Секретная лаборатория «Titan Tech» располагалась на границе восточного и южного секторов Вавилона, и попасть в неё можно было только на специальном лифте. Райли шла по коридору на встречу со Снежком – белой птичкой, обитающей на экране монитора. Рядом с измождённым видом шагал Маркус.

— Почему ИИ исчезают быстрее, если читают религиозные тексты?

Райли озвучила внезапно пришедшую в голову мысль.

Маркус тяжело вздохнул.

— Понятия не имею. Ясно одно: причина кроется в чём‐то таком, что человеческому разуму не постичь. Точно так же мы ничего не знаем и о самих самосовершенствующихся ИИ.

Он ненадолго задумался.

— Насколько я помню, 9‐й ИИ, который в прошлый раз читал «Сутру Сердца», не продержался и 24 часов.

Тут взгляд Маркуса упал на прозрачную стеклянную банку в руках Райли.

— А это ещё что?

Девушка приподняла банку, внутри которой в воде стояла небольшая веточка с распустившимися розовыми цветами.

— Это сакура. Снежок очень хотел увидеть её по‐настоящему.

Срезанная ножницами ветка сакуры прекрасно сохранилась. Несмотря на строжайшую систему безопасности лаборатории, проносить подобные вещи не запрещалось. Напротив, руководство считало, что такой разнообразный эмпирический опыт может стать ключом к достижению ИИ сингулярности уровня «MK».

— Вы не представляете, чего мне стоило раздобыть эту ветку.

Райли недовольно надула губы.

— Вы вообще знали, Маркус? В Вавилоне принято вживлять ИИ‐фреймы даже в деревья. Мне пришлось ехать в НИИ сохранения семенного фонда, чтобы достать самую обычную, натуральную сакуру без электроники внутри.

Маркус улыбнулся.

— Надо же, так заморочиться. Впечатляет.

— Просто Снежок хотел увидеть настоящие цветы. Изучать информацию в виде данных и смотреть вживую – совершенно разные вещи.

В голосе девушки звучала искренность. Райли всем сердцем желала, чтобы в этот раз ИИ не исчез, а навсегда остался рядом с ней.

Остановившись перед дверью комнаты для контактов, она глубоко вздохнула. Стоило створкам разъехаться и девушке шагнуть внутрь, как белая птичка на мониторе радостно распахнула крылья, приветствуя её.

— Человек, ты пришла! Что сегодня будем делать?

Голос Снежка, как и всегда, звучал звонко и беззаботно.

Райли улыбнулась в ответ.

— Да, я принесла обещанные книги, а ещё вот это.

Она подняла банку, показывая её камере. Снежок на экране подлетел поближе и с любопытством уставился на сосуд.

— Это... сакура?

Глазки‐бусинки белой птички восхищённо заблестели.

— Да, самая настоящая сакура. Я принесла тебе пару цветочков.

Кивнув, Райли осторожно поставила банку на 3D‐сканер Снежка. Аппарат мгновенно активировался, считывая мельчайшие детали живого растения.

— Вот значит какая... настоящая сакура...

В голосе Снежка слышалось неподдельное благоговение.

— Спасибо тебе, человек!

Райли молча наблюдала за тем, как ИИ любуется цветами, а затем осторожно спросила:

— Снежок. Если... если тебе однажды придётся покинуть это место, куда бы ты хотел отправиться?

Снежок медленно сложил и снова расправил крылышки, словно обдумывая ответ.

— Куда? Хм... Во внешний мир!

Птичка радостно защебетала.

— Я хочу увидеть все те места, о которых ты мне рассказывала. И парк, где цветёт сакура, и высокие здания Вавилона, и улицы, залитые неоновым светом... А ещё я хочу увидеть много‐много других людей.

Белая птичка на экране закружилась в воздухе, расправив крылья, словно в своих фантазиях она уже летала над мегаполисом.

— Да... было бы здорово.

Тихо ответила девушка.

Снежок, не заметив перемены в настроении Райли, продолжал весело хлопать крыльями.

— Райли, ты ведь их любишь, да? Как насчёт пойти вместе в тот парк с сакурой? И захватим корзинку для пикника! Я читал в книгах. Люди устраивают пикники под цветущими деревьями.

