— М-м...

Пробудившись в полудрёме, я открыла глаза и обнаружила себя в совершенно тёмной комнате, напоминающей фотолабораторию. Эта уютная темнота безошибочно давала понять, что я нахожусь в своей собственной берлоге. По мере того как ко мне возвращалось ясное сознание, исходящее от моих волос, вшитых в пальто микросхем и зрачков голубое свечение начало озарять пространство. Свет лился от моего тела и прорезал мрак, проникая в каждый угол комнаты, словно сквозь окно пробивались лучи голубой луны. Исписанные хангылем стикеры, густо покрывавшие стены, тускло замерцали в этом отражённом сиянии, а в углу проступил силуэт спящего меха-удильщика.

— Ха-а-ам.

Я сонно потёрла глаза и села на кровати, сладко потягиваясь. После крепкого сна тело казалось лёгким и отдохнувшим. Усталость, давившая на меня мёртвым грузом перед тем, как я отключилась, исчезла без следа. Отодвинув в сторону пустую коробку из-под пиццы, я встала и наконец-то оглядела себя. Моя единственная одежда в виде чёрного пальто по-прежнему мерцала бегущими синими линиями, а в зеркале отражались глаза, излучающие мягкий голубой свет.

— Кью-у...

Меха-удильщик лежал на спине, словно перевёрнутая черепаха, и издавал звуки, будто действительно спал.

И почему этот кусок железа спит?

Глядя на эту умильную картину, я пару раз ткнула пальцем в его податливое пузико. Если надавить посильнее, создавалось впечатление, будто это игрушка из упругого желе, внутри которой нет ни единой металлической детали.

Меха-удильщик был загадочным существом, находившимся рядом со мной с того самого момента, как я открыла глаза в этом мире. Раз уж мы очнулись вместе в заброшенной лаборатории, нас определённо что-то связывало. Судя по тому, как он пострадал, когда мы угодили в зону ИИ-эрозии, он несомненно был машиной, однако его невероятно мягкое и тёплое тело делало его до странности похожим на живой организм. К тому же этот странный механизм двигался без подзарядки, выражал свои мысли простенькими звуками и даже смотрел телевизор. Каким бы чудным он ни был, без него мне было бы куда сложнее выживать в мире, где у меня не осталось ни единой родной души. Меха-удильщик стал моим первым другом в этой мрачной и разрушенной киберпанк-реальности.

И всё же тот факт, что он продолжал безмятежно сопеть, когда я уже проснулась, вызывал лёгкое недовольство. В конце концов я схватила валявшуюся в углу бутылку кетчупа и выдавила немного красного соуса ему прямо на живот.

— Кью-хнык-хнык...

Стоило кетчупу коснуться его пузика, как он тут же проснулся и разразился обиженным плачем. Это зрелище вызвало у меня невольный смешок. Удильщик изо всех сил пытался стереть соус, но из-за коротких лапок большая часть живота оставалась для него недосягаемой. Я немного понаблюдала за его забавными попытками привести себя в порядок спросонья, а затем всё-таки бросила ему салфетку.

Отведя взгляд от питомца, я бегло осмотрела комнату. Стены были плотно заклеены моими записями на хангыле – информацией, которую я кропотливо собирала с момента пробуждения в этом городе. Эти заметки служили доказательством моих попыток отыскать следы канувшей в небытие Южной Кореи и «MK Corporation». По крайней мере, так было в самом начале. Теперь же большая часть бумажек превратилась в сборник рецензий на еду, которую мне довелось попробовать.

Кажется, я проголодалась...

Сколько бы я ни оглядывалась, в комнате валялись лишь пустые картонки, а самой пиццы нигде не было. Вроде бы со вчерашнего дня оставался ещё кусок, но, судя по всему, я сточила его в полудрёме. Досадно. И как раз в тот момент, когда я твёрдо решила заказать новую доставку, со мной связалась Эмбер. Это было короткое одностороннее сообщение, похожее на СМС из моего прежнего мира.

<«A», зайди сегодня. Нужно выдать тебе расчёт, да и поговорить есть о чём.>

Очень лаконично. Эмбер отличалась странной привычкой обсуждать рабочие вопросы исключительно при личной встрече. Кажется, она совершенно не доверяла «Nexus Node» – мегакорпорации, контролирующей всю информационную сеть Вавилона. Вероятнее всего, посредница хотела в подробностях обсудить вчерашние события.

— Похоже, сегодня придётся поесть снаружи.

Помахав на прощание усердно оттирающему пузо удильщику, я направилась к выходу из своей крохотной студии.

— Охраняй дом, — бросила я.

Закрывая за собой дверь, я услышала, как из щели донёсся короткий ответный писк.

— Кью!

◯

Я стояла на границе района, развернув в углу поля зрения карту окраин Вавилона.

— Хм, сегодня, значит, пойдём этой дорогой...

И хотя я ходила в контору Эмбер постоянно, без сверки с картой можно было легко заблудиться. В этом не было ничего удивительного: окраины Вавилона, возникшие в результате Великого Слияния, постоянно менялись из-за остаточных последствий этой катастрофы. Искажения здесь были не такими радикальными, как в зонах ИИ-эрозии, но даже идя по одному и тому же маршруту, сегодня можно было прийти совершенно в другое место, нежели вчера.

