— Эй, Эос… Ты так и будешь стоять и смотреть? Немедленно останови его! — в панике крикнул Сриндер Верховному Мечу Империи.

Однако тот ответил с ледяным спокойствием:

— Командующий, вы требуете невозможного.

— Что ты сказал?

— Дэмиен Хаксен не мой подчинённый. Он даже не рыцарь Империи. Я не в том положении, чтобы отдавать ему приказы.

— И всё же останови его! Разве ты не слышал, как он заявил, что похитит эльфов, чтобы выведать расположение базы «Пандемониума»?!

Верховный Меч Империи переспросил, словно искренне не понимая собеседника:

— Дэмиен Хаксен не уступает мне в мастерстве. Вы действительно предлагаете нажить себе врага в лице столь могучего воина, когда мы и так ведём войну?

— Ты разве не слышал, что он только что нёс? Дэмиен Хаксен собирается…

— Дэмиен, похищать людей — это всё-таки перебор, не находишь? На такое я закрыть глаза не смогу.

Дэмиен лишь пожал плечами и ответил:

— На этот раз я спущу всё на тормозах из уважения к вам, но прошу — не мешайте мне покинуть дворец.

— Это твой выбор.

Слушая их перепалку, Сриндер с грохотом обрушил кулак на стол и рявкнул:

— Эос! Ты что, издеваешься надо мной?!

— Командующий, я прибыл сюда лишь для того, чтобы вернуть долг моей матери. Я вам тоже не подчинённый.

Голос Верховного Меча Империи похолодел, отчего по спине Сриндера пробежал мороз.

— Так что решайте. Либо вы примете требования Дэмиена, либо просто позволите ему уйти.

От нескрываемой угрозы Верховного Меча Империи на лбу Сриндера выступили капли холодного пота.

Мгновение спустя Дэмиен и Верховный Меч Империи вышли из зала заседаний.

— Дэмиен, поздравляю с включением в штурмовой отряд, — заговорил Верховный Меч Империи, едва они оказались снаружи.

В конце концов главнокомандующему пришлось уступить требованиям Дэмиена. Исход был предрешён: без него в беде оказался бы сам Альфхейм.

— Кстати, ты и впрямь пошёл ва-банк. Признаться, я был удивлён, — добавил Эос, хотя выражение его лица почти не дрогнуло.

— Почему вы так стремитесь помочь Альфхейму, несмотря на то, как они к вам относятся?

Дэмиен искренне этого не понимал. Верховный Меч Империи обладал и силой, и высочайшим положением. У него не было ни малейшей причины привязываться к Альфхейму.

— Они приняли прах моей матери.

Дэмиен в недоумении склонил голову набок. Разве этого достаточно?

— Эльфы презирают людей. Считают нас низшей расой. Поэтому любая связь между эльфом и человеком считается у них тягчайшим преступлением.

Столько Дэмиен уже знал. Эльфы от природы обладали многими талантами, недоступными людям: они были прекрасны, сильны и умели повелевать духами. Из-за этого они смотрели на человечество свысока, не скрывая своего высокомерия. Хотя на деле они были всего лишь побеждёнными изгнанниками, сбежавшими на остров, потому что не выдержали соперничества с людьми.

— Если подобное случается… провинившегося эльфа изгоняют с острова. Навсегда, без права вернуться, — продолжил Верховный Меч Империи, переводя взгляд за окно. — Моя мать покинула остров, чтобы увидеть большой мир, и тогда встретила моего отца. Она забеременела нами с братом.

— Должно быть, она приняла твёрдое решение.

На слова Дэмиена Верховный Меч Империи ответил горькой улыбкой. Дэмиен невольно удивился — он впервые видел на этом бесстрастном лице столь печальную улыбку.

— Думаю, то была лишь ошибка юности. После изгнания из Альфхейма за грех нашего рождения она каждый день тосковала по дому. Она умерла в тот самый год, когда мы стали взрослыми.

