Трупная Забава.

Стоило ей услышать это имя, как глубоко в душе вспыхнуло неистовое пламя.

Тело среагировало раньше, чем разум успел что-либо осмыслить. Агнес сорвалась с места и ринулась прямо на Трупную Забаву.

Однако в тот же миг Маргата схватила её за голову и резко прижала к земле.

— Агнес, остынь, — ледяным тоном произнесла Маргата.

В отличие от Агнес, чьё лицо исказилось от ярости, Маргата взирала на Трупную Забаву суровым, непроницаемым взглядом.

— Это логово Трупной Забавы. Если не сумеешь совладать с гневом, сама превратишься в лёгкую добычу.

Слова старшей соученицы помогли Агнес немного прийти в себя.

— Похоже, юный паладин таит на меня обиду. Не соизволишь ли поведать, в чём причина? Ненавидящих меня так много, что я даже угадать не могу, — поинтересовался Трупная Забава голосом, удивительно мягким для столь печально известного тёмного мага.

— … Ты помнишь деревню Палмер? — голос Агнес, напротив, дрожал от сдерживаемой ярости.

— Деревня Палмер? О, прекрасно помню. Та самая деревушка, которую я лично «украшал» её собственными жителями.

Каждое его слово больно полоснуло Агнес по нервам. Вспомнив предостережение Маргаты, она с трудом заставила себя не сорваться.

— Я — одна из выживших из той деревни.

— Выжившая?… Я ведь приказал перебить там всех до единого, и всё же кто-то уцелел?…

На мгновение лицо Трупной Забавы застыло в недоумении.

Почувствовав лёгкое злорадство от того, что ей наконец удалось выбить этого ублюдка из колеи, Агнес продолжила:

— Теперь понял, зачем я здесь? Сегодня я убью тебя и сведу счёты — за брата и за всех моих односельчан…

— Поразительно… Ты не просто ускользнула от моих кукол, но ещё и стала паладином, чтобы прийти за моей головой!

Внезапно Трупная Забава расхохотался. Он буквально светился от восторга, и всё его тело мелко подрагивало, словно он не знал, как унять распирающее его ликование.

— Получить столь неожиданный подарок! Вот за это я и люблю жизнь! Ах… теперь, когда я об этом вспомнил, жители деревни Палмер все до одного стали для меня настоящим даром. Из каждого вышел превосходный материал.

Материал.

При этом слове Агнес словно окаменела.

— Что… что ты сейчас сказал?…

— Ах, ты и не знала. Впрочем, откуда бы тебе знать. Поскольку все они превращались в нежить и разлагались, этого и не заметишь.

С тёплой, почти ласковой улыбкой Трупная Забава продолжил:

— Я никогда не убиваю людей напрасно. Всегда стараюсь пустить их в дело. Перебив жителей деревни Палмер, я ещё до того, как поднять их в виде нежити, отобрал самые подходящие части тел для иных нужд.

Всё тело Агнес задрожало.

Не обращая на это ни малейшего внимания, Трупная Забава с упоением хвастался дальше:

— Они пошли даже на тех големов плоти, которых перебил ваш крестовый поход. Я ни единого обрезка зря не пропадаю, так что помню всё в точности. Хочешь, расскажу подробнее?

От Агнес мощным потоком хлынуло голубое пламя, в одно мгновение озарившее мрачную пещеру.

— Заткнись.

Её голос гулким эхом прокатился под сводами подземелья.

— Выронишь ещё хоть слово — и я выжгу каждый клочок твоей плоти, пока от тебя даже писка не останется.

Говорят, когда человеческий гнев достигает предела, ему на смену порой приходит странная, леденящая ясность ума.

Неистовая ярость парадоксальным образом охладила рассудок Агнес.

— Агнес, первой в бой пойду я, а ты прикрывай сзади, — сказала Маргата, сжимая кулаки. Агнес молча кивнула. — Главное — как можно скорее прорваться к Трупной Забаве и прикончить его. В его собственном логове можно ожидать чего угодно. Любое промедление выйдет нам боком.

Разрушительная мощь Маргаты была такова, что даже среди паладинов второго ранга ей почти не было равных.

Стоило ей подобраться на расстояние удара, и превращение Трупной Забавы в горстку пепла стало бы лишь вопросом времени.

— Тогда начнём.

Маргата окутала себя голубым пламенем и сорвалась с места.

Вопреки своему могучему, мускулистому телосложению, двигалась она легко и стремительно, точно леопард.

— Остановите их.

