Человеческое тепло умело щекотать сердце одним только прикосновением.

Зима.

В это время года, когда любое тепло ценится особенно сильно, трудно было найти что-то сравнимое с теплом чужой ладони.

Мне казалось, жар постепенно поднимается к лицу.

Воздух, наполнявший лёгкие, был ледяным, зато выдохи — обжигающе горячими.

Я тяжело выдохнул, и белое облачко пара рассеялось в воздухе.

Вокруг было полно людей, но сейчас я не мог думать ни о чём, кроме руки, которую держал.

Мы назвали это эскортом, однако ладони соприкасались куда теснее, чем требовали обычные приличия.

Каждый раз, когда пальцы Айрин чуть шевелились и щекотали мою ладонь, я невольно хмурился.

Если честно, выдерживать это было непросто.

И всё же отпускать её я не собирался.

Когда наши руки начинали расходиться, мы словно заранее договорившись снова двигали пальцами и крепче сцепляли их.

От этой нелепой синхронности я покосился на Айрин и тихо усмехнулся.

Кончики её ушей покраснели, но лицо по-прежнему сохраняло привычное невозмутимое выражение.

Почему-то это казалось очень милым.

Бу-у-у!

Раздался звук трубы.

На моё посвящение собралось множество людей.

Огромный сад заполнили круглые столы, а между ними стояли аристократы в праздничных нарядах.

Прибыли представители пяти великих домов и даже наследный принц.

Но сталкиваться с ними лишний раз нам обоим не хотелось, поэтому мы, будто заранее сговорившись, выбрали длинный обходной путь.

В дальней части сада почти не было людей.

Зима уже близилась к концу. Земля понемногу оттаивала, и кое-где сквозь снег начинала пробиваться первая зелень.

Мы ступили на белое поле, где до нас не осталось ни единого следа.

И когда это место напомнило мне о прошлом, я невольно улыбнулся.

— Кстати, ведь именно здесь проходило то чаепитие.

Кажется, именно тогда отношение Айрин ко мне начало меняться.

До этого она настолько не хотела видеть меня, что я специально уходил тренироваться с сэром Крисом, лишь бы реже попадаться ей на глаза.

Теперь я уже привык, что в её взгляде больше нет прежнего холода.

На лице, где когда-то почти не отражалось эмоций, они начали появляться.

Уголки губ, прежде всегда лежавшие ровной линией, теперь всё чаще поднимались в лёгкой улыбке.

— … Да. Было такое.

Казалось, ещё вчера Лопена поймала меня на разговоре об Айрин, и я тогда едва не провалился сквозь землю.

А теперь, оглядываясь назад, всё это уже стало воспоминаниями.

Воспоминания.

Стоило подумать об этом слове, и в груди неожиданно потеплело.

Я прожил здесь достаточно долго, чтобы успеть накопить воспоминания.

Поначалу всё казалось безнадёжным, но теперь это место стало привычным, и от осознания, что я всё-таки сумел здесь устроиться, появлялась тихая гордость.

— Если честно, в первые дни я думал, что меня быстро уволят. Тогда вы были… немного не такой, как сейчас.

Айрин нахмурилась.

Видимо, вспоминать то время ей совсем не хотелось.

Она покачала головой и сердито посмотрела на меня.

— Я ведь уже за всё извинилась. Обязательно снова вытаскивать это наружу и ставить меня в неловкое положение?

— Я не пытаюсь вас пристыдить. Просто вспомнилось.

Я впервые оказался в мире, похожем на Средневековье.

Не знал ничего, кроме того, что должен охранять Айрин, и нескольких событий будущего.

Когда-то я всерьёз размышлял, не придётся ли мне стать наёмником, если меня выгонят с должности телохранителя.

Теперь эта мысль казалась почти нелепой.

Хрусть.

Под сапогами скрипел снег, и с каждым шагом в голове всплывало ещё одно воспоминание.

Как я впервые открыл глаза в своей комнате.

Как понял, что теперь меня зовут Эван Фрид.

Как впервые встретил Айрин и сразу увидел в её глазах отвращение и раздражение.

