Свист!

Сквозь огромную дыру в контейнере спрыгнул Ко Хваран.

— …Масельхян. Присмотри за Ли Чхоым.

— Да.

Вжух!

Отдав приказ Масельхян, Кан Рим оттолкнулся ногой и взмыл вверх, поднимая сильный ветер.

Дзынь—!

В воздухе столкнулись изогнутый меч и спица.

В и без того шатающемся контейнере предметы, попавшие под удар их битвы, разлетались в щепки. Внутри было как в мясорубке.

Шорох.

— Ого, ну и бардак.

Из дыры высунулась Пиналле.

Оглядев внутренности, она встретилась взглядом с Ли Чхоым и помахала рукой.

— Привет, Ли Чхоым-сси. Долго ждала?

…Тук.

Ли Чхоым прижала руку ко лбу.

«Я же сказала не приходить».

То, что она отказалась от заказа Кан Рима, лишило её самого лёгкого пути к побегу, но даже так она не хотела подкрепления.

«Я собиралась справиться сама».

Лица апостолов, одно за другим появляющиеся в длинной дыре, ложились на её грудь тяжёлыми камнями.

Если бы это чувство можно было выразить в палитре эмоций, оно было бы тёмно-зелёно-коричневым, близким к чёрному. Цвет, в котором смешались все краски.

Пока Ли Чхоым одолевала невыразимая тоска.

— Лучше не думать о глупостях.

Масельхян крепче сжала Ли Чхоым и прошептала.

— Тьфу. Я не хотела использовать дорогие благовония, но…

Медленно.

Достав из-за пазухи флакон с благовониями, она раскрыла правую ладонь и вытащила протез, прикреплённый к пальцу.

«Значит, триггер способности привратника ‒ это указательный палец правой руки».

Видимо, Кан Рим хранил его у себя, чтобы Ли Чхоым не могла использовать ментальный контроль.

Если есть отрезанная часть тела, её можно прикрепить с помощью низкосортных благовоний или более дешёвых предметов. Похоже, она собиралась так и поступить.

«Отрезать пальцы ‒ это у них семейное, что ли?»

Палец ‒ не украшение на липучке, но у них, видимо, логика: если что ‒ можно и отрезать.

Ли Чхоым с отвращением слегка повернула голову.

— Хватит.

И прошептала на ухо Масельхян.

…Застыв.

Флакон с благовониями замер на полпути к пальцу.

Масельхян, окаменев, сверлила Ли Чхоым свирепым взглядом.

— Ты…

— Урони.

Голос стал настойчивее.

— Урони флакон на пол, чтобы он разбился.

…Дрожь, дрожь, дрожь.

Рука Масельхян начала дрожать.

На руке вздулись вены, словно она прилагала огромную силу, но, как ни странно, хватка ослабевала.

— К-кх…!

В тот момент, когда она собиралась разбить флакон своей же рукой.

Вжух!

Порыв ветра окутал их двоих.

Кап.

Флакон с благовониями плавно поднялся по ветру и намочил палец Масельхян, с которого был снят протез.

Кан Рим, прижавший Ко Хварана к стене за голову, мельком взглянул на Ли Чхоым и низким голосом приказал Масельхян:

— Открой дверь. Сейчас же… Уф.

Бах!

Ко Хваран, вывернув руку назад, ударил Кан Рима рукояткой спицы по лицу. Ему удалось отвлечь внимание, но схватка с ним давалась Ко Хварану нелегко.

Ли Чхоым нахмурилась.

«Он не использует силу?»

Почему? Из-за риска пожара внутри контейнера? Но без силы он не сможет одолеть Кан Рима…

«…Ах».

В этот момент она вспомнила слова Кан Рима.

Он сказал, что Ко Хваран пережил взрывную силу, пока её держали в плену.

«Он не отказывается от неё ‒ он просто не может её использовать».

Как только вывод был сделан, она действовала быстро.

— Ко Хваран!

На зов Ли Чхоым Ко Хваран обернулся.

Их взгляды встретились.

— Принимай.

[К клиенту применяется эффект "Фиксация внимания".]

— ……!

Взгляд Ко Хварана изменился.

Его сжатые губы мягко разжались, и вскоре по ним разлилась радость.

— Спасибо. Я скучал по тебе!

Вжух-ух!

По телу Ко Хварана взметнулось пламя.

— …Масельхян!

