Его нога с громоподобным грохотом раздавила виселицу во дворе.

От удара во все стороны полетели тучи пыли и щепок, а вместе с ними — незадачливые стражники, которым не посчастливилось убежать достаточно быстро. Сама Шёлк со всех ног спасалась бегством, хотя сверху Саймон чуял её страх. Мысль вступить с ним в бой ей даже в голову не пришла, и вполне справедливо: Саймон стал выше даже Вивр в её истинном драконьем обличье, уподобившись живому замку, который вырвал себя с корнем и отправился на прогулку. Собственное снаряжение тоже разрослось под стать исполинскому телу — по крайней мере до тех пор, пока он сохранял с ним контакт.

Фальшивый Меч Маны в руках Шёлк выглядел не опаснее зубочистки.

Прирост характеристик от Владыки Демонического Замка подпитывал Саймона, и он понимал, что сможет сохранять превращение какое-то время, пока остаётся в пределах Фрайтвола. Его зловещая Ужасающая Аура в считаные секунды оборвала сотни жизней — в основном захватчиков, лишённых защиты от мгновенной смерти или недостаточно стойких, чтобы выдержать его жуткое присутствие.

Саймон тут же активировал Призрачное Проклятие Фрайтвола, подавив все эффекты Молитв и телепортации — он был уверен, что Мастемо сумеет пробиться сквозь запрет, — а затем пустил в ход Мастерство Смерти, чтобы мертвецы восстали сражаться за него с одним-единственным простым приказом в мыслях.

«Убивайте! — мысленно велел Саймон своим рабам, тяжело ступая через двор вслед за Шёлк. Пока он заносил меч для удара, Плут призвала в свободную руку гримуар Рака. — Убивайте всех, кто не служит мне!»

Его демонический замок содрогнулся, точно пробудившийся ото сна крокодил. От его камней в воздух хлынула всепоглощающая волна ужаса и безнадёжности. Из стен проступили кричащие лица и лики замурованных святых, источая кровавые слёзы и воя от отчаяния. Призраки и демоны ликовали перед грядущей бойней.

Предоставив миньонам очищать замок от скверны, Саймон обрушил Бейлфайр на Шёлк. Сам по себе двуручный меч пылал адским пламенем, наносил дополнительный физический урон и постепенно исцелял раны своего владельца; теперь же он превратился в пылающий мост из металла, чей взмах был подобен удару грома. Саймон рассёк воздух и окружающие укрепления, а затем в ярости расколол внутренний двор надвое. Большая его часть обрушилась в подвал, увлекая в недра Фрайтвола горстку солдат, оказавшихся слишком близко к месту удара.

И всё же Шёлк не погибла.

Какой бы быстрой она ни была, ускользнуть из зоны досягаемости Саймона ей не удавалось. Вместо этого она призвала Лотана Затворника, Зодиакального Демона Рака, и тот соткался прямо между ней и Бейлфайром Саймона. И тот намертво остановил меч.

Никакого барьера не было — во всяком случае, такого, какой Саймон мог бы пробить. Меч попросту не мог преодолеть тот фут расстояния, что отделял лезвие от насекомоподобной морды Лотана. Этот эффект тут же напомнил Саймону Судебный Запрет его супруги.

К счастью, Саймону были доступны заклинания, не требовавшие прямого контакта. — Разорение.

Проклятие вырвалось из глубин души и со всей накопившейся злобой вцепилось в Шёлк. Плут подготовилась к схватке, однако в её защите всё ещё оставались бреши. Глаза её побелели, а по коже пошли чёрные пятна, стоило моровой болезни завладеть её плотью. Потеряв равновесие, она порезалась о собственный меч, и рана на руке обильно закровоточила из-за Короны Боли Саймона.

— Заблокируй его магию! — приказала Шёлк Лотану.

Зодиакальный Демон в ответ одарил Саймона исполненным злобы взглядом. Тот мгновенно ощутил, как под чуждым взором чудовища на него опустилась невидимая тяжесть — сокрушительное чувство полного одиночества во всём мире.

Сокрушительное Одиночество Лотана отрезало вас от всех остальных!

И оно действительно отрезало его ото всех.

