— Чху Са Хёк, нет ли какого-нибудь простого способа вызвать сюда главу Клана Северного Ветра и главу Союза Небесного Дракона?

— Хм…

Вернувшись с прогулки, Джин Сохан неожиданно позвал Чху Са Хёка и задал ему этот вопрос. Тот не понимал, к чему клонит данжу, поэтому решил уточнить:

— Вы хотите вызвать их обоих одновременно? Зачем?

— Стоило мне выйти на главную улицу, как на меня напали убийцы.

— Прямо посреди улицы?

Джин Сохан кивнул.

— Невысокий мужчина, метавший скрытое оружие, и мечник… Мечник был выше третьего уровня.

— Хм… Тогда они, похоже, не местные. И что с ними стало?

Джин Сохан ответил коротко:

— Умерли.

— Понятно.

— Они нарочно напали на меня на открытом месте. Такое чувство, будто кто-то наблюдал со стороны.

Чху Са Хёк кивнул.

— Вполне возможно. А, так вот почему вы хотите вызвать сюда главу Клана Северного Ветра и главу Союза Небесного Дракона? Сами они вряд ли придут. Разве что приведут с собой все свои силы.

— Вот как?

Чху Са Хёк немного подумал и продолжил:

— А вот если объявить сбор всех глав Западного чёрного пути… тогда, возможно, они соберутся. Раньше существовало собрание под названием Праздник Владык. Сейчас его уже не проводят. Проходил он примерно раз в год. Место время от времени менялось, но каждый раз главы сил Западного чёрного пути брали с собой ограниченное число мастеров и собирались вместе. Там случалось немало интересного.

— Например?

— Того, кто первым устроил это собрание, прозвали Владыкой. А потом собравшиеся главы его убили.

— Почему?

— Особой причины не было. Он был сильнейшим. Но при этом обращался с главами других сил как ему вздумается. Не знаю, сговорились они заранее или просто поняли друг друга без слов, но в итоге все вместе напали на него и убили.

— Глава Секты Кровавого фонтана тоже там бывал?

— Да. Глава Клана Северного Ветра, глава Союза Небесного Дракона, глава одной из сект, специализирующихся на ядах… Там собирались все главы, занимавшие своё место на Западном чёрном пути. Если тебя не приглашали, значит, с тобой просто не считались. По тому, мог ли глава организации присутствовать на Празднике Владык, и судили, относится она к первому уровню или ко второму.

— Правда? И существовало настолько удобное собрание?

Услышав, с какой улыбкой Джин Сохан это произнёс, Чху Са Хёк едва удержался от невесёлого смешка.

Джин Сохан продолжил:

— Захотел возвыситься над остальными — убили. Не пригласили — значит, не считают за равного. Собрание, где каждый силой подтверждает своё место. И правда в духе чёрного пути.

— Именно.

В тот момент Джин Сохан ещё не знал, что глава Союза Небесного Дракона уже задумался о возрождении Праздника Владык.

Джин Сохан сказал:

— Если место будет не слишком далеко, я бы хоть раз туда сходил.

— Я разузнаю. После смерти главы Секты Кровавого фонтана… найдутся те, кто захочет вас прижать, данжу. И, как сегодня, наверняка будет немало желающих отправить убийц, чтобы проверить ваши способности. Необязательно это будут только глава Союза Небесного Дракона и глава Клана Северного Ветра. Вам следует быть осторожнее.

Джин Сохан кивнул и продолжил:

— Понял. И отправь кого-нибудь в Западный Золотой караван.

— Да.

— Глава каравана говорил, что хочет отплатить мне… Передай, что я хочу узнать, где находятся выжившие из Отряда Тёмной Луны. Он сказал, что отдельной платы не возьмёт.

— Понял.

— И заодно разузнай о человеке по имени Чху Мёнгви.

— Да.

В этот момент Догон заметил, что Джин Сохан вернулся, разложил по тарелкам приготовленную на кухне еду и вышел к ним.

Чху Са Хёк поднялся. Он знал, что Догон близок с Джин Соханом, поэтому собирался оставить их вдвоём. К тому же не хотелось мешать данжу есть.

Но стоило ему встать, как Джин Сохан небрежно сказал:

— Сначала поешь, потом иди.

— Что?

