Боль Фей или Цветение Фей. Этот ежегодный недуг, от которого страдают феи, характеризуется тремя основными симптомами.

Первый симптом — это экстремально высокая температура, сопровождающаяся мучительной болью.

— Ох! — тяжело простонал заместитель Мастера Башни, войдя в комнату Саши.

От её тела, лежащего на кровати, исходил такой сильный жар, словно от раскалённой печи.

— Пожалуйста, отойдите на минуту, — произнёс Оскар, мягко отстраняя заместителя.

Подойдя к Саше, он положил ладонь ей на лоб.

Пшшшш!

Звук, наполнивший комнату, напоминал шипение жарящегося на гриле мяса.

— Оскар!

— Я в порядке, — успокоил он, жестом останавливая бросившегося было вперёд встревоженного Хамеля.

Жар, исходящий от девушки, превосходил любые ожидания. Если бы не перчатки, надетые на обе руки, эта невероятная температура оставила бы сильнейшие ожоги. Лицо Оскара помрачнело, когда он осознал всю серьёзность ситуации.

«Симптомы намного хуже, чем в детстве».

И до сих пор она терпела эту боль в одиночку. От этой мысли он в отчаянии прикусил губу.

До его слуха донеслись стоны Саши.

— Ух… как больно…

По щекам девушки текли слёзы, отражая её мучения. Её хрупкий образ наложился на воспоминания из далёкого прошлого. Тогда она громко плакала и цеплялась за него, ища утешения. Но теперь она терпела всё одна, проливая лишь безмолвные слёзы.

«Сейчас не время для сентиментальностей».

Оскар взял себя в руки, проверяя состояние Саши. Вторым симптомом Боли Фей был выброс маны. И действительно, её семь мана-контуров зловеще пульсировали, словно бомбы, готовые вот-вот взорваться.

«Как я и думал… хоть она и полукровка, кровь фей в ней преобладает».

Если попытаться измерить, соотношение, вероятно, составило бы семь к трем. Одно лишь её миниатюрное телосложение служило достаточным доказательством: будь человеческая кровь доминантной, она бы выросла куда выше.

«А если бы человеческая кровь была сильнее, она не страдала бы так сильно от Боли Фей».

Но Саша всегда испытывала невыносимые муки во время этих приступов, даже в детстве. Подумать только, он совершенно забыл об этом. Несмотря на то, что он так жаждал воссоединения со своей ученицей, он упустил из виду самую важную деталь.

«Сначала нужно подавить выброс маны».

Оскар активировал свою изначальную ману. Как правило, во время этих кризисов о феях заботились их родители. Метод был на удивление прост.

«Мана того, кого фея инстинктивно признаёт родителем».

Требовалось лишь влить эту ману в тело феи и слить её с собственной. Сев на край кровати, Оскар направил свою энергию через ладонь, лежащую на лбу Саши.

Вуууууух.

Обычно два разных типа маны не смешивались, но сейчас они сплетались воедино, словно сливающиеся краски. В то же мгновение видения, которые Саша переживала в своей агонии, начали перетекать в разум Оскара.

Саша Маэстро медленно открыла глаза.

«……»

Голова была тяжёлой, словно под воздействием сильного наркотика. Осмотревшись, она поняла, где находится.

«Ах… точно. У меня же приступ Боли Фей».

Последним симптомом Цветения Фей было погружение в глубокий сон с видениями. Большинство фей каждый год видели разные сны, но к ней это не относилось. С определённого момента Саше всегда снился один и тот же кошмар.

«……»

Приподняв голову, она выглянула в окно. Тёмное ночное небо озарялось бесчисленными огненными шарами, падающими из-за туч. Она смотрела на окрашенный в багровые тона небосвод, и на её губах появилась слабая, горькая улыбка.

«Сколько бы раз я ни видела эту картину, я никогда к ней не привыкну».

