Глава 111. Семикратный разгром и новая цель

Шум замершего зала нижнего яруса казался почти осязаемым.

Неоновые лампы, моргавшие холодным синим светом, тихо гудели над столом, за которым решалась судьба одной из самых охраняемых тайн этого сектора.

Мастер Хэн сидел, не шевелясь, и смотрел на шахматную доску.

Его бледные, дрожащие пальцы всё ещё зависали над доской, словно он надеялся найти отменяющий ход, несуществующий лаз или невидимую ошибку.

Но её не было.

Король был зажат намертво.

— Не может быть… — горло старика издало сухой, скрежещущий звук. Он судорожно провел ладонью по лбу, сгоняя холодный пот, и поднял на юношу дикие, налитые кровью глаза.

— Это случайно! Ты просто удачлив! Ты не мог просчитать всё с самого начала!

Ли Вэй стоял напротив, слегка наклонив голову набок.

На его юном лице играла всё та же мягкая, едва заметная улыбка.

Полы его темного плаща даже не шелохнулись, а взгляд оставался невозмутимым, словно перед ним сидел не прославленный игрок, а ребёнок, проигравший первую в жизни партию.

— Удачлив? — тихо переспросил Ли Вэй.

— Что ж, мастер Хэн, если вы считаете это случайностью, у вас есть шанс доказать обратное.

— Расставляй! — рявкнул старик, внезапно сгребая руками все фигуры с доски в кучу. Тяжелый металл и полированное дерево с грохотом посыпались на столешницу.

— Давай ещё раз! Прямо сейчас! Я играю белыми!

Толпа вокруг ахнула. Никто из обитателей нижнего яруса никогда не видел Мастера Хэна в таком состоянии.

Человек, три года державший в страхе всех заезжих аналитиков и самоуверенных игроков, сейчас выглядел как загнанный в угол зверь.

Мальчишка на краю площадки судорожно сжал кулаки, не сводя глаз с Ли Вэя.

Ли Вэй молча сел обратно на стул.

Поправил отвороты рукавов и спокойным жестом расставил черные фигуры.

— Начинайте, мастер.

Вторая партия началась без лишних слов.

Хэн заходил агрессивно, с первых же секунд бросив в атаку королевский фланг.

Он отказался от привычной позиционной игры и пытался смять юношу быстрым, уничтожающим напором.

Но Ли Вэй даже не задумался ни на секунду. Его ответы следовали мгновенно — сухие, точные, беспощадные.

На четырнадцатом ходу конь Ли Вэя вошел в центр, а на семнадцатом — старик снова уперся в глухую стену.

Шах и мат.

— Ещё раз! — прохрипел Хэн, не пытаясь даже перевести дыхание.

— Ещё раз!

Третья партия. Старик изменил тактику, уйдя в глубокую, глухую оборону, заставляя Ли Вэя атаковать первым.

Но юноша с легкостью распутал его защитный узел за двадцать ходов.

Четвертая партия. Хэн попытался использовать сложную, редкую комбинацию из древних учебников стратегического анализа.

Ли Вэй разгромил её на двенадцатом ходу.

Пятая партия. Шестая партия…

С каждым новым поражением лицо Мастера Хэна всё больше напоминало маску из серого воска.

Его нейропроцессор на затылке раскалился до предела, на лбу вздулись вены, а дыхание стало рваным и свистящим.

Толпа вокруг погрузилась в абсолютно мертвую тишину.

Людям казалось, что перед ними разворачивается не просто игра, а ритуальное избиение.

Седьмая партия закончилась ровно через три минуты.

С тихим щелчком Ли Вэй опустил своего пешку на e2, замыкая кольцо.

На доске снова стоял абсолютный, неизбежный мат.

Седьмой раз подряд.

Старик Хэн бессильно опустил руки.

Его пальцы судорожно сжались в кулаки, а затем разжались, не в силах больше удерживать даже одну фигуру.

Он смотрел на доску стеклянными глазами, в которых больше не было ни злости, ни азарта — лишь всепоглощающий, леденящий шок.

— Семь раз… — прошептал Хэн. Голос его звучал так, будто он постарел еще на десять лет.

— Семь раз подряд… Как? Как ты это делаешь?! Кто ты вообще такой?!

Ли Вэй тихо вздохнул. Он слегка подался вперед через стол, облокотившись на сложенные замком пальцы, и посмотрел старику прямо в глаза.

Его голос звучал ровно, без тени хвастовства, но каждое слово падало, как тяжелый камень.

— Вы так и не поняли, мастер Хэн, — произнес Ли Вэй.

— Все эти семь партий… каждый ваш ход, каждое ваше решение были приняты не вами. Я с самого первого хода выстраивал доску так, чтобы ты ходил именно так, как нужно мне. Я специально делал так, чтобы ты думал, будто выигрываешь. Я подставлял фигуры, оставлял бреши в обороне и давал тебе ложное чувство превосходства, чтобы ты сам загонял себя в ловушку.

Старик застыл, не смея даже сглотнуть.

