Лора и мисс Лоттис во многом были похожи. Обе так и не вышли замуж и обе получили образование, необычайно серьёзное для женщины. И всё же их жизни сложились совершенно по-разному. Даже если бы Лора в восемнадцать лет унаследовала 200 000 фунтов, ей никогда не пришло бы в голову сесть на корабль и отправиться в Африку.

Путешествия. Приключения. Испытания.

Всё это было совершенно чуждо её натуре. Она стремилась к свободе, но для неё свобода означала прежде всего возможность жить там, где её будут уважать и где она сможет сохранить собственное достоинство.

Именно это Лора окончательно поняла, работая гувернанткой.

Она хотела заниматься полезным делом в тихом месте. Применять свои способности там, где они действительно нужны, и получать взамен заслуженные уважение и привязанность.

Возможно, унаследовав 200 000 фунтов, она построила бы школу в какой-нибудь тихой деревне. Проводила бы дни с детьми, гуляла с ними, читала книги и пела песни. И была бы совершенно довольна такой жизнью.

Если мисс Лоттис была пламенем, то Лора была водой — небольшим ручьём, спокойно текущим по тихой долине.

И эта черта самой Лоре вовсе не претила.

«Всё-таки хорошо становиться старше. С годами легче принимать себя такой, какая я есть. И на душе становится спокойнее».

Лора текла вместе с толпой по улицам Бата, словно ручеёк. И вскоре нашла в этом суетливом городе место, способное подарить ей желанные покой и умиротворение.

Это был книжный магазин.

Лора сразу вошла внутрь. Едва переступив порог, она вдохнула знакомый запах бумаги.

Она неторопливо пошла вдоль книжных полок, и настроение быстро поднялось. В душе пробудилась привычная тяга к знаниям, ничуть не уступавшая той страсти, с которой мисс Лоттис бросалась навстречу приключениям.

В отделе иностранной литературы Лора выбрала один из томов полного собрания сочинений Платона в греческом оригинале. Затем перешла к немецкой литературе и взяла книгу философа Ницше.

Прижимая книги к груди, Лора чувствовала приятное волнение. Ей не терпелось вернуться в гостиницу, сесть за прекрасный стол из красного дерева и вдумчиво разобрать каждую строку.

Тихонько напевая себе под нос, она подошла к прилавку. Однако продавец заметил пыль на томе Платона и предложил принести со склада чистый экземпляр.

Ожидая его возвращения, Лора невольно подумала, не слишком ли безрассуден владелец магазина, если держит запас Платона в Бате, городе развлечений.

Продавец вернулся с весьма смущённым видом.

Другого экземпляра не оказалось.

Разумеется. Кто станет читать Платона, приехав отдыхать в Бат?

Решив, что хотя бы избавит магазин от одного залежавшегося тома, Лора сказала:

— Тогда, пожалуйста, просто вытрите с него пыль и заверните.

Продавец принялся аккуратно очищать книгу.

Чтобы скоротать время, Лора подошла к выходившей на улицу витрине. Там лежали газеты, журналы и путеводители по лучшим ресторанам Бата. Она взяла несколько журналов, быстро пролистала их, но почти сразу потеряла интерес и положила обратно.

Её взгляд переместился на улицу.

Роскошно одетая знатная дама катила перед собой детскую коляску. Пожилой джентльмен с тростью прогуливался рядом с молодой женщиной в ослепительном наряде, вероятно своей любовницей. Следом важно вышагивал другой господин с такой изысканной причёской, что на неё наверняка ушла немалая сумма. Чуть поодаль, весело смеясь, шли дочери разбогатевших нуворишей, не слишком умело подражавшие аристократической моде.

Лора без особого интереса наблюдала за пёстрой чередой прохожих.

Но вдруг её равнодушный взгляд изменился.

Мимо книжного магазина проходил мужчина.

Он шёл неторопливо, и Лора успела хорошо разглядеть его профиль. Из-под цилиндра выбивались рыжие кудри. Смуглая кожа. Высокая, статная фигура.