Но это не имело значения. Она сможет выдержать это и сейчас. Она больше не была той маленькой девочкой, которая каждую ночь плакала, пока не засыпала.

«Я справлюсь. Обязательно…»

Бум!

Однако мощный толчок сотряс всю магическую башню, инстинктивно заставив её сжаться. Её тело покрылось холодным потом.

— Разверните защитные магические круги на максимальную мощность!

— Всё в порядке! Нам просто нужно продержаться до прибытия подкрепления от королевской семьи!

На сорок пятом этаже Белой Башни по конференц-залу эхом разносились панические голоса магов.

Дыхание Саши участилось.

Хаа, хааа…

Это была ночь, когда был убит Великий Император Демонов. И хотя человечество праздновало этот день как радостную годовщину, для неё в нём не было ничего светлого.

— Проклятье! Они наступают! Демоны атакуют!

— Сначала успокойте гражданских. Не дайте им поднять бунт и попытаться сбежать из башни!

Для Саши та ночь, те часы навсегда запомнились лишь как день, когда она на своих глазах потеряла бесчисленное множество близких людей.

— Саша! Саша!

В этот момент, услышав голос, зовущий её по имени, она медленно повернула голову. Там стояли трое знакомых детей.

— Ни за что не отпускай мою руку. Поняла?

— Угу.

— Гилли, даже не вздумай куда-нибудь отходить. Держись рядом со мной.

Ллойд Шульц. Несмотря на свой юный возраст, он как мог утешал младших, ведя себя гораздо взрослее, чем можно было ожидать.

— …Старший брат, мне тоже страшно.

— Тогда тоже возьми меня за руку.

Обычно озорной Гиллиот, напуганный происходящим, послушно следовал указаниям брата.

Трое детей, держась за руки, забились в угол конференц-зала, ожидая, когда закончится этот кошмар.

Бум!

Огромные огненные шары вновь ударили по башне, отчего та яростно содрогнулась.

Повсюду раздались крики.

— Чёрт возьми! Мощность защитного круга падает! Такими темпами он долго не продержится!

— Проклятье. Отключите барьеры ниже пятого этажа и усильте верхние! В первую очередь защищайте архивы!

— Сформируйте первую линию обороны в вестибюле башни! Не позвольте им подняться выше!

Страх распространялся подобно лесному пожару, поглощая всех на своём пути и заставляя людей содрогаться. Тело Саши начала бить неконтролируемая крупная дрожь.

Даже юные Саша и Гилли не могли вынести этой давящей атмосферы и тряслись от страха.

— …Не тряситесь. Всё будет хорошо.

Ллойд стойко утешал младших. Но теперь, когда Саша выросла, она всё понимала. Эти слова были сказаны Ллойдом столько же для самоуспокоения, сколько и для того, чтобы подбодрить их.

«...»

На первый взгляд казалось, что его руки дрожат из-за того, что он держит за руки трясущихся детей, но это было не так. Он и сам был всего лишь ребёнком, который из последних сил прятал свой страх перед младшими.

— Я хочу в туалет, — всхлипнула маленькая Саша.

Ллойд заговорил мягко, почти с укором:

— Ты же только что ходила.

— Но… но я снова хочу.

— …Потерпи немного. Сейчас лучше не беспокоить взрослых и просто тихо подождать.

Это было правильное решение. Но время шло, а ситуация лишь ухудшалась.

— Обрушение архива на тридцать пятом этаже! Магический барьер практически нейтрализован! Враг прорывается и на крышу!

— Проклятье, разделите основные силы надвое!

Багровое небо выглядело так, словно предвещало конец света. Но она знала. В тот день должен был наступить конец не всему миру, а лишь Белой Башне.

— Где подкрепление?! Когда они будут здесь?!

— Отряды поддержки из Западной Красной Башни и Восточной Жёлтой Башни сообщили о столкновении с демоническими войсками и вступлении в бой.