Заброшенная промзона, где я жила, и район Пылающие Трубы, где держала свою контору Эмбер, отличались относительно стабильной топографией. На территориях, расположенных ещё дальше от центра, составлять карты или пытаться что-то предсказать было бессмысленно – пространство там перемешалось в абсолютную кашу. Ходили слухи, что на самых глухих задворках творится хаос, ничем не уступающий зонам ИИ-эрозии. Впрочем, я там никогда не бывала. Возможно, именно поэтому карта в углу моего обзора казалась живой. Индикаторы и маркеры медленно, но непрерывно ползали по ней, меняя своё положение.

Следуя указаниям навигатора, я зашагала в сторону Пылающих Труб. С каждым шагом пейзаж вокруг менялся. Гнетущая тишина заброшенных заводов постепенно отступала, а до ушей начало доноситься отдалённое низкое гудение. После долгой прогулки в поле зрения наконец-то показался нужный район, встретивший меня совершенно иной атмосферой.

Небо здесь пересекали тысячи переплетающихся труб. Из них непрерывно вырывался густой пар, заполняя узкие улочки мутным белёсым туманом. Через нерегулярные промежутки времени из вентилей вырывались языки пламени, окрашивая эту дымку в багровые тона. Именно за это зрелище район и получил своё название – Пылающие Трубы.

В тесных проулках под коммуникациями кипела жизнь. Толпа пестрела наёмниками, выставляющими напоказ свои кибернетические протезы, торговцами уличной едой и оружием, а также кибер-ведьмами, нашёптывающими кому-то секретную информацию. Сквозь пар ослепительно мерцали неоновые вывески многочисленных баров и магазинов. Лично я не особо жаловала это место из-за чрезмерного шума, но, как ни странно, многие бойцы обожали этот район. Как-то раз я слышала от одного парня, что эта пропитанная хаосом и запахом горелой электроники улица заставляет чувствовать себя настоящим наёмником.

Повсюду, словно живые существа, парили светящиеся голографические рекламные щиты.

< «Brutal Hands»! Увеличьте свою силу в десять раз! >
< Почти распродано! Оригинальные защитные экраны от «Nexus Node»! >
< Еда от «Firewall»! Стопроцентная гарантия ожога пищевода! Истинная острота, превосходящая все пределы! >

Подобные слоганы назойливо лезли в глаза, вызывая лёгкую рябь. То ли виной тому была эта накалённая, пылающая атмосфера, то ли просто случайность, но прямо посреди моего пути сцепились несколько наёмников. С одной стороны выступала группа головорезов, с ног до головы увешанных зловещего вида боевыми имплантатами. Их механические руки щетинились шипами, а на плечах красовались компактные ракетные установки. Лица бойцов покрывали шрамы и татуировки, однако мне было совершенно ясно, что это обычные новички, недавно подавшиеся в бизнес. Вся эта показушная аугментация с шипами и торчащими пушками делала их идеальными ходячими мишенями.

Им противостояла рыжеволосая женщина в облегающем байкерском костюме. На ней не было видно ни оружия, ни имплантатов. На первый взгляд она совершенно не вписывалась в местный колорит, но, едва завидев её рыжую макушку, я поняла исход этой стычки. Эта дамочка была настоящим ангелом смерти для идиотов, любящих выставлять напоказ свой дешёвый хром.

— Убейте её! — заорали головорезы.

Они синхронно выхватили встроенное в механические протезы тяжёлое оружие. В их глазах плескалась неприкрытая жажда крови. Случайные прохожие поспешили укрыться в боковых переулках, однако нашлись и зеваки, оставшиеся поглазеть на шоу. В Пылающих Трубах подобные разборки считались обыденным развлечением.

- Бам!

Раздался звук взрыва. Слишком тихий для гранаты или ракеты. Вслед за этим приглушённым хлопком округу разорвал истошный вопль. Я лениво скосила глаза и убедилась, что всё прошло по моему сценарию. Ситуацию можно было описать одной фразой: бунт их собственных драгоценных боевых имплантатов. Механические руки вышли из-под контроля и принялись душить своих же владельцев, а готовые к выстрелу снаряды детонировали прямо внутри стволов. Лица наёмников исказились от животного ужаса и непонимания.

Таков был бесславный конец зелёных новичков, бездумно накачавших себя железом без малейшей защиты от удалённого взлома кибер-ведьм. Собравшаяся толпа одобрительно загудела. Кто-то даже начал делать ставки на исход поединка. Рыжеволосая женщина не пошевелила и пальцем, лишь уголки её губ изогнулись в лёгкой усмешке. На закреплённом у неё на запястье миниатюрном устройстве ритмично мигал синий индикатор.

Потеряв интерес к бою с предрешённым финалом, я отвернулась и продолжила путь к конторе Эмбер. Даже посреди царящего в районе шумного хаоса это заведение оставалось островком тишины и спокойствия. Мне не терпелось поскорее забрать свои деньги и послушать, что она собиралась рассказать.

И тут...

— О, «A»! — окликнула женщина.

Заметив меня, рыжеволосая мгновенно забыла о своих корчащихся в агонии противниках.

— Чёрт. Скарлет...

Едва услышав своё имя, я сорвалась с места и изо всех сил рванула в сторону спасительной конторы.