Джин Сохан спросил у Догона:

— А это что?

Поставив блюда на стол, Догон ответил:

— Жареный рис с яйцом и свинина в кисло-сладком соусе.

— Ого… Как и ожидалось от главного повара!

Увидев мелко нарезанное яйцо, перемешанное с рисом, Джин Сохан невольно сглотнул. Свинину в кисло-сладком соусе он тоже не ел уже очень давно. В постоялом дворе Кеду подобные блюда обычно не готовили. Когда-то он пробовал такое ещё во времена Клана танцующего меча, и с тех пор ел впервые.

Чху Са Хёк неловко стоял рядом, и Джин Сохан сказал:

— Ты чего стоишь? Я же сказал: поешь перед уходом.

— А… да.

Потерев палочки друг о друга, Джин Сохан заметил:

— Тут и порция немаленькая.

Догон молча протянул Чху Са Хёку палочки, и тот так же неловко их принял. С обычным работником постоялого двора он мог бы обращаться как с подчинённым, но Догон был другом Джин Сохана, поэтому теперь Чху Са Хёк уже не мог вести себя с ним как вздумается.

Он даже не был уверен, что еда полезет в горло.

Джин Сохан был наблюдателен. Закинув в рот кусок свинины и пережёвывая его, он сказал обоим:

— Чху Са Хёк, отныне можешь звать его главным поваром.

Чху Са Хёк вежливо ответил:

— Понял.

— А тебя, Догон, отныне будем звать командиром Призрачного Клинка.

— Ладно.

Догон ухмыльнулся и первым заговорил:

— Рассчитываю на тебя, командир.

— А, нет. Это мне следует рассчитывать на вашу помощь. И раз вы друг данжу, можете разговаривать со мной без формальностей.

Джин Сохан тоже кивнул:

— Ага. Не церемонься с ним.

Они ожидали, что Догон из вежливости ещё немного поотнекивается, однако тот мгновенно разрушил их ожидания:

— Правда? Тогда так и буду, командир.

У Джин Сохана рис с яйцом застрял в горле, и он закашлялся.

Раздался смех.

Догон с самого начала пытался их рассмешить, но, заметив, что улыбается только Джин Сохан, на мгновение покосился на Чху Са Хёка. Как ни крути, для него этот человек всё ещё оставался пугающим.

Однако если Догон побаивался Чху Са Хёка, то сам Чху Са Хёк рядом с Джин Соханом становился ещё тише и сдержаннее.

С разными выражениями лиц трое принялись за еду.

Джин Сохан собрал палочками даже прилипшие к тарелке рисинки и сказал:

— Догон, на третий этаж, как вчера, больше не поднимайся. Я там кое-что готовлю.

— Понял.

— На лестницу выходить можно, но… Ладно, я буду есть здесь. Остальным тоже скажи, чтобы ели на этом этаже. И ты, Догон, поскорее найми себе помощников. Один со всем не справишься.

— Понял.

Пока они разговаривали, Чху Са Хёк поднялся и сказал:

— Спасибо за угощение. Тогда я пойду займусь делами.

— Уже?

— Да.

— Хорошо. Иди.

Чху Са Хёк развернулся, до самого конца испытывая странное чувство.

Теперь данжу Джин Сохан был человеком, которому он служил. Но прежде Чху Са Хёк ни разу не сидел за одним столом с тем, кому подчинялся.

Неудивительно, что всё это казалось непривычным.

Сам Джин Сохан не придавал этому никакого значения. Рассказывая Догону о том, что произошло утром, он сказал:

— Пророчество подавальщика сбылось.

— Вот когда убийцы к тебе несколько раз сходят туда-обратно, тогда и говори, что сбылось.

Джин Сохан улыбнулся:

— Ладно. Тогда послушаем, что почтенный пророк скажет о будущем чёрного пути.

Оставшаяся свинина в кисло-сладком соусе прекрасно подходила к выпивке, поэтому вскоре по столу пошли чаши с вином.

Так они словно вернулись в те времена, когда щёлкали друг друга по лбу и часами болтали обо всём подряд. Догон рассказывал о беспокойных людях, успевших за это время навести немало шума на чёрном пути.

И вдруг Джин Сохан заметил, что при Догоне нет клинка.