Поняв, что бой становится нелёгким, Кан Рим попытался бежать, но.

Свист!

Кан Рима, словно связанного, потянуло назад.

— Теперь я наконец в расчёте.

Осалло, проскользнувший в контейнер среди хаоса, усмехнулся.

В его руке была нить, связанная с Кан Римом.

— Эта способность не только для слежки.

Основная функция ‒ сковывать или наносить урон связанному противнику. Синяя, пурпурная и красная нити наконец-то проявили себя.

Кан Рим несколько раз попытался вырваться, но нить только натягивалась сильнее.

— Ха.

Его взгляд опасно потемнел.

Кан Рим коротко взглянул на Масельхян.

Скрип.

Почувствовав намёк, Масельхян смяла стену стального контейнера и схватилась за неё, как за ручку.

И сразу после этого.

Вжух!

Контейнер начал бешено вращаться.

— Уф…!

Осалло и Ко Хваран потеряли равновесие и зашатались. На скорости, напоминающей центрифугу, кружилась голова до тошноты.

Топ.

Воспользовавшись моментом, пока Осалло не пришёл в себя, Кан Рим рванул к Масельхян.

— Открой дверь.

Масельхян, державшаяся за стену, отпустила руки и, подняв вновь отросший палец, повернула его, словно отпирая замок.

[Привратник откроет ему дверь.]

— …Стой!

Ли Чхоым поспешно попыталась остановить Масельхян, но её рефлексы были слишком медленными. Дверь уже активировалась.

«Ах, чёрт».

Опять эта ситуация.

В унизительном бессилии Ли Чхоым закусила губу…

И в тот же миг.

Свист!

Тело Ли Чхоым, преодолев гравитацию, взмыло вверх.

…Что?

Чья-то рука крепко обхватила её.

— Поэтому.

Тонкий голос разнёсся в воздухе.

— Если бы я был там тогда, этого бы вообще не случилось.

Платиновые волосы, похожие словно на лучики света, развевались на ветру.

— Давно не виделись, Ли Чхоым-сси.

Ю Сонъу улыбнулся.

Это было эффектное появление, но времени на эмоции не было.

Свист.

Кан Рим и Масельхян исчезли, и контейнер, потеряв подъёмную силу, начал падать.

— Па-падаем!

Вжу-у-у-х!

— А-а-а-а-а!

В стремительно падающем контейнере всё перевернулось. Ко Хваран и Осалло, словно бумажные куклы, кружились в урагане.

— …Пиналле! Держитесь!

Хаян и Пиналле, стоявшие на крыше контейнера, тоже висели на волоске.

Свист, свист, свист, свист.

Один человек, преодолевший гравитацию, вытащил их всех по одному.

Бах!

Подняв пятерых, как мешки, Ю Сонъу оттолкнулся от контейнера и взмыл вверх.

И.

— Тише.

БА-А-А-М—!!!

Упавший на землю контейнер с грохотом разлетелся вдребезги.

Топ.

Ю Сонъу приземлился, когда пыль, взметнувшаяся от удара, осела.

— Ох…

— Ай… Уф…

Все стонали, падая на землю.

На вершине горы некоторое время раздавалось только тяжёлое дыхание.

Наконец взгляд Ко Хварана обратился к Ли Чхоым.

— Ли Чхо…

— Глава клана Хван Нансэ.

Ли Чхоым резко оборвала его.

Её и без того бледное лицо потеряло последние следы крови и стало похоже на лицо трупа.

— Надо найти Кан Рима, этого ублюдка. У него противоядие для главы клана Хван Нансэ.

Ли Чхоым шатаясь встала и, сама не зная, куда идти, сделала шаг.

— Эй, эй!

Ко Хваран поспешно схватил её.

Хвать!

Стряхнув его руку, Ли Чхоым с навязчивым блеском в глазах обернулась.

— Что? Ты хочешь, чтобы я слушала, как Хван Нансэ умерла из-за меня?

— Нет…

— Надо было сразу этому ублюдку мозги в кашицу превратить. Просто промыть мозги его подчинённым и выведать всё…

— Подожди, подожди!

Ко Хваран снова крепко схватил её за плечи. На его лице было недоумение ‒ он не понимал, о чём она говорит.

— Глава клана Хван Нансэ уже выздоравливает. Ты о чём?

— …Что?