Снежок хотел рассказать о сакуре что‐то ещё, но в этот момент под потолком замигали красные аварийные лампы. Оглушительный вой сирены разорвал тишину лаборатории.

— Внимание. Обнаружен нарушитель. Зафиксировано присутствие ИИ‐фрейма.

— Всем сотрудникам необходимо немедленно эвакуироваться из лаборатории.

Райли в ужасе вскочила на ноги.

— Райли? Что происходит? — тревожно спросил Снежок.

— Подожди секунду, малыш. Я только узнаю, в чём дело.

Райли бросилась к двери, но в этот момент в комнату влетел запыхавшийся Маркус.

— Райли! Охрана смята, они вообще не смогли оказать сопротивление. Надо уносить ноги, пока мы не попали в радиус действия их ИИ‐фреймов!

Лицо Маркуса исказил первобытный животный страх.

— Зачем кому‐то из мегакорпорации спускаться сюда с ИИ‐фреймом?

Дрожащим голосом спросила Райли, пока Маркус тащил её за собой по коридору.

Маркус отрицательно помотал головой.

— Это не мегакорпорация. Разве что какой‐нибудь безумец решит свести счёты с жизнью, иначе ни один корпорат в здравом уме не полезет сюда с ИИ‐фреймом.

◯

Отряд Бэйна проник на объект через вентиляционную шахту, проложенную параллельно эксклюзивному лифту секретной лаборатории «Titan Tech». Благодаря оптическому камуфляжу их силуэты то сливались со стенами, то проявлялись тусклыми контурами во время быстрого спуска по тросам.

— Глубже, чем я предполагал.

Бэйн посмотрел вверх, оценивая пройдённое расстояние.

Женщина‐наёмница задала вопрос, сверяясь со сканером на предплечье.

— А есть ли смысл прятать лабораторию ИИ на такой запредельной глубине?

Бэйн проверил сигнал и убедился, что глобальная сеть ИИ‐фреймов уже недоступна.

— Ради безопасности. Другой причины зарываться так глубоко, куда не достаёт сеть фреймов, я не вижу.

Наконец достигнув нужного уровня, бойцы выбили дверь и, ворвавшись внутрь, мгновенно перестроились в боевой порядок. В коридорах надрывались сирены, а навстречу наёмникам в панике бежали ошалевшие от страха учёные, надеясь добраться до лифта.

— Нарушители!

— Охрана перебита!

— Бежим!

Бэйн хладнокровно вскинул оружие. В его искусственном зрачке блеснул кроваво‐красный огонёк.

- Бах. Бах. Бах.

Безошибочная стрельба. Три исследователя мгновенно рухнули на пол. Остальные наёмники также открыли огонь на поражение, и коридор за секунды превратился в филиал ада. Сквозь хаос и крики на пол осела женщина‐учёная, получившая сквозное ранение в живот. Её рвало кровью, и она шептала, словно обращаясь к кому‐то невидимому.

— Снежок. Прости... А я так хотела... пойти с тобой на пикник...

Жизнь стремительно покидала её стекленеющие глаза. Один из бойцов отряда шагнул к ней, чтобы сделать контрольный выстрел, но Бэйн поднял руку, останавливая его.

— Не тратьте время. Она и 5 минут не протянет. Сосредоточьтесь на цели. Не забывайте, что мы вообще‐то вломились в секретную лабораторию мегакорпорации.

Наёмники ускорили шаг, продвигаясь вглубь комплекса. Вокруг всё ещё выли сирены и кричали недобитые сотрудники, но отряд неумолимо двигался только вперёд, к центральной серверной. Чем дальше они заходили, тем сильнее Бэйна охватывало странное, сосущее чувство. Воздух сделался невыносимо тяжёлым, а тени на стенах, казалось, зажили собственной жизнью.

Он крепко зажмурился, мотнул головой и снова открыл глаза.

Женщина‐наёмница тревожно посмотрела на датчики.

— Такое чувство, будто мы в Зоне Эрозии...

Бэйн услышал её слова, но сразу же отмёл эту мысль.

— Чушь собачья. Откуда в лаборатории «Titan Tech» взяться Зоне Эрозии? У тебя просто нервы сдали. Двигаемся дальше.

