Женщина стояла вплотную за моей спиной. Но только стояла — никакого вреда мне не причиняла. Если не считать того, что от прикосновения её длинных волос к руке по коже бежали мурашки.

Почему… она меня не ест?

На миг сквозь ужас пробился вопрос, и я снова вспомнил ту страшилку.

…Потому что я ещё не ответил в третий раз?

Я напряг дрожащее тело и искоса глянул в сторону. В зеркалах, тянувшихся вдоль всего коридора, отражался только я. Женщины видно не было. Но я понимал, что она стоит всего в шаге и всё ещё меня не трогает.

Тут я заметил кое-что странное.

— …?

Лицо в зеркале казалось чужим. Точнее… знакомым, но уже успевшим стать чужим.

…Я же молодой!

Совсем юное лицо — любой бы заметил. И тут меня словно ударило по голове.

— …!

Я наконец понял. Мой жалкий план забежать в агентство и спрятаться был ошибочным с самого начала.

Если я вернулся в прошлое, то я ещё не «артист» агентства!..

Стажёрам, в отличие от артистов, отпечатки не регистрировали: выдавали временный пропуск, с которым можно было свободно входить и выходить. А я свалился посреди метро с пустыми руками. Откуда у меня возьмётся временный пропуск?

Ну ты и тупой ублюдок.

Я стиснул зубы, ругая себя. В зеркале было только моё молодое лицо — будто ещё ничем не задетое. Ни измождённого тела, ни тёмных кругов под глазами двадцатисемилетнего неудачника. Хотелось стукнуть себя по этой бестолковой башке.

Вся идея «Мира на перемотке» изначально строилась на возвращении в прошлое. Раз я попал в такую игру, следовало сразу догадаться, что и тело у меня будет молодое…

Совсем голова кругом пошла.

Я лихорадочно пытался придумать хоть что-нибудь, и в этот момент…

Дзинь!

Появилось ещё одно окно.

[Открыть функцию игрока «Карман»?]

Карман?

Похоже на что-то вроде инвентаря.

Я поспешно кивнул в ответ на вопрос окна. Тут же развернулась вытянутая панель, заполненная квадратными ячейками.

[Временный пропуск стажёра]

Владелец: Пак Хидон

Временный пропуск стажёра корейского агентства «Хидден». Позволяет владельцу входить в здание компании.

[Телефон]

Владелец: Пак Хидон

Телефон, которым пользуется Пак Хидон. Подключён четыре года назад.

[Футляр для очков]

Футляр, в который в любой момент можно убрать очки. Внутри также лежит салфетка для их протирки.

Да это полноценные описания предметов.

Помедлив, я выбрал временный пропуск и сразу почувствовал в кармане что-то постороннее. Сунул туда руку проверить.

…Ого.

В руке лежало временное удостоверение, которым я пользовался в годы стажировки. Соответствующая ячейка опустела — видимо, потому, что я вынул предмет.

Я с новой силой ощутил, что нахожусь внутри игры.

Поднёс пропуск к считывателю на запертой двери. Раздался электронный сигнал, и замок щёлкнул.

Куда

идёшь?

Снова заскрежетал женский голос. Длинные волосы скользнули по моей руке, державшей дверную ручку. Я крепко зажмурился и открыл дверь.

Стоило шагнуть внутрь, как за спиной грохнуло. Дверь закрылась.

До этого женщина шла буквально по пятам, но сюда ступить не смогла. Только продолжала безумно бормотать свой вопрос: куда я иду? А когда дверь захлопнулась, исчезло и это — будто ничего не было.

В вернувшейся тишине я открыл глаза.

[Вы преодолели первое препятствие — «Женщину с вопросами» — и вошли в безопасную зону!]

[СКРЫТЫЙ УРОВЕНЬ 1-1 ПРОЙДЕН] ▲

Передо мной висело новое окно.

Получилось.

Вместе с облегчением ушли силы из ног. Я опёрся о стену и выдохнул, всё ещё дрожа.

Боялся, что сейчас же появится надпись «УРОВЕНЬ 1-2», но, к счастью, сколько ни ждал, ничего подобного не случилось. Видимо, здесь, в отличие от настоящей игры, уровни не обрушиваются один за другим без передышки.

— Живой…

Пробормотав это, я потёр лицо ладонями и решил: сперва нужно как следует разобраться, в каком положении я оказался.

Выбравшись из подвала, я сразу направился в туалет на первом этаже и заглянул в зеркало. Не зря, стоило коснуться лица, кожа казалась такой гладкой. На вид я вернулся примерно к последнему школьному году, когда только начал стажировку.

Чтобы уточнить дату, я достал из инвентаря телефон. Старой модели, которой я пользовался в то время, почему-то даже обрадовался.