Телепатический шёпот его клейм умолк, поток вытягиваемой из них маны резко иссяк, а контракт с Эвфемией оказался временно подавлен. Связи не исчезли и не разрушились окончательно, но словно притупились и стали недоступны.

Покарать демона Саймон не успел: в лицо ему ударили сияющие стрелы и лучи света. По сравнению с его исполинскими размерами они казались крошечными, но жгли не хуже осиных жал, заставив его пошатнуться от боли.

Урон Светом! Мифический урон!

Саймон обратил исполненный злобы взор на противников на стенах: отряд эльфийских воинов с вассальными классами Следопыта — Стрельцов и Снайперов, — а также Мудрецов вместе с горсткой крылатых големов из серебра и золота. Большинство из них сражались с миньонами Саймона, однако нескольким удалось перегруппироваться, чтобы нанести прямой удар по нему самому.

Он лишь свирепо посмотрел на этих букашек.

— Взгляд Адского Пламени.

Его глаза вспыхнули в ночи, точно две зловещие звезды, и исторгли лучи губительного пламени. Колоссальный размер Саймона превратил их в бушующее пекло, которое плавило стекло и камень, стирало в пыль укрепления и в мгновение ока испепелило эльфов. Их души предстали обнажёнными перед его немигающим взором и обратились в чёрные драгоценные камни поверх кучек пепла… примерно на секунду, прежде чем загадочно исчезнуть во вспышках света. Быть может, защита от захвата?

Эта демонстрация мощи изрядно истощила Саймона. Он опасался, что превращение в колосса ослабит его магию, но столкнулся с противоположной бедой: расход миазмов на заклинания и способности автоматически увеличивался вместе с его размерами, так что нечто столь привычное, как Взгляд Адского Пламени, теперь требовало более чем в двадцать раз больше обычной энергии из-за возросшей площади поражения.

Големы устояли перед огненным взглядом — их явно создавали с расчётом на подобный удар. Сотворённые по образу крылатых серебристых эльфов в золотых доспехах, они налетели на него небольшой стайкой из пяти созданий. Одним взмахом, попутно разрубившим пополам одну из собственных башен, Саймон смахнул двоих, но остальные успели ужалить его клинками в нескольких местах. Несмотря на малый размер, они рассекли его броню как масло и пустили дымящуюся кровь.

Суперэффективный урон. Анти-исцеление, Истощение, Замедление!

Неожиданностью стали не сами поразившие его недуги, а то, что они не передались через титул Влюблённый. Мощь Лотана могла воздействовать даже на титулы Владыки. Хуже того, Саймон ощутил, как некоторые связи клейм разрываются вместе с гибелью их носителей. С этим нужно было кончать как можно скорее.

К счастью, он всё ещё мог отдавать приказы.

— Избавьтесь от этих помех, а Плута оставьте мне! — приказал Саймон своим воинам, вновь сосредоточившись на Шёлк и Лотане. Демоны по его приказу набросились на големов, поддерживаемые лучниками-нежитью.

К его удивлению, рядом с сестрой объявилась Бархат, судя по всему, шагнувшая прямо из её тени. Она что-то прошептала Шёлк, попутно вливая ей в глотку зелье, снявшее недуги Слепота и Болезнь, однако затянуть раны или остановить кровотечение снадобье не смогло; более того, эффект Анти-исцеления лишь усугубил первое. Неужели одна сестра могла призывать другую по собственному желанию?

Поняв, что колоссальный размер ничем ему не поможет, если он не способен добраться до них сквозь Лотана, Саймон отменил превращение и стремительно уменьшился до обычного роста. Он надел кольцо Скорость за Силу, сотворил Лунный Мираж для собственного ускорения — попутно сняв недуг Замедление, — а затем применил Тёмный полёт, заходя на вираж вокруг врага. Он принялся осыпать их быстрыми разрядами Адского грома, пытаясь нащупать радиус защиты Лотана.

Недуг Истощение медленно вытягивал из цели ману, и Саймон не стал исключением. Тренировки с Норбелль улучшили его контроль над миазмами настолько, что он не сомневался в своей способности продержаться какое-то время, однако затяжной бой на истощение его вовсе не прельщал. Траектория разрядов подтвердила, что защита Лотана простирается лишь на пару футов вокруг него самого.