Как по дороге к Хрустальному дворцу смотрел на поток звёзд в небе.

Как слушал её историю на дворцовом балконе.

Я всё это помнил до мельчайших деталей.

Лето, которое когда-то казалось бесконечным, сменилось снежной зимой.

Так же постепенно менялась и Айрин.

Тогда я не замечал этого. Просто думал, что она ведёт себя как-то странно.

Но теперь Айрин почти невозможно было сравнить с той девушкой, которую я встретил вначале.

Тень, постоянно лежавшая на её лице, рассеялась. Она даже научилась улыбаться.

Стоило вспомнить об улыбке, как в голове всплыл один забавный эпизод, и я не удержался от смешка.

Айрин вопросительно посмотрела на меня. Я пожал плечами и с нарочито лёгким видом спросил:

— Помните мой день рождения?

— … День рождения?

— Я тогда открыл дверь, а вы стояли перед зеркалом и улыба… Всё, понял.

Её взгляд мгновенно похолодел, и я поспешно поднял свободную руку, сдаваясь.

Айрин нахмурилась и глубоко вздохнула.

Но ведь мне до сих пор было интересно.

Неужели она правда тренировалась перед зеркалом только потому, что я однажды попросил её улыбаться?

Впрочем, сейчас важнее было другое: Айрин явно обиделась и даже смотреть на меня перестала.

Забавно, что голову она отвернула полностью, а руку так и не отпустила.

Но оставлять её в таком настроении мне не хотелось.

До помоста уже недалеко. Нельзя же расходиться в такой неловкой атмосфере.

— Госпожа.

Я позвал её тихо, но Айрин продолжила идти, не отвечая.

Уголки губ снова вытянулись в прямую линию, и от этого у меня почему-то испортилось настроение.

Я потянул её за руку к себе.

Не настолько, чтобы она оказалась у меня в объятиях, но между нами осталось расстояние разве что с маленький камешек.

Айрин широко распахнула глаза.

— Эван, что вы сейчас…

— Я ведь уже говорил.

Свободной рукой я коснулся уголка её губ и слегка потянул вверх.

Получилось забавное выражение: одна сторона рта неловко приподнялась, другая осталась на месте.

Я вновь не удержался от улыбки.

Посмотрел в дрогнувшие голубые глаза, затем на покрасневшие щёки и мягко сказал:

— Вам гораздо больше идёт улыбаться.

— … Ч-что? Вы раньше такого не говорили.

— Тогда скажу сейчас. Вам правда гораздо больше идёт улыбка.

Я хотел развеселить её, но и говорил совершенно искренне.

Лёгкая улыбка подходила ей куда больше, чем этот идеально ровный, бесстрастный рот.

Айрин несколько мгновений смотрела мне в глаза. Затем прищурилась, отвернулась и осторожно убрала мой палец со своего лица.

— Поняла… А теперь уберите руку.

— Уже не сердитесь?

— Я вообще не сердилась. Я вам не Лопена. С чего вы решили, что я стану обижаться из-за такой мелочи?

— Я вас звал, а вы не отвечали.

Я пожал плечами.

Айрин ещё немного сверлила меня взглядом, затем вздохнула и медленно отступила, восстанавливая прежнее расстояние.

Похоже, её смутило то, что ладонь только что лежала у меня на груди. Она посмотрела на собственную руку, потом подняла голову.

— … Я уже в порядке. Пойдёмте дальше.

— Как пожелаете.

Мы продолжили путь.

Неловкость, окружавшая нас в начале, давно исчезла.

Холодный ветер бил в лицо, но тепло человека рядом почти сразу заставляло забыть о морозе.

И всё же я понимал: этот момент не продлится вечно.

Вдалеке уже показался помост.

Подняться на него Айрин должна была одна.

Я же начинал церемонию с противоположной стороны — там, где собрались гости, — и должен был пройти к ней через весь сад.

Айрин, видимо, тоже об этом вспомнила. Она отпустила мою руку и посмотрела на меня.

Ей жаль расставаться?

По её спокойному лицу ничего нельзя было понять, и я лишь невесело усмехнулся.

