(Арена Небесного Бога, финал, матч 6, Рамос против Энцо)

В конце концов Энцо всё же пришлось вернуться на стартовую позицию, и судья, бросив на него последний раздражённый взгляд, поднял руку и дал сигнал к началу матча, а Рамос, не теряя ни секунды, рванул вперёд со всей властностью Грандмастера, не собиравшегося затягивать дело.

Он шёл низко, быстро и собранно — клинки в обратном хвате, шаги плавные, несмотря на недавние раны, — сокращая дистанцию, как пантера, нацелившаяся на хромающего оленя.

Но не успел Рамос даже замахнуться…

Энцо развернулся.

И дал дёру.

Без всякого обманного движения. Без финта. Без какого-либо театрального жеста.

Просто откровенное, бесстыдное бегство.

Он во весь опор помчался вбок, поднимая за собой облака песка, и двигался неуклюжим зигзагом, по которому почти невозможно было предугадать его траекторию, — словно даже сам Энцо до конца не решил, куда бежит.

— Что за… — пробормотал Рамос себе под нос, прервав первый удар и разворачиваясь следом.

— Он что, серьёзно убегает? — ошеломлённо спросил Дерек, и толпа расхохоталась.

— Даже не пытается вступить в бой, — ответил Ли голосом, в котором веселье смешивалось с жалостью. — Это не стратегия, Дерек, это уклонение. Чистое уклонение.

Но Энцо уже нечем было жертвовать из стыда.

Он прошёл эту черту.

Потому что знал свою роль.

Он здесь не для того, чтобы сражаться. Не для того, чтобы победить. Он здесь, чтобы задержать Рамоса так долго, как только в человеческих силах.

И если ради этого надо выглядеть безголовой курицей, носящейся кругами по арене, — так тому и быть.

Каждая секунда, что он оставался жив, была ещё одной секундой, чтобы Лео отдышался. Ещё одной секундой на восстановление. Ещё одной секундой ближе к победе.

«Не жадничай, — сказал он себе, снова проскальзывая у края арены, когда Рамос догнал его и полоснул горизонтальным взмахом, от которого Энцо ушёл неуклюжим перекатом, а затем без всякого изящества вскочил на ноги. — Не пытайся попасть. Не пытайся контратаковать. Просто живи».

И каким-то образом именно это у него и получалось.

Рамос, при всей его скорости и технике, оставался Грандмастером, нагруженным снаряжением и оружием, и этот лишний вес чуть-чуть его замедлял.

А Энцо, при всём недостатке силы, был Мастером без спонсоров и без доспехов, и ничто не тянуло его вниз, кроме нарастающего жжения в лёгких и стука сердца.

— Ты шутишь… — пробормотал Рамос, пытаясь прижать его к краю арены, когда снова его настиг.

Но Энцо внезапно развернулся и швырнул ему в глаза пригоршню песка, чего Рамос никак не мог предугадать.

— Какого хрена? — пробормотал Рамос, инстинктивно дёрнувшись.

Хотя разумом он понимал, что пригоршня песка ему ничего не сделает, уклоняться от неё было инстинктом с детства, и в пылу боя он рефлекторно дёрнулся, что позволило Энцо нырнуть в сторону и снова удрать, выиграв себе ещё несколько секунд.

— Хочешь потратить моё время? — крикнул ему вслед Рамос, всё больше раздражаясь. — Думаешь, я тебя не догоню?

Но Энцо не ответил.

Не мог.

Потому что, попытайся он сейчас открыть рот, его, наверное, вырвало бы от изнеможения.

И всё же он продолжал бежать.

Минуту…

Затем две.

На отметке в две с половиной минуты Рамос всё-таки задел его — едва-едва — плашмя клинком по плечу, и Энцо кубарем покатился по земле, путаясь в руках, ногах и мантии.

Но прежде чем Рамос успел его добить, Энцо вскочил на ноги, собрав всю оставшуюся волю, — теперь уже спотыкаясь, — но всё ещё двигаясь.

Всё ещё выигрывая время.

— Он безумец, — прошептал Ли. — Он и правда это делает. Он продержался в этом бою больше двух с половиной минут и ни разу даже не обнажил клинок.