С потолка посыпались големы плоти — один уродливее другого.

Маргата врезалась в их толпу, и пещеру сотрясла череда оглушительных взрывов.

Ускоренные удары кулаков разносили големов в ошмётки. Каждый её выпад был смертелен.

Трупная Забава с неподдельным восхищением наблюдал за её боем:

— Восхитительно! Какое крепкое тело! Из тебя выйдет изумительный материал!

В этот миг паукообразные големы плоти, проползшие по потолку, оказались прямо над головой Маргаты и выпустили в неё град шипов.

Но за мгновение до того, как лиловые иглы впились бы ей в спину, Агнес перехватила и отбила их все до единой.

— Вот это моя сестрёнка! — радостно воскликнула Маргата.

Зная, что Агнес надёжно прикрывает тыл, она могла без оглядки сосредоточиться на противниках впереди.

Удары Маргаты посыпались ещё быстрее. Тела големов плоти разлетались одно за другим.

Вскоре в зале не осталось никого, кроме самого Трупной Забавы.

— Ну давай! Сейчас я тебе врежу как следует!

Маргата ринулась к некроманту, но в ту же секунду дорогу ей преградила чья-то фигура.

На первый взгляд это был обычный человек. Если бы не швы, покрывавшие всё тело, никто бы и не догадался, что перед ним голем плоти.

— Решил остановить меня такой хлипкой подделкой?

Сменив цель, Маргата обрушила кулак на внезапного противника.

Но стоило ему коснуться цели, как произошло немыслимое.

Голубое пламя на кулаке Маргаты мгновенно угасло.

— … Что?

Лишённые святой силы боевые рукавицы превратились в обычные железки. Они не смогли пробить плоть голема и просто увязли в ней.

Маргата попыталась вновь призвать святую силу, но не успела — голем плоти всадил кулак ей прямо в живот.

— … Кха!

Защищавшая тело святая сила разлетелась вдребезги.

Кулак проломил нагрудник и глубоко вошёл в живот. Внутренние органы разорвало от страшного удара, а его мощь прошла навылет, отдав в спину.

— Сестра!

Отброшенная чудовищной силой, Маргата пролетела через весь зал. Агнес взмыла в воздух и поймала её.

— Кха, кха…

Маргата закашлялась чёрной кровью — верный знак того, что раны смертельно опасны.

— Сестра! Держись! Сестра!

Агнес в отчаянии принялась вливать святую силу в тело Маргаты, но болезненная гримаса на лице той не спешила разглаживаться.

— Ах… Он поистине велик…

Неожиданно Трупная Забава рухнул на колени и сложил ладони, словно в молитве.

— Ну как вам ощущения? Могли ли вы хоть помыслить, что на свете существует материал с такими невероятными свойствами?! Насколько же непостижим тот, кто сумел сотворить подобное!

Агнес из последних сил боролась за жизнь Маргаты.

Она напоила её зельями и продолжала направлять в раны святую силу. Лишь после этого дыхание Маргаты чуть выровнялось.

— Агнес… беги… — едва слышно прошептала она. — Здесь… что-то не так… Трупная Забава… устроил какую-то мерзость… Беги… надо предупредить Церковь…

Святая сила всегда превосходила тёмную магию.

Эта незыблемая истина и основа миропорядка только что рухнула у них на глазах.

— Этого урода… я задержу… А ты… пока… уходи…

Взгляд Агнес дрогнул.

Сбежать прямо на глазах у врага? Бросить свою старшую сестру?

— … Нет. Я не могу.

От её слов лицо Маргаты исказилось от гнева и отчаяния:

— Агнес!

— Всё равно бежать уже некуда.

Они и не заметили, как со всех сторон их обступили големы плоти.

Те твари, которых перебила Маргата, были лишь вершиной айсберга — у Трупной Забавы имелось ещё несметное множество чудовищ.

Маргата всеми силами стремилась спасти Агнес, но решимость в глазах младшей была так тверда, что оставалось лишь смотреть.

— Сестра, я ведь рассказывала тебе о своём брате.

Агнес избрала путь паладина ради мести.

И ради брата. Смерть брата, погибшего как истинный паладин при защите родной деревни, была слишком достойной и светлой.

— Если нам не уйти, я лучше приму бой и умру. Как и брат, я исполню волю Бога.

Господь учил:

«Я дарую вам силу, дабы вы защищали слабых.

Я дарую вам силу, дабы вы изгоняли тёмных магов.

Я позволяю вам обрести силу, дабы вы свершили волю Мою».

