Сбросив бомбу, Маркус тут же до упора рванул на себя рычаг форсажа.

Подвешенные по бокам от баллона ветряные двигатели взревели на пределе возможностей, унося дирижабль круто вверх, а мгновение спустя за кормой полыхнуло ослепительное зарево.

Вслед за беззвучной вспышкой по земле прокатилась чудовищная ударная волна. Она смела военный лагерь словно карточный домик: двери, ставни, палатки, деревянные помосты, повозки и коновязи — всё разлетелось в щепки.

Когда вал сжатого воздуха схлынул, в небо взметнулся гигантский столб пыли и дыма, ещё долго застилавший обзор.

Лишь когда завеса наконец осела, в центре лагеря обнажилась глубокая воронка. В радиусе пяти метров от эпицентра любая материя попросту испарилась, а на десять метров вокруг с земли начисто срезало верхний слой грунта.

Впрочем, погибших оказалось немного. Все, кто находился дальше десяти метров от точки падения, отделались контузией — всё-таки взрыв состоял из чистой магической энергии и не давал убойных осколков. Зато от лагерных построек остались одни руины.

— Ц-ц-ц, по мощи едва дотягивает до Падения метеора. Слабовато, — пренебрежительно цокнул языком Негрис, сравнивая взрыв с разрушительным заклинанием девятого уровня, стоящим на пороге запретной магии.

— Действительно слабовато. Спалить за раз несколько сотен магических кристаллов ради такого скромного хлопка — чистое расточительство. Единственный плюс — не нужно тратить время на чтение заклинания, так что для внезапной диверсии сгодится, — согласился Рог.

Снаряжать каждую такую болванку сотнями кристаллов накладно даже для купающейся в золоте Церкви Света — подобное оружие берегут лишь для особо важных целей. К тому же доставить заряд к месту взрыва — та ещё задачка: не будь дирижабль собственностью самого Ордена Серебряных Рыцарей, кто бы позволил ему беспрепятственно зависнуть прямо над штабом?

— Ну что там? Командование накрыло?

— Похоже, нет. Внизу царит суматоха, но паники не видно — строй держат, управление войсками не потеряно. Значит, верхушка уцелела, ну или погибла не вся.

На этих словах из клубов пыли в небо свечой взмыли несколько Священных духов. Не желая связываться с этими бронированными дуболомами, Маркус выжал из двигателей все соки, и вскоре дирижабль благополучно растворился в облаках.

— Дальше поведёшь машину в оазис сам. Святая дева Лиза уже ждёт тебя на месте, после посадки поступаешь в её полное распоряжение, уяснил? Пока будешь числиться под началом Валигу — вы оба гоблины, так что общий язык найдёте быстро, — раздавал указания Негрис.

Маркус знай себе заискивающе кивал, даже не помышляя о побеге, ведь прямо за его спиной неподвижными изваяниями застыли два закованных в глухую броню Мечника в тяжелой броне.

Перед уходом Анге вытащил из пространственного кармана парочку обращённых в зомби латников — по словам Негриса, для усиления охраны борта, чтобы ценный трофей ненароком не угнали обратно.

Вот только эти молчаливые стражи в любой момент могли разрубить самого капитана от плеча до седла одним взмахом двуручника.

Впрочем, Маркус и без конвоя не собирался предавать новых хозяев. После снятия ненавистной Метки Разложения во всём теле ощущалась невероятная лёгкость, а вечная давящая тяжесть, преследовавшая его после приёма церковных пилюль, исчезла без следа.

Это лучше любых слов доказывало, что рассказ дракона — чистая правда: Церковь Света годами травила его ядом ради удержания на коротком поводке, выдавая отраву за спасительное лекарство от старых ран.

Одного этого открытия хватило, чтобы гоблин возненавидел церковников и Орден Серебряных Рыцарей всеми фибрами души.

