(Военная академия Родовы, комната Лео в общежитии, 00:30)

Около половины первого ночи Лео наконец закончил с медитацией на сегодня, потратив пять с половиной мучительных часов почти без продвижения.

Голова болела, внимание было на пределе, а терпение к этому процессу совсем истощилось.

Поэтому, вместо того чтобы и дальше идти этим бесплодным путём, он обратился к новому — свитку навыка Абсолютное Зрение.

Испытание, да.

Но, хотелось надеяться, не такое мучительно нудное, как медитация.

Вж-ж-ж…

Голографический свиток включился, замерцав в полутёмной комнате, и завис перед глазами точно так же, как руководство по медитации.

Но в отличие от бесшумного руководства по медитации, этот издавал низкое механическое жужжание, словно старый изношенный мотор, с трудом заводящийся.

Затем, слабо светясь, появились первые указания.

[Чтобы освоить Абсолютное Зрение, сначала нужно освоить Восприятие Маны.]

[Пока вы не способны представить поток маны вокруг себя с закрытыми глазами, пытаться освоить этот метод бесполезно.]

Лео резко выдохнул и без колебаний закрыл глаза.

И сразу же это почувствовал.

Едва уловимое притяжение маны в воздухе, кружащей невидимыми течениями.

Её не было видно, но она была — незримый прилив, который он бессознательно втягивал в себя, словно водоворот, медленно вбирающий воду вокруг.

Когда он снова открыл глаза, предупреждение исчезло.

Текст на свитке уже обновился, перейдя к следующему этапу.

[Проведите ману по телу по пути, показанному на схеме перед вами.]

Голограмма сменилась анатомической схемой человеческого тела с точным маршрутом циркуляции маны, которому он должен был следовать.

Путь начинался у основания черепа, шёл вниз по позвоночнику, расходился по ногам до самых пальцев — и петлёй возвращался наверх в непрерывном цикле.

В отличие от руководства по медитации, где ману требовалось распределять по тонким микроканалам, эта техника была куда проще.

Никаких сложных разветвлений. Никаких замысловатых обходов. Лишь один чистый, плавный цикл.

Три попытки. Столько ему понадобилось, чтобы запомнить схему.

Всего после трёх повторений он вписал процесс в мышечную память и гонял ману по телу плавно и без ошибок.

[Этап завершён.]

[Закройте глаза и проведите ману ещё раз.]

Лео тут же подчинился: закрыл глаза и провёл ману по памяти.

Ничего особенного он не ждал.

И всё же…

В тот миг, когда он завершил цикл…

Его мир изменился.

В сознании вспыхнула трёхмерная карта окружения.

Не смутное впечатление. Не какое-то расплывчатое ощущение.

А подробная, пространственно точная реконструкция всей комнаты.

Он чувствовал очертания кровати, лёгкие неровности стола, мягкую рябь воздуха, касающегося кожи.

Мир вокруг изменился: теперь его определяло не зрение, а чистое восприятие.

— Ого, ого, ого, ого… ого…

Лео пошатнулся, едва не потеряв равновесие.

Это было слишком реально. Слишком ошеломляюще.

Мозг с трудом справлялся с внезапным потоком информации, привыкая к совершенно новому способу воспринимать действительность.

На краткий миг…

Он не пользовался глазами.

И всё же видел всё.

[Поздравляем, вы успешно освоили первую ступень (Абсолютного Зрения): вы интуитивно понимаете принцип трёхмерного отображения и обладаете развитым подсознанием, способным обрабатывать информацию в реальном времени.]

Так гласил свиток навыка, и, прочитав это, Лео глубоко нахмурился.

Он недоумевал, почему ему так легко далась столь сложная техника, но, судя по всему, он уже интуитивно умел ощущать ману вокруг тела, а мозг его был достаточно развит, чтобы сводить собранные сведения воедино.

[Следующий шаг — научиться выполнять один цикл этого метода на каждый вдох.

Главное — скорость при сохранении точности.]

Так велел свиток навыка, и Лео снова закрыл глаза и глубоко вдохнул, пытаясь уложить в этот вдох один цикл вращения маны.

Однако, ведя ману по запомненному пути, он понял, что на один цикл ему нужно не меньше трёх с половиной секунд.

А мысленная картина, созданная после каждого цикла, держалась всего секунду.

Значит, чтобы научиться поддерживать навык непрерывно, ему нужно было сократить время циркуляции маны с трёх с половиной секунд до менее чем одной, а затем согласовать его с дыханием, чтобы мозг связал выполнение этого метода с дыханием на уровне подсознания и делал это каждое мгновение без того, чтобы Лео на этом сосредотачивался.

Эх…

Лео резко выдохнул и снова закрыл глаза.

Ещё раз.

Он прогнал ману по пути, заставляя себя двигаться быстрее при той же точности.

На этот раз он чуть-чуть улучшил результат, доведя время циркуляции до 3,4 секунды, но это всё ещё было слишком медленно.

«Ещё раз…» — подумал он и ускорил процесс ещё больше, повторяя путь циркуляции, подстраивая контроль и отсекая лишние колебания.

Итог?

Он сократил время до 3,2 секунды — заметное улучшение по сравнению с 3,5, но всё ещё очень далеко от нужного.

Лео выдохнул, потирая висок: напряжение начинало сказываться на рассудке.

Беглый взгляд на часы сказал ему, что уже три часа ночи, а значит, до утренней сирены и начала нового учебного дня оставалось всего полтора часа.

«Надо немного отдохнуть, если давить дальше, будет только хуже. Наверное, займусь этим снова завтра…» — решил Лео, выключил голографический свиток и забрался на свою двухъярусную кровать.

«Мне ещё долгий путь предстоит…» — понял Лео, и с этой мыслью его мозг провалился в сон, отключившись почти мгновенно после всего изнурения, которое ему выпало сегодня.

Осваивать одновременно метод медитации и навык восприятия было непросто, но Лео верил, что всё равно справится.