Король Убийц, расправившийся с очередным бросившимся на нас медведем, перевёл дух и произнёс:

— Напоминает Мир Демонов. Там тоже происходило нечто похожее.

Я невесело улыбнулся.

Действительно, в основной истории в Мире Демонов уже случалось нечто подобное. Толпа, подстрекаемая приспешниками герцога, травила Ким Докча — почти как сейчас травили нас.

— Говоришь так, будто сам там побывал.

— Если прочитать Историю сто раз, она ничем не будет отличаться от пережитого на собственной шкуре.

— Тогда ты должен понимать, что здесь что-то не так.

Я смотрел, как медведи разоряют дома. Мы уложили уже немало нападавших, но их всё не убывало. Напротив, казалось, медведей стало ещё больше.

— Они не могли напасть именно сейчас без причины.

— Почему ты так думаешь? Тем, кто изголодался по Историям, вполне достаточно повода…

— Как бы они ни жаждали Историй, собственная жизнь для них дороже. Слух о том, что у нас есть Внешний Бог, должен был распространиться по всему тринадцатому району.

Разумеется, по условиям нашего договора Ликаон не мог вмешиваться в сражения. Однако ни «Зодиак», ни обитатели тринадцатого района об этом не знали.

Не могли же северные медведи безрассудно вторгнуться сюда, прекрасно зная о существовании Ликаона.

— Значит…

— Грабёж Историй — лишь предлог. Настоящая цель, скорее всего, — устроить как можно больше смертей в тринадцатом районе.

Среди погибших наверняка окажутся и те, кто поддерживает нас или хотя бы нам сочувствует. А с их гибелью неизбежно упадёт и наш рейтинг поддержки.

Глаза Короля Убийц сузились.

— Думаешь, медведи действуют по приказу «Зодиака»?

— Вполне возможно.

«Зодиак» не желал вступать с нами в прямое столкновение, поэтому натравил на нас северных медведей: пусть убивают жителей тринадцатого района, которые за нас выступают.

Выглядело вполне логично.

— Тогда я могу убить их предводителя?

Вдалеке бурый медведь демонстрировал чудовищную силу — «Медведь, который оживает, если притвориться мёртвым».

— Не уверен, что это поможет. Если вторжение задумал не он, его смерть не прекратит бой.

Я прищурился и вгляделся в пустоту.

Медведи-оборотни — существа, которыми легко управлять посредством чужих Историй, потому что собственных Историй у них нет. А значит, должна существовать История, которая привела их сюда.

Если найти её источник…

— Мне нужно время.

— Сколько?

— Хватит пяти минут.

— Никаких проблем.

Король Убийц ответил уверенно, но все понимали: он не мог ничего гарантировать.

Это сражение отличалось от столкновения с волками в «Трёх поросятах».

Бурый медведь, хоть и был отвергнутым Созвездием, всё ещё располагал частью силы звезды. А под его началом сражались сотни медведей-зверолюдей.

Наши же защитники были в основном слабыми травоядными.

— А-а-а!

Южные жители в панике бросились в Кирпичный Дом, но тот уже не защищал их так же, как во время постановки «Трёх поросят».

— Неужели и волки не смогли бы разрушить такой дом?

— Идиоты!

На медведей не распространялись правила «Трёх поросят». К тому же они были намного крупнее волков.

И главное…

[ История «Стая, жаждущая трона царя зверей» продолжает своё повествование. ]

История бурого медведя обладала поразительной мощью. Обычно такое название ассоциировалось с гиенами, и я никак не ожидал встретить подобную Историю у бурого медведя.

「 «Стая, жаждущая трона царя зверей» — История, позволяющая группе становиться сильнее по мере увеличения её численности. 」

Похоже, именно под её действием упавшие медведи снова поднимались и бросались в бой.

— Нас теснят!

Защитники юга один за другим начали отступать.

Стоило строю дрогнуть, как фронт рассыпался, и отступление превратилось в бегство. Даже хозяин гостиницы-журавль уже почти утратил боевой дух.

— А-а-а! Не пропустим ни одного!

Кён Сейн громко вскрикнула и взмыла в воздух, словно белка-летяга. «Путь Ветра» сокрушил несущихся медведей.

