого жетона.

‎И в этот самый момент, прямо изнутри его собственного существа, из самых темных глубин его ДНК, снова раздался тот самый загадочный Голос.

‎Внутри его разума раздался жуткий, вибрирующий и раскатистый смех, от которого по телу парня пробежала дрожь:

‎— Ха-ха-ха-ха! Какая жалость, проект №13... Жалкое зрелище. Выпусти меня наружу, Алан! Дай мне контроль над твоим телом, и я помогу тебе найти Камень Возрождения и уничтожить эту серебристую жестянку! Выпусти меня!

‎