Айрин будто хотела что-то сказать. Губы чуть разошлись, но затем она снова их сомкнула и отвернулась.

Если бы сказала хоть что-нибудь, я бы ответил.

Но она ушла молча, и мне оставалось лишь смотреть вслед.

Некоторое время я стоял, не двигаясь.

Мне самому было жаль отпускать её. А она, похоже, совсем не переживает?

Но ведь не спросишь в лоб.

Я провёл пальцами по опустевшей ладони, затем развернулся и пошёл обратно.

Когда мы шли вместе, путь казался совсем коротким.

В одиночку он вдруг стал бесконечно длинным.

Я ступал по снегу, попадая в маленькие следы Айрин и оставляя поверх них гораздо более крупные.

Ветер был холодным.

Посвящение в рыцари.

На церемонию самого молодого рыцаря империи — талантливого воина и героя, уничтожившего чёрного мага, — собрались десятки знатных семей.

Медив, Киллог, Хатан и Роман.

Представители пяти великих домов и множество известных аристократов заполнили сад.

Но больше всего взглядов неизбежно притягивало знамя с драконом — символом императорской семьи.

Стоявший под ним наследный принц вдруг оживился.

— Наконец-то.

Бу-у-у!

Труба прогремела громче прежнего.

Все головы повернулись в одну сторону.

Появился главный участник церемонии — Эван Фрид.

Выстроенные по сторонам рыцари в едином ритме ударили древками копий о землю.

Бум. Бум.

Сердце забилось быстрее.

Столько людей. Столько горячих взглядов.

И ожидания, которые теперь возлагали на меня. Внимание пяти великих домов и императорской семьи нельзя было назвать лёгким грузом.

Но я расправил плечи и пошёл вперёд ровно тем шагом, который отрабатывал заранее.

Теперь любая моя ошибка бросала тень уже не только на меня, но и на Юрис.

Это давило, однако сейчас я сосредоточился лишь на осанке и движениях.

Пальцы коснулись меча на поясе.

На его гарде был выгравирован герб Юрис — щит, оплетённый шипами.

Я выровнял дыхание.

День, когда я впервые очнулся Эваном Фридом, до сих пор стоял перед глазами.

Но именно сегодня начиналась моя настоящая жизнь здесь.

«Истребление». Чёрные маги. До появления главной героини оригинала оставалось четыре года.

Если я хотел что-то изменить, сделать это нужно было за эти четыре года.

Сегодня я становился рыцарем Юрис и телохранителем Айрин официально.

Значит, подготовка к изменению будущего начиналась именно сейчас.

Среди множества людей я почувствовал один-единственный взгляд.

Присутствие, которое невозможно было спутать ни с чьим другим.

Я улыбнулся.

Совсем слегка — так, чтобы эту улыбку заметил лишь один человек.

«Айрин».

Красная дорожка закончилась у ступеней помоста.

Навстречу мне медленно вышел глава дома Юрис — Гарот Юрис.

Шум вокруг мгновенно стих.

В наступившей тишине герцог произнёс:

— Эван Фрид.

— Да.

— Второй сын графского дома Фрид. Тот, кто принял в себя свет Эвангелиума и пролил кровь на шипы Юрис.

С каждым словом по телу пробегала дрожь.

Это была клятва верности дому Юрис, предварявшая само посвящение.

Как только она завершится, я официально стану рыцарем Юрис.

Бум.

Рыцари вновь ударили копьями о землю.

Герцог продолжил:

— Доныне твоя кровь была обычной. Но отныне пусть станет она Железной кровью — крепкой, как сталь, отважной, холодной и острой превыше всего. Можешь ли ты поклясться в этом перед мечом?

— Могу.

Я опустился на одно колено, склонил голову и прижал ладонь к сердцу.

Сердце билось сильно.

Мана поднялась следом.

Когда по телу вспыхнуло белое пламя, герцог поднял меч к небу и громко провозгласил:

— Смотрите! Железная кровь продолжается. Сегодня она вновь начинает течь в жилах нового рыцаря. Благословите его! Сегодня стало на один щит больше среди тех, кто отдаст сердце Эвангелиуму. Да останется Щит Империи нерушимым во веки веков!