Шёлк находилась в зоне действия защиты, а вот её сестра стояла на шаг за пределами радиуса.

Воспользовавшись возможностью, Саймон метнулся прямо к ней и ударил по врагам Взглядом Адского Пламени. Будучи проворным Ассасином, Бархат уклонилась прыжком в сторону. Саймон предусмотрел это и выбросил вперёд руку с помощью Дьявольской Руки.

Он вцепился ей в плечо, вонзая когти в плоть.

— Отправляйся в ад, — сказал Саймон, и она отправилась.

Его Корона Боли вспыхнула ненавистью и распахнула брешь в полуплан кошмара прямо под ногами Бархат. Земля провалилась, обратившись в уродливую пасть, чья глотка щетинилась бритвенно-острыми лезвиями, сочащимися кислотой. Из её огненных недр выметнулись языки-цепи, обвили лодыжки Бархат и под отчаянные крики уволокли её в глубины.

Пасть захлопнулась, будто её здесь никогда и не бывало.

Шёлк, к которой вернулось зрение, побледнела от ужаса. Она поднялась на ноги с редким проблеском убийственной ярости во взоре, сжимая копию Меча Маны в одной руке и гримуар в другой.

— Отпусти мою сестру, — прошипела Шёлк, пока Лотан угрожающе нависал за её спиной. Её рука продолжала кровоточить от полученной раны.

— Только если ты займёшь её место, — съязвил Саймон, пытаясь призвать собственного питомца, чтобы уравнять шансы. — Когда тишина не приносит покоя, трубы смерти возвестят твою погибель! Воспой мою славу, Кул—

Шёлк ударила прежде, чем он успел закончить фразу.

Выбросив из головы всякую мысль о побеге теперь, когда он удерживал её сестру, она ринулась на Саймона со скоростью, соперничавшей с техникой Быстрого Обнажения. Саймон достаточно тренировался с Лорианой, чтобы парировать выпад меча собственным клинком, и завершил заклинание… лишь затем, чтобы перед ним всплыло неутешительное уведомление.

Сокрушительное Одиночество Лотана отменило ваш призыв!

Более того, во время стычки Шёлк воспользовалась моментом, чтобы содрать с него проклятые баффы, как и при прошлой их встрече, однако это вышло ей боком: её движения замедлились, стоило ей вобрать негативные эффекты, к которым у неё не было иммунитета, и Саймон получил возможность обрушить на неё свой меч. Каким-то образом ей удалось слиться с его тенью прежде, чем клинок рассёк её надвое.

Саймон ощутил её присутствие позади себя, а следом — боль от удара меча в спину.

Суперэффективный урон снижен титулом Преданный.

Саймон крутанулся на месте, пытаясь разрубить её, но Шёлк ловко пригнулась, уходя от удара, и выдохнула ему в лицо облако ядовитого газа.

Урон Коррозией! Недуг Отравление нейтрализован Непреклонной Сущностью!

Воспользовавшись завесой ядовитого облака, Шёлк отбросила фальшивый Меч Маны, чтобы освободить руку, и применила способность Плута, чтобы украсть Бейлфайр. Она магическим образом обезоружила Саймона, и двуручный меч возник в её ладони, когда она ринулась в новую атаку. Она вполне могла бы достать его, если бы потеря крови, раненая рука и ослабления не замедлили её.

Это обошлось ей дорого.

Уже сходившийся в бою с бойцами вроде Ренала и Берта, обладавшими схожим стилем, Саймон не растерялся и ударил по ней Пожирателем Разума. Психическая атака на секунду отбросила Шёлк от него, чем он и воспользовался, схватив её за горло Дьявольской Рукой.

— Лот—, — попыталась Шёлк выкрикнуть приказ связанному демону, но Саймон сдавил ей горло прежде, чем она успела договорить имя. Затем он с такой силой впечатал её в землю, что она выронила и книгу, и Бейлфайр. От страшного удара из её головы и горла хлынула кровь.

