Едва тёмный маг снял браслет, как всю пещеру поглотила тёмная магия. Пол, потолок, стены — всё почернело, словно зал укутало ночное небо.

— Чёрт бы всё побрал, — мрачно выдохнул маг, даже высвободив столь колоссальную силу. — Я ведь берёг это как козырь против Церкви.

Его глаза хищно сузились, впившись в Дэмиена.

— Раз уж дошло до такого, о лёгкой смерти даже не мечтай! Я заставлю тебя молить о ней!

Дэмиен пропустил угрозу мимо ушей. Всё его внимание было приковано к браслету, который только что снял колдун.

«Таить внутри столько тёмной магии, и чтобы я даже не почувствовал…»

Скрыть крупные запасы магии крайне непросто: чем больше её скапливается, тем отчётливее ощущается её присутствие. То же касалось и тёмной магии. Однако этот браслет удерживал её в себе настолько безупречно, что даже Дэмиен ничего не заметил.

«Неужели артефакт?»

Артефакт — редчайшее наследие давно сгинувших древних цивилизаций, наделённое поразительными свойствами благодаря технологиям, далеко опередившим нынешнюю эпоху.

— С такой вещицей при себе ты явно не заурядный тёмный маг. Кто ты такой?

— Мне нечего отвечать тому, кто сам скрывает своё имя, — вновь отрезал колдун. — … Хотелось бы так сказать, но я не такой невежа, как ты.

Он указал на своё запястье, где на предплечье красовалась татуировка белого цветка.

— Я известен как один из руководителей «Юлана», Акитора.

Тёмных магов презирали повсюду. Они использовали тёмную магию, чтобы уродовать людские души и тела, обращая их в покорных рабов, за что и снискали клеймо еретиков. Чтобы извести этих отступников, Святая Церковь несколько раз в год проводила карательные зачистки.

Однако тёмные маги не стали ждать у моря погоды. Для защиты от нападок Церкви они принялись объединяться в тайные организации, обмениваться сведениями и помогать друг другу. Со временем эти сообщества стяжали мрачную славу и разрослись настолько, что справиться с ними стало нелегко даже Церкви.

— Руководитель «Юлана»?

«Юлан» относился именно к таким организациям — его название было на слуху даже у такого провинциального дворянина, как Дэмиен. Сообщество это было сравнительно молодым и специализировалось главным образом на заказных убийствах при помощи тёмной магии. Хотя за ним тянулась череда громких преступлений, Церковь до сих пор не сумела его выследить — во многом благодаря выдающейся боевой мощи его членов. Зная, сколь грозной силой славится организация, гадать о способностях Акиторы не приходилось.

— И зачем же такому человеку наниматься к мелкой шайке вроде «Чёрного Змея»?

— Я просто хотел пересидеть в тени! Ни к кому я не нанимался!

«Пересидеть в тени?… А, неужели из-за Церкви?»

Если уж столь крупная фигура, как руководитель «Юлана», вынуждена так осторожно заметать следы, значит, Святая Церковь действительно пришла в движение.

— Слышал я слухи, что Церковь в последнее время устроила облаву на тёмных магов. Так вот почему ты притворялся третьесортным колдуном.

Услышав эти слова, Акитора недобро прищурился.

— Да, всё верно. Проклятье, угораздило же взяться за пустяковую работёнку ради деньжат и напороться именно на тебя. — Сплюнув ругательство, Акитора процедил: — Моё имя ты уже знаешь, а сам по-прежнему прячешься?

— Я никогда и не прятался.

— Ха, до сих пор держишь меня за дурака?

На лице Акиторы вспыхнул гнев, всколыхнувший окружающую тёмную магию.

— Впрочем, теперь уже всё равно, слушаешь ты или нет.

Без единого заклинания тёмная магия обрела зримую форму: из-под земли вырвались толстые щупальца и намертво оплели Дэмиена. Они сжали его с чудовищной силой.

— Проклятый ублюдок. Пожалеешь об этом на том свете.

Особого торжества от победы Акитора не испытал. Иной развязки он и не ждал с той минуты, как руководитель «Юлана» пустил в ход свою настоящую мощь. Пусть «Юлан» и не мог тягаться с такими исполинами среди тёмных сообществ, как «Бездна», что, по слухам, затаилась за стенами Империи, но и со счетов его сбрасывать не стоило…

В этот самый миг по щупальцам пробежали трещины, стремительно расползаясь по всей их длине. И со звоном бьющегося стекла они рассыпались на мелкие осколки. Тёмная магия рассеялась, а высвободившаяся мана закружилась вокруг бушующим вихрем.

— А я-то решил, что увижу какую-то выдающуюся тёмную магию, — спокойно произнёс Дэмиен посреди этого шквала. — Но на поверку — ничего особенного.

— Это… этого не может быть! — взвыл в мучительном отчаянии Акитора. — Я всю жизнь оттачивал это заклятие! Во всём мире им владею только я! Как… как ты смог?!

Пока Дэмиен владел Властью Чревоугодия, любые чары Акиторы были обречены на провал.

— Всю жизнь? Что-то слабовато для трудов целой жизни. Старайся получше.