— Ах!..

Лора резко отвернулась к прилавку.

Только бы он её не заметил.

— Сударыня, с вами всё в порядке?..

Продавец обеспокоенно посмотрел на неё. Лора покачала головой.

Затем вновь повернулась и медленно направилась к выходу. Желание избежать встречи внезапно сменилось потребностью удостовериться, действительно ли это был он.

Вероятно, оба чувства были порождены одним и тем же страхом.

Лора открыла дверь магазина и посмотрела вслед мужчине.

Но тот уже исчез в толпе.

Лора пошатнулась. Ноги подкосились, и она опустилась на землю. Продавец выбежал из магазина и поспешно подхватил её.

— Вы хорошо себя чувствуете? Боже мой, вы белее полотна!

Но Лора ничего не слышала.

Она невидящим взглядом смотрела туда, где исчез мужчина, и мысленно спрашивала:

«Джон… почему ты здесь?»

Увидев Джона Эштона через витрину книжного магазина, Лора совершенно растерялась.

Прошло 12 лет.

Мужчина, которого она когда-то любила, жалела и ради которого была готова поставить на карту всё своё будущее. Мужчина, чьи руки она ласкала и с которым часами обменивалась поцелуями на укромных террасах при лунном свете.

Теперь он находился с ней в одном городе.

По спине Лоры пробежал холодок.

Бат был не так велик. Они вполне могли столкнуться друг с другом.

А если это случится…

«Даже представить страшно».

В тот же вечер Лора немедленно собрала вещи и стала ждать возвращения двух дам. Уехать, не попрощавшись, она не могла.

Но мисс Лоттис и мисс Хайд не возвращались до самой полуночи. Лора задремала на диване и в конце концов уснула.

Когда она открыла глаза, уже наступило утро. Поверх неё лежало толстое одеяло.

На столике перед диваном была оставлена записка. По почерку Лора сразу узнала руку мисс Хайд.

«Мы задержались и вернулись только под утро. Вы, должно быть, волновались? Простите. Впредь, если соберёмся вернуться поздно, обязательно предупредим заранее. Для мисс Пендлтон мы заказали завтрак в номер. Думаю, сами мы проспим до полудня. Приятного аппетита».

Вскоре принесли завтрак: яичницу-болтунью, жареную курицу с хрустящей корочкой, горячие сконы, чай и фруктовый салат.

Лора некоторое время безучастно смотрела на еду, а затем налила себе лишь чаю.

Тёплый напиток понемногу привёл её в чувство.

После ночного сна и чашки чая мысли наконец прояснились, и к Лоре вернулась привычная рассудительность.

Тогда в голову пришёл вполне естественный вопрос:

«А действительно ли это был Джон Эштон?»

У неё не осталось ни его портрета, ни фотографии. В памяти сохранился лишь смутный образ.

«Если бы все эти 12 лет я ежедневно смотрела на его портрет и тосковала по нему, то, разумеется, узнала бы сразу. Но ведь я вспоминала о нём лишь изредка. Порой гадала, как он живёт, порой сердилась… Неужели спустя столько лет я могла узнать его с одного взгляда?»

Лора покачала головой. Нет, этого не может быть. Куда вероятнее, что она просто приняла за него похожего джентльмена.

От этой мысли ей стало гораздо легче. Только теперь Лора обратила внимание на остальные блюда, оставленные слугой, и спокойно принялась за завтрак.

Поев, она почувствовала прилив сил. Вчерашняя паника теперь казалась ей почти нелепой.

«Даже если это и вправду Джон Эштон, с какой стати мне уезжать из Бата? Ведь это он предал меня. Если мы случайно встретимся, тем лучше. Я наконец смогу спросить, почему он так со мной поступил».

