Зандар не был уверен, не слишком ли сильно он стремился увидеть провал Нус.

Возможно, именно поэтому у него и возникла столь абсурдная мысль.

Но как ни смотри… существо перед ним уже давно было замечено Нус,

и всё же оставалось вне досягаемости щупалец мыслей Эона.

Это было ненормально.

Оставим прочее.

Одного лишь рождения Пути «Надежды» уже было достаточно, чтобы у Нус не было причин упустить её.

И хотя несколько гениев подружились с ней, Полька Какамонд также охотилась на неё.

По этому тоже можно было уловить позицию Нус.

Зандар не верил, что простое следование Пути другого Эона лишает права получить приглашение.

И потому, обдумав всё снова и снова…

он пришёл лишь к одному выводу.

Дело было не в том, что Нус не хотел включить это существо в своё познание.

Он просто не могла.

«Сталесклеп» наблюдала, как настроение Зандара заметно оживилось.

Ей это казалось странным.

Что вообще пришло в голову этому типу?

Видя, что собеседница совсем не понимает его мысль, Зандар любезно пояснил:

«Я подумал, мадам… ОНА обращали на вас свой взгляд уже не раз,

но так и не приняли вас в Общество гениев. Возможно… дело не в нежелании, а в невозможности.»

«Невозможности? Кто? Ты о Нус?»

«Сталесклеп» посмотрела на него с недоумением, не понимая, как он пришёл к такому выводу.

«Как вы можете допускать, что во Вселенной существует нечто, что Нус не способен вычислить?»

В конце концов, три момента, определённые Нус тогда —

даже вмешательство Эона не смогло их поколебать. Их вес говорил сам за себя.

«Сталесклеп» не считала себя особенной.

Без карточек ролей она даже обычному исследователю уступала, если уж на то пошло.

Услышав её самоуничижение, Зандар слегка покачал головой и вздохнул.

«Именно. Поэтому и я считаю эту гипотезу крайне абсурдной. Но, кроме неё, я не нахожу иной причины, почему Нус не выбрал вас.»

«Может… Нус просто считает, что я недостойна?»

«Ха… Если бы вы действительно понимали Нус, мадам Сталесклеп, вы бы такого не сказали.»

Зандар усмехнулся, отмахнувшись от слов «Сталесклепа».

Но он понимал, что подобные рассуждения бесполезны, если ограничиться лишь словами.

И как раз когда он собирался пригласить её к совместной работе над одной гипотезой…

В пространстве появилась Герта.

«Кажется, я подслушала интересную гипотезу. Должна признать, старший, ваша интуиция всё ещё остра.»

«Ещё одна Герта? Хм… теперь я ещё больше убеждён в своей догадке.»

Зандар посмотрел на вторую Герту, затем перевёл взгляд на другую Герту внутри Амфореуса,

которая всё ещё усердно внедряла крайне заразный вирус.

Фрагмент мысли, как у меня?

Нет. Определённо нет.

Зандар был в этом уверен.

Но если рассматривать это вместе с «Сталесклеп из будущего»…

он мог сделать определённые выводы.

И чем больше он размышлял в этом направлении, тем сильнее убеждался в своей правоте.

«Эта мадам Сталесклеп… должно быть, и есть та самая таинственная сущность, о которой ходят слухи веками — индивид под кодовым именем “Бай Мин”, верно?»

«И что с того? Даже если ты что-то понял, я не собираюсь передавать её тебе, старший.»

Герта подняла руку и крепко обняла «Сталесклепа» за плечи, притянув к себе.

Она выглядела так, будто защищает своё сокровище.

«Опираясь на воспоминания своего будущего “я” и как гений, я в какой-то мере понимаю ваш ход мыслей, старший. Но как Герта — я не могу игнорировать тот факт, что меня пожрал Сталесклеп.»

В отличие от «Сталесклепа», Герта как гений действительно понимала выбор Зандара и его мотивацию.

Но понимать — одно дело.

А вот перспектива быть пожранной Сталесклепом и превращённой в… нечто — совсем другое.

Любой гений, сталкивавшийся с Бай Мин, ощущал аномальность её существования.

Точно так же, как Зандар задавался вопросом, почему Нус не выбрал её…

Герта и Жуань Мэй подозревали это ещё столетия назад.

Неважно, «одалживает» ли Бай Мин чужие мозги или нет.

Факт остаётся фактом —

используя мозг гения, она достигала результатов, которых не смогла добиться даже сама Жуань Мэй.

Такое существо… Нус не мог и не должен был упускать.

И всё же даже сейчас…

Нус уже во второй раз обратил на неё взгляд — и всё равно ничего не сделал.

Приглашение так и не последовало.

Это было очевидно ненормально.

Герта, Жуань Мэй и позже присоединившийся Скрюллум пришли к той же гипотезе, что и Зандар.

Просто они никогда не озвучивали её, молча позволяя ей разлагаться в глубине сознания.

«Значит, я могу расценить это как вызов, брошенный мне двумя Гертами… и ещё одним гением за вашей спиной?»

Зандар через связь уловил присутствие Скрюллума и прямо указал на это.

Если бы это было до того, как он заметил аномальность Бай Мин…

он бы выбрал более осторожную стратегию, чтобы гарантировать рождение Сталесклепп.

Но теперь…

Зандара куда больше интересовало раскрытие тайны Бай Мин.

Существо, перед которым даже Нус оказался бессилен…

Разве это не та самая возможность, которую он так отчаянно искал — ключ к разрушению клетки предопределённости?

Герта едва не рассмеялась от раздражения.

Это что вообще такое?

Он что, пытается отобрать человека прямо у неё на глазах?

Пусть он и не говорил это прямо…

но скрытые глаза Зандара буквально были прикованы к Бай Мин.

Как Герта могла не понять его намерения?

Счёт за то, что Сталесклеп её пожрал, ещё не закрыт,

а теперь он ещё и хочет забрать её у неё на глазах?

Отлично. Просто отлично!

«Хочешь забрать то, что принадлежит мне? Тогда молись, чтобы твой механический череп оказался достаточно прочным, иначе я этим посохом разобью тебе лицо и физически уничтожу твои вычислительные блоки.»

«…Довольно своеобразная угроза. Похоже, вы вовсе не рассматриваете возможность сотрудничества со мной.»

«Сотрудничество? Какая нелепая шутка. Я, Герта, не собираюсь работать с устаревшими реликтами, не способными идти в ногу со временем.»

Зандар наблюдал за Герта, которая была готова вспыхнуть после пары слов.

В нём возникло лёгкое чувство сожаления.

Эта его младшая… была слишком эмоциональна.

Иными словами — слишком человечна.

Её собственническое отношение к Бай Мин, похоже, было продиктовано не одной лишь «любознательностью».

Сколько в этом было совести, а сколько… иных чувств — сказать было трудно.

«Тогда давайте используем Амфореус как арену и проведём состязание. Посмотрим, каков истинный вес этой “Надежды”.»

Зандар больше не стал говорить.

Раз уж противник действует столь агрессивно, он не собирался уклоняться от боя.

А вот «Сталесклеп»…

Ей казалось, что всё идёт как-то не так.

Разве они не должны были ворваться сюда, обрушить удары на Зандара, пинками расправиться с Сталесклепом и задушить этот мировой кризис в зародыше?

Почему же сейчас это больше напоминало ситуацию, где Герта шипит на Зандара, охраняя лакомство?

И разве причина для этого шипения не была… слегка странной?