— Это не бой, — почти благоговейно пробормотал Дерек. — Это жертва.

К этому времени даже толпа затихла.

Они насмехались над ним. Освистывали его. Смеялись над ним.

Но теперь…

Они смотрели.

Потому что то, что они видели, больше не было смешным.

Это было смело.

Это было глупо.

И каким-то образом это работало.

Однако с Рамоса было довольно.

— Ладно, — прошипел он. — Хочешь бегать? Бегай в аду, — прорычал он, активировав [Клинок Полумесяца] и метнув на пути Энцо заряженную маной дугу режущей энергии.

И на этот раз бой закончился чисто.

Вжик!

Энцо не смог убежать от атаки и получил тяжёлую рану: он закричал и рухнул на землю, и его жизнь повисла на тонкой ниточке.

— МАТЧ ОКОНЧЕН… ПОБЕДИТЕЛЬ — ГУ РАМОС ИЗ ЖЕНЕВЫ! — объявил в этот момент судья и подал знак медикам бежать на поле.

А Рамос выглядел чуть ли не взбешённым даже после победы.

В конце концов ему пришлось применить приём на мане, чтобы одолеть бойца уровня Мастера, да ещё и потратив почти три полные минуты.

Для него это было отнюдь не идеальное выступление, и хотя в этом бою он ничуть не напрягался, даже победа горчит, когда за неё приходится три полные минуты гоняться за Мастером по песку.

На скамье Лео поднялся с пустым выражением лица; полотенце соскользнуло с его плеч, он разок покрутил шеей, хрустнул костяшками пальцев и снова направился к тоннелю.

— Спасибо, — пробормотал он себе под нос, глядя на часы.

«5 минут и 2 секунды…» — увидел Лео, и на его лице расплылась широкая улыбка.

Ведь каким-то образом Энцо в итоге всё-таки выиграл для него просимое время и ещё пару секунд в придачу.

«Ладно… Раз ты сдержал обещание, теперь я сдержу своё», — подумал Лео, выходя на арену: отдохнув несколько минут, он уже не чувствовал прежней усталости и был готов встретиться с Гу Рамосом со вторым дыханием.

— Итак, счёт 4:3 в пользу Женевы. Этот финал становится всё лучше и лучше! — сказал Дерек, глядя, как медики уносят Энцо с поля, и в его голосе смешались неверие и восхищение. — Он не нанёс ни одного удара. Даже не пытался. Но он дал Лео ровно то, что ему было нужно.

— Да… — медленно ответил Ли, и в его тоне наконец отразилась вся тяжесть момента. — Несмотря на все насмешки, которые он получил на выходе, Энцо только что дал Родове её последний шанс в этом турнире. Теперь всё зависит от Лео.

— Именно. Рамос ранен — этого не отнять, — продолжил Дерек, медленно кивая. — В первом раунде против Ю Шэня он получил серьёзный урон. А Лео? Он только что отдохнул пять минут И на нём ни царапины…

— У него нет травм, в его распоряжении ещё весь набор навыков, и он, пожалуй, единственный оставшийся в этом турнире, у кого хватит выносливости на два полных матча, если понадобится, — признал Ли, скрестив руки. — Если кто-то из Родовы и может это вытянуть — то он.

— Но это большое «если», — мрачно добавил Дерек. — Ведь мы уже видели, как Рамос разобрал Ю Шэня в первом матче, и если Ю Шэнь не смог его добить, не понимаю, как это удастся Лео. Какими бы эффектными или расчётливыми ни были его последние две победы.

— Допустим, чисто гипотетически, он всё же одолеет Рамоса… — начал Ли, взглянув на скамью Женевы, где по-прежнему с улыбкой сидел Дарнелл.

— Даже если у него это получится, — перебил Дерек, качая головой, — ему ещё предстоит пройти Дарнелла Нуну. Добивающего бойца Женевы и наследника боевого стиля Чёрного Змея.

— Так что ему определённо предстоит покорить целую гору.

— Две чудесные победы уже есть, но нужны ещё две, чтобы Родова пересекла черту.