Само собой, раскрывать свой секрет Дэмиен не стал, а лишь подлил масла в огонь.

— Тварь… Да я тебя сгною, чего бы мне это ни стоило! Я сделаю так, что ты…

Лицо Акиторы исказили разом и жгучий стыд, и ярость. Он принялся втягивать в себя всю тёмную ману, вырвавшуюся из браслета, и в его тело хлынул колоссальный поток зловещей энергии.

Угх, кха…

Похоже, нагрузка оказалась непомерной: Акитора побледнел как полотно, словно его вот-вот вывернет наизнанку.

— Если не тянешь — всегда можешь остановиться.

Акитора не ответил — вернее, у него попросту не осталось сил на ответ. На открытой коже, не прикрытой рукавами мантии, проступили чёрные линии.

— Это… магический круг?

Дэмиен тут же понял суть этих знаков: при помощи тёмной энергии Акитора вычерчивал магический круг на собственном теле. Но на этом колдун не остановился — он выхватил из-за пазухи кинжал.

— Проклятье, не думал, что придётся пустить эту магию в ход в подобной дыре!

Акитора полоснул себя лезвием по запястью. Брызнувшая кровь, коснувшись земли, тотчас обращалась в пепел. В тот же миг над головой мага вспыхнуло зелёное пламя; извиваясь, подобно змеям, языки огня закружились вокруг него.

Дэмиен с первого взгляда распознал природу этого огня.

— Позаимствовал силу у демона?

Искусные тёмные маги умели выторговывать могущество у демонов в обмен на жертву. Акитора призвал демоническое пламя, принеся в жертву собственную кровь и тёмную ману.

— Да! Это мощь демона! Пламя Преисподней!

Зелёный огонь обладал невиданной свирепостью: стоило ему коснуться каменного пола, как порода плавилась, растекаясь огненными ручьями, словно лава.

— Такое тебе уже не развеять! Это не просто тёмная магия — это сила самого демона! — Акитора выкинул руку вперёд. — Вперёд! Испепели его!

Демоническое пламя накрыло Дэмиена с головой — оно обрушилось скорее как бушующий вал, нежели обычный пожар.

«Он кое в чём крупно ошибся».

Вопреки расчётам Акиторы, Власть Чревоугодия была способна расщепить даже силу демона. Но в тот миг, когда Дэмиен уже собирался направить Власть на пламя, его осенила иная мысль.

«… А ведь мне вовсе не обязательно использовать Власть».

Пусть он и обладал Властью вдобавок к тёмной магии, по своей сути Дэмиен прежде всего оставался мечником. Даже в бытность Рыцарем Смерти, сталкиваясь с грозными противниками, он всегда полагался на клинок.

«С таким запасом тёмной маны я смогу применить фехтовальную технику тех времён, когда был Рыцарем Смерти».

В прошлой жизни Дэмиен вбирал в себя приёмы, увиденные в схватках с сильнейшими врагами, и сплавил их в единую технику меча. Вложив в неё все свои стремления, он назвал её «Мечом Рассечения Души». Лишь благодаря Мечу Рассечения Души ему некогда удалось достичь предела Божественного Меча.

Однако в новой жизни от этой техники пришлось отказаться: в её основе лежала тёмная магия, которой его нынешнее тело было лишено.

«Без тёмной маны внутри тела Меч Рассечения Души не применить».

Тёмная мана и природная мана в корне отличались друг от друга и не могли заменить одна другую. И всё же добывать тёмную ману ради Меча Рассечения Души он не помышлял. Получить её можно было лишь через трупы — не просто так тёмные маги шли на столь чудовищные преступления. Уподобляться им Дэмиен не собирался.

«Любопытно… Насколько полно у меня выйдет воплотить Меч Рассечения Души в человеческом теле?»

Дэмиен втянул тёмную ману в себя, и та послушно разлилась по телу, словно вернулась в родной дом. С лезвия длинного меча взметнулась кромешно-чёрная аура.

При виде её лицо Акиторы застыло от ужаса:

— Аура?! Ты… ты не тёмный маг?!

Дымчатая, пылающая точно огонь аура стянулась вдоль стали. Постепенно она обрела чёткие очертания, превратившись в угольно-чёрный клинок, будто поглощающий весь свет вокруг.

Клинок Ауры. Техника, подвластная лишь тем, кто ступил на ступень Мастера Меча. Несокрушимое оружие, способное поразить даже верховных созданий вроде драконов. И эта абсолютная мощь сейчас обрела плоть в руках Дэмиена.

— П-погоди секунду!

Дэмиен занёс меч. Воздух вокруг Клинка Ауры задрожал и пошёл рябью.

— С-стой! Я… я сдаюсь!

Дэмиен нанёс горизонтальный взмах. В сторону Акиторы метнулась тонкая чёрная черта, способная, казалось, рассечь надвое сам мир. Зелёное пламя оказалось поглощено этой чертой, и в то же мгновение в пещере не осталось ни единой искорки света.

— Пощ… А-а! П-пощади! Пощади меня!

