Глава 132. "Вестник катастрофы".

За те несколько часов, проведенных в холодной машине в окружении молчаливых головорезов Княгини, Джон Ред четко уяснил свое место - нежелательное, но необходимое неудобство. Руки его заковали в тяжёлые кандалы, полностью обездвижив кисти. Перевозили его в машине со стражей правительницы - четверо огромных мужчин в масках нетопырей наставили на него имперские автоматические пистолеты, вероятно именные (хотя он ещё помнит газетные сводки о торжественных награждениях кинжалами и мечами... Ушла эпоха романтизма). Положение такое Люпина вполне устраивает, ведь если за одну голову местного чудовища он получит пять образцов редкой крови... Дело останется за малым, Княгиня сильно облегчит ему работу, а значит можно и потерпеть такое пренебрежение к своей персоне.

Но к слову... Она смогла назвать его имя, что физически невозможно с момента его проклятия - имя Джозефа Люпина стёрто из истории, как и его личность. С моманта, как была заключена сделка с Эзрой, существо буританца перешло в ее власть... Это лишь значит, что желтоглазая баба глубоко пустила корни в разум Энсильванской княгини. Впрочем это не так важно.

Машины остановились.

Ах, Энсильвания... Прекрасный очаг деревенской жизни и традиций. Косые равнины и плантации виноградников, лесные массивы вдоль многочисленных рек и скалистые стены, ограждающие естественной стеной маленькую дикую страну от враждебного мира.

Энсильвания географическм оказалась в весьма спорном положении: с севера проходит сухопутная граница с КПСС, через которую зачастую и ведут обстрел партийники по землям Империи. Всего лишь перешеек, но спорить с их механизированной армией у Княгини нет никакого желания... С юга же Империя и фабрики Фидельбау, удобно спрятавшиеся в каньонах прямо в порога вампирского княжества. В конце-концов приходится балансировать на тончайшей нити нейтралитета. Либо Империя за одно утро поглотит каждый хутор горного края, либо КПСС за один вечер сотрёт его с лица земли поступью механической армии. Невыгодное положение... Даже торговать приходится в темную.

Впрочем, это все не важно.

Люпина вытолкали из автомобиля и нацепив на голову металлический ящик, повели куда-то. В замок, судя по всему... Энсильвания славится не только традициями и слабой технической базой, но и огромным количеством замков всех форм и размеров.

От древних руин, пропитанных историей междоусобиц за каждый клочок земли, до современных, больше похожих на дорогие буританские дачные коттеджи. Мнимая роскошь - пережиток аристократического прошлого страны вампиров. Ох,ткак же любят сказки о кровососущих монстрах местные люди... Они построили весь свой скромный туризм и эстетику вокруг чудищ с клыками и крыльями. Нетопыри, врыколаки, стрыги и стригои, ожившие мертвецы и некураты, сказки о древних князьях и княгинях, чуры и игоши, зарытые под порогами мертвые младенцы, приколичи наконец.

Фольклор и сказки местного диковатого народа полон оживших мертвецов и крылатых духов ночи, жаждущих смерти живым. Но... Среди всего этого многообразия тварей культура насекомых совсем не прижилась... Откуда же мог взяться мотылек среди мрачных, холодных стен старых замков?

Джозефа завели в теплое помещение с приятными ароматами сушеных трав и вина. Да, очень много вина...ихотя острый нюх оккультиста уловил среди этого домашнего уюта отвратительные пары крови. От глубоких подвалов, до чердака - все тут пахнет кровью и каждый оттенок смерти Люпин ощутил даже сквозь ящик, скрывающий голову.

Княгиня имеет свои секреты.

— Снимите эту дрянь с его головы и подайте чаю.

— Десерт, пани?

— Можно. Что-то не сильно приторное.

— Зефир, милая пани?

— Лучше... Как его? То, что привозил мой гость... Боже...

— Сорбет, пани?

— Да, сорбет, подайте его.

Хихикающие служанки затопали каблучками прочь, когда Люпину наконец сняли ящик, освободив в добавок кисти рук.

По западному богатое помещение с множеством картин, тяжёлых штор и занавесок, кресел и пуфиков.

— Итак, мистер Люпин. Предлагаю не делать удивленный вид и перейти к делу, но сперва чай.

Джозефа усадили в кресло напротив княгини, всем видом демонстрирующей свое превосходство. Запахи крови стали ярче и узник даже смог различить один очень редкий оттенок. Руна "Наследие", если он правильно помнит... Редкая и крайне поганая руна, делающая из человека калеку на грани коматоза... Какие узники скрыты в этих стенах?

