Вчера состоялся полуфинал, а сегодня меня ожидал последний бой турнира.

Пусть сэр Алекс и был моим знакомым, а потому мне следовало бы желать ему победы, его противником оказался сэр Генри.

Если бы верх одержал Алекс, мне так и не довелось бы скрестить клинки с этим исполином.

К тому же вчера Генри показал себя куда проворнее, чем можно было ожидать. Для человека столь могучего сложения он удивительно точно поспевал за движениями Алекса и безошибочно выбирал мгновение для удара.

Достойно похвалы.

Опыта у него, без сомнения, предостаточно. Несмотря на высокий рост и тяжёлые доспехи, двигался он с поразительной быстротой.

А ведь я надеялся обратить его размеры себе на пользу.

Ну и пусть.

Чем сильнее противник, тем слаще победа.

Пока мысли вновь и вновь возвращались к предстоящему поединку, взгляд сам собой скользил к трибуне для знати. Однако той, кого я искал, всё ещё нигде не было видно.

Тем временем ристалище гудело.

Со всех сторон доносились выкрики, люди размахивали шарфами и знамёнами, а толпа дружно скандировала имена своих любимцев.

Моё звучало особенно громко.

Неудивительно. В прошлом году победителем стал именно я.

Сэр Генри же словно вовсе не замечал поднявшегося шума. Он сидел неподвижно, точно высеченный из камня, и медленно перебирал пальцами дешёвый браслет из тёмных бусин.

Молитва ли это?

Или привычка успокаивать разум перед боем?

Не разобрать.

По его лицу невозможно было понять ни единой мысли, ни единого чувства.

Непростой человек.

…А может, напротив, до смешного простой, и это лишь я сам наделяю его лишней глубиной.

Гул становился всё сильнее.

Глашатай щедро подогревал интерес публики, бросая одну громкую фразу за другой, и трибуны отвечали ему восторженным рёвом.

Я вновь посмотрел в сторону знати.

На этот раз взгляд наконец нашёл то, что искал.

Герцогиня вернулась.

Значит, всё-таки решила посмотреть мой бой.

Говорила ведь, что подобные зрелища ей не по душе…

Что ж.

Сегодня я покажу ей такой поединок, что она ещё изменит своё мнение.

— Дамы и господа! Вы ждали этого мгновения всю неделю! — разнёсся над ареной голос глашатая. — Последний бой фестиваля! Решающее сражение сильнейших!

Толпа взревела так, что задрожали деревянные трибуны.

— Победитель прошлого года — сэр Кай Тараксакум!

Мой выход.

Я шагнул вперёд, под яркий зимний свет, отражавшийся от отполированных лат.

Навстречу мне ударила волна рукоплесканий.

Но внимание моё привлекло совсем другое.

Артея Конваллярия.

Она хлопала вместе со всеми.

За всю неделю я ни разу не видел, чтобы она хоть как-то отзывалась на происходящее.

Похоже, под конец турнир всё же сумел её увлечь.

Я не разочарую вас, миледи.

— Но не спешите радоваться! — продолжал глашатай, выдержав нарочито долгую паузу. — Ведь соперником сэра Кая станет… никто иной, как сэр Генри Пеон!

Толпа окончательно потеряла голову.

— Кто же одержит верх? Герой войны… или рыцарь Империи в десятом поколении?! Узнаем… — Он поднял руку, заставляя арену затаить дыхание, перевёл взгляд с одного бойца на другого и резко опустил ладонь. — Прямо сейчас!

В одно мгновение всё вокруг изменилось.

Шум толпы будто отступил.

Передо мной остался лишь противник.

Тяжесть его присутствия ощущалась почти осязаемо. Казалось, сам воздух сделался гуще.

В его руках тяжёлый меч и массивный щит выглядели лёгкими, словно были вырезаны из дерева.

Пока я оценивал его стойку, Генри не тратил времени зря.

Он уже сделал первый шаг.

Я невольно сместился в сторону.