Упавшим противникам разбивала головы Чха Ерин.

«Путём Ветра» она владела лучше всех в нашем отряде.

Её удары ногами отрывали головы медведям одну за другой.

Но тут один из зверолюдей, затаившийся под телами товарищей, выбрал момент и метнулся ей в бок.

Его остановил Ли Дансу, примчавшийся словно танк.

С оглушительным ударом медведь, чьё тело было изорвано, взлетел в воздух.

— Когда мы все собирались в Кирпичном Доме, я чувствовал себя так, будто нахожусь с семьёй…

Для черепахи Ли Дансу двигался неправдоподобно быстро.

Он усмехнулся мне.

— Давненько я так не злился.

Впереди остальных сражался мужчина в угольно-чёрном плаще.

— Никому не умирать. Я этого не позволю.

Не оборачиваясь, Король Убийц добавил:

— Тебе тоже, Ким Докча.

По всему полю боя вспыхивали небольшие бури, рождённые «Путём Ветра».

Ещё несколько дней назад нашим товарищам было трудно справиться даже со сборщиками-волками.

А сейчас они теснили медведей, многократно превосходивших их размерами.

Невероятный рост.

Разбитые ряды быстро сомкнулись. Натиска товарищей не выдерживали уже и бурые медведи, которые начали отступать. На миг мне даже показалось, что мы можем просто дожать их.

[ Гра-а-а! Вы!… ]

Пронзённый несколькими болтами арбалета Короля Убийц, бурый медведь взревел от ярости.

[ Сначала хватайте этих! Сорвите с них маски! ]

Остальные медведи, игнорируя удары, стремительно отрезали нашим товарищам путь к отступлению и набросились на них.

Я поспешно закричал:

— Все, уклоняйтесь!

Только не потерять маски! Если маску сорвут, человек вновь превратится в зверя и будет исключён из сценария. А силы лишится.

[ Маска существует для того, чтобы что-то скрывать. ]

Словно прочитав мои мысли, заговорил бурый медведь.

[ Застой, слабость, небрежность… или истину. Желание скрыть слабое сердце рано или поздно становится «маской». ]

Бурый медведь с полумаской на морде злобно улыбнулся мне.

[ Но носить маску — значит прятаться за собственными недостатками. Вы, надевшие маски и даже не понимающие этого… ]

Из глаз бурого медведя вырвался ослепительный свет.

[ … Сами подставляете под удар свои слабые места. ]

Первой пострадала Кён Сейн.

Маска — предмет, сотканный из Историй.

Под ударами медведей маска Кён Сейн треснула, и наружу начала изливаться заключённая в ней История.

「 Кён Сейн хотела стать сильной. 」

Маской Кён Сейн была белка.

「 Она наращивала мышцы на небольшом теле, тренировалась, надеясь, что тогда окружающие перестанут смотреть на неё свысока. 」

Я вспомнил мускулистого человека с табличкой «Судья Хивон».

「 Но правда ли, что от этого ты стала сильнее? 」

Кён Сейн, вытянув ко мне руку, что-то кричала.

Мчащийся медведь наступил ей на ладонь.

Раздался звук рвущейся плоти.

— Сейн-сси!

Первым в гущу медведей бросился Ли Дансу. Свернувшись, словно пушечное ядро, он прикрыл Кён Сейн собственным телом.

Из разбитой маски мужчины по имени Ли Дансу потекла История.

「 Я хочу жить долго. 」

Маска Ли Дансу — черепаха.

「 Хочу прожить хотя бы ещё немного. 」

Перед глазами возник образ Ли Дансу в больничной одежде.

Я больше не мог смотреть на это и уже собирался броситься к ним, но кто-то схватил меня за плечо.

— Я пойду.

Это была Чха Ерин.

— Ерин-сси…

— Я поищу Историю, которая поможет справиться с медведями.

Чха Ерин, словно акробатка, с помощью «Пути Ветра» прорвалась через строй нападавших к Кён Сейн и Ли Дансу.

За её спиной поднялась огромная тень.

— Ерин-сси!