Для эльфа, представителя долгоживущего народа, столь ранняя смерть означала лишь одно — душа её была измучена. Вероятно, чужая среда и бескрайняя тоска по родине попросту сожгли её изнутри.

— Отец хотел похоронить её в наших родовых землях, но мы с братом решили иначе. Мы хотели исполнить последнюю волю матери. И потому отправились в Альфхейм.

Эос рассказывал спокойно, но Дэмиен понимал, чего им это стоило. Альфхейм находился под защитой Мирового Древа.

— Власти Альфхейма заявили, что законы никогда не позволят им принять прах моей матери. Но леди Милен проявила к нам милосердие.

— Так вот о каком долге вы говорили…

Верховный Меч Империи кивнул.

— Благодаря леди Милен мы с братом смогли предать прах матери земле Альфхейма. Я считаю это долгом чести, но вот… мой брат смотрит на всё иначе.

Эос замолчал и поднял глаза к небу, но Дэмиен успел заметить влажный блеск в его взгляде.

— Что-то я затянул эту скучную историю. Идём за мной. Мне нужно представить тебя кое-каким эльфам.

— Здесь есть и другие эльфы, с которыми мне стоит встретиться?

— Те, кто завтра пойдёт с тобой на штурм главной базы «Пандемониума». Операция начинается на рассвете, так что лучше познакомиться с ними сейчас… Что ты делаешь? — спросил Верховный Меч Империи, увидев, как Дэмиен вдруг начал разминать плечи и шею.

— Эти эльфы вряд ли мне поверят, так что придётся сразу доказать свою силу, разве нет?

— О, об этом можешь не беспокоиться. Эти ребята совсем другие.

Дэмиен озадаченно взглянул на него.

— Просто иди за мной.

Верховный Меч Империи привёл Дэмиена на королевский тренировочный полигон. Около десяти эльфов как раз вели спарринги, с лязгом скрещивая клинки. Едва двое вошли на площадку, взгляды всех присутствующих мигом обратились к ним.

— О! Это же господин Эос!

— Неужели и правда господин Эос?

Эльфы побросали оружие и со всех ног бросились к ним. Такой приём разительно отличался от поведения военачальников, и Дэмиен невольно моргнул от неожиданности.

— Эос! Почему вы пришли только сейчас?

— Мы вас тут целую вечность ждём!

Две эльфийки с сияющими от радости лицами тут же повисли на руках Верховного Меча Империи.

— Я уже слышала! Завтра мы наносим ответный удар по базе «Пандемониума», верно?

— Мы рассчитываем на вас, Эос!

Несмотря на столь тесное окружение двух красавиц, лицо Верховного Меча Империи оставалось невозмутимым.

— Мата, Хата. Сколько раз я просил так не делать?

— Ой, ну что вы! Мы же ничего плохого не делаем.

— Сделайте нам поблажку, тем более перед таким важным заданием!

— Нет.

Верховный Меч Империи решительно стряхнул их с себя, отчего на лицах Маты и Хаты появилось разочарование.

— Да вы пользуетесь куда большей популярностью, чем я думал, — шепнул Дэмиен ему на ухо.

Верховный Меч Империи небрежно бросил в ответ:

— Они считают меня своим наставником, наверное, потому что я показал им пару приёмов владения оружием.

Дэмиен в сомнении наклонил голову. Судя по реакции Маты и Хаты, одним уважением и доверием учениц к учителю тут явно не ограничивалось.

— Эй, Эос, а это ещё что за человек?

— Ты совсем глупая? Откуда в Альфхейме взяться другому человеку?

— Тогда неужели… этот мужчина и есть Дэмиен Хаксен?

— Да, вы угадали. Это именно тот Дэмиен Хаксен, что спас Синсию и сражался с Владыкой Вечного Пламени.

Мата, Хата и остальные эльфы уставились на Дэмиена с жгучим любопытством и восхищением.

— Дэмиен, позволь представить их. Это Мата и Хата — единственные в Альфхейме, кто сейчас способен призвать Короля Духов.

