(Ночь перед финалом, точка зрения Муйян Фэй)

Муйян Фэй сидела одна на террасе виллы Родовы, опершись локтями на холодные железные перила, и смотрела на бескрайний простор звёзд над Куполом Небесного Бога.

Завтра должен был состояться финальный матч Межзвёздных Соревнований, и хотя она не знала точного плана Культа Зла, у неё было сильное предчувствие, что, что бы они ни задумали, это непременно случится завтра.

Финал Межзвёздных Соревнований был не просто матчем — это было событие, своего рода праздник.

Обычные люди по всей вселенной брали отгулы на работе, чтобы смотреть его дома с семьёй, а число зрителей взлетало намного выше, чем на четвертьфинале и полуфиналах, превращая его в величайшую сцену, какую только можно вообразить, — где каждый крик, каждое столкновение и каждая капля крови могли стать заявлением.

От одной мысли об этом губы Фэй сжались в тонкую линию.

«Террор на самой грандиозной сцене… за это придётся заплатить высокую цену», — подумала она.

Хотя никаких подробностей ей не сообщили, последствия того, что должно было произойти, были ясны.

Надвигалось что-то масштабное — то, что не скрыть никакой задержкой трансляции и не преуменьшить никакими купленными СМИ, ведь, как только это случится, вселенский порядок наверняка содрогнётся до самого основания.

«Как только фракция Праведных поймёт, насколько глубоко культ внедрился в их инфраструктуру, начнётся охота…» — подумала она.

«Как только поселится страх… они начнут нас выкорчёвывать. Одного за другим. Каждое подозрительное лицо. Каждое необъяснимое повышение. Каждую аномалию в системе», — подумала Фэй, стиснув зубы.

«Чистки будут жестокими. И когда они начнутся, никто не будет в безопасности — даже такие, как я. И уж точно не он», — подумала она.

Её взгляд опустился ниже: трансцендентное зрение позволило ей заглянуть сквозь стены виллы, мимо балконов за живой изгородью и комнат других студентов, и остановиться где-то на верхних этажах — там, где, как она знала, была комната Лео.

Глядя на его спящую фигуру, она закрыла глаза и снова вздохнула.

«Надеюсь, завтра я смогу как следует исполнить свой долг… Я должна его защитить. Потому что после этого всё станет только сложнее. Каждый уровень охраны, каждая проверка биографии, каждый бумажный след — они начнут сдирать с нас слой за слоем, как гнилую кожу», — подумала она, чуть крепче сжав перила.

«Не понимаю, почему старейшина до сих пор не представил его культу», — подумала она.

Эта мысль не давала ей покоя уже не раз. Лео — мальчик с потенциалом стать Кандидатом в Драконы — для культа всё ещё оставался призраком.

О его существовании знали лишь она сама и старейшина, которому она непосредственно подчинялась. Ни один другой член культа даже не знал, что он существует.

С учётом его родословной.

И его талантов.

Фэй не сомневалась, что культ всем сердцем поддержал бы Лео, если бы его представили, однако ей было почти физически больно оттого, что этого сделать нельзя.

По крайней мере пока.

Ведь, признавая талант и достоинства Лео, она в то же время понимала, почему его держат в тайне.

Ной обернулся катастрофой. Последний Кандидат в Драконы — их ярчайшая звезда — погиб, не достигнув зрелости, и его смерть расколола внутренний круг, лишила культ боевого духа и заставила многих старейшин опасаться слишком рано возлагать надежды на очередной юный талант.

Поэтому на этот раз не было ни церемоний. Ни слепой преданности. Ни громкого титула.

Пока Лео не проявит себя.

А если не проявит…

Тогда старейшина, которому она подчинялась, был готов сделать вид, что его никогда не существовало, и продолжать без него — а остальной культ так и не узнал бы, как близко они подошли к тому, чтобы вырастить ещё одного Дракона.

Вздох…

Фэй выдохнула через нос; холодный ветер коснулся её щёк. Возможно, так и правильно. Лео придётся самому прокладывать себе путь. И если он справится… если по-настоящему справится…

Тогда никто не сможет ему отказать. А если нет, то больно будет лишь ей одной — от знания, что они потеряли ещё одну звезду.

«Интересно, как всё обернётся завтра…» — подумала она и ещё какое-то время оставалась так, глядя на неподвижные звёзды в ожидании рассвета дня, который изменит всё.

(Тем временем в комнате Лео)

Лео неподвижно лежал поверх простыней своей огромной кровати, закинув одну руку за голову и положив другую на грудь.

Его глаза были широко открыты; он лежал в абсолютной тишине, прекрасно понимая, что не может позволить себе уснуть этой ночью… Не тогда, когда есть хоть малейший шанс, что его утянет в призрачный сон, — ведь завтра в финале ему нужно быть в лучшей форме.

Вздох.

Лео протяжно выдохнул: всякий раз, думая о финале, он испытывал противоречивые чувства.

Согласно плану команды Родовы… если выйдет Дарнелл Нуна, сражаться с ним должен был он.

Однако он всё ещё не понимал, как относится к этому противостоянию.

С одной стороны, сливать матч было не в его характере.

Добровольно ложиться под кого бы то ни было казалось ему неправильным, в любой ситуации.

Но с другой стороны, ему вспоминался окровавленный образ матери и семьи, которые рискнули всем, пытаясь его спасти.

И ради них он не мог не задаваться вопросом, сможет ли он действительно попасть в Гильдию Чёрных Змей, если победит их избранного сына.

«Это тяжело…» — подумал Лео; помимо главных соображений, он думал и о мелочах — о надеждах членов команды Родовы и инструкторов, которые помогали ему так упорно готовиться к этому турниру, и о том, как они будут разочарованы, если он просто сдастся.

С этической точки зрения он должен был выложиться по полной ради команды, которую представлял… Однако на практике выложиться по полной ради команды означало, возможно, поставить под угрозу собственное будущее.

— Это очень тяжело… — снова пробормотал он, продолжая смотреть в потолок комнаты в надежде, что верный ответ придёт изнутри и поможет ему решиться.