— Ах… потрясающе… видеть столь великолепный материал… — Трупная Забава глядел на Агнес с искренним умилением. — Когда передо мной являют такое мужество, мне не терпится узнать: как долго оно выстоит?

Сквозь строй големов плоти выступило несколько фигур. Все они походили на людей.

— Высвобождение.

Человекоподобные големы начали стремительно меняться, сбрасывая людской облик и обращаясь в чудовищ.

И в то же мгновение во все стороны хлынула леденящая душу, чудовищно мощная аура.

Лица Агнес и Маргаты в секунду побелели.

— Не может быть…

Маргата была потрясена даже сильнее младшей.

— Они… все они уровня Среднего ранга!…

Вот в чём крылся величайший просчёт Церкви.

Не в том, что они не догадались о ловушке в подземелье Трупной Забавы, и не в том, что не предусмотрели загадочный способ подавления святой силы.

Недооценка истинной мощи Трупной Забавы — вот что стало роковой ошибкой Церкви.

— Это мои «Шедевры», моя главная гордость. Сколько же трудов мне стоило их сотворить, — голос некроманта сочился самодовольством мастера, демонстрирующего венец своего ремесла. — И после увиденного вы всё ещё смеете мне противиться?

Боевые рукавицы выскользнули из рук Маргаты. Глубокое отчаяние раздавило всю её волю.

— Агнес… этого просто не может быть…

Даже Маргата, прославившаяся как бесстрашный воин, перед лицом такого кошмара оказалась всего лишь слабым, перепуганным человеком.

— …

Лицо Агнес застыло, став холодным, как лёд.

Как и её брат, отдавший жизнь ради людей, она тоже исполнит волю Бога.

Сделав несколько глубоких вдохов, Агнес приняла решение и пробудила свою святую силу.

Среди густой тёмной маны, источаемой големами плоти, вспыхнул крошечный огонёк голубого пламени.

— Агнес… — горестно позвала её Маргата.

И тут же поняла: в отличие от неё самой, дрожащей от ужаса, в глазах Агнес не было ни тени колебания.

В следующее мгновение из тела Агнес вырвался ослепительный свет.

Попавшие под его сияние големы плоти с воем отпрянули.

— Невероятно… — прошептала Маргата, не веря собственным глазам.

Путь возвышения паладинов в корне отличался от пути рыцарей.

Источником их мощи был сам Бог.

Поэтому паладины доказывали свою веру и получали силу свыше, поднимаясь по ступеням рангов.

Доказать веру можно было по-разному: молитвами, покаянием, охотой на тёмных магов.

Но изредка случалось, что паладин удостаивался особой милости Господа и обретал колоссальный дар.

Это называлось «Святым Стигматом».

Агнес легко взмахнула рукой — и зал сотрясла череда взрывов.

Окружавших её големов плоти смело огненной волной.

— Агнес!… — с трепетом выдохнула Маргата.

Одним лишь выбросом силы та обратила в пепел больше десятка чудовищ.

Паладин второго ранга.

Нет, отныне она уже переросла обычный второй ранг. Сейчас Агнес стояла на самой его вершине — всего в одном шаге от паладина первого ранга.

Агнес двинулась на Трупную Забаву, и в её твёрдом взгляде горела непреклонная решимость.

— … Изумительно. Снова увидеть кого-то со Святым Стигматом! — Трупная Забава радостно захлопал в ладоши.

Агнес пропустила его слова мимо ушей. Слушать бредни этого выродка она не собиралась.

— В деревне Палмер было точно так же. Один мужчина, такой же паладин третьего ранга, как и ты, вдруг обрёл чудовищную силу благодаря Святому Стигмату.

Однако следующие его слова заставили Агнес застыть на месте.

— Ох, как же я тогда перепугался… Едва не потерял всех големов плоти, которых привёл с собой. К счастью, мне удалось утихомирить его, взяв в заложники жителей деревни и пригрозив их смертью.

Маргата ошарашенно уставилась на Трупную Забаву; её зрачки мелко задрожали.

— Не передать словами, как я ликовал, схватив того паладина. Он стал лучшим материалом для моей работы! Голем плоти, созданный из его тела, вышел поистине исключительным!

Трупная Забава склонил голову набок:

— Кстати говоря, твоё лицо кажется мне смутно знакомым… Где-то я его уже видел… Кайт, подойди-ка сюда.

Тот самый голем плоти, что нанёс смертельную рану Маргате, шагнул к хозяину.

