Вице-председатель Чон Чэхён размял затёкшую шею.

— Уже так поздно…

Часы показывали десять вечера.

Как раз в этот момент раздался стук в дверь и вошёл секретарь Ян.

— Господин вице-председатель, вам пора домой.

— Кстати, у «Самджон Электроникс» завтра последняя съёмка?

— Вы и это помните?

— Благодаря этому мальчику, Сонгуку, «Самджон Электроникс» полностью изменила свой имидж. Как тут забыть? Компания стала ближе людям, да и по продажам мы впервые обошли «Лаки».

— Это точно. Хорошо мы им отплатили за то, что в прошлом году они отобрали у нас чемпионский титул по бейсболу.

Чон Чэхён покачал головой.

— Мы даже в плей-офф не вышли. Какой уж там «отобрали».

И всё же на лице его читалось сожаление.

Такого любителя бейсбола, как вице-председатель Чон Чэхён, ещё поискать. Вот только команда группы «Самджон» раз за разом его разочаровывала.

— Думаю, завтра загляну на съёмку. Где она будет?

— Договорились с универмагом «Сампхун». После съёмки там же пройдёт автограф-сессия.

— Будут Сонгук, «Джаст» и Сонми?

— Да, считайте, что все лица «Самджон Электроникс» в сборе. Для Сонгука это последняя съёмка.

— Как быстро летит время.

Чон Чэхён горько улыбнулся.

Время-то летело, но председатель Чон Чусин был по-прежнему полон сил, а братец только и ждал, когда Чон Чэхён допустит промах.

Секретарь Ян украдкой взглянул на вице-председателя.

— Господин вице-председатель, похоже, председатель очень доволен тем, как «Самджон Электроникс» изменила свой имидж.

— А я теперь хочу как следует взяться за полупроводники, только отец уж слишком держится за старое…

— Не беспокойтесь. Председатель Чон Чусин, несомненно, видит в успехе «Самджон Электроникс» результат вашего верного решения. Уверен, он поддержит и ваш следующий шаг.

Чон Чэхён кивнул.

Секретарь Ян прежде служил и председателю Чон Чусину. Даже теперь тот через него узнавал обо всём, что касалось Чон Чэхёна.

Возможно, никто не знал председателя Чон Чусина лучше самого Чон Чэхёна.

— Кстати, мой завтрашний визит держи в секрете.

— Как скажете.

Это означало, что для Сонгука и остальных моделей «Самджон Электроникс» визит останется сюрпризом, а вот несколько влиятельных изданий о нём узнают.

Неожиданное появление вице-председателя «Самджон Электроникс» позволяло получить непринуждённые снимки и послужить компании хорошей рекламой.

«Не сомкнуть глаз всю ночь».

Впервые за свои пять лет я на собственной шкуре понял, что это значит.

Я и впрямь ни на минуту не уснул.

Глаза были закрыты, но сон не шёл.

Иногда меня начинало клонить в сон, но тут же по спине бежали мурашки.

Универмаг «Сампхун»!

И именно сегодня, двадцать девятого июня 1995 года.

Откуда я так точно помню дату?

В жилых комплексах неподалёку от универмага жило немало руководителей группы «Самджон».

Кто-то не пострадал, но многие потеряли близких.

После этого в «Самджоне» ещё долго царило уныние.

Шурх-шурх. Я услышал, как папа встаёт.

Папа по-прежнему работал в Суюри, в ресторане «Поссам у дяди Вона».

После переезда он присматривался к торговым улицам и искал помещение поблизости, а пока ездил на работу в далёкий «Поссам у дяди Вона».

С трудом разлепив глаза, папа поцеловал нас с Мингуком.

[Пап, у тебя изо рта пахнет.]

Но я глаз не открыл.

Скоро послышалось, как папа моется. Потом встала и мама, поцеловала нас с Мингуком и отправилась на кухню.

Я слышал, как мама о чём-то разговаривает с папой.

— Соён, когда сегодня Сонгук освободится?

— Днём съёмка для каталога, потом, говорят, автограф-сессия. А дальше поужинаем и по домам. Сонми сказала, что в «Сампхуне» есть хороший ресторан, и заказала там столик.

[Господи!]