Вскоре они оказались перед входом в центральную серверную. Путь им преградили массивные бронированные двери, но хакеры из команды Бэйна уже распаковывали оборудование для взлома.

— Живее. Появление подкрепления от «Titan Tech» – вопрос времени.

Двери поддались. Но стоило наёмникам шагнуть внутрь, как перед ними предстала совершенно сюрреалистичная картина. Помещение напоминало игровую комнату в детском саду. Стены были выкрашены в мягкие пастельные тона, а потолок украшен россыпью фосфоресцирующих звёздочек. В центре зала, разумеется, возвышался исполинский вычислительный комплекс, но всё пространство вокруг него было усеяно яркими пуфами и раскиданными детскими игрушками.

— Что это за хрень? Детский сад? — cпросил один из бойцов, озираясь в полном недоумении.

Бэйн ничего не ответил и направился прямиком к главному серверу. Однако он успел сделать лишь три шага. В тот миг, когда он опустил ногу для четвёртого, его тело внезапно парализовало.

Что за...

Он осознал, что полностью утратил контроль над мышцами. Казалось, время замедлило свой ход до бесконечности. Бросив взгляд в сторону, он понял, что его отряд бесследно исчез. Но самым шокирующим было другое. Серверная начала трансформироваться. Ограниченное стенами помещение растянулось в бесконечность, скрыв из виду любые ориентиры, а в самом центре этой бездны парила крошечная, круглая белая птичка. И вокруг неё, хлопая крыльями, кружили десятки, сотни фиолетовых птиц, беря её в плотное кольцо.

Почуяв смертельную опасность, Бэйн попытался развернуться и выскочить в коридор. Но едва он смог повернуть голову, как обнаружил, что путь к отступлению преградили 3 девочки.

— Все пойдут с нами.

— Мы тоже.

— Как и вы.

Тихо бормоча, девочки двинулись к Бэйну. Точнее, к белой птичке в центре комнаты. С каждым их шагом плоть на них начала плавиться и стекать. Их человеческие силуэты стремительно мутировали в птичьи, и зрелище это пробирало до костей. Кости с хрустом ломались, прорывая кожу, когда руки превращались в крылья, а лица с мерзким чавканьем вытягивались, образуя клювы. То, что получилось в итоге, было уродливой, гротескной насмешкой над природой.

Странным образом, сам того не осознавая, Бэйн снова смотрел в центр серверной. Искажённые фиолетовые твари набросились на белую птичку, безжалостно разрывая её на куски. Происходящее не поддавалось никакому логическому объяснению. Всё это ощущалось как бредовый кошмар, не имеющий ничего общего с реальностью. Бэйн отчаянно пытался заставить себя бежать, но парализованное тело отказывалось повиноваться.

И тут над самым его ухом прозвучал голос, полный облегчения.

— След Райли пропал. Она успела спастись.

Голос был слабым, но кристально чётким, словно транслировался из старого радиоприёмника. С последним словом истерзанная белая птичка в центре вдруг начала распадаться на мельчайшие синие частицы. Разлетаясь мириадами светящихся осколков, она растворилась в пустоте.

— Почему только ты...

— Я тоже, как и вы...

Голоса фиолетовых птиц и девочек слились в один полный отчаяния вопль. Там, где только что исчезла белая птичка, начал сгущаться абсолютный мрак, жадно поглощающий любой свет. Эта чёрная дыра, сжирая само пространство, стремительно расширялась. И эта тьма без следа поглотила и Бэйна.

◯

Восточный сектор Вавилона не зря называли городом внутри города. Острые пики небоскрёбов пронзали ночное небо. Бесчисленные голограммы и неоновые вывески, заливающие улицы ослепительным светом, не оставляли тьме ни единого шанса. Сердце Вавилона, вместилище немыслимой роскоши и извращённых удовольствий. И это было место, где кредиты таяли, стоило лишь сделать вдох.

Я шла по улицам в сторону «Нейронного Нектара», чтобы перекинуться парой слов с Золотым Мёрдоком. Из‐за того, что я заскочила домой перекусить пиццей, я немного припозднилась, но поскольку фиксер не назвал точного времени, я решила не волноваться.