— Раньше нас было трое, но этот ублюдок, Владыка Вечного Пламени, убил нашу сестру и украл её Короля Духов, — на лице Маты появилась горькая улыбка.

— А вот эти эльфы… они призыватели, способные звать духов высшего ранга. Все они вошли в штурмовой отряд.

Дэмиен с изумлением окинул собравшихся взглядом. Без преувеличения можно было сказать, что призыватель, способный позвать Короля Духов, намного превосходил большинство воинов ступени Мастера. Двое призывателей Королей Духов и восемь заклинателей высших духов. По сути, здесь была собрана вся главная боевая мощь Альфхейма.

— В завтрашней операции вместо меня вас поведёт Дэмиен.

— А? Разве он не должен был остаться в крепости?

— Он сам настоял на том, чтобы войти в штурмовой отряд, поэтому мы поменялись ролями.

Верховный Меч Империи говорил так буднично, словно речь шла о пустяке, но вот энтузиазма у эльфов заметно поубавилось.

— Эос не пойдёт?

— Я знаю, что этот человек силён, но всё-таки без Эоса…

Пока среди эльфов нарастал тревожный ропот, Верховный Меч Империи твёрдо произнёс:

— Я ручаюсь за мастерство Дэмиена Хаксена. Этот человек равен мне по силе.

По сути, он повторил то же самое, что говорил главнокомандующему, но отклик здесь оказался совсем иным.

— Раз Эос ручается, тогда… думаю, ему можно доверять.

— Да, я слышал, он не уступил ни пяди самому Владыке Вечного Пламени.

— И ни один из заложников не пострадал.

И вправду, как и заверял Верховный Меч Империи, местные эльфы безгранично доверяли его слову.

— Разве я не говорил? Эти ребята совсем другие.

— И правда, — криво усмехнулся Дэмиен. Он никак не ожидал, что молодые эльфы окажутся настолько рассудительными.

— Операция начнётся завтра. Я выйду за пределы крепости, устрою переполох и оттяну на себя основные силы «Пандемониума». Тем временем ты поведёшь эльфов на штурм их штаба.

— Вы уверены, что справитесь в одиночку? — спросил Дэмиен, и в его голосе прозвучала неподдельная тревога.

Сейчас в стане «Пандемониума» находились и Владыка Вечного Пламени, подчинивший Короля Духов, и Четыре Великих Короля Демонов, и даже сама глава «Пандемониума». Вполне могло случиться так, что Верховному Мечу Империи придётся биться со всеми ими разом.

В ответ Верховный Меч Империи слегка склонил голову набок и спросил:

— Ты сейчас шутишь? Если да, прости, что не смеюсь.

Той ночью Дэмиен покинул свои покои и поднялся на крепостную стену. Сколько бы он ни лежал с закрытыми глазами, сон не шёл. От одной мысли о Доруго всё его тело начинало гореть. Кровь, закипавшая в жилах, не давала ему ни минуты покоя.

— … Наконец-то завтра всему придёт конец.

С самого своего возвращения в прошлое Дэмиен жил одной-единственной целью. Убить Доруго. Пока Доруго оставался жив, Дэмиен не мог обрести подлинный покой. Его не отпускал страх, что в любой миг Доруго снова явится и вновь ввергнет его и всю его семью в беспросветный ад.

— … Проклятый ублюдок.

Дэмиен с силой сжал камень в ладони, обратив его в мелкую пыль. Из глубин памяти медленно всплывали воспоминания обо всём, что сотворил с ним Доруго. Отчаяние, охватившее его в первую встречу, когда Доруго вырезал весь его отряд наёмников. Нестерпимая агония, когда тот превращал его в Рыцаря Смерти. Ощущение рукояти клинка в руках, когда он перерезал глотки своим родным и вонзал меч им в животы. Крики, проклятия и предсмертные вопли всех, кого он убил в облике Рыцаря Смерти.

— Я… прикончу тебя… собственными руками…

Дэмиен изо всех сил пытался унять себя, но его тело продолжало неудержимо дрожать.