Из этого расписания, которое вело меня прямиком на тот свет, так просто ничего не вычеркнешь.

— Ну вот, на этом с модельной работой и правда всё. Ты уже подыскала Сонгуку детский сад?

— Посреди года перейти трудно, но я записала его в очередь в один садик. У Миён подруга живёт в этом районе, она и посоветовала хороший.

— Менеджер Ким столько для нас сделала.

— Милый, её теперь надо называть директором Ким. А я сотрудница её компании.

Я услышал, как мама засмеялась.

Агентство SKJ уже встало на ноги. Держалось оно в основном на нас с Им Сонми.

Ким Миён решила продать дом со студиями и тоже перебраться в этот район. Офис SKJ планировалось перенести в Каннам, чтобы до него было удобнее добираться.

— Надо и мне в выходной обойти район, побыстрее разведать, что тут с торговлей. Квартир вокруг много. Если открыть ресторан с поссамом и делать упор на доставку, большое помещение и не понадобится.

В торговле папа, похоже, и впрямь умел смотреть вперёд.

[Да, скоро всё будут заказывать на дом. Я и сам в прошлой жизни, едва вышел из изолятора, первым делом заказал жареную курицу. Эх, о чём я думаю? Пять лет пахал не разгибая спины, и что, сегодня мне конец?…]

Я заворочался, и проснувшийся Мингук легонько погладил меня по лицу.

— Бла-а-тик. Утло. Бла-а-тик, утло.

Когда я открыл глаза, Мингук обрадовался, принялся целовать меня и обслюнявил мне всё лицо.

[Не делай так. Я же к тебе привязываюсь.]

[Быть или не быть, вот в чём вопрос!]

Ким Миён недавно купила себе новую машину, корейский внедорожник девяносто пятого года.

Ехал он не то чтобы мягко, но по сравнению с прежней малолитражкой в нём было просторнее, да и на дороге он держался увереннее.

Я сидел в детском кресле и хмурился.

Ким Миён взглянула на меня в зеркало заднего вида.

— По-моему, Сонгук сегодня неважно себя чувствует.

— Я тоже волнуюсь. Утром вышла из душа, глянула на него, а с ним явно что-то не так. Даже подумала, не отвезти ли его в больницу.

— Это тревожно. После съёмки для каталога у нас ещё автограф-сессия с пяти часов.

Я посмотрел на часы в машине.

Два часа дня.

Насколько я помнил, универмаг «Сампхун» обрушится ближе к вечеру.

До сих пор отчётливо помню новости. В катастрофе погибло много домохозяек, которые пришли за покупками к ужину.

Бух!

Машина проехала по неровному участку дороги.

Меня как раз начало мутить.

А впереди уже показался универмаг «Сампхун».

Ким Миён свернула на парковку универмага.

На лежачем полицейском машину опять тряхнуло.

Вот он, мой шанс!

— Бу-э-э!

Меня вырвало всем, что я съел.

— Бу-э-э! Бу-э-э! Бу-э-э!

Неловко было перед Ким Миён за её новую машину, но через три часа она наверняка меня поблагодарит.

Мама принялась вытирать салфеткой то, что я наблевал, и открыла дверцу.

— Миён, отнесу его в туалет. Пусть его там вырвет.

— Похоже, без больницы не обойдётся. Как только его перестанет рвать, выходите. Я буду ждать здесь с машиной.

— Хорошо.

Мама подхватила меня и побежала.

Тук. Тук. Тук.

Я слышал, как бешено колотится мамино сердце.

— Сонгук, где у тебя болит?

[Мама, я в порядке. Всё будет хорошо. Только… нам бы в больницу, а не в туалет…]

Я всю ночь не спал, теперь меня клонило в сон, а желудок выворачивало наизнанку.

Я изо всех сил сжимал задний проход, но чувствовал, что ещё немного, и он распахнётся настежь.

[А ведь я уже отвык от подгузников…]

Мама как раз собиралась вбежать со мной в универмаг, когда я увидел, что навстречу идут вице-председатель Чон Чэхён, секретарь Ян и другие руководители компании.

[И вице-председатель Чон Чэхён здесь. Если сегодня что-нибудь пойдёт не так, увидимся все на том свете… Вот этого мне только не хватало.]