— Княгиня, это обязательно? Вы же знаете кто я... Ваши кандалы меня не удержат.

Люпин дернул руками в колодках, пытаясь поудобнее устроиться в кресле.

— Именно потому что я знаю кто ты такой, предприняла меры. Самый известный серийный убийца Буритании в моем доме и по твоему я должна сделать вид, что мы добрые друзья?

— Ваша правда, княгиня. Не подадите нож?

Она вопросительно выкинула бровь, заведя за ухо угольно-черные волосы не отражающие свет.

— Моя маска не снимается. Видите знак на лбу? Это проклятье... Я не могу избавиться от костюма и маски, они со мной срослись. Если вы не против, я бы хотел освободить рот.

— Хм... Знаете, Люпин, я далека от оккультных наук, и, честно сказать, считаю их полнейшим бредом. Все эти колдовские обряды и странные ритуалы не вызывают ничего кроме смеха. Скажите, почему именно вас мне посоветовали как специалиста? Я ведь вполне могла нанять бригаду охотников.

Николя щёлкнула пальцами и пара горничных начала возиться с маской, раскрывая маникюрными ножницами уголки рта.

— Жёлтый человек вам не друг, мисс. Он чудовище и вы должны понимать, что связь с ним приведет вас лишь к лишениям... Когда-то я рисовал картины и мы с вами даже конкурировали на одной из небольших выставок.

— И какое полотно за вашим авторством?

Ну наконец подали десерт и первым делом она принялась за него. Кажется ей не совсем удобно есть с такими губами. Это точно не врождённое уродство... Рассеченные ровно посередине губы, открывающие клыкастый рот... Кажется она может шевелить независимо каждым из четырех сегментов.

— Это уже в далёком прошлом, мисс. Из-за женщины с желтыми глазами я потерял все, в том числе и свое личность, но вы знаете кто я... Ещё не поздно отвергнуть услуги демона в жёлтом, поверьте, так будет лучше.

— Весьма мило с вашей стороны проявлять такую заботу, но с убийцей я привыкла говорить лишь по делу. Если вам есть что сказать - прошу, не тяните время больше, чем того требует оффициоз.

Джон наконец смог отпить чай. Хм... В нем полмешана кровь, судя по всему мисс Сангванеску. Ничего уникального, хотя сила ее крови действительно поражает.

— Вы верно считаете оккультизм отвратительной наукой, но это не делает ее таковой... Княгиня, знания, что открыты мне переходят мыслимые рамки и если жёлтый человек посоветовал мои услуги, значит ваш противник не под силу простым охотникам.

— Не хочу сомневаться ни в вас, ни в своем друге, но есть ли причины верить вам на слово? Предпочитаю факты пустому бахвальству.

— Эй вы, разрежьте лоб маски, прямо под знаком.

Служанки с отвращением посмотрели на Люпина, но короткий кивок пани заставил их с неохотой ковыряться в плотных тканях маски, пропитанной кожей и ошметками плоти.

— Я могу уйти отсюда так же легко, как и выпить этот чай, наполненный, надо понимать, вашей кровью. Мисс, вы ее сможете меня ни обездвижить, ни убить, но если все же попытаетесь, стреляйте в голову. Девушки, раздвиньте края маски.

Посреди лба красуется ровное, сквозное отверстие с давно запекшецся кровью и рубцами кожи по краям.

— Что это?

— Сувенир. В прошлый мой визит в Империю, надо мной провели тайную казнь и это не фокус, мисс. Я умирал так много раз, что даже вспоминать не хочется.

— Хм... Предположим я верю в ваши навыки, да и репутация убийцы говорит за вас лучше слов, однако... Как вы верно подметили, моя проблема достаточно сложный случай. Где гарантии, что вы справитесь без жертв среди моего народа?

— Никаких гарантий. Либо вы нанимаете меня, либо нет. Мне нужна лишь кровь и вам это известно, а как я ее получу, лишь вопрос времени.

...

Николя ещё долго изучала Люпина в тишине, пока не доела сорбет и лишь тогда, велев подать горячего кофи взамен горьковатого чая, помассировала виски, подав знак слугам.

— Чтож... Ситуация матовая... Эрнст знал, на что идёт. Ладно, избавиться от тебя я всегда успею. Надеюсь риск будет оправдан...

— Если так велел жёлтый человек, значит я выполню договор.