Саймон взглянул на Лотана, ожидая, что Рак выступит на защиту своей хозяйки, но тот ничего подобного не предпринял.

Чудовище лишь взирало на обоих бойцов с одинаковым презрением.

— Книга принуждает тебя подчиняться приказам того, кто её держит, но лишь до тех пор, пока к ней прикасаются, — догадался Саймон, меняя кольцо Скорость за Силу на кольцо защиты души, чтобы вернуть былую мощь. Неудивительно, что Шёлк ни на миг не выпускала гримуар из рук. — Ты ни капли не верен ни тем, кто тебя пленил, ни Вальравну.

Исполненное ненависти молчание Лотана само по себе послужило ответом. Этот демон одинаково ненавидел всех своих собратьев без исключения.

Вынужденная преданность всегда оставалась штукой зыбкой и ненадёжной.

Саймона это более чем устраивало, и он принялся душить Шёлк насмерть. Она попыталась телепортироваться прочь и дотянуться до гримуара — судя по всему, переместить его прямо в руку она не могла, вероятно, потому что Плут способен лишь красть чужое добро, — но Саймон отдёрнул её назад и переломил ей гортань. Выхватив кинжал, она ударила его в руку в попытке освободиться, однако накативший восторг превосходно притуплял боль.

— Никакой ты не Владыка Преступного Мира, Принц Пустоты. — Саймон второй рукой обхватил её череп и улыбнулся, заметив мелькнувший в глазах Плута страх. — Ты всего лишь паук, который слишком долго уворачивался от сапога.

Он голыми руками оторвал голову Шёлк с плеч.

Её сладкая кровь забрызгала его с ног до головы, окрасив чёрную броню в алый цвет. Восторг от того, что он наконец-то, наконец-то прикончил предательницу, уступал разве что сладостной волне удовольствия от получения не одного, а сразу двух новых уровней.

70-й уровень Владыки: Миазмический Архимаг VII (Пассивный): вы можете изучать и применять заклинания вплоть до VII круга, но только подпитываемые миазмами.

71-й уровень Владыки: Разжигатель Войны VIII(Пассивный): совершенное владение всеми видами оружия (урон x3, 30% крит).

Со смертью хозяйки Лотан начал распадаться обратно в миазмы и вернулся в свой кристалл, положив конец схватке. Впрочем, радость Саймона сменилась раздражением, когда перед глазами возникло новое сообщение.

Мастерство Смерти сведено на нет перком Плута «Немой Зарок».

Саймон глухо зарычал, поняв, что с трупа Шёлк не выпало камня души, хотя он заметил три других ценнейших сокровища: Крестон Воина, выкатившийся из её кармана в сторону замка, Крестон Плута и гримуар Лотана. Первые два он быстро убрал в Инвентарь, подобрал книгу — с кристаллом Зодиакального Демона проделать подобное было нельзя — и поспешил восстановить связь с союзниками.

«Что происходит? — телепатически спросил Саймон у своих рабов. С исчезновением Лотана связь через клейма восстановилась. — Докладывайте!»

В ответ раздалась нестройная многоголосица: ему докладывали о мёртвых эльфах в коридорах и пожарах в гостевом крыле, но больше всего Саймона тревожило молчание Леонарда, Мередит, Кассандры и Гектора. А от сообщения Шабрам у него и вовсе всё внутри похолодело.

«Мы в порядке, Ваше Величество, — ответила его глава разведки. — Леди Одетт и принц спасли нас».

Прин—

Саймон тут же использовал перк Владыка Демонического Замка, чтобы переместиться к Бельземине и Шабрам на парапет восточной стены. Обе женщины в своих классовых облачениях стояли посреди груды трупов нежити; Бельземина была явно потрясена тем, что ей пришлось убивать собственных соплеменников. Рядом с Одетт замер эйдолон Ксенофонт, которого она наверняка призвала для самозащиты.

Однако здесь находился ещё один человек — рослый и величественный тёмный рыцарь, облачённый в чёрные доспехи Адского Клинка и сжимавший в руке увитый чёрным пламенем меч. Забрало шлема скрывало верхнюю половину его лица, но самоуверенная улыбка на губах и рыжие пряди, рассыпавшиеся по плечам, не оставляли сомнений в его личности.