Провёл привычный ещё со школы графический ключ, разблокировал экран, сразу открыл календарь и проверил сегодняшнюю дату.

[2 января 20XX года]

…Семь лет назад, значит.

Во всяком случае, мне уже двадцать. Хоть это хорошо: несовершеннолетнее тело всё-таки во многом ограничивало бы меня.

А, кстати…

Январь — это ведь как раз тогда.

Время, когда в «Хидден» начали снимать шоу на выбывание.

Оно называлось… «Хидден энд Мейкер».

Кабельный канал, да и скандальностью, как другие передачи, оно не отличалось, так что особой популярности не снискало. Средний рейтинг в 1,4 процента набрался лишь благодаря тому, что отбор проводило само «Хидден Энтертейнмент» и у агентства имелись преданные поклонники.

Участников было, кажется, около семидесяти. Чтобы привлечь больше внимания, собрали стажёров не только «Хидден», но и дочерних компаний. Пятеро, дожившие до финала, дебютировали в группе «Хейкер». А пятое место тогда занял я.

И в этот раз мне там участвовать?

Главная идея «Мира на перемотке» — вернуться в прошлое и устранить причины своих бед. Может, для прохождения нужно выйти на это шоу и отсеять участников, которые в будущем станут злодеями? Или дебютировать, а потом свалить нашего главу?

— …М-м.

Честно говоря, меня не тянуло. Будь я тем юнцом, переполненным мечтами, или собой несколькими годами раньше, когда до одури хотел преуспеть, — ещё куда ни шло… Но сейчас, так и не добившись славы к сроку продления контракта и проведя месяцы в комнате игровым овощем, я смотрел на всё иначе.

У меня нет шансов.

Восемь лет в этой сфере — кажется, уже достаточно, чтобы понять. Выдающегося таланта, как у других айдолов, у меня нет. Да и с удачей, которая в шоу-бизнесе важнее всего, я не особо дружу.

Устранить причины несчастий?

Если для успеха хватало бы только этого, любой мог бы стать айдолом первого эшелона. Мне нужно не избавление от бед, а гарантированное счастье. Пусть скромное, зато позволяющее спокойно и безопасно жить.

Просто расторгну контракт.

Если подумать, это тоже способ устранить причину несчастий. Браться сейчас за учёбу ради университета будет трудновато — лучше поищу подходящую работу. Я ведь больше не в положении, когда меня нигде не наймут, а прохожие все как один тычут в меня пальцами. На этот раз смогу жить нормально, радуясь простым мелочам.

Решение созрело. Я сразу пошёл к начальнице отдела развития новых талантов, отвечавшей за стажёров.

Поначалу она, похоже, растерялась: парень, полгода молча занимавшийся тренировками, вдруг попросил личную встречу. Но, заметив выражение моего лица, позвала в переговорную.

— …Ты хочешь бросить стажировку?

— Да.

Она посмотрела на меня в полном недоумении и вздохнула. На лице ясно читалось: что это с ним вдруг, зачем доставляет хлопоты?

— Именно сейчас? Не понимаю тебя, Хидон.

— Простите.

— Ещё на прошлой неделе ты говорил, что хочешь участвовать в программе. Ты ведь знаешь, что скоро первые съёмки? Формат уже полностью готов. Так нельзя.

— Да. Простите.

Я только извинялся, даже не пытаясь оправдаться, и начальница перестала скрывать раздражение. Её можно было понять.

Состав дебютной группы уже наверняка примерно определили.

Я осознал это ещё во время съёмок «Хидден энд Мейкер» — HIDDENMAKER, когда мне заранее сливали конкурсные песни и хореографию. Стажёры дочерних компаний служили красивой обёрткой. На деле всё было устроено ради того, чтобы ребята из «Хидден» выглядели талантливыми профессионалами.

Так что, конечно, побег человека, уже попавшего в список на дебют, её бесил.

Начальница постаралась взять лицо под контроль и не показывать, как разозлилась. Натянула улыбку и ещё несколько раз попыталась меня уговорить.

Но…

— Простите, госпожа начальница.

Я стоял на своём, и понемногу её тон стал угрожающим.

— Пак Хидон, ты, случайно, не связался с другой компанией? С какой?

— Ничего такого нет.

— Что значит нет? Всё же очевидно. Говори, как она называется. Где бы ты ни дебютировал, так поддерживать тебя, как мы, не будет никто. Обязательно пожалеешь.

Примерно в таком духе. Или вот:

— Ты что, не хочешь добиться успеха? Хочешь сразу после дебюта стать никому не нужным айдолом, без телевидения, мотаться по мелким мероприятиям?