Ах…

Он заметил.

Заметил моё колебание.

Проклятье.

Его шаг стал увереннее.

Ещё один.

И ещё.

Между нами почти не осталось расстояния.

Удар!

Громкий лязг металла огласил арену.

Из-под столкнувшихся клинков брызнули искры.

Наш первый обмен ударами сразу дал понять одну простую истину.

Вес действительно имеет значение.

Удерживать его натиск было непросто.

Я ударил щитом, рассчитывая нарушить его равновесие, однако он встретил мой выпад своим щитом так уверенно, будто ожидал именно этого.

Вот как?

Тогда попробуем иначе.

Меч описал дугу снизу вверх.

Он отбил.

Ещё выпад.

И снова.

Я осыпал его быстрыми ударами — не слишком сильными, зато непрерывными.

Лязг металла почти не смолкал.

Искры сыпались во все стороны.

Ни один из нас не желал уступать даже на шаг.

На моих губах сама собой появилась улыбка.

Не самодовольная.

Азартная.

Давно мне не приходилось встречать человека, способного так долго выдерживать мой натиск.

В груди разгорался жар.

Под шлемом выступил пот.

Дыхание стало тяжёлым и неровным.

У Генри оно тоже сделалось глубже, хотя лицо по-прежнему оставалось непроницаемым.

Неужели…

Он всё же начинает уставать?

Минуло ещё несколько минут.

И стало ясно, что скорее устану я.

По нему по-прежнему трудно было что-либо понять.

Однако тело редко умеет лгать.

Рука, принимавшая мои удары, едва заметно дрогнула.

Стойка стала осторожнее, щит выдвинулся вперёд, прикрывая корпус.

Но и мои силы были уже не бесконечны.

Если продолжу в прежнем темпе, меч первым станет слишком тяжёлым для моей руки. А тот, кто не способен продолжать бой, выбывает.

Точно.

Новое правило.

До первой крови.

Я отступил на несколько шагов и быстро поменял местами меч и щит.

Теперь мы встретимся щитом к щиту, клинком к клинку.

Опаснее.

Но именно так у меня появится возможность завершить этот бой.

И что удивительно…

Сэр Генри не воспользовался моментом.

Он спокойно ждал, не двигаясь с места.

Настоящий рыцарь.

Хотя одним стремительным броском вполне мог покончить со всем прямо сейчас.

Но не стал.

Я крепче перехватил оружие и уверенно двинулся вперёд.

Генри выдвинул щит.

Рывок.

Наши щиты столкнулись с такой силой, что дерево жалобно затрещало.

Мы навалились друг на друга всем весом.

Я тут же направил меч вперёд.

Он встретил мой клинок своим.

Лязг.

Искры.

Напряжение между нами росло с каждым ударом сердца.

Даже зрители притихли.

Я едва заметно изменил угол щита.

Этого оказалось достаточно.

Под собственным весом Генри продолжал давить вперёд и, лишившись прежней опоры, его щит скользнул вниз.

Лицо открылось.

Вот оно.

То самое мгновение.

Пока его щит уходил вниз, мой стремительно взметнулся вверх.

Удар.

Прямо под подбородок.

Генри отступил на шаг.

Ладонь сразу закрыла нижнюю часть лица.

На трибунах повисла тишина.

Когда он убрал руку, всё стало ясно.

На подбородке алела тонкая царапина.

По коже медленно стекала капля крови.

— Победитель… сэр Кай Тараксакум! — прокатился над ареной восторженный голос глашатая.

Трибуны взорвались криками и рукоплесканиями.

Я поднял меч высоко над головой.

Это была не совсем та победа, о которой я мечтал.

Но всё же…

Победа.

Заполучив заслуженные овации, я наконец смог присесть и перевести дух за кулисами, вдали от этого шумного представления.

Шлем я бросил рядом с собой и провёл ладонью по влажным волосам. Плечи всё ещё отзывались тяжестью после каждого удара Генри.

