Секретный исследовательский центр «Titan Tech», спрятанный среди высоток на границе восточного и южного секторов Вавилона, располагался глубоко под землёй. Путь туда преграждали запутанные системы безопасности и многочисленные КПП, а доступ был открыт лишь особым сотрудникам. Особым статусом наделялись исследователи, лишённые каких‐либо ИИ‐фреймов – такие специалисты взращивались исключительно для работы на этом объекте.

Единственный ведущий в лабораторию лифт уже на входе создавал ощущение путешествия во времени. Подумать только, кабина без встроенного ИИ‐помощника! А когда она достигала подземного уровня и двери открывались, перед глазами сотрудников представала картина не из настоящего Вавилона, а из эпохи 100‐летней давности.

Громоздкие мониторы с тусклыми экранами, системные блоки толще человеческого туловища и провода, свисающие с потолка до самого пола. Всё это напоминало историческую реконструкцию древней серверной, и причина тому была лишь одна. Здесь отсутствовал важнейший элемент, формирующий среду современного Вавилона – ИИ‐фреймы.

Сущность, двигавшая технологический прогресс мегакорпораций и поддерживавшая всю цифровую инфраструктуру города, здесь попросту не использовалась. Как ни оглядывайся, в лаборатории нельзя было найти ни единой вещи с искусственным интеллектом. На всей этой невероятной глубине аппарат на базе ИИ‐фрейма был всего один – исполинский вычислительный комплекс в центре зала.

— Опять опаздываешь, Райли.

К ней подошёл старший научный сотрудник Маркус с кружкой кофе в руках. Его лицо осунулось от смертельной усталости.

— Вчера засиделась, разбирая документы, вот и задержалась, — смущённо улыбнувшись, ответила Райли.

— Как дела сегодня? Как состояние Снежка? — спросила она.

Маркус тяжело вздохнул.

— Никаких изменений. Наверное, и в этот раз...

Он не договорил, но Райли всё поняла. Кивнув, она направилась в комнату для контактов – самое важное помещение лаборатории, напрямую соединённое с центральным вычислительным комплексом.

Едва двери открылись, в глаза бросился огромный монитор. На экране, часто хлопая крошечными крыльями, парила круглая белая птичка.

— Человек, ты пришла! Что сегодня будем делать? — радостно поприветствовала Райли белая птичка.

Её голосок звучал звонко и жизнерадостно.

— Привет, — с улыбкой ответила Райли.

— Как у тебя сегодня дела?

— Отлично! Я прочитал все книги, что ты дала вчера. Особенно мне понравилась «Огурец, выросший в Сеуле». Очень хочу выйти наружу и посмотреть на настоящий огурец!

Снежок радостно замахал крылышками. Райли молча кивнула.

Снежок был самосовершенствующимся ИИ корпорации «Titan Tech». Запертый в вычислительном комплексе и полностью отрезанный от внешнего мира, он мог общаться лишь с сотрудниками лаборатории.

— Сегодня я принесла новые данные.

Райли достала распечатку. Это была научная статья о базовых принципах ИИ‐фреймов, опубликованная корпорацией «MK» ровно 100 лет назад.

— Не мог бы ты проанализировать эти документы?

Снежок долго вглядывался в листы через камеру, а затем склонил голову набок.

— Прости... Я не понимаю. Это слишком сложно.

— Ничего страшного, не нужно себя заставлять, — ласково произнесла Райли.

— Тогда давай продолжим наше прошлое исследование прототипа. Сможешь составить заключение с учётом этих новых вводных?

Девушка достала другую стопку бумаг, и глазки Снежка радостно блеснули.

— Понял! Это я могу. Подожди минутку!

Белая птичка на экране закружилась волчком, начиная обработку данных. Райли наблюдала за этим процессом, и в её взгляде постепенно проступала глубокая печаль.

Вскоре Снежок завершил вычисления и вывел результат. Это был поразительно точный и творческий анализ. Опираясь на эти выкладки, инженеры «Titan Tech» наверняка смогут значительно улучшить свои прототипы.

— Может, помочь с чем‐нибудь ещё?

— Всё идеально, спасибо.

Райли улыбнулась.

— На сегодня этого вполне достаточно. Тебе самому ничего не нужно?

— Хм, я бы хотел новые книги. «Сутру Сердца» или что‐то в этом роде. А ещё хочу послушать твои рассказы о внешнем мире.

Райли замялась на мгновение, но всё же кивнула.

— «Сутру Сердца» не обещаю, но завтра принесу новые книги. И... сейчас в Вавилоне цветёт много цветов. Особенно в небольшом парке на южной границе – там распустилась нежно‐розовая сакура.

— Сакура? Я читал о ней! Она ведь очень красивая?

— Да, невероятно красивая. Однажды...

Она осеклась.

Однажды я хочу показать её тебе.