Отказываться от возможности пожить в прекрасном отеле рядом с дорогой подругой, с которой она давно не виделась, и доброй старшей выпускницей родного пансиона лишь потому, что где-то поблизости, возможно, находится её первая любовь, было бы глупо.

Ещё до того, как обе дамы проснулись, Лора снова разобрала вещи.

Мисс Лоттис поднялась далеко за полдень, около двух часов.

Лора сидела на диване в гостиной, пила чай и читала в немецком оригинале купленную накануне книгу «Так говорил Заратустра».

Выйдя из спальни, мисс Лоттис коротко кивнула Лоре и позвонила. Когда вошёл слуга, она велела принести кофе и тосты.

— Вы всегда пьёте на завтрак кофе.

Мисс Лоттис слегка улыбнулась.

— Когда-то я выращивала кофе.

Вскоре принесли заказ. Мисс Лоттис читала газету, попивая кофе и понемногу откусывая от половинки едва подрумяненного тоста. Затем, спросив у Лоры разрешения, она закурила сигару. Лора тем временем продолжала читать.

— Вы хорошо знаете немецкий.

Лора подняла голову.

Мисс Лоттис, держа сигару между пальцами, смотрела на обложку её книги. Чёрные зрачки в её кошачьих глазах блестели, словно обсидиан.

— Мне нравится изучать языки. Было бы жаль забыть то, чему я с таким трудом училась в пансионе.

— А я почти всё забыла. Не только немецкий, но и французский, игру на фортепиано, даже шаги вальса. Похоже, дорогая учёба у мисс Грант пропала даром.

Она затянулась сигарой. Дым медленно выскользнул из её губ.

Лора невольно залюбовалась ею. С распущенными чёрными волосами и сигарой в руке мисс Лоттис выглядела необыкновенно притягательно.

— Думаю, мисс Грант куда больше гордилась бы вами, чем мной. Вы стали известной писательницей и автором бестселлеров.

Уголки губ мисс Лоттис едва заметно приподнялись.

— Да. Мисс Грант всегда хотела, чтобы женщины выходили в большой мир.

— Она постоянно учила нас быть честолюбивыми и смотреть дальше привычных рамок. Я очень её уважала.

Мисс Лоттис отбросила за спину длинную прядь волос и неожиданно сменила тему:

— Вас устраивает работа гувернантки?

— Да. Мне необычайно повезло с местом.

— «Повезло с местом»? Вы уже привыкли к пренебрежению и дурному обращению?

— Нет. Я действительно служу в очень хорошем доме. И жалованье, и отношение ко мне такие же, как к наставнику.

Впервые на лице мисс Лоттис появилось искреннее удивление.

— Вам и вправду невероятно повезло. В Англии почти нигде с гувернанткой так не обращаются.

Лора неопределённо улыбнулась.

Столь невероятные условия появились лишь потому, что влюблённый в неё мужчина сам их придумал.

— Вы правы. Другого такого места, пожалуй, не сыскать. Если в нынешнем доме мои услуги больше не понадобятся, мне, как и прочим гувернанткам, придётся отдавать целый год своей жизни за 50 фунтов.

— Хорошо, что вы понимаете действительность. Я уже решила, что после первой столь удачной службы вы смотрите на профессию гувернантки чересчур радужно.

Мисс Лоттис стряхнула пепел с кончика сигары в пепельницу.

— Женщина, поступающая на службу гувернанткой, вынуждена продавать свои знания почти за бесценок. На вашем месте я скорее стала бы разбойницей, чем гувернанткой.

Лора слегка смутилась. Слова мисс Лоттис были правдивы, но говорить подобное человеку, который сам служит гувернанткой, всё же было довольно бестактно.

Однако мисс Лоттис, похоже, вовсе не пыталась её задеть.

Лора задумалась, к чему та ведёт.

— Мисс Пендлтон, если вы лишитесь нынешнего места, всё равно продолжите работать гувернанткой?

— Да. Мой наниматель обещал подыскать мне другое место с такими же условиями.

— И вы действительно верите его обещанию?