Громадная лапа бурого медведя обрушилась ей на спину. Но Чха Ерин вовремя пригнулась, создала «Домик улитки» и приняла удар на него.

[ Эта раковина!… ]

Сверкая глазами, медведь принялся колотить домик снова и снова. Угол строения раскрошился и отвалился.

「 Мне нужно место, куда я смогу вернуться. 」

Маска Чха Ерин — улитка.

「 Нам тоже нужен дом. 」

Истории девушки, выросшей вместе с братом в приюте, безжалостно сокрушались под медвежьей лапой.

Следующий удар остановил Е Хёнву.

Бурый медведь зарычал:

[ Как смеешь ты жевать бамбук?! ]

Громадная лапа столкнулась с кулаком Е Хёнву.

Измотанный Е Хёнву не выдержал чудовищного напора и покатился по земле с глухим ударом.

Бурый медведь наступил ему на грудь.

[ Убейте. ]

Сбежавшиеся медведи вцепились зубами в тело Е Хёнву.

Из разорванной маски панды полилась История.

「 Нужно жить добросовестно. 」

Е Хёнву всегда был серьёзным и старательным.

「 Только так можно выжить. 」

На мгновение мне показалось, что я понял, почему его маской стала именно панда.

「 Только так можно избежать вымирания. 」

Он был организованнее и предусмотрительнее всех, но, возможно, в глубине души просто хотел на кого-нибудь положиться.

「 Вообще-то мне ничего не хочется делать. 」

Просто мирно и тихо жевать бамбук, как панда, способная выжить лишь в зоопарке.

— Так и будешь жалко валяться?

[ Цк!… ]

Метнувшаяся тень одним ударом отбросила бурого медведя, топтавшего Е Хёнву.

— Пачхонбунгвон!

Бурый медведь отшатнулся в ужасе.

[ Что?… ]

— Поступь Алой Птицы! Меч Пачхона! Падающая звезда Пачхона!

Король Убийц, наобум выкрикивая названия техник Ю Джунхёка, теснил бурого медведя «Путём Ветра».

— Метеоритный разрез!

[ Проклятый волк!… ]

Бурый медведь взревел и ударил Короля Убийц по голове.

С треском из расколотой маски Короля Убийц хлынула История.

「 Я одинокий волк. 」

Бурый медведь расхохотался, услышав эти слова.

[ Глупый волк, отступи. Всем твоим товарищам конец. ]

— Моим товарищам?… — Король Убийц стёр кровь с губ. — От такого они едва ли умрут.

[ Они уже превратились в зверей. И ты тоже… ]

Кулак бурого медведя с невероятной скоростью ринулся вперёд. Прежде чем его удалось остановить, волчья маска Короля Убийц начала разваливаться.

「 Я стану зверем. 」

Потерять маску — значит превратиться в пленника.

Я больше не выдержал и сделал шаг, но Король Убийц закричал:

— Не подходи, Ким Докча! Это наша История!

Я остановился.

— Не заставляй нас выглядеть ещё жалче!

[ Идиот. ]

Бурый медведь засмеялся. Удары по лицу Короля Убийц посыпались всё чаще.

Удар, другой, третий — снова, снова и снова.

Его волчья маска раскололась почти полностью. Однако Король Убийц так и не преклонил колени.

Я сжал кулаки и почувствовал необычные предвестия поднимающейся вокруг нас Истории.

Объяснить это было трудно, но я знал одно:

Мои товарищи будут в порядке.

Так говорили Истории, которые они накопили.

「 «Хёнву, сколько ты ещё собираешься тренировать „Путь Ветра“?» 」

「 «Ещё часок!» 」

「 «Хорошо, тогда я — два!» 」

「 «А я уже три часа тренируюсь». 」

Откуда-то донёсся шум ветра.

「 Теперь они готовы снять свои «маски». 」

Для чего нужны маски?

В тринадцатом районе маска защищает воплощение от «обращения в зверя».

Однако, согласно «Путям выживания», это далеко не единственное предназначение маски.

「 Маска существует ради мгновения, когда откроется скрытое под нею лицо. 」

Из-под разбитой маски показалось лицо Короля Убийц. С рассечённых губ Чха Сонву не сходила горькая улыбка. Давно я не видел его без маски.