— Жёлтый человек... Этот фазан слишком высоко о себе думает, но его методы действительно работают... С чего вы вообще решили, что я связана с этим "жёлтым человеком" мистер Люпин?

— Повторю, пани, лишь знающие могут называть мое имя. А в вашем замке все смердит ее присутствием.

Люпин кивнул в сторону пышного букета жёлтых роз, цветущих без остановки уже вторую неделю, в вазе на журнальном столике. Упоминание букета вызвало вспышку смущения и хихиканья у служанок.

— Пусть будет так. Тогда обсудим детали... Это все, что мне известно по мотыльку. Появился внезапно, видят его только в местах страшных происшествий, ставших уж слишком частыми в последние месяцы. Ну и... Есть жертвы, высушенные досуха мертвецы сопровождают каждое появление этой твари.

Перед Джоном разложили газеты, фотографии, документы с показаниями свидетелей и стеклянную коробочку с прибитыми к задней стенке мотыльками - крупными, пушистыми и черными, имеющими лишь ярко красный узор на крыльях. Зловещие, но кажется обычные мотыльки.

— Массовая казнь на КПП с КПСС? Взрыв в госпитале, обрушение моста... Пожар... Это не выглядит как повеление монстра... Скорее как террор.

— Я была того же мнения, пока не посмотрела на карту. Все эти происшествия случились в разных уголках страны, в несвязных городах и местах. Никакой автомобиль не способен в такие сроки пересечь тысячи километров. Вот, от момента обрушение моста, до казни на КПП прошло меньше восьми часов, а мост стоял недалеко от границы с Империей. Такое физически невозможно.

— Хм... Что за рисунки?

Люпин взял небольшую стопку зарисовок, напоминающих гротескные карикатуры.

— Фотоработы. Выжившие свидетели все как один говорят, что видели черного, размытого словно облако человека с огромными красными глазами и крыльми мотылька. Он появлялся в полной тишине, и после катастрофы исчезал так же внезапно... Последний раз его видели удаляющимся в сторону замка графа Добрэ.

— Эти мотыльки...

— Верно, таких нашли на всех местах его появления, у нас таких водиться не может, слишком холодный климат. Существо это явно тропическое, но что важнее...

Николя раскрыла папку с результатами вскрытия букашки, протянув Люпину.

— Надо же... Действительно необычно, хотя Узилище исторгает из себя самых немыслимых чудовищ.

Внутри мохнатого тельца мотылька оказалась плоть и анализ крови нетипичного состава.

— Мотылек из мяса... Какой бред... Почему бы просто не подрочить его и сжечь? Вы уже пытались поймать его, мисс?

— Иначе бы ты тут не сидел. Мои слуги и даже местные ополчения ставили ловушки и провоцировали появление монстра, но даже если он появлялся, никаких повреждений ему мы навести не смогли. Лишь горстка мертвых насекомых - вот и весь результат.

— Где этот замок? Мне нужно с чего-то начать.

— Ты сможешь избавить меня от этой напасти, оккультист?

— Лучшего выбора чем я у вас все равно нет.

— Не хочется с тобой соглашаться, убийца, но это так... Содействовать тебе я смогу лишь отчасти, все мои скромные силы сейчас направлены на устранение последствий атак этой твари. Многого не жди.

— Мне хватит обещанной крови. Где замок?

— Хм... Я дам тебе все карты и ориентиры, но сперва... Пойдем со мной.

Не ожидая отказа, Николя встала, заведя руки за спину, расправив длинную юбку украшенную народной вышивкой.

...

В сопровождении немой стражи они спустились в подвалы замка, в ту их часть, разрешенную для свободного посещения слугами и обустроенную под винные погреба и темницу. Проходя мимо клеток с шипящими звуками из непроглядно черных глубин, Николя с некоторым удовольствием бегло пробежалась глазами по существам, скрытым там.

— Вы верите в вампиров, Люпин?

— В мистических духов мертвецов? Нет. Это всего лишь каннибалы людоеды, сошедшие с ума от бешенства или мутаций.

— Вы точно не частый гость Энсильвании. Не недооцениваете силу людской веры.

— Собираетесь запереть меня в подземелье, княгиня?

— Нет. Обеспечу помощником.

— Это лишнее. Я справлюсь и в одиночку. Лишние жертвы мне не нужны.

— Будь это мой подданный, я бы и близко тебя не подпустила, но это особый случай и тебе будет полезно познакомиться с ней.

