Дочитав книгу, Лео ещё какое-то время не шевелился, не сводя глаз с последней страницы мемуаров.

Почерк капитана здесь заметно отличался: он уже не выглядел аккуратным и сдержанным, а стал неровным и беспорядочным, и каждый штрих отражал не прошедший след повреждений разума, который так и не оправился до конца даже спустя три года.

Однако Лео не позволил подобным мелочам на себя повлиять: его разум отсеял истерию, ужас и драматичные предупреждения и искал лишь то, что имело значение.

Главным для него было не безумие, не смерти и не подкрадывающаяся паранойя, описанные в мемуарах, а то, что капитан вернулся живым и выполнил своё задание.

Пусть сломленный, пусть потрясённый, капитан Элрик Вонн совершил тридцатидневную экспедицию в мир с остановленным временем и вернулся с головой цели в руках, доказав, что выжить там, хоть и редко удаётся, но всё же возможно.

И это, как понял Лео, было самым ценным сведением, скрытым во всём журнале.

Драматизм его не интересовал.

Ему не нужны были рассказы о страданиях, чтобы образумиться от страха.

Ему нужны были вероятности, границы и пороги опасностей, подстерегающих в этом мире, и мемуары дали ему именно это.

Они дали ему чёткую хронологию.

Обозначенный предел, после которого портятся камни маны.

Рассказ из первых рук о том, чего следует избегать, как быстро наступает погружение в безумие и на какие признаки обращать внимание.

Немного.

Но достаточно, чтобы понять: это задание, несмотря на все опасности, выполнимо.

А если наградой за успех был полный доступ к сокровищнице Чёрных Змей, то риск того стоил.

При этом…

Слишком многого он всё ещё не понимал.

Почему циркулировать ману этого мира так опасно, хотя поначалу это придаёт сил?

Почему поглощение окружающей маны запускает такое медленное, но необратимое погружение в безумие?

Почему даже лучшие камни маны портятся, как их ни храни?

И что важнее всего, как вышло, что тридцать дней внутри равнялись всего восьми часам в реальном мире?

Лео слегка нахмурился, снова взглянув на закрытые мемуары, где последние слова капитана были врезаны в пергамент, словно шрамы.

Они рассказали ему «что» —

но не «почему».

И если ему предстояло ступить в мир, где логика искажается, а время изгибается, понимание того, как этот мир устроен, было не прихотью, а необходимостью.

Шорх.

Шаг.

Лео молча поднялся с места и вернулся к той же полке, с которой взял первую книгу, на этот раз внимательнее просматривая названия.

Через мгновение его пальцы остановились на более тонком и куда менее официальном на вид томе, обложка которого была исписана почти ленивой самоуверенностью:

«Я отправился в мир с остановленным временем, чтобы медитировать 30 дней. Вот что я обнаружил».

Почерк был грубее, чернила — свежее, и обложке недоставало суровости предыдущей книги, но Лео искал не эмоций —

он искал понимания.

Если первый рассказ показал ему тревожные признаки, то, может быть, этот даст ему научную сторону.

Закономерности.

Ответы.

Ещё немного знаний о том, чего ожидать и в чём опасность, — и Лео тут же сел читать.

Предисловие автора

Меня зовут Варн Элрик. Я убийца ранга Мастера из Гильдии Чёрных Змей, и этот дневник служит записью моего опыта медитации в мире с остановленным временем.

Через два дня в гильдии начнётся командное задание Зелёного Кода, и хотя я хочу в нём участвовать, будучи всего лишь воином ранга Мастера, я не имею на это права.

Чтобы принять участие, нужно быть убийцей уровня Грандмастера или выше, а мне до прорыва остаётся ещё одна стена.

Поэтому я решил рискнуть.

С одобрения своего наставника я решил войти в мир с остановленным временем и провести там ровно тридцать дней, что равно восьми часам реального времени.

Я намерен воспользоваться этим карманом замедленного времени, чтобы пробить барьер и достичь статуса Грандмастера, успев к заданию вовремя.

К тому же наставник пообещал заплатить 50 000 очков маны, если я вернусь живым с подробным письменным отчётом.

Итак, вот моя запись.

Страница 1: О входе и природе маны

Едва я оказываюсь здесь, как понимаю, что принял верное решение — по крайней мере пока. Мана в этом мире густая, гораздо плотнее той, которой мы дышим и которую циркулируем во внешней вселенной. Каждый вдох будто заряжен. Каждое движение даётся плавнее.

Медитировать здесь — словно купаться в жидком потоке сырой энергии. Мысли выстраиваются быстрее, а скорость поглощения окружающей маны подскочила почти на 30–40 % по сравнению с моим прежним рекордом в обычных условиях.

Грубое сравнение: это как зажечь огненный фонарь камнем маны низкого качества в реальном мире и ядром высокого качества здесь. Разница несомненна.

Я чувствую силу. Чувствую ясность. Чувствую, что могу проломить стены на своём пути.

Страница 2: Цена под поверхностью

Но у силы есть цена.

Да, мана здесь сильна. Но она не чиста. В ней есть что-то затхлое, отчего каждый цикл ощущается чуть тяжелее предыдущего. С каждым часом я чувствую, как к моим каналам маны липнет что-то вязкое — словно осадок, который никак не смыть.

Медитировать здесь — всё равно что колоть себе стимулятор. Прилив мгновенный, прогресс заметен, но под ним таится вред.

Мне кажется, что страдает эластичность моих каналов маны — их способность расширяться и сжиматься при разной нагрузке.

Чем больше я медитирую, тем сильнее ощущаю, как наступает жёсткость. Гладкая внутренняя оболочка каналов теперь кажется шершавее, зернистее — как камень, стёртый песком.

Я продвигаюсь вперёд. Но знаю, что плачу за это.

Страница 3: День 7 — предел

Прошло семь дней. И я не знаю, сколько ещё выдержу.

Теперь, закрывая глаза, я слышу голоса — то шепчущие, то кричащие. Я пытаюсь сосредоточиться, но тишина больше не безмолвна. Она пульсирует. Колет. Извивается.

Медитация, бывшая моим убежищем, теперь похожа на поле битвы. Я близок — так близок к прорыву, — но каждый раз, входя в транс, я вижу то, чего не должен. Чувствую то, что подтачивает края рассудка.

Это место не хочет моего успеха. Оно хочет меня сломать.

Страница 4: Прорыв и цена силы

Я сделал это.

Я прорвался.

Но это едва меня не убило.

Не прошло и десяти минут после того, как я преодолел стену и достиг ранга Грандмастера, как на меня напали три зверя, словно возникшие из ниоткуда. Будто сам этот мир метит тебя в тот миг, когда ты развиваешься.

Бой оставил меня в крови и синяках. Я победил, но кое-что и потерял.

Мои каналы маны — они уже не те. Их гибкость исчезла. Жёсткость стала необратимой. Когда я пытаюсь циркулировать ману на полную мощь нового ранга, стенки каналов разбухают и сопротивляются, а тело пронзает острая боль.

Если надавить сильнее, они разорвутся. Я это знаю.

Так что да, я стал сильнее. Но я и сломлен.

Мой потенциал ограничен. Моё будущее подорвано.

Заключение

Пусть эта запись станет моим последним предупреждением.

Не пытайтесь медитировать в мире с остановленным временем, если не готовы пожертвовать долгосрочным будущим ради сиюминутной выгоды.

Да, вы можете стать сильнее. Да, вы можете вернуться на ранг выше.

Но цена — не только боль. Цена — необратимое увечье.