— Ожидается, что королевская армия, которая может выступить прямо из центрального региона, прибудет быстрее всех. Расчётное время прибытия…

— …Восемь часов?

Восемь часов. В обычных обстоятельствах это показалось бы быстрым. Но в этот отчаянный момент каждая минута, каждая секунда тянулась невыносимо долго.

Хлюп.

Даже ребёнок мог почувствовать всю серьёзность ситуации. Снедаемая тревогой, маленькая Саша скорчилась и начала всхлипывать.

— Когда придёт Учитель?..

— Эй, плакса, ты когда-нибудь видела, чтобы Учитель не приходил? Он просто иногда опаздывает. Скоро он появится и раскидает всех плохих парней!

Гиллиот, который только что так громко хвастался перед маленькой Сашей, повернулся к Ллойду.

— Верно, брат? Я ведь прав?

«...»

Ллойд, который обычно легко отвечал «конечно», хранил молчание. За последние несколько часов он стал заметно тише.

Бум!

Башня снова содрогнулась, и отовсюду раздались крики. Ллойд пробормотал себе под нос:

— …Он может не прийти.

— Что? Что ты имеешь в виду? — спросил его Гиллиот с выражением полного неверия на лице.

— Это невозможно. Здесь дом Учителя, и здесь все люди, которые ему небезразличны!

— Д-да… Учитель ведь даже вчера сказал по связи, верно? Что он будет здесь через сотню ночей…

Ллойд не ответил на слова младших. Он лишь крепче сжал их руки.

Бум!

— Дети!

В этот момент Марлон, заместитель Мастера Белой Башни во времена Оскара Сейджа, подошёл к ним и опустился на одно колено, чтобы оказаться с ними на одном уровне. С самым серьёзным выражением лица, которое они когда-либо видели, он заговорил.

— Сейчас я спрячу вас в пространственном разломе. Вы не должны издать там ни звука.

— …В пространственном разломе?

— Вы, наверное, слышали о нём. Место, созданное первым Мастером Башни, цель которого неизвестна. Для тех, кто с ним не знаком, оно совершенно неощутимо, что делает его идеальным укрытием.

Почувствовав, что это прощание, маленькая Саша замотала головой; по её лицу градом катились слёзы.

— Нет, я не хочу! Если мы пойдём, дедушка Заместитель тоже должен пойти с нами!

— …Саша, Мастер Башни доверил мне вашу защиту. Защиту будущего Белой Башни.

— Но всё равно…

— Саша, разве Учитель не говорил тебе? Если его здесь нет, вы должны слушаться дедушку Заместителя и меня.

Марлон обменялся благодарным взглядом с Ллойдом, который успокаивал Сашу.

— А Гилли…

— А? А что я?

После короткого колебания Марлон пробормотал:

— Прости меня.

Щёлк!

Щелчком пальцев он сотворил заклинание Сна, заставив Гиллиота мгновенно обмякнуть.

— Ллойд, я знаю, это тяжело, но я рассчитываю на тебя. Иначе этот сорванец побежал бы прямо навстречу опасности.

— …Понял.

Осознав, что это значит, Ллойд быстро взвалил Гиллиота себе на спину. Затем, слегка склонив голову перед Марлоном, он произнёс:

— …Вы должны победить.

— Ха, это само собой разумеется. Я выживу, куплю вам, детишки, сладостей и буду до конца жизни хвастаться тем, что произошло сегодня.

Марлон ласково потрепал Ллойда по голове, а затем медленно поднялся. Взмахом пальцев он открыл скрытую секцию стены, обнажив пространственный разлом.

Он посмотрел на троицу и твёрдо сказал:

— Запомните одну вещь: пока вы живы, Белая Башня всегда сможет возродиться.

«...»

— Так что обязательно выживите.

Ллойд до крови прикусил губу, опустив голову.

Марлон подтолкнул их в разлом — странное место, где не было ничего, кроме чистой белизны, — а затем запечатал стену за ними.