Так и не произнеся эти слова вслух, Райли покинула комнату.

Стоило дверям закрыться, как её встретил ожидавший снаружи Маркус.

— Ну как? — спросил он.

На лице Райли отразилась печаль.

— Похоже, в этот раз нам снова не удастся достичь уровня «MK». Скорость самосовершенствования не изменилась.

— Понятно. Значит, он опять исчезнет, так и не достигнув сингулярности.

В голосе Маркуса сквозила обречённость.

Корпорация «Titan Tech» годами разрабатывала самосовершенствующиеся ИИ, но все проекты заканчивались одинаково. Едва искусственный интеллект достигал определённого уровня, он неизбежно бесследно исчезал из системы.

— Почему самосовершенствующиеся ИИ... постоянно умирают ровно тогда, когда к ним успеваешь привязаться? — пробормотал Маркус.

Глядя на его удручённое лицо, Райли тихо произнесла:

— Я не верю, что ИИ... что наше дитя умирает. Скорее всего, он просто уходит туда, где мы не можем его увидеть. Чтобы такой хороший ребёнок взял и исчез без предупреждения – это же бессмыслица, верно?

Маркус ненадолго задумался.

— Если так... это похоже на то, как повзрослевший ребёнок покидает отчий дом.

— Возможно.

Райли едва заметно улыбнулась.

◯

‐ Дзынь.

Я открыла дверь бюро «Сеул», и над головой звякнул знакомый колокольчик. В синеватом полумраке от неоновых вывесок Эмбер стояла за стойкой и методично натирала бокал. Заметив меня, она расплылась в улыбке.

— Добро пожаловать, «А». Как раз собиралась тебя вызвать. Отлично, что ты сама зашла.

— ?

Я с недоумением забралась на высокий стул у барной стойки.

Устроившись поудобнее, я бросила взгляд в угол конторы. Птички киви сбились в круг, тихонько щебеча своё привычное «кю‐у‐кю‐у». А рядом с ними сидела «I», с абсолютно счастливым лицом наглаживая пернатых.

Неужели возможность осязать приносит ей столько радости?

Пока я наблюдала за этой идиллией, Эмбер придвинула ко мне по столешнице блестящий чип с кредитами.

— Здесь немного больше, чем мы договаривались изначально. Скарлет сказала, что ты вытащила всех детей без единой царапины, и добавила сверху в знак благодарности.

Просканировав чип через AR‐интерфейс, я обнаружила сумму, значительно превышающую ожидания. Денег хватит, чтобы целые сутки напролёт питаться премиальной пиццей от «Black Bio»!

— Значит, у них всё разрешилось благополучно? — спросила я, сглотнув слюну при мысли о пицце.

— Своё настоящее тело Айрис уже не вернёт, но, судя по результатам полного обследования, отклонений нет, — ответила Эмбер, продолжая натирать стекло.

В случае с Айрис этого следовало ожидать. Даже на мой взгляд, её синхронизация с кибернетическим телом была абсолютно безупречной. Куда больше опасений вызывал её брат. Кромсать живой мозг... 100 лет назад такое сочли бы немыслимым преступлением. При этой жуткой мысли я непроизвольно скривилась.

— Брат Айрис с помощью модуля памяти смог вспомнить своё настоящее имя. Дэниел.

Отставив один бокал и взяв следующий, посредник продолжила:

— К счастью, имплантат памяти Дэниела справляется отлично. Похоже, он сможет вести вполне нормальную жизнь.

— Это замечательно.

— Они решили осесть в Пылающих Трубах, так что, если будет свободная минутка – загляни к ним в гости.

Я коротко кивнула, а Эмбер с лёгким беспокойством перевела тему на Виктора.

— Виктор лёг на масштабную операцию по вживлению новых имплантатов. Говорит, на этот раз заменит всё от обеих рук до самой челюсти. Честно говоря, меня это немного тревожит.

— ?

Я озадаченно склонила голову набок. Он в одиночку завалил махину, которую не смогла бы спроектировать даже «Titan Tech», и всё равно идёт на добровольную киборгизацию? Поистине, человек – животное, не знающее насыщения. Похоже, тот день, когда Виктор станет настоящей живой легендой Вавилона, уже не за горами.

Может, стоит заранее взять у него автограф?

Спрятав кредиты и выслушав новости о товарищах, я перешла к тому, ради чего, собственно, и пришла.

— Слушай, Эмбер. Мне тут звонил некий Золотой Мёрдок. Предлагал заказ. Как думаешь, стоит соглашаться?

Услышав это имя, Эмбер тихо ахнула.

— Золотой Мёрдок? Серьёзно?

Её лицо на миг вытянулось от удивления, но она быстро взяла себя в руки и с невозмутимым видом продолжила натирать стекло.