Бум!

Герб на груди моего мундира вспыхнул чистым белым светом.

Клятва, предварявшая посвящение, была завершена.

Магический круг словно вплавился в тело, оставляя на коже метку.

Щит, оплетённый шипами.

Грудь обожгло болью, будто плоть прижгли раскалённым железом. Когда боль отступила, я уже знал: знак Юрис отпечатался на моём теле.

Свет герба на мундире погас.

И тогда издалека послышались знакомые шаги.

Я поднялся с колена.

Айрин смотрела на ясно проступивший герб Юрис и медленно шла ко мне.

Всего одно мгновение.

Но я не пропустил её улыбку.

Совсем слабую — короткий ответ на ту, которой я встретил её, поднимаясь к помосту.

Я улыбнулся снова.

Шаг.

Я ступил на первую ступень.

Все взгляды были направлены только на меня.

Я поднял ману, и белое пламя, вспыхнувшее вокруг тела, мгновенно притянуло ещё больше внимания.

Но сам я смотрел лишь на одного человека.

Айрин Юрис.

С этим именем в мыслях я поднялся выше.

И, преодолев последнюю ступень, встретился с её голубыми глазами.

Они напоминали зиму.

Как всегда холодные. Порой настолько прозрачные и острые, будто могли заглянуть прямо в сердце.

И всё же в них жило тепло.

Когда Айрин улыбалась, глаза мягко изгибались. Когда грустила — искажались от слёз.

Зима приносит снег и мороз, режущий кожу, но только зимой можно по-настоящему оценить тепло.

Глядя в эти зимние глаза, я опустился на колено.

Тук.

Меч Айрин коснулся моего плеча.

Плечо — ответственность, которую я отныне должен был нести.

Клинок коснулся головы.

Разум — всё, о чём мне предстояло думать, защищая её.

Затем меч коснулся груди.

Сердце — клятва и воля, которую нельзя сломить.

Я поднялся перед Айрин.

Фух!

Мана снова вспыхнула. Белое пламя окутало меня и постепенно залило светом весь помост.

— Клянусь.

Клянусь, что отныне я рыцарь Юрис.

Что во мне течёт Железная кровь и я стал одним из щитов, защищающих Эвангелиум.

Но была клятва важнее.

Я наклонился чуть ближе и прошептал так тихо, чтобы услышала только Айрин:

— И клянусь, что буду защищать вас всегда.

В ту же секунду в небе взорвались фейерверки.

В воздухе закружились белоснежные лепестки — совершенно неуместные зимой и похожие на падающий снег.

Я на мгновение засмотрелся на них, потом перевёл взгляд на Айрин.

Белое.

Хотя вокруг кружились белые лепестки, первым делом я видел её белые волосы.

Даже среди всей этой роскоши и праздничного великолепия взгляд прежде всего находил Айрин.

… Осознать собственные чувства оказалось сложнее, чем я думал.

Лишь теперь я понял: то, что я чувствую к ней, давно не ограничивается одной жалостью.

Сочувствие. Сострадание.

И любовь.

Сколько ещё я смогу прятать её?

И вообще, имеет ли это чувство шанс продолжиться?

Но сейчас я не собирался ничего говорить.

Пусть пройдёт эта зима и снова придёт весна.

Пусть весна придёт ещё несколько раз — и Айрин окончательно вырвется из предначертанной ей трагедии.

Возможно, тогда я смогу сказать всё вслух.

Я сжал пустую ладонь, вспоминая тепло её руки, и снова улыбнулся.

Пока мне было достаточно этого.

Достаточно просто оставаться рядом.

Я лишь хотел, чтобы свет в её голубых глазах больше не гас.

Чтобы слабая улыбка, появившаяся на губах, не исчезала.

Я поднял взгляд к небу.

Приближалась весна.

И когда она наступит, я всё ещё буду рядом с ней.

Перевод by Ragnar Team

Страница на ранобелибе: https://ranobelib.me/ru/team/70554--ragnar-team

Страница бусти: https://boosty.to/ragnarteam