Глава 275. Жестокая расправа!

В этот миг Тань Юнь гневно рявкнул:

— Чжоу Уюнь, моя Благородная Пилюля Возвращения Души вовсе не была ядом для девчонки Тан! У неё и правда была повреждена Душа Жизни, а вместе с ней тяжело пострадали и остальные 2 души и 7 духов!

— 2-й старейшина Ветви Алхимии Врат Бессмертных действительно ошибся в диагнозе, но если девчонка Тан дожила до сегодняшнего дня, то только потому, что Благородная Пилюля Возвращения Души продлила ей жизнь на полгода. Иначе она давно бы умерла!

— А вот 2-й старейшина алхимической ветви Священных Врат и есть тот, кто по-настоящему ошибся. Сам ничего не понимал, но болтал без толку, объявив, что повреждены Небесная Душа и Центральная Душа. Именно он и погубил 2-го старейшину Ветви Алхимии Врат Бессмертных!

Услышав это, не поверить не смог никто.

Ведь Тань Юнь уже спас Тан Синьин, а значит, прекрасно знал всё о её раненой душе.

После этих слов у всех старейшин, кроме Лу И, защемило сердце. Человек, с которым они прожили бок о бок десятки лет, 2-й старейшина, умер совершенно напрасно.

Услышав, что её названная сестра погибла, будучи несправедливо обвинённой, Тан Синьин не смогла сдержать слёз. С болью и яростью она уставилась на Чжоу Уюня и отчётливо произнесла:

— Утащить его и казнить!

— Глава, пощадите! — в ужасе завопил Чжоу Уюнь и тут же, обернувшись к Лу И, жалобно взмолился: — 4-й старейшина, спасите меня... спасите!

Лу И глубоко вздохнул, шагнул вперёд и, поклонившись, сказал:

— Глава, за столько лет 3-й старейшина воспитал множество учеников и немало потрудился. Прошу, пощадите его.

— К тому же Шэнь Субин ведь не умерла, всего лишь получила внешние раны...

Не дав ему договорить, Тань Юнь взревел:

— Что за чушь ты несёшь, старый пёс?! Ты смерти ищешь?!

В душе Лу И кипел от злости, но снаружи по-прежнему сохранял почтительность.

— Старший, этот младший лишь говорит правду. К тому же вырастить старейшину Ветви Алхимии Врат Бессмертных нелегко. Даже если 3-й старейшина и виновен, его преступление всё же не заслуживает смерти.

— Да, старший... — Чжоу Уюнь рухнул на колени перед Тань Юнем и начал отчаянно биться лбом о землю. — Этот младший виноват, что избил вашу ученицу. Как бы вы ни захотели меня наказать, я приму всё! Только прошу, пощадите этого младшего!

Если бы Тань Юнь не опасался, что стоит ему самому вмешаться, как все тут же обнаружат в нём лишь силу Сферы Зарождающейся Души, он давно бы уже сделал это.

— Пёс! — выругался он и, посмотрев на Тан Синьин, сказал: — Девчонка Тан, как бы там ни было, это дело вашей Ветви Алхимии. Решай сама. Но ты обязана дать мне объяснение!

— Да, старший, — ответила Тан Синьин.

Она и без того давно не выносила Лу И и прекрасно знала, что только он один с нетерпением ждёт её смерти, чтобы занять её место.

В её слабом голосе зазвучала твёрдость:

— Раз я сказала — значит, так и будет. Больше никто не смеет за него заступаться.

— 5-й старейшина, запечатайте его Духовный Пруд, а после передайте старшему на расправу!

Как только Тан Синьин договорила, 5-я старейшина резко ударила ладонью. Поток духовной силы без всякого предупреждения вонзился в Интан Чжоу Уюня.

Тот сразу обмяк на земле и завыл:

— Пощадите... пощадите! 4-й старейшина, спасите меня!

— Глава, вы правда намерены так поступить? — Лу И покраснел от тревоги. — Ветвь Алхимии Врат Бессмертных уже потеряла 2-го старейшину. Неужели вы и правда хотите убить ещё и 3-го?

— Если об этом узнает мой учитель, как вы собираетесь перед ним отвечать?

Тан Синьин холодно посмотрела на него:

— Не смей прикрываться главой алхимической ветви Священных Врат. Я сама знаю, что делаю.

В этот момент Шэнь Субин, лежавшая на руках Тань Юня, медленно открыла глаза. Её мутный взгляд постепенно прояснился, и, увидев Тань Юня, она разрыдалась:

— Учитель... учитель... вы наконец пришли... ваша ученица так скучала по вам... мне было так обидно...

Глядя на Шэнь Субин, Тань Юнь почувствовал, как у него разрывается сердце. Он протянул руку, осторожно погладил её израненную, разодранную щёку и мягко сказал:

— Хорошая моя ученица, учитель пришёл слишком поздно. Если тебя кто-то обидел, расскажи учителю. Учитель добьётся для тебя справедливости.