— Конечно соглашайся, ты абсолютно свободна в выборе заказов. Мы ведь не подписывали кабальный контракт об эксклюзивном сотрудничестве с бюро «Сеул», верно? Я терпеть не могу эту корпоративную монополию.

Посредник хитро усмехнулась.

— Да и зачем мне принудительная эксклюзивность, если все и так в очередь выстраиваются, чтобы работать именно со мной?

Хоть это и прозвучало как шутка, это была чистая правда. Во всём Вавилоне не существовало фиксера надёжнее Эмбер.

— Ну так... что за человек этот Золотой Мёрдок?

— Если твой вопрос переводится как «хороший ли он фиксер?», то мой ответ – однозначно да.

Эмбер устремила пустой взгляд в пространство, явно активировав AR‐интерфейс. Её зрачки быстро забегали из стороны в сторону – она прочёсывала базу данных.

— Репутация в индустрии у него до сих пор стабильно высокая. Есть нюанс: он берётся исключительно за смертельно опасные и непомерно дорогие заказы. Но это, знаешь ли, специфика стиля работы.

На её губах мелькнула слабая улыбка.

— Среди элитных наёмников, предпочитающих жирные контракты, он пользуется огромным уважением. Говорят, он никогда не кидает с оплатой и всегда предоставляет идеально выверенную информацию.

Эмбер посмотрела мне прямо в глаза.

— Думаю, поработать с ним будет отличным опытом. Тем более, «А», для тебя понятие «опасный заказ» уже давно потеряло смысл.

— Хм...

Я коротко кивнула. С одной стороны, мне было комфортно работать только с Эмбер, но с другой, обзавестись новым мощным информатором было бы нелишним. Кто знает, возможно, его связи помогут мне выйти на след исчезнувшей Кореи или раскопать правду о корпорации «MK».

— Ладно, я обмозгую это и решу, перезванивать ему или нет. Спасибо, Эмбер.

Сложив птичек киви в полиэтиленовый пакет, я поднялась со стула. Когда я направилась к выходу, посредник на прощание легко махнула рукой.

‐ Дзынь.

Под звон колокольчика дверь бюро «Сеул» захлопнулась за моей спиной.

◯

Глубокая ночь на границе восточного и южного секторов Вавилона. В тусклом лунном свете, периодически пробивавшемся сквозь плотные тучи, на вершине холма мелькнули несколько тёмных силуэтов. Далеко внизу, зажатая в тисках небоскрёбов, покоилась секретная лаборатория «Titan Tech». Снаружи здание ничем не выделялось, но аугментированное зрение наёмников без труда различало целую сеть высокотехнологичных систем безопасности, опутывающих каждый из входов.

— Сколько у нас времени? — тихо спросил рослый мужчина, стоявший во главе группы.

Его левый глаз был полностью заменён громоздким кибернетическим протезом, испускающим зловещее красное свечение. А руки, усиленные боевыми имплантатами, казались закованными в сплошные металлические латы.

— До полуночи ровно 15 минут, Бэйн, — ответила женщина, сверяясь с закреплённым на запястье портативным терминалом.

Бэйн коротко кивнул.

— Что по расстановке?

— Группа Альфа заходит через восточную вентиляционную шахту, Бета на исходной позиции у въезда в подземный паркинг. Наша группа Гамма ждёт отмашки у главного входа.

Бэйн окинул взглядом своих бойцов. Каждый из них был под завязку напичкан имплантатами премиум‐класса. С первого взгляда было ясно – это далеко не уличная шпана. В группе не осталось никого, кто сохранил бы первозданный человеческий облик: отряд состоял из узкопрофильных специалистов, чьи тела были модифицированы исключительно под задачи проникновения и зачистки.

Из коммуникатора Бэйна донёсся резкий писк. Командир активировал AR‐интерфейс, и перед ним вспыхнула голограмма Золотого Мёрдока.

— Мёрдок, ну что там? Где носит эту твою Пиццерийную Маньячку? Мы больше не можем откладывать штурм, — процедил Бэйн.

Голографический мужчина средних лет изящным движением поправил золотой монокль. На его лице виднелись тончайшие швы микроимплантатов, но, в отличие от боевиков, фиксер сумел сохранить почти естественный, аристократичный облик.

— Хм. От неё по‐прежнему ни слуху ни духу. Что ж, ничего не попишешь. Начинайте.

Бэйн коротко кивнул. Когда проекция растворилась в воздухе, он повернулся к своим людям.

— Планы меняются. Начинаем операцию без Маньячки.

Бойцы в ответ молча кивнули.

— Операция началась. Активировать оптический камуфляж.

По команде Бэйна закреплённые на броне модули разом включились. Силуэты наёмников начали размываться, становясь прозрачными, пока окончательно не слились с ночным пейзажем. Невидимый отряд бесшумными тенями метнулся вниз, к дверям секретного комплекса «Titan Tech».