— Здравствуй, брат, — произнёс Луи, держа в свободной руке отрубленную голову эльфа. Нынешнее классовое облачение шло ему куда меньше одежд Воина, но это ничуть не умаляло исходившей от него ауры угрозы. — Я рассудил, что тебе не помешает помощь.

Саймон напрягся и наставил на него Бейлфайр. С одной стороны, с краденым Крестоном Адского Клинка Луи не должен быть столь же опасен, как с Воином, но с другой — он всё ещё оставался Луи Магносом.

— Что ты здесь делаешь, Луи? — угрожающе спросил Саймон. — Верни подослал тебя для переговоров?

Луи рассмеялся над этим предположением: — Да, этот глупец толкнул передо мной целую речь о слиянии с каким-то демоном ради превращения в бога войны, будто мне для этого нужна чья-то помощь. — Он пренебрежительно пожал плечами. — Неужели ты всерьёз думал, что я пойду вместе с этим сбродом против Дома Магнос, Саймон? Я ведь говорил, что не предам тебя, а я привык держать слово.

— Зачем? — с недоверием переспросил Саймон. — Зачем было сбегать из-под домашнего ареста, чтобы примкнуть к «Паутине», а потом предать их ради нас?

— Ты сам сказал мне не быть предсказуемым, и я принял твой совет близко к сердцу. К тому же… — Луи окинул взглядом мёртвых эльфов, будто простых животных. — Я предупреждал, что это лишь вопрос времени, когда ты придёшь к тому же выводу, к которому мы с Лорианой пришли давным-давно. Ты ведь понимаешь, что означает для нас это нападение, да?

«Да, — к собственному крайнему раздражению и разочарованию вынужден был признать Саймон. — Да, понимаю».

— Его Высочество действительно спас нас, — признала Шабрам. — Без его помощи эльфы вполне могли одолеть нас и похитить леди Огнежезл.

— Мы сможем продолжить этот разговор позже, Саймон, — предложил Луи. — Хоть он и не посвятил меня в свои планы, я уверен, что Верни всё ещё рыщет где-то в городе.

И ублюдок был прав. Хотя Саймон не доверял ему ни на грош, молчание Леонарда не сулило ничего хорошего положению Анны. Покосившись на отрубленную голову эльфа, он на мгновение заколебался, но всё же уступил.

— Выкинешь хоть что-нибудь — я тебя убью, — предупредил Саймон Луи, доставая из Инвентаря камни телепортации; сняв блокирующий телепортацию эффект замка, он перенёс всю группу в убежище Анны.

Они застали лишь кровавую бойню.

Для охраны Анны Саймон выделил отряд элитных телохранителей вместе с горсткой тамплиеров. Все они были как минимум сорокового уровня и специально обучены противостоять ассасинам.

Этого оказалось недостаточно.

Здесь пролилось столько крови и было растерзано столько тел, что убежище походило на разделочный цех скотобойни. Мередит, Леонард и все элитные стражники лежали мёртвыми и растерзанными вперемешку с десятками ассасинов из Клыков «Паутины» и дымящимися останками призванных демонов. У Саймона всё перевернулось внутри, когда среди останков он заметил выпотрошенное тело Тиэллы и обезглавленное месиво в запятнанной мозгами мантии, явно принадлежавшей Душару. Вся комната смердела звериной жестокостью.

Возле останков Гектора он также приметил снесённую с плеч голову Ренала. Палач лежал в окружении трупов и кучек снега, некогда бывших фетчами; тело его иссохло, однако связанный с душой шлем, к счастью, уцелел. У них оставался «живой» свидетель нападения.

— Гниль мумии, — произнесла Бельземина, осмотрев оболочку Гектора.

«Дело рук Кром Круаха, — осознал Саймон, осматривая побоище, и от дурного предчувствия у него всё оборвалось внутри, когда он понял, что кого-то не хватает. — Кассандра тоже должна быть здесь, но я её не вижу».

Он открыл экран системы группы и тут же проверил одну конкретную строку.

Анна Пеймон

Лорд 39-го уровня

Человек

Текущее местоположение: Чердак.

Твою мать.