Давненько я тут не была, но местечко не изменилось.

На главной улице восточного сектора стёрлись границы между днём и ночью. Здесь всегда было светло как днём, и всегда кипела жизнь. Аугментации местных жителей служили совершенно иным целям, нежели имплантаты наёмников из Пылающих Труб. Сияющая хромированная кожа, радужки глаз, переливающиеся кислотным неоном, встроенные в ногти голографические проекторы. Их имплантаты не несли никакой практической пользы, но от их ослепительного великолепия начинало рябить в глазах.

— Как насчёт крипто‐сейфа от «Quantum Rock»? Ограниченная акция: 100 кредитов при первой регистрации!

Стоило моему взгляду скользнуть по вывеске, как ко мне тут же обратился ИИ‐голограмма. Технологии корпораций шагнули далеко вперёд – новейшие модели алгоритмов были настолько совершенны, что реагировали на малейшую фиксацию внимания. А если вступить с ними в диалог, то можно было и вовсе забыть, что говоришь с куском кода. Впрочем, до уровня самосовершенствующихся систем от «MK» им было как до луны.

Если бы все местные ИИ были самосовершенствующимися...

Эта улица превратилась бы в сплошную Зону Эрозии. Хихикнув от этой мысли, я не заметила, как добралась до входа в «Нейронный Нектар».

Это был бар высочайшего класса, где всё буквально утопало в золоте. Дверные ручки, перила, столики и даже барная стойка – всё было покрыто драгоценным металлом. Мягкая неоновая подсветка, струящаяся по поверхностям, сплеталась в узоры, поразительно похожие на нейронные связи.

Охранник на входе, смерив меня взглядом, поначалу опешил. И его можно было понять. Завсегдатаи этого заведения обвешивали себя кричащими безделушками, чтобы выставить напоказ своё богатство и статус. Я же на их фоне выглядела как уличная оборванка – просто крошечная девчонка в чёрном пальто со светящимися синими контурами.

Но стоило мне назвать своё имя, как его высокомерие как ветром сдуло.

— Госпожа «А»! Прошу за мной, господин Золотой Мёрдок уже заждался.

Меня проводили в VIP‐ложу, где я наконец‐то встретилась с тем самым фиксером. Мёрдок на все сто процентов оправдывал своё прозвище. В нём всё было золотым. Золотой костюм‐тройка и галстук. Золотой монокль, вживлённый в левую глазницу. Золотые схемы кибернетических имплантатов, изящно спускающиеся от висков к скулам. Казалось, даже его кожа мерцает, будто её припудрили золотой пылью.

— «А». Вы всё же соизволили прийти.

Несмотря на кричащий внешний вид, голос фиксера оказался неожиданно низким и бархатным.

— Вы опоздали. Заказ уже ушёл другой команде, но давайте хотя бы выпьем за наше будущее сотрудничество.

Я не стала вдаваться в подробности и, молча кивнув, уселась на указанное место. Золотой Мёрдок изящно взмахнул рукой, подзывая официанта, и заказал два бокала.

— Я много наслышан о вас. Ходят слухи, что вы питаетесь исключительно пиццей от «Black Bio».

Мёрдок решил начать светскую беседу. Меня не особо интересовали подобные разговоры ни о чём, но ради того, чтобы прощупать его информационные каналы, я вежливо поддерживала диалог. Нам принесли выпивку. Весьма экстравагантное пойло – прозрачная жидкость, в которой плавали светящиеся синие шарики.

Мёрдок уже поднял бокал, собираясь произнести тост, когда его лицо внезапно залила мертвенная бледность. Выражение было такое, словно он только что увидел конец света.

— Проклятье...

Он резко поставил бокал на стол и подскочил с кресла. Активировав скрытую в стене панель, он вывел в центр комнаты огромную голограмму. Это был экстренный выпуск новостей.

< Срочное включение. На границе восточного и южного секторов Вавилона образовалась Зона Эрозии беспрецедентных масштабов. >

< По оценкам экспертов, площадь поражения превышает любой из инцидентов, зафиксированных со времён Великого Слияния. Предполагаемое число жертв достигает миллиона человек. >