— ...

...

Они остановились у одной из камер. Единственной с лампой. В глубине грубой каменной комнаты, едва хватающей для одного человека, прямо на полу сидит девушка, судя по скромным формам и почти болезненной худобе.

— Единственная выжившая в бойне на КПП. Я не знаю как и почему ее не тронул мотылек, но лишь она одна оказалась жива.

— Может она и устроила казнь?

— Ходощавая шутиха? Избавьте меня от теорий Люпин! Ее показания наиболее подробно описали мотылька, и именно она видела, куда он направился после.

Шутиха... Именно. Костюм арлекины-шута сшитый из плотной, но дышащей ткани, обтягивающей все тело. Яркие оранжевые и черные куски сшиты между собой, наполненные карточными мастями, а из под шутовского колпака проглядывается рыжий локон. Ещё и этот дурацкий галстук... Чтож, если она действительно связана с этой аномалией, то пригодится в качестве приманки.

— Не позволите с ней поговорить?

— Вперёд. Забирай ее и иди. Мои слуги выдадут тебе аванс и укажут как добраться до резиденции Добрэ.

Княгиня распорядилась отпереть клетку и снять кандалы с Джозефа.

...

Лицом к лицу Люпин смог разглядеть в ней ещё более выделяющиеся черты, совершенно несвойственные ни шуту, ни партийному товарищу.

Зелёные глаза, грим, длинные и худые конечности, гибкость и острый взгляд.

— Кто ты такая?

— Хочешь шутку?

— ...

Люпин, не сводя глаз с пленницы со звонким девичьим голосом, сел на койку рядом, скрестив руки на груди.

— Как мигрируют метисы?

— ...

— По воздуху!

— ...

Она не смеётся, на ждёт его реакцию, лишь изучает, бегло скользя глазами по каждой складке костюма Люпина, ища за чтобы ухватиться.

— Ты гимнастка, верно?

— Я Пшено. Просто Пшено, а тебя та тетка отправила меня прибить? Я вообще не понимаю ее речи.

— Я плохо знаю язык КПСС, но нет. Она послала освободить тебя.

— Да ну? Я думала, что заложница, а оказывается это гостеприимство такое было!

Она показушно вскинула руки в разноцветных перчатках и начала качаться в стороны.

— Так ты меня освободишь, мой принц?

— Ты пойдешь со мной. Расскажешь все что знаешь о мотыльке, а там посмотрим.

— Как скажешь щеголь, но сначала ты меня накормишь, ладно? Местная похлёбка совсем ужасна на вкус, словно для собак ее варят, а я вообще люблю остренькое, знаешь, моя семья имела фирменный рецепт кабаньего мяса, ну потому что мы рядом с лесом жили и кабанов было просто море..!

Своим бесконечным трепом она заполнила комнатку, пока Джозеф возился с проржавевшей дверью, поддающейся только с толчка.

...

В следующий миг по затылку Люпина по летело чем-то тяжелым и металлическим... Молоток, догадался Ред. И где только она его почитала? Впрочем я это было очевидно.

Красный лишь слегка согнул голову, ослепнув на миг, но рефлексы уже сделали свое тело, и вывернув руку, едва не ломая суставы, он схватил девку за руку, развернув и с силой ударив о стальные прутья клети.

— Можем обойтись без этого.

— Не умеешь ты с девушками обращаться, грубиян!

Обхватив гибкими ногами грудь Джозефа, Пшено попыталась выгнуться, но один мощный удар в голову припечатал затылок арлекины в решетке, моментально лишив сознания.

— Княгиня? Мы закончили.

Выйдя из камеры, волоча за собой бессознательное тело девчонки, Люпин припрятал медный молоточек вглубь костюма.

— Надо понимать, переговоры не удались?

— Удались. Она сделает то, что я скажу в любом случае.

— Жду от тебя результатов, Люпин.

Однако мысли Реда ушли прочь от надменной княгини. Запах крови этой шутихи... Что-то в нем знакомое есть. Неуловимое, но такое знакомое, что становится приторно тошно на корне языка, к тому же Сангванеску ошиблась - девка имперка. Акцента почти нет, но вот утонченная аристократичная внешность, лишённая простолюдинской прос оттоты, исключительность кровавой чистоты, судя по запаху... Она точно родилась в Имении, но что забыла в КПСС? Ещё и в шутовском костюме... Впрочем сейчас это не важно.

— Княгиня, на будущее... В КПСС нет клоунов.