— У-у... учитель... Чжоу Уюнь... хотел надругаться над вашей ученицей... я не подчинилась, и он мучил меня целых полгода... — слабо всхлипывала Шэнь Субин. — Я хочу домой... хочу вернуться в Зал Ледяной Чистоты...

Едва эти слова прозвучали, как 5-я старейшина в ярости указала на Чжоу Уюня и гневно выкрикнула:

— Скотина! Тебе действительно мало смерти!

Когда-то, ещё будучи 6-й старейшиной Ветви Алхимии внутренней секты, Чэнь Шуйюэ была наставницей Шэнь Субин.

Теперь, услышав, что Чжоу Уюнь, утратив всякую совесть, посмел посягнуть на Шэнь Субин, она наклонилась и с размаху влепила ему пощёчину.

— Мерзость! Чтоб тебе сдохнуть!

Остальные старейшины тоже один за другим принялись осыпать Чжоу Уюня бранью. Лу И ещё хотел было что-то сказать в его защиту, но теперь уже не находил слов.

— Да чтоб тебя! Меня сейчас разорвёт от злости! Как в Ветви Алхимии могло вырасти такое отродье?!

Тань Юнь был вне себя от ярости. Правой рукой он прижимал к себе Шэнь Субин, а левой внезапно схватил Чжоу Уюня за волосы и поволок по земле. Так он вытащил его за дверь, потом стащил по лестнице вниз и дотащил до самой вершины перед Дворцом Бессмертных Почтенного Тан.

— Старший... пощадите... — всю дорогу рыдал и умолял Чжоу Уюнь.

— Пощадить? Ладно! Я дам тебе пожить ещё немного!

С этими словами Тань Юнь резко взмахнул левой рукой. В тот же миг с головы Чжоу Уюня была содрана вся кожа, и его тело, будто пущенное ударом, отлетело более чем на тридцать метров.

Чжоу Уюнь издал нечеловеческий вопль боли.

— Учитель... убейте его... — плача, снова и снова повторяла Шэнь Субин на руках Тань Юня. — Убейте его...

— Не волнуйся, учитель так и сделает, — тихо сказал Тань Юнь. — За все твои мучения он заплатит стократно.

К этому времени все старейшины уже вышли из дворца и в ужасе смотрели на окровавленного Чжоу Уюня.

— Дэцзы, дай мне меч, — без тени чувств произнёс Тань Юнь.

— Да, старший.

Фигура Даньтай Чжундэ мелькнула, и в следующее мгновение он уже стоял перед Тань Юнем, протягивая ему летающий меч.

— За то, что хлестал мою ученицу кнутом, тебе следует отсечь руки!

Взмахнув правой рукой, Тань Юнь полоснул мечом. Брызнула кровь, и все 10 пальцев на руках Чжоу Уюня были отсечены.

Тот только успел издать мучительный крик, как Тань Юнь с силой наступил ему ногой на рот.

Лицо и рот Чжоу Уюня, лежавшего на боку, с хрустом разлетелись, и он уже не мог издать ни звука, лишь катался по земле.

Один за другим вспыхивали кровавые всплески. Скрежеща зубами, Тань Юнь нанёс несколько ударов подряд и отсёк Чжоу Уюню обе руки и обе ноги.

Затем он вонзил меч ему в грудь и резко рванул вверх. 3 ребра вылетели наружу прямо из развороченной груди.

— Мразь! И ты ещё посмел посягнуть на мою ученицу!

Подняв ногу, он раздавил Чжоу Уюню пах.

Жестоко?

Да, жестоко.

Но разве Чжоу Уюнь не был жесток с Шэнь Субин?

Он бичевал её целых полгода.

— Скотина! Ты полгода избивал мою ученицу! — яростно взревел Тань Юнь. — Я тебя живьём разорву!

— Дэцзы, позаботься о Субин!

Передав Шэнь Субин в руки Даньтай Чжундэ, Тань Юнь, одетый в чёрную Вуаль Черепашьего Дыхания, двинулся к Чжоу Уюню, будто сам демон войны.

С каждым его шагом убийственное намерение становилось всё гуще.

Глаза Чжоу Уюня готовы были лопнуть. Извиваясь обрубком тела, он отползал назад, а его окровавленное старое лицо было перекошено запредельным ужасом.

— Убить тебя — только руки пачкать. Но ради моей ученицы я не боюсь запачкаться!

С яростным рёвом Тань Юнь наклонился, растопырил пальцы когтями и, разбрызгивая кровь, вонзил обе руки Чжоу Уюню в грудь.

В следующий миг он поднял его и резко развёл руки в стороны. На глазах у перепуганных старейшин Чжоу Уюнь был заживо разорван надвое.

Тань Юнь взмахнул руками и сбросил 2 половины трупа с вершины пика.