— А где твой клинок? В постоялом дворе ты всегда его носил.

Догон усмехнулся краешком губ:

— Там постоянно дрались, вот и таскал его для самозащиты. А здесь незачем.

— Ты вообще боевым искусствам учился?

— Кто знает. Куриных голов я, наверное, перебил побольше твоего. А боевым искусствам мне учиться лень.

Джин Сохан улыбнулся:

— Жестокий мир.

Догон фыркнул:

— По сравнению с тобой? Да на всём Западном чёрном пути теперь мир воцаряется. Такого раньше никогда не было…

— Вот как? Тогда хорошо.

Джин Сохан вспомнил слова убийцы, спросившего, неужели он решил, что Сохыкро принадлежит ему.

Сам Джин Сохан никогда не воспринимал Сохыкро как свою собственность. Если, как сказал Догон, жизнь людей здесь стала хоть немного спокойнее и светлее, этого было достаточно.

Время от времени земля Сохыкро ещё будет пропитываться кровью убийц.

Но не более того.

Потому что Джин Сохан не собирался угнетать слабых, как это делал глава Секты Кровавого фонтана.

Сегодня определённо был неподходящий день.

Бесследному Ножу требовалось собрать больше сведений о Джин Сохане.

Поэтому сегодня для убийства не годилось.

Однако Бесследный Нож, спрятавшийся неподалёку от Отряда Тёмной Луны, чтобы лично собрать сведения, чувствовал всё большее недоумение.

Джин Сохан начал пить прямо среди бела дня и даже после восхода луны не собирался вставать из-за стола.

Когда стемнело и на небе появилась луна, в окне этажа виднелась тень Джин Сохана, а его голос почти не умолкал.

И говорил он, по правде говоря, о сущей ерунде.

Время от времени к нему приходили подчинённые с докладами, но куда чаще оттуда доносился громкий смех. Между этим в разговорах постоянно мелькали слова: «Сохан», «данжу Джин», «данжу», «Соня», «тогда», «а помнишь, как тогда…»

Если бы цель скрылась из виду, Бесследный Нож собирался на сегодня закончить наблюдение и уйти.

Но Джин Сохан всё пил и пил без остановки.

Бесследный Нож мысленно цокнул языком.

«Пьёт как ненормальный».

Сомнения становились всё сильнее.

Крайне редко цель покушения напивалась до такой степени. Более того, Джин Сохана никто толком не охранял. Среди бойцов, входивших и выходивших из Отряда Тёмной Луны, большинство в лучшем случае относились ко второму уровню.

Иными словами, если Бесследный Нож убьёт Джин Сохана, с его способностями он сможет без труда уйти.

А при желании — перебить бойцов Отряда Тёмной Луны и сразу захватить всё это место.

«Говорят, он забрал себе всё состояние главы Секты Кровавого фонтана до последней монеты».

Разве глава Союза Небесного Дракона стал бы просто так заказывать его убийство?

Сведений у Бесследного Ножа было не меньше, чем у главы Союза Небесного Дракона, а возможно, даже больше.

Чем дольше он размышлял, тем глубже становилась ночь. Лунный свет за облаками тускнел, и вместе с ним понемногу слабело намерение Бесследного Ножа уйти.

«Если сейчас перестанет пить, на сегодня отступлю».

Решив так, он прождал ещё около двух часов.

За это время Джин Сохан как раз успел прикончить драгоценное вино Дукан.

«Он пьёт Дукан…»

Бесследный Нож невольно облизнул губы.

Вино Дукан любили Цао Цао и Ду Фу…

Поймав себя на этой мысли, он вздрогнул.

Слишком долгое ожидание словно притупило его собственный клинок.

И в этот момент тень Джин Сохана на мгновение покачнулась.

Это был настолько явный знак, словно само божество смерти отдало Бесследному Ножу приказ.

Словно бог смерти прошептал ему на ухо:

«Убей его. Лучшего шанса, чем сегодня ночью, уже не будет».

На мгновение Бесследному Ножу показалось, будто он и в самом деле соприкоснулся с богом смерти.

Он медленно прикрыл глаза.

«Верно. Сегодня».

Словно всё было предрешено судьбой, Бесследный Нож решил, что именно эта ночь — лучший момент для убийства.