Акитора попытался развернуться и броситься наутёк, хотя единственный выход преграждал Дэмиен. Но внезапно верхняя половина его тела съехала набок и рухнула на землю. Ошеломлённый, он оглянулся: обе его ноги продолжали стоять на прежнем месте, отсечённые так чисто, что он даже ничего не заметил.

— А-а-а! Нет! А-а-а-а-а-а! — зажимая обрубки бёдер, Акитора завопил от нестерпимой боли.

— Слишком шумно.

Оказавшийся вплотную к нему Дэмиен отвесил магу пощёчину, и крики мгновенно оборвались.

— М-мои… мои ноги… ноги…

— Потрясение, конечно, немалое. Но сейчас не время о них переживать.

Дэмиен приставил острие длинного меча к горлу Акиторы, отчего с лица того сошла последняя краска.

— У-умоляю, пощадите. Я… я не хочу умирать.

— Жить хочешь? — усмехнулся Дэмиен. — Тогда придётся заплатить чем-то иным, помимо собственной жизни.

— Вот… вот всё, что у меня есть! — Акитора поспешно выложил перед Дэмиеном все свои пожитки.

Дэмиен раздражённо оглядел разложенные вещи:

— И это действительно всё?

Книга с проклятиями тёмной магии, браслет с руки Акиторы и мешочек с золотыми монетами. Все припасы, полученные от «Чёрного Змея», сгинули во время боя.

— И это крупный руководитель «Юлана»? Чего такой нищий?

— Я же бежал от Церкви…

— Бестолочь, надо было прихватить побольше.

Дэмиен слегка постучал длинным мечом по голове Акиторы. Тот пошёл красными пятнами от страха и паники. В книге тёмной магии не оказалось ничего стоящего, поэтому Дэмиен сразу же поднял браслет. По правде говоря, уже один этот предмет представлял собой огромную ценность.

— Что это за браслет? Артефакт?

— Д-да, именно так.

Как Дэмиен и предполагал, вещица оказалась непростой.

— Какие именно у него способности?

— О-он может вмещать в себя любую энергию — хоть природную ману, хоть тёмную, без разницы. Кроме того, у него есть свойство сокрытия, так что хранящуюся внутри силу никто и никогда не обнаружит.

— Уверен?

— Т-то, что мне удалось дожить до сегодняшнего дня, — достаточное тому доказательство.

С довольным видом Дэмиен ещё раз осмотрел браслет. Пусть устроен он был довольно просто, но для него подходил как нельзя лучше.

«Я смогу хранить внутри тёмную ману и при надобности использовать тёмную магию».

Как доказал сегодняшний бой, с помощью тёмной магии можно воспроизводить техники меча, освоенные в прошлом. Конечно, прежней мощи они не достигнут, но против сильных врагов послужат отличным козырем. Правда, тёмная магия была опасной силой: раскройся всё — и по его душу явилась бы Святая Церковь. С этим же браслетом о подобных угрозах можно было забыть.

«При должном умении я, пожалуй, вновь сумею достичь предела Божественного Меча».

Сражаясь со множеством могучих противников, Дэмиен Хаксен впитывал их навыки и приёмы и на этой основе достиг предела Божественного Меча. Одолеть Доруго в прошлой жизни он сумел лишь тогда, когда обрёл эту ступень.

— Но если серьёзно: неужели это конец? Больше ничего нет?

— Н-нету, правда! Прошу, уберите меч!

— Нет, что-то должно быть. Поскреби по сусекам, — произнёс Дэмиен, приподнимая клинок.

— Как же я достану то, чего нет…

И тут на лице Акиторы мелькнул проблеск надежды. Порывшись в кармане, он вытащил записную книжку.

— Это ещё что?

— Э-это бумага, куда главарь «Чёрного Змея» заносил всё, что я просил закупить! Если заглянете в указанные там лавки, сами сможете всё подтвердить!

— Ого?

Дэмиен раскрыл книжку и проверил содержимое. Сделки по закупке материалов были расписаны с дотошной точностью.

— Е-если предъявить эти записи, можно доказать, что сделки и вправду заключались! Вы же знаете, что подобная торговля — тягчайшее преступление? Если разыграть всё с умом, можно накрепко повязать между собой и нашу организацию, и «Чёрного Змея»!

— Тогда я смогу стереть «Чёрного Змея» в порошок, даже пальцем не пошевелив.

— До чего же вы смышлёный, сразу ухватили суть!

Оба громко рассмеялись. Затем Акитора осторожно спросил:

— Теперь вы ведь пощадите мне жизнь, верно?

— Нет.

Дэмиен взмахнул длинным мечом и снёс Акиторе голову.

— Я не прощаю тех, кто покушается на мою семью.

Схватив голову Акиторы, Дэмиен убрал её в подвернувшийся рядом подходящий мешок.

— Да и доказательство мне нужно веское.

Что толку от одной записной книжки? Требовалась неопровержимая улика, подтверждающая причастность настоящего тёмного мага. Вот только оставлять Акитору в живых было бы для Дэмиена слишком опасно.

— Что ж, пора наведаться к «Чёрному Змею» и преподать им урок?

С этими словами Дэмиен вышел из пещеры.