Вскоре ко мне подошёл Алекс.

— Отличный бой! Признаю, с таким противником совладать нелегко. Но ты всё же одержал верх. — Он дружески хлопнул меня по плечу и тут же отдёрнул руку, когда я поморщился. — Сильно досталось?

— Не сильнее, чем тебе вчера.

— Тогда завтра будет хуже, — со знанием дела заключил он.

Я тихо усмехнулся, но веселье быстро сошло на нет.

— Не уверен, что могу радоваться этой победе без остатка. Не будь нового правила, всё могло окончиться совсем иначе.

— Даже не знаю… — задумчиво протянул Алекс. — Ведь и я уступил из-за этого правила. Хотя, если рассудить, оно же меня и спасло. Ещё один его удар — и я бы уже не поднялся.

После этих слов я лишь тяжело вздохнул.

— Что такое? — насторожился Алекс. — Не по сердцу победа?

— Не такая… — признался я после недолгого молчания. — Слишком жалко всё выглядело. Дама, которую я хотел впечатлить, верно, теперь лишь разочарована.

— Вот уж не ожидал! — рассмеялся он. — Так ты, выходит, приехал на праздник не только мечом махать? Сердце какой-нибудь красавицы покорить задумал?

— Не просто красавицы. — Я невольно усмехнулся. — Дамы весьма знатной.

— Вот оно что. Это дело разумное. За душой у нас немного, а богатая жена способна укрепить положение всего рода.

— Признаться, я смотрел на неё вовсе не с этой стороны… Хотя спорить не стану. — Я вновь невесело улыбнулся.

Алекс хмыкнул и ненадолго задумался, постукивая пальцами по рукояти меча. Затем его лицо вдруг озарилось.

— А хочешь, мы всё-таки её впечатлим?

Я вопросительно посмотрел на него.

— Устроим небольшой показательный бой. Зрители любят такие вещи.

Я задумался.

Нет… Артея не из тех женщин, которых можно покорить подобным зрелищем. Скорее уж она сочтёт это пустым бахвальством.

А если почувствует угрозу…

Постой.

У неё ведь нет личного рыцаря.

Раньше рядом всегда находился либо принц, либо она была одна. Теперь же её сопровождает лишь младший брат.

Мальчишка, насколько я успел заметить, оружием не владеет.

Выходит… она и вправду осталась без защитника?

Я невольно улыбнулся.

— Знаешь… мысль у тебя недурна. Только её стоит немного изменить.

— Каким образом?

— У её семьи нет рыцаря. А ты поможешь мне стать им.

Алекс приподнял бровь.

— Это ещё как?

Я подался ближе и понизил голос.

— Вызови на поединок рыцаря их дома. Под конец турнира подобные дружеские поединки между семейными рыцарями — дело привычное.

— Угу… — протянул Алекс, медленно кивая.

— Когда выяснится, что выставить им некого, я предложу себя. Скажу, что готов защитить честь её дома.

— А если она откажется?

— Не откажется. — Я покачал головой. — Она не из робких. Хотя должен предупредить: твой вызов может её несколько задеть.

— Ничего. Ты потом объяснишь ей, что всё было не со зла.

— Обязательно.

— Значит, после этого ты красиво выиграешь бой, а она сама захочет сделать тебя своим рыцарем?

— Именно. — Я кивнул. — За помощь в долгу не останусь.

— Тогда познакомишь меня с какой-нибудь знатной барышней из её круга. По рукам?

Он протянул ладонь.

— По рукам.

Мы обменялись рукопожатием.

Забавный малый.

Познакомить-то познакомлю. Вот только совсем не уверен, что хоть одна благородная девица обратит на него внимание.

Но слово есть слово.

Алекс сложил руки на груди и с довольной улыбкой спросил:

— И кто же эта счастливица?

Ох.

Забыл рассказать самое главное.

— …Герцогиня Конваллярия, — ответил я, невольно отводя взгляд в сторону.