— Каждая партия, — продолжал Ли Вэй, — была написана мной от начала и до конца еще до того, как вы делали свой первый ход. Вы думали, что боретесь за победу, а на самом деле просто исполняли роль в моей комбинации.

В зале застыла абсолютная тишина. Обитатели трущоб, наблюдавшие за этим, едва смели дышать.

Слова Ли Вэя звучали как приговор. Это была не просто высокая техника игры — это был абсолютный психологический контроль, доступный лишь высшим аналитикам и монстрам стратегии.

Мастер Хэн медленно закрыл глаза.

Он сделал один глубокий, тяжелый вдох и долго не выдыхал.

А когда снова открыл глаза, в них уже не было страха. Лишь глубокое, смиренное уважение.

— Эх… — тяжело выдохнул старик, качнув седой головой.

— Ладно. Ты был более чем достойным противником, парень… Нет, не так. Ты сокрушил меня. Я признаю своё поражение.

Хэн медленно поднял руку и потянулся к пространственному кольцу на своем среднем пальце.

Поверхность кольца блеснула тусклым серебряным светом, когда нависающая над ним пространственная матрица отозвалась на импульс энергии.

Через мгновение на ладони старика материализовался небольшой, словно выточенный из темного прозрачного кристалла, фрагмент.

Внутри него переливались тончайшие золотые нити микросхем — Первичная частица Карты Руин Номер Семь.

Старик с тяжелым сердцем протянул фрагмент через стол.

— Держать слово — единственное, что оставляет человека человеком в этом гадюшнике, — тихо проговорил Хэн.

— Забирай. Она твоя.

Ли Вэй без лишних движений взял частицу карты.

Едва его пальцы коснулись кристалла, внутренний интерфейс его имплантов мгновенно отреагировал, считав зашифрованный подлинный подпись-код древней эпохи. Фрагмент был настоящим.

Юноша легким движением отправил его в собственное пространственное хранилище.

— Ладно. Спасибо, мастер Хэн, — спокойно произнес Ли Вэй и слегка наклонил голову в знаке уважения.

Он уже повернулся, намереваясь покинуть шумный игровой сектор и затеряться в узких переулках нижнего яруса, как за его спиной снова раздался голос старика.

Хэн медленно поднялся со своего стула.

Его осанка больше не казалась такой надменной, но в глазах появился новый, хитрый огонек.

— Погоди, Ли Вэй, — окликнул его старик.

— Не спеши уходить.

Ли Вэй остановился и пол-оборота обернулся к нему:

— Что-то еще?

— Я знаю, зачем тебе эта частица, — Хэн сделал шаг вперед, оперевшись руками о край стола.

— Ты не из тех, кто оставляет дело незавершенным. Ты будешь искать вторую часть Карты Руин Номер Семь. Я прав?

Ли Вэй не ответил, лишь молча посмотрел на него, давая старику продолжить.

— Так вот, — ухмыльнулся Хэн, и в его голосе впервые за вечер проскользнули знакомые нотки опытного интригана.

— Я могу дать тебе точную информацию о том, где находится вторая часть. Более того… если всё пройдет гладко, я даже скажу тебе, где искать третью!

Толпа вокруг снова зашепталась.

Три фрагмента Карты Руин — это был уже практически готовый ключ к легендарным подземельям древних!

— И вы, конечно же, не отдадите эту информацию просто так, — мягко заметил Ли Вэй.

— Разумеется, не просто так, — Хэн качнул головой.

— У меня есть к тебе одна просьба. Старый долг, если угодно.

— Слушаю вас.

— У меня есть один старый друг, — проговорил Хэн, и выражение его лица стало странно-серьезным.

— Он живет в закрытом секторе неподалеку. Он не играет в шахматы. Его страсть — Го. Эта древняя, проклятая игра на доске с девятнадцатью линиями. Так вот… я не могу обыграть этого старого лиса в Го уже больше пяти лет. Пять лет он утирает мне нос и смеется над моими раскладами!

Старик подался вперед и сжал кулак:

— Если ты пойдешь со мной, сядешь напротив него и обыграешь его в Го… Я не просто дам тебе координаты второй части. Я лично проведу тебя к месту и раскрою местонахождение третьей!

Ли Вэй замер. На несколько секунд в зале установилась тишина.

Юноша слегка прищурился, взвешивая в уме полученные данные.

Го — игра с практически бесконечным количеством комбинаций, куда более хаотичная и сложная, чем шахматы.

Но для его разума, привыкшего к глубоким стратегическим расчетам и анализу микро-вероятностей, это был лишь еще один массив данных.

На лице Ли Вэя снова расцвела его привычная, спокойная и уверенная улыбка.

— Ну что же… — тихо проговорил Ли Вэй, поправляя плащ. — Погнали.

— Вот это разговор! — хмыкнул Хэн, впервые за вечер искренне улыбнувшись.

Не теряя больше ни минуты, старик вышел из-за стола и шагнул в сторону темного выхода из игрового зала.

Ли Вэй последовал за ним, растворяясь в туманном неоновом свете подземного города, оставляя за собой пораженную толпу и легенду о семерых разгромных партиях.