Вейл хмуро посмотрел на Тие, которая, шмыгая носом, в очередной раз поправляла челюсть черепа.

При чём тут вообще пословица про кровь и воду?

Однако вскоре причина прояснилась.

— Вообще-то у Тие есть папа.

Прошептала девочка и добавила:

— Он о-о-очень сильный.

Словно это был какой-то страшный секрет, малышка продолжала настороженно оглядываться по сторонам.

— Говорят, он самый сильный между мирами. Очень сильный святой рыцарь!

Лицо Васто окаменело.

Он вспомнил слова Тие в день их первой встречи – о том, что её папа находится в столице. Сначала он подумал, что ребёнок просто заблудился у ворот и разминулся с семьёй.

Но теперь...

— Если Тие унаследовала папину кровь, то, конечно, её способности вот такие! Каков отец, такова и дочь!

Чем больше Васто слушал, тем отчётливее в его голову закрадывалась мысль, что всё может быть гораздо сложнее.

Лицо Вейла тоже потемнело.

«Если отец этого ребёнка действительно сильнейший святой рыцарь...»

В этой картине кое-что явно не сходилось.

В мире существовало два вида пробуждённой силы. Святая сила и магическая сила. Святыми рыцарями становились те, кто пробуждал святую силу и владел с её помощью мечом. Но Тие только что пробудила именно магию.

«Конечно, я знаю, что такое иногда случается».

Случаи, когда у родителей со святой силой рождается маг, или, наоборот, в роду магов появляется ребёнок со святой силой. Но подобные примеры были настолько редки, что встречались лишь в легендах и сказках, а главное – считались дурным предзнаменованием. С древних времён существовало суеверие, будто дети, унаследовавшие силу, противоположную силе своих родителей, приносят окружающим лишь разрушение и бедствия.

«И кроме того...»

Слова Тие о «сильнейшем святом рыцаре» тоже не выходили у него из головы. Если в Империи и был род, заслуживающий такого титула, то только один.

Герцогский дом Люминен.

Семья, которая из поколения в поколение порождала рыцарей с чистейшей святой силой, печально известная своим заоблачным высокомерием. Аристократы, которые, в самом прямом смысле слова, никогда не знали падения.

Словно подумав об одном и том же, Вейл и Васто обменялись взглядами.

Васто кивнул и поспешно присел на корточки, сравнявшись с Тие в росте.

— То, что твой папа святой рыцарь, – ты уверена?

— Да! Очень сильный святой рыцарь! Самый сильный между мирами!

Лица обоих мужчин стали ещё мрачнее.

Если предположить, что слова ребёнка – правда, напрашивался только один вывод. Род Люминен, из поколения в поколение рождающий святых рыцарей. И в нём появилась на свет Астие, обладающая настолько огромной магической силой, что способна пробудить некромантию.

— Вообще-то... я не хотела об этом говорить, но... — в этот самый момент Астие открыла рот с поникшим видом. — До недавнего времени Тие жила одна с папой. В маленьком, но тёплом домике. А потом...

— Домик был маленьким? — перебил её Вейл, и Тие кивнула.

— М-хм! Вот таку-у-у-сенький.

Тие показала руками размер – пространство, где едва смогли бы лечь даже двое взрослых мужчин.

— И там, вон там, был туалет, но... у-у-у.

Тие внезапно вся сжалась. Заметив их вопросительные взгляды, она запнулась, но всё же ответила:

— Зимой было очень холодно. Тёплая вода почти не текла...

Бровь Вейла дернулась, но Тие продолжала:

— Но Тие была очень-очень счастлива. Даже если нас было всего двое, казалось, будто у меня сто членов семьи. Правда-правда.

Однако в её глазах, которые до этого сияли, проступила влажная дымка.

— ...А потом папа ушёл.

Васто и Вейл одновременно вздрогнули.

— И Тие осталась одна. В лесу. С Челнышом....

— С Чернышом?

Тие открыла свою сумку. Внутри лежал чёрный камень.

— Он спит прямо здесь, но Челныш очень сильный. Если мы будем вместе, я смогу найти папу.