Поэтому он безропотно соглашался с каждым словом Негриса, пока не услышал знакомое имя:

— Валигу? Тот самый гоблин? Лауреат Премии «Золотая шестерёнка», великий мастер Валигу?!

— Ну да, он вроде бы хвастался какой-то шестерёнкой. Ты его знаешь? — уточнил Негрис.

— Лауреат Премии «Золотая шестерёнка»! Да каким же дремучим невеждой надо быть, чтобы не знать это имя?! Это же высшая награда в мире инженерии... — Голос Маркуса стремительно терял уверенность и под конец сошёл на жалкий писк: заметив кривую ухмылку на морде дракона, гоблин мгновенно прикусил язык.

Господин Негрис явно слыхом не слыхивал ни о каком Валигу, а он только что в глаза обозвал его дремучим невеждой...

Пока взбешённый дракон не вышвырнул его за борт без парашюта, Маркус лихорадочно перевёл тему:

— К слову, ходят слухи, что тот стальной шар с бомбой внутри изобрёл именно мастер Валигу!

— О как? А я-то гадал, чего это начинка так смахивает на снаряды от Магической Яичной Пушки, — протянул Негрис, сменяя гнев на милость.

...

Отправив дирижабль в оазис, отряд под предводительством Рога спустился на землю и нырнул в неприметный лаз среди красных скал.

— Город Тёмной Стороны продержался так долго исключительно благодаря здешнему рельефу. Нырнёшь в любую расщелину на поверхности — и попадёшь в разветвлённую сеть подземных галерей. Причём две соседние дыры в скале вполне могут вести в совершенно разные туннели: вы будете слышать голоса друг друга буквально за тонкой стенкой, но чтобы встретиться лично, придётся петлять по переходам добрых полчаса. Чужак, не знающий здешних троп, заблудится в два счёта.

Прошагав за спиной Рога около получаса, Негрис на собственной шкуре прочувствовал всю коварность подземного лабиринта и невольно покачал головой:

— Теперь понятно, почему Орден Серебряных Рыцарей за сотни лет так и не сумел вас выкурить, а Церковь не расформировывает их гарнизон. В такой каменной губке не то что перебить нежить — даже просто напасть на ваш след сродни чуду.

— И то верно. Живым людям нужно пить, есть и справлять нужду, поэтому они неизбежно оставляют следы. А если прижмут нашего брата мертвеца — мы просто уйдём на второй или третий ярус, и пусть ищут хоть до скончания веков. Вся беда в том, что за последние годы в пещеры набилось слишком много живых, и нам то и дело приходится расхлёбывать кашу за них, — со вздохом посетовал Рог.

Негрис хитро прищурился и осторожно закинул удочку:

— А тебе никогда не приходило в голову, что Орден Серебряных Рыцарей намеренно сгонял сюда этих беженцев?

Шаг Рога сбился. Чёрный воин на мгновение замер, а когда двинулся дальше, его статная фигура словно осунулась под непосильной тяжестью.

— Надо же, господин Негрис, вы раскусили их замысел с полуслова. Эх, а ведь мы, глупцы, прозрели лишь много лет спустя. Вот только все эти люди — несчастные, обездоленные бедолаги, которым больше некуда податься. Среди них нет ни церковных лазутчиков, ни фанатиков Света. Ну поняли мы всё, и что толку? Не вырезать же их всех поголовно? — В голосе Рога сквозили глухая тоска и бессильная горечь.

— То, что к вам не засылали шпионов, вполне логично: среди высшей нежити полно мастеров чтения душ, лазутчиков бы вычислили мгновенно. Рыцарям требовалось лишь одно — чтобы вы не убивали пришельцев. Живые люди едят, пьют и мусорят, выдавая ваше присутствие, а размножаясь, занимают всё больше пещер и постепенно вытесняют нежить с обжитых мест. Безупречный по своей подлости расчёт.