Уж извините, но меня это не особо пугало. Я дебютировал в «Хидден», одном из трёх крупнейших агентств страны, и всё равно не получил ни приличного мероприятия, ни нормальной работы в расписании.

Такие угрозы действуют на несмышлёных мальчишек, полных мечтаний. На того, кто уже пожил айдолом-неудачником и прекрасно знает себе цену, — ни капли.

Я не уступал. После долгих препирательств сдалась в конце концов начальница.

— …Ладно. Давай тогда ещё раз поговорим через три дня. До этого время у нас ещё хоть какое-то есть. Отдохни и всё обдумай.

— …

— Если и через три дня не передумаешь — хорошо. Тогда расторгнем контракт. А сейчас иди и подумай ещё.

Она небрежно махнула рукой. Видимо, боялась: затяни разговор, и я опять упрямо потребую отпустить меня. Меня откровенно выставляли.

Я вежливо поклонился и вышел из переговорной.

— Фух.

Ну, хоть что-то я сделал?

Вместе с небольшим облегчением пришло странное чувство. Впрочем, долго размышлять не вышло: с другого конца коридора высыпала толпа стажёров. Я поспешно открыл дверь на запасную лестницу и вышел туда.

Спустишься в метро — ещё наткнёшься на ту женщину. Лучше выйти через главный вход на первом этаже.

— …

Пока я спускался, меня не покидало странное ощущение нереальности.

И это всё взаправду.

Всё было таким живым. Переговорная, куда меня вызывали при каждой беде в группе. Сотрудники, не стеснявшиеся обзывать меня бесполезным. Даже прохлада этой запасной лестницы, куда я уходил всякий раз, когда становилось тяжело.

Снаружи навстречу хлынул свободный зимний воздух. Защипало кончик носа.

Когда я в последний раз вот так нормально выходил среди дня и видел солнце? Сколько месяцев назад? Раньше, боясь, что меня забросают камнями, я закрывал всё лицо, выбирался перед рассветом, наскоро покупал необходимое и возвращался.

Я ненадолго застыл, вдыхая непривычный уличный воздух, и заметил сбоку стайку школьниц. Они держали фотокарточки и маленькие игрушки, весело щебетали. Наверное, чьи-то фанатки.

В это время… поклонницы HEX?

Той самой старшей группы, которая в будущем рухнет из-за беременности до свадьбы и измен. После скандала многие говорили, что название группа оправдала.

Я стоял и смотрел на них. Мороз такой, что щёки красные, а они всё фотографируют на телефоны огромный рекламный плакат на здании компании. На счастливые лица было даже удивительно смотреть.

Неужели им настолько нравится?

Так улыбаться, всего лишь увидев фотографию на стене.

И одновременно…

Завидую.

Банальнее чувства не придумаешь. Наверное, именно о таком будущем я и мечтал в те годы: мы с товарищами гордо красуемся на стене агентства, а поклонники счастливы нас видеть. Мечта, которая вполне могла сбыться, не случись всех этих бед и скандалов.

Хотя теперь она уже ничего не значила.

Я ещё немного посмотрел на девчонок, потом тихо отвернулся и ушёл, чтобы им не мешать. Во рту стало горько.

Кстати, я ведь и тогда жил в однокомнатной квартирке.

До «Хидден» я жил у тёти, маминой сестры, в провинции. После кастинга, став стажёром, снял однокомнатную квартирку неподалёку от компании. А с началом съёмок уже окончательно перебрался в общежитие.

Поблуждав в поисках съёмной квартиры, которую почти не помнил, я наконец добрался до неё и повалился прямо на голый пол.

А ведь я и раньше сегодня по полу валялся. Надо сперва сменить одежду — она уже как тряпка. Редкая вылазка вымотала меня до предела, но засыпать вот так было нельзя.

Сначала нужно кое-что сделать.

Я заставил своё налившееся свинцом тело подняться.

На кухонной полке стояли две чашки. Одна с ручкой, другая с засохшим ободком от кофе. Я помнил, как вечно собирался её отмыть. Судя по виду, в двадцать лет я уже был мастером откладывать дела.

Я сполоснул чашку и поставил чайник. Пока вода грелась, вытряхнул из кроссовки серую крошку. От всего, что случилось в метро, не осталось ничего, что я мог бы вот так взять и стряхнуть.

Чайник щёлкнул. Я вздрогнул и чуть не обварился. Поставил чашку у окна и пальцем расчистил полоску в запотевшем стекле. Двор оказался ровно таким, каким я его помнил.

— Читатель, ты ведь тоже слышал этот щелчок? — сказал я уже вполголоса.

Я открыл заметки в телефоне. «Если ещё не ушёл, подпишись на WND». Под этой строкой набрал адрес и повернул экран к тебе.

https://t.me/Web_Novel_Daily