Вейл и Васто снова переглянулись.

Существо, которое Тие, способная пробудить некромантию, называла Чернышом. И чёрный камень, в котором это существо спало.

«На первый взгляд – вечный призыв».

Похоже, в прошлом Тие неосознанно призвала фамильяра, сама того не понимая.

— Когда Челныш проснётся, Тие сможет найти папу! Если дяденька Васто отвезёт Тие в столицу. Конечно, папа не вспомнит...

— Не вспомнит тебя? Что это значит? — снова вмешался Вейл.

Тие похлопала глазами.

— Это трудно объяснить...

Она на секунду задумалась, а затем нерешительно продолжила:

— Ну, бывают такие обстоятельства...

— Что за бред? Какой отец не помнит собственного ребёнка?

Выражение лица Тие снова стало хмурым. На этот раз – куда более горьким, чем прежде. И вскоре из её маленького рта сорвался упавший голос:

— ...Папа ведь не потому так делает, что сам хочет.

— …

— Папа тоже скучает по Тие. Просто из-за магии Тие была стёрта из его головы...

Вейл оцепенел. Точно так же застыли Васто и Нордикс.

Тие говорила о магии времени Черныша. О том, что она вернулась в прошлое, до собственного рождения, и поэтому папа не мог её узнать. Но, по иронии судьбы, Васто и Вейл услышали в этом совершенно иное.

«Значит... с помощью магии самого ребёнка стёрли из памяти отца?»

«Как жестоко...»

В головах троих мужчин ситуация вырисовывалась всё чётче и чётче. Знаменитый, чистый, великий род святых рыцарей Люминен. И ребёнок, рождённый в нём с колоссальным запасом магической силы.

— До недавнего времени Тие жила одна с папой. В маленьком, но тёплом домике.

Отец, скорее всего, сбежал из семьи, забрав маленькую Тие с собой. Судя по крошечному домику, больше похожему на сарай, он прятался, пытаясь вырастить ребёнка втайне от всех.

Но...

— Из-за магии Тие была стёрта из его головы...

Кто-то стёр Тие из его памяти. И четырёхлетняя Астие осталась одна в лесу.

В пещере повисло молчание. Вскоре из уст Вейла вырвалось тихое ругательство:

— Что они за твари такие…?

— Разве подобное вообще возможно? Стереть кого-то из памяти? — шёпот Вейла разнёсся среди мужчин.

Васто молча сжал кулак, в то время как предсказатель Нордикс хранил торжественное молчание.

— Да тут и думать нечего! Девчонка была для них как кость в горле, вот они и решили от неё избавиться!

Когда-то Вейл, будучи убийцей, думал, что повидал всю мерзость, какую только может предложить этот мир.

Но отнять ребёнка у отца? А потом ещё и стереть из его памяти сам факт её существования?

— Эти безумцы Люминен. Они думают, что раз у них есть деньги и власть, то им всё дозволено? Даже такие зверства?

— Успокойся, Вейл, — оборвал его Васто.

Он продолжал говорить спокойно, глядя на задыхающегося от ярости Вейла.

— Мы ещё ничего не знаем наверняка. Нельзя делать выводы только на основании слов. Это может быть недоразумением. И самое главное – Тие ещё слишком мала.

— Какое недоразумение! В имперских легендах ясно сказано, что маг, рождённый в семье святых рыцарей, – дурной знак! Всё сходится!

— Вейл. Васто прав. Сначала успокойся.

Когда в разговор вмешался даже Нордикс, Вейл наконец замолчал, хотя его гнев никуда не делся. Стоило ему взглянуть на малышку вдалеке, как ярость вспыхнула с новой силой. Теперь она казалась ему ещё более жалкой и одинокой, чем раньше.

— Для начала нам нужно встретиться с кем-то из семьи Люминен, — подытожил Васто. — И если они действительно замешаны, то лучше пока не раскрывать личность Тие.

— Это и так очевидно, без лишних слов! Эти ублюдки, наверное, уже пытались её убить. Она ведь была одна в лесу, когда мы её нашли!