Трупная Забава принялся разматывать ткань, скрывавшую лицо голема.

По мере того как повязка спадала, Агнес всё отчаяннее отказывалась верить происходящему.

Но когда лицо голема открылось полностью, её накрыла бездна отчаяния.

— … Брат.

Оно в точности повторяло черты, навсегда врезавшиеся в её память.

Лицо брата ничуть не состарилось. Казалось, он вот-вот моргнёт и заговорит.

— Брат? Так вот почему вы так похожи. Похоже, судьба была предрешена заранее. Разве не прелестно?

Агнес схватилась за голову и истошно закричала.

Когда крик оборвался, по её искажённому яростью лицу катились слёзы.

— Я… я тебя точно… убью!…

— Прекрасно, — Трупная Забава расплылся в довольной улыбке. — С таким отменным материалом, да ещё и пропитанным столь зрелым отчаянием… Используя тебя, я смогу сделать куклу даже лучше, чем Кайт.

— Заткнись!

Выплескивая всю свою ненависть, Агнес бросилась на некроманта.

Путь ей преградил Кайт. На долю секунды Агнес замешкалась.

— Кха!…

Кайт молниеносно ударил её ногой в бок.

Едва его голень коснулась цели, как святая сила, защищавшая Агнес, рассыпалась искрами.

Отлетев, словно мячик, она со всей силы врезалась в стену.

— Кха, кха…

Растянувшись на полу, Агнес закашлялась густой кровью.

После сокрушительного удара голема плоти, принятого незащищённым телом, её внутренности были буквально отбиты.

На неё упала чья-то тень. Кайт уже стоял прямо над ней.

— Брат…

Кайт схватил Агнес за лицо и со всей мочи впечатал затылком в камень.

Мозг словно встряхнуло в черепной коробке — у Агнес не осталось сил даже на стон.

— Агнес! — Маргата попыталась броситься к ней, но другие големы плоти преградили путь. — Прочь с дороги!

Маргата выплеснула остатки святой силы, но от резкого напряжения едва затянувшиеся раны вновь разошлись.

Хлынула чёрная кровь, и она бессильно рухнула на пол.

Трупная Забава подошёл к Агнес, которая едва дышала в стальной хватке Кайта.

— Из тебя выйдет действительно восхитительный материал, — ухмыльнулся он, глядя на неё сверху вниз. — Как же мне тебя использовать? Сделать из тебя нового голема? Нет, есть задумка получше…

Он задумчиво хлопнул в ладоши:

— Точно! А что, если соединить тебя с Кайтом? Вы ведь брат и сестра, так что части скрестятся без малейшего отторжения. Ну разве не гениальная идея?

Агнес молча испепеляла Трупную Забаву взглядом, а из её глаз сами собой потекли слёзы.

— Да, плачь. Наплачься вдоволь. После сегодняшнего дня плакать ты уже не сможешь.

Трупная Забава зловеще рассмеялся.

— Ну, пойдём. Поторопимся. Мне нужно столько всего подготовить, чтобы превратить тебя в материал…

Вдруг ухо некроманта дрогнуло.

Где-то вдалеке прогремел взрыв.

«Похоже, там ещё остались живые паладины?» — равнодушно подумал Трупная Забава.

Но вскоре раздался ещё один взрыв — на этот раз чуть громче прежнего.

«Их там уцелело больше, чем я предполагал?» — снова без особого интереса отметил он.

Спустя мгновение грохнуло вновь, и уже ощутимо ближе.

«Да что там творится…»

Взрывы следовали один за другим без перерыва, и с каждым разом грохот становился всё громче.

Глухой удар.

Свод пещеры, где стоял Трупная Забава, содрогнулся. Со стен посыпалась каменная крошка.

Глухой удар.

На этот раз тряхнуло так, что заходили ходуном камни под ногами. Грохотало словно за соседней стеной.

И в следующий миг с оглушительным треском стена рухнула.

Сквозь облако пыли и камнепад в пролом обрушились глыбы породы, и поверх этой груды обломков опустился человек.

— Ну и глубина, чёрт бы её побрал.

Мужчина отряхнул испачканную землёй одежду.

Трупная Забава в тот же миг узнал пришельца. Ошибиться было невозможно: наблюдая за крестовым походом, он первым делом внёс этого человека в список желанных материалов под первым номером.

— А вот и ты, сукин сын, — произнёс вошедший.

Дэмиен Хаксен.

Он стоял на куче обломков и смотрел на Трупную Забаву сверху вниз.