— Носить маску — значит…

Могучий бурый медведь отступил.

[ Как… Ты! Маска же разбита!… ]

— Почему же я не стал зверем?

Когда человек сбрасывает маску и превращается в животное, это своего рода защитная реакция: обнажив свои слабости, он пытается уберечь себя.

Но Король Убийц не превратился в зверя.

А значит…

— Потому что я понял: в этом мире полно людей слабее меня!

[ Что за бред?… ]

— Перед теми, кто слабее меня, нет никакого смысла скрывать собственные слабости!

— Глупости. Всё не так.

Е Хёнву успел подняться и теперь стоял рядом с Королём Убийц. Его маска тоже была разбита.

Истории из осколков маски впитывались в его лицо.

— Я понял, что слабость тоже может стать Историей.

— И так можно сказать.

Из-за обломков «Домика улитки» вышла Чха Ерин.

— Вы оба ошибаетесь.

Она встала слева от Короля Убийц. На её лице больше не было маски.

— Потому что я нашла товарищей, которые защитят слабые места друг друга.

Стоявшая на горе поверженных медведей Кён Сейн закричала:

— Эй, как же вы красиво говорите! А без маски, оказывается, гораздо лучше видно!

Её лицо без маски выглядело удивительно посвежевшим.

Мужчина рядом с ней тоже подал голос:

— Получается, мы сами становимся масками друг для друга.

Мои товарищи, потерявшие маски, выстроились плечом к плечу, словно волнорез, и встретили новую волну медведей.

При виде этого у меня тоже забилось сердце.

[ В тринадцатом районе появились воплощения, постигшие истинный смысл «маски»! ]

Теперь они по праву стали опорами этого мира.

— Надеюсь, никто не забыл, ради чего мы здесь.

На слова Короля Убийц все один за другим кивнули.

Передо мной стояли люди, которые, повернувшись ко мне спинами, смотрели прямо на звёзды.

Король Убийц произнёс:

— Я защищаю Ким Докча.

Только тогда я вновь понял, за что сражались мои товарищи.

«Три поросёнка», «Лиса и журавль», а потом «Гусыня, несущая золотые яйца»…

Вновь и вновь воспроизводя чужие Истории, они на самом деле сильнее всего хотели воссоздать одну-единственную.

[ Ваша История вступает в резонанс. ]

Какое выражение сейчас у меня на лице?

Появится ли на моей маске подходящее выражение, когда я буду стоять рядом с ними?

Я подумал о человеке, который должен был увидеть всё это вместо меня.

Запомню эту сцену ради него. И когда мы вновь встретимся, непременно расскажу.

Есть люди, которые обрели собственные Истории благодаря тебе.

— Ким Докча.

Кто-то подошёл и встал рядом. Его лицо тоже больше не скрывала маска. Он преодолел её ограничения.

И это было естественно.

Ведь он больше всех в этом мире верил в собственную Историю.

— Вы, ребята…

Главный герой этого мира.

Регрессор, утративший воспоминания и превратившийся в мальчика.

Взгляд мальчика, успевшего ещё немного подрасти за столь короткий срок, был прикован к сцене перед нами.

Как выглядит происходящее в глазах регрессора, который снова и снова проходит одни и те же сценарии?

— Кажется, у тебя есть то, что ты хочешь защитить.

Я на мгновение открыл рот, а затем медленно кивнул.

— Да. Как когда-то и у тебя.

Я смотрел вслед товарищам, шагавшим вперёд.

Существует бесчисленное множество вселенных, а планет — ещё больше.

И вот на одной из этих недолговечных планет люди, рождённые в одну эпоху, выбирают из множества одну и ту же Историю, перечитывают и любят её снова и снова.

Если подобное действительно возможно, такого удивительного совпадения не объяснить ни случаем, ни чудом.

А поскольку объяснить это невозможно, оно в конце концов становится Историей.

Историей, которая очаровывает звёзды, воспламеняет ночное небо и однажды изменяет Вселенную.

[ В вашей группе начинает прорастать новая История. ]

Созвездия этого мира называют такие Истории повествованиями.

[ В вашей группе зарождается возможность образования Туманности. ]