Следующие несколько дней пролетели для Лео в мгновение ока: почти всё свободное время он оттачивал два новых навыка, попутно готовясь к надвигающимся выпускным экзаменам.

Это было последнее подобие покоя — последний отрезок распорядка и порядка, — которое ему предстояло испытать на очень долгое время.

И потому он извлекал максимум из каждого дня, тренируясь с тихой решимостью и прекрасно сознавая, что жизнь, ждущая его за пределами Родовы, будет не чем иным, как хаосом.

К сожалению, Су Ян всё это время продолжал его избегать, сохраняя холодную дистанцию, которую установил между ними.

Слухи об их размолвке быстро разлетелись по кампусу: учитывая, какими неразлучными они были раньше, их внезапное отчуждение стало притчей во языцех, но Лео почти не обращал внимания на сплетни.

Ещё всего несколько дней — и он навсегда покинет Родову.

Собеседование для вступления в Чёрные Змеи было назначено уже на следующий день после выпуска, и Лео чувствовал, как с каждым часом финишная черта становится всё ближе.

И впервые за долгое время будущее казалось одновременно волнующим — и пугающе неопределённым.

(Тем временем, Планета Тития)

Если Иктал был духовным сердцем Культа Зла — обителью божественного присутствия Бога Сорона, — то Тития служила его оперативным мозгом.

Именно здесь держали свои кабинеты старейшины культа, тренировались его армии и день за днём перемалывала всё вокруг настоящая машина власти.

И пока Лео готовился завершить ученическую жизнь в Родове, далеко среди звёзд Двенадцатый Старейшина Культа Зла, Нуар Ашберн — более известный под прозвищем Мертвец, — наконец добился аудиенции, которой искал неделями.

Как непосредственный куратор Муйян Фэй и могущественная фигура сам по себе, Нуар приложил немало усилий, пытаясь устроить встречу с Первым Старейшиной — фактическим главой Совета Старейшин и истинным обладателем исполнительной власти в Культе.

Однако с тех пор, как похитили Дарнелла Нуну, Первый Старейшина утопал во внутренних кризисах, и лишь теперь, после долгих задержек, Нуара наконец вызвали на официальную аудиенцию.

— Ты хорошо справился, до сих пор скрывая мальчика… и я понимаю, почему он тебя так воодушевляет, — задумчиво сказал Первый Старейшина.

— Такой талант чрезвычайно редок — даже среди Кандидатов в Драконы.

— Даже меня впечатлило выступление мальчика на соревнованиях, — признал он, одной рукой поглаживая бороду, а другой неспешно заваривая чай.

— В прошлом мы потеряли слишком много Кандидатов в Драконы из-за внутреннего предательства в гильдии, — тихо сказал Двенадцатый Старейшина Нуар, принимая чашку чая, которую протянул ему Первый Старейшина.

— Я не намерен повторять ошибки, которые мы совершили с Ноем.

Он помолчал, давая словам улечься, и продолжил:

— Предлагаю подождать — по крайней мере пока он не достигнет Трансцендентного Царства, — прежде чем официально признать его Драконом. Только тогда он будет достаточно силён, чтобы пережить последующий хаос, — сказал Нуар, а Первый Старейшина в ответ спокойно погладил бороду.

Долгое время Первый Старейшина молчал.

Затем, словно приняв решение, он заговорил осторожно, тихо и размеренно:

— Позаботься, чтобы его прошлое было стёрто полностью… и чтобы в ближайшие месяцы он был как следует обращён в веру Культа.

— Даю тебе полную поддержку растить мальчика так, как сочтёшь нужным.

Он ненадолго замолчал, слегка сузив глаза.

— Однако предупреждаю: фракция Четвёртого Старейшины в тени готовит собственного Кандидата в Драконы.

— Ты в гонке со временем, Нуар.

— Если кандидат Четвёртого Старейшины обретёт законность раньше, чем твой мальчик будет готов, вопрос вынесут на совет… и нам придётся поставить титул Дракона на голосование.

— Моя власть над советом слабеет. Прежде более хладнокровные головы теперь тянутся к Четвёртому Старейшине и его радикальным планам направить культ на тропу войны против фракции Праведных.

— И если дело всё-таки дойдёт до голосования, ему не придётся убеждать слишком многих, чтобы выбрали его мальчишку… — предупредил Первый Старейшина, и Нуар встревоженно приподнял бровь.

Даже он понимал политические подводные течения в Совете Старейшин.

Он был самым молодым и самым слабым Старейшиной, тогда как все остальные были более или менее старыми чудовищами, и Первый с Четвёртым входили в число сильнейших.

Годами Первый Старейшина поддерживал в Совете Старейшин порядок, при котором холодные головы брали верх над радикальными голосами, однако после недавнего успеха Четвёртого Старейшины, сумевшего похитить Дарнелла Нуну, течение неизбежно менялось.

Простые пользователи сети праздновали разрушение Арены Небесного Бога как фестиваль, а боевой дух работников Культа Зла был на небывалой высоте, несмотря на чрезмерные репрессии Всемирного правительства.

Всё это делало Четвёртого Старейшину сейчас очень популярным и лишь придавало смелости его сторонникам в совете.

— Я учту ваше предупреждение, Первый Старейшина, благодарю за уделённое время, — сказал Нуар, поставив чашку, и они с Первым Старейшиной одновременно поднялись.

— Я не стану вмешиваться в твоё решение отправить его в Гильдию Чёрных Змей, если ты считаешь, что там ему лучше всего расти.

— Однако помни: если что-то пойдёт не так, ты всегда можешь привезти его на Титию, и хотя мы не растили дракона последние двадцать пять лет, мы и не забыли, как это делается, — сказал Первый Старейшина, и Нуар почтительно ему поклонился.

— Я это учту, Первый Старейшина, — сказал Нуар и откланялся, а на обратном пути протяжно вздохнул.

Будь это возможно, он хотел бы привезти Лео на Титию как можно скорее, однако подозрительность, порождённая обстоятельствами гибели Ноя, не позволяла ему пока представить Лео культу.

Как ни странно, ему казалось, что внешний мир для Лео безопаснее, чем тот самый Культ, который должен был почитать его как спасителя.

И в глубине души он был уверен: представлять Лео Культу пока нельзя.

Как минимум ещё несколько лет, пока тот не станет воином Трансцендентного уровня, способным постоять за себя.

Однако это не значило, что сегодняшняя встреча обошлась без побед.

Во-первых, он официально доложил Первому Старейшине, что Лео Скайшард — скрытый актив, которого он взращивает в тени, — и получил полное одобрение продолжать готовить его как следующего Кандидата в Драконы, что изрядно подняло Нуару боевой дух.

Кроме того, он добился кое-чего ещё более ценного: разрешения Первого Старейшины при необходимости ссылаться на его имя, что позволяло задействовать глубочайшие ресурсы Культа, чтобы тихо стереть любые оставшиеся следы прошлого Лео, которые однажды могли бы всплыть и доставить неприятности.

Оба этих достижения были поводом для торжества, ведь после сегодняшнего дня никаких записей о жизни Лео Скайшарда до Родовы не останется нигде во вселенной.

С этого дня Лео был уже не просто пешкой, бредущей по судьбе в неведении.

Отныне он официально стал тайным сыном Культа Вознесения.