Пока лицо Ли Чхоым исказилось, Пиналле добавила:

— Это правда. Заместитель главы Шин Ён беспокоилась о тебе и регулярно связывалась с нами, и тогда она разговаривала с Хван Нансэ. Та была в полном порядке.

Что за ерунда?

Ли Чхоым в замешательстве огляделась.

— …Кто-нибудь, дайте мне телефон.

Взяв телефон Хаяна, Ли Чхоым сразу позвонила Шин Ён.

— [Хаян-сси? Что случилось…]

— Это Ли Чхоым. Я звоню, чтобы кое-что спросить.

— [Л-Ли Чхоым-сси?! Вы в порядке? Что этот ублюдок Кан Рим с вами сделал…!]

— Главе клана Хван Нансэ не нужно противоядие?

От прямого вопроса на том конце повисла пауза.

Через некоторое время раздался смущённый ответ:

— [Если речь об отравлении ядовитым туманом, то оно было нужно, но… на самом деле мы достали противоядие вчера.]

— …Что?

— [Дело в том…]

Шин Ён тихо, осторожно ответила:

— [Похоже, его оставил Кан Рим.]

— ……

— [Что у него на уме… честно говоря, я и сама не знаю.]

«Значит».

Кан Рим уже передал противоядие и использовал это, чтобы шантажировать Ли Чхоым?

«…Ого».

Ли Чхоым почувствовала, как у неё подскочило давление.

Плюх.

Закончив звонок и вернув телефон Хаяну, Ли Чхоым опустилась на ближайший валун.

«Надо было просто сбежать».

Её просто одурачили. Это было настолько нелепо, что гнев не продлился долго ‒ осталась лишь опустошённость.

Но в то же время, где-то на периферии, поднималось…

Какое-то облегчение.

Поняв ситуацию, Ко Хваран усмехнулся.

— Неудивительно, что ты не сбегала… Раз уж всё хорошо кончилось, забудь.

Сказав это легко, он перевёл взгляд на закат за гребнем горы.

— Посмотри на закат. Разве он не красив?

Это был явный способ отвлечь капризного ребёнка.

Ли Чхоым холодными глазами посмотрела на профиль мужчины, освещённый закатом.

— Я же сказала не приходить.

— Ну, я такого не слышал.

— Ты считаешь меня дурой?

— Не дурой, но с противоядием ты действительно облажалась.

Выходит, теперь и Ко Хваран будет её дразнить.

Увидев, как на виске Ли Чхоым вздулась вена, мужчина послушно замолчал.

Он немного помедлил, затем бросил:

— Ты всё ещё боишься быть в долгу?

— ……

— Тебе не нравится, что мы пришли тебя искать?

……

Не знаю.

Ли Чхым слишком долго была пустошью, и потому всё, что начинало прорастать, было ей незнакомо.

Хаянг, наблюдавшая за её молчанием, спокойно произнесла:

— Я уже отдала свой долг. Так что не считайте мою помощь долгом.

Хаянг из Пурима.

…Человек, спасённый первой прихотью Ли Чхоым.

Чтобы признаться, что ей всё это не нравится, Ли Чхоым пришлось бы пожалеть, что спасла её.

«Это…»

Она не могла. Ни за что.

Пока Ли Чхоым, не в силах ни избежать взгляда, ни встретиться с ним, смотрела в сторону.

— Ху-ху.

Раздался тихий смех.

Ю Сонъу, глядя в небо, легко парил на месте.

— Ты говорила, что у тебя нет ни любимых, ни нелюбимых вещей, только то, что ты не любишь.

Он лукаво подмигнул.

— Но сейчас у тебя не нелюбимое лицо, Ли Чхоым-сси.

……

«Я?»

Не может быть.

…Но в тот же миг у неё не хватило смелости проверить своё лицо.

Хлоп, хлоп.

— Ну всё, на сегодня хватит. Домой ещё добраться нужно.

Ко Хваран отряхнул руки, покрытые пылью, и протянул руку Ли Чхоым.

— Пошли. Пока солнце не село.

……

Девушка молча смотрела на грубую руку.

Она не знала.

Что будет дальше, что ей делать.

Как назвать тех, кто внезапно пророс в иссохшей пустоши…

Она не знала ничего.

…Но медленно.

Как заворожённая, Ли Чхоым взяла его за руку.

Потому что она не знала дороги домой.

Ей нужен был проводник на этой, впервые проложенной тропе.

Только и всего.