Чон Чэхён сразу узнал нас с мамой.

— Секретарь Ян, это Сонгук?

— Похоже, он. Видимо, ему плохо.

— Подойди, узнай, что случилось.

Секретарь Ян поспешил к маме.

— Мама Сонгука, что случилось?

— С ним что-то не так, господин Ян.

Меня немного вырвало прямо на чисто вымытый пол в коридоре универмага.

А потом я не выдержал и разжал задний проход.

Пр-р-р. Пр-р-р. Пр-р-р.

— Господи, Сонгук!

Мама побледнела и, держа меня на руках, затрясла.

Из желудка почти всё вышло. Из кишечника тоже.

После бессонной ночи глаза сами собой закрылись.

Рядом послышался голос.

Это был вице-председатель Чон Чэхён. Он уже успел подойти.

— Съёмку для каталога и автограф-сессию сегодня отменяем.

— Господин вице-председатель, может, просто проведём их без Сонгука?

Это сказал кто-то из руководителей.

— У «Джаст» изменился график, у них всё равно запланирована только съёмка для каталога. Автограф-сессию и съёмку с Им Сонми и Сонгуком, думаю, лучше отменить.

После слов секретаря Яна возражать никто не стал.

— Сначала обмойте Сонгука и выходите. Я отвезу вас в больницу «Самджон». Думаю, врач сможет принять его сразу.

— Да, спасибо.

Мама поспешила отнести меня в туалет и похлопала по спине.

Я едва держался в сознании, пока не опорожнил желудок и кишечник до конца.

Ниже пояса стало прохладно.

Дядя Ян наспех раздобыл полотенце, меня в него завернули, и я тут же отключился.

[Нет, у Ким Миён машина не так плавно идёт…]

До меня временами долетали голоса.

Это были вице-председатель Чон Чэхён и секретарь Ян.

— Господин вице-председатель, я позвонил в педиатрическое отделение. Врач готов принять его сразу.

Послышался встревоженный мамин голос.

— Как же быть? Из-за нас у вас весь график сорвался.

— Не волнуйтесь. Я сам отец и знаю, как страшно, когда болеет ребёнок. Сперва позаботимся о Сонгуке, а потом назначим новую дату. Нельзя заставлять ребёнка работать, когда ему так плохо.

Это сказал Чон Чэхён.

[А отец хоть когда-нибудь интересовался, как мы себя чувствуем, когда болеем?]

Пока я об этом думал, машина Чон Чэхёна остановилась.

Охранники, которых предупредили заранее, быстро проводили нас с мамой в педиатрическое отделение.

Чон Чэхён остался ждать в машине.

Секретарь Ян, сидевший рядом с водителем, обернулся.

— Господин вице-председатель, возвращаемся в универмаг «Сампхун»?

— У «Джаст» только съёмка для каталога, верно?

— Да. И сообщили, что госпожа Им Сонми уже уехала домой.

— Тогда, думаю, сначала стоит узнать, как там Сонгук. Меня тревожит, что нашему мальчику внезапно стало плохо. А если ему станет ещё хуже, это ведь напрямую отразится на репутации «Самджон Электроникс».

— Меня это тоже беспокоит. Но в больнице «Самджон» лучшие врачи страны. Будем на них надеяться. Вы подождёте в машине?

Для этого в машине слишком сильно пахло.

— Выйду подышать свежим воздухом.

Чон Чэхён вышел из машины и направился в больничный сад.

Охрана тихо двинулась следом.

Ближе к вечеру подул прохладный ветерок.

— Давно я не гулял в больничном саду.

— Вы ведь с тех пор не были здесь, как председателю Чон Чусину стало плохо?

В начале прошлого года Чон Чусин ненадолго потерял сознание, и тогда поднялся переполох.

Акции упали, и снова всплыл вопрос о преемнике.

С тех пор до Чон Чэхёна лишь доходили слухи, что председатель тайком улаживает дела с наследством на случай внезапной смерти.

Именно Чон Чэхён сумел изменить имидж «Самджон Электроникс» и довести продажи до рекордного уровня. Но случись что-нибудь с Сонгуком и пострадай репутация компании, кто тогда унаследует трон группы «Самджон», было неизвестно.

Что задумал Чон Чусин, не знал никто.