— Именно так. До меня эта истина тоже дошла далеко не сразу. Знаете, кого именно рыцари пригнали сюда в первых партиях? — горько усмехнулся Рог. — Когда мы ещё совершали вылазки на земли людей, то подобрали и привели с собой немало обращённых мертвецов из местных. Разумеется, у многих на поверхности остались семьи. И в первых рядах беженцев сюда хлынули именно их кровные родственники! Какое там убивать — нашим товарищам-личам, которым на вид не дашь больше тридцати-сорока лет, пришлось нянчить внуков своих семидесятилетних детей! Потом дети умерли от старости, внуки подросли — пришлось искать им невест, а когда пошли правнуки — ломать голову, где раздобыть молока и мяса для малышни...

— В итоге все живые обитатели пещер переженились и породнились с нашими личами. Большинство мертвецов теперь числятся у них прапрадедушками и прапрабабушками! Некоторые бедолаги нянчат чужих отпрысков уже не одну сотню лет — теперь у них при одном взгляде на очередного внучка начинается упадок духовных сил!

— Пф-ф! — Негрис не выдержал и прыснул со смеху.

— Уводя за собой всю нежить города в этот раз, я решил сжать сердце в кулак и разом сбросить с наших плеч эту неподъёмную обузу. А если попутно удастся увести за собой и Орден Серебряных Рыцарей — будет совсем славно. Места в Городе Тёмной Стороны предостаточно, без вечных облав с поверхности люди заживут здесь припеваючи, — вздохнул Рог.

Негрис покачал головой:

— Наивный ты. Ордену Серебряных Рыцарей нужен сам факт существования врага, а не победа над ним. Раз уж вы ушли, место главного пугала для церковников займут оставшиеся в пещерах живые.

Фигура Рога вновь одеревенела, и дальше он шёл в гробовом молчании.

Оставив пустые разговоры, Негрис принялся изучать окрестности и вскоре подметил одну любопытную деталь: Рог неизменно выбирал те переходы, куда сквозь трещины в сводах пробивался прямой или хотя бы отражённый солнечный свет.

На любой развилке из двух туннелей — одного кромешно-тёмного и другого, едва подсвеченного тусклым лучом, — Чёрный воин безоговорочно сворачивал во второй. Хотя, казалось бы, мертвецу солнечный свет для ориентации в пространстве совершенно ни к чему.

— А, тут всё просто. Галереи, куда проникает солнечный свет, мы называем первым ярусом. У него есть одно замечательное свойство: здесь невозможно заблудиться с концами. В крайнем случае всегда можно вскарабкаться по скале наверх и выбраться на поверхность, поэтому мы в основном держимся именно этих пещер. А вот тёмные коридоры, куда солнце не заглядывает никогда, — это уже второй ярус. Там туннели переплетаются в такой чудовищный клубок, что без предварительной разведки я ни за что не рискну повести вас туда: раз свернёшь не в ту штольню — и поминай как звали, — пояснил Рог.

— Погоди-ка, ты ведь минуту назад упоминал второй и третий ярусы. Значит, есть ещё и третий? — уточнил Негрис.

— Верно. Третьим ярусом мы зовём систему практически вертикальных колодцев, уходящих вглубь земли на несколько километров, которые ведут в полностью изолированные подземные полости. Мне доводилось заглядывать туда пару раз — там сформировалась совершенно чуждая поверхностному миру экосистема с диковинными тварями. Но лабиринт оказался настолько запутанным, что лезть глубже я не решился.

— Вы ведь знаете, что я Чёрный воин и в развоплощённом состоянии способен проходить сквозь каменную толщу на некоторое расстояние. Заблудившись на втором ярусе, я в худшем случае просто просочусь сквозь потолок наверх. Но третий ярус залегает слишком глубоко: если я потеряю дорогу там, мне не хватит сил пробить километры породы, и я останусь погребённым заживо навеки. Если ваш Хермертос и впрямь прячется в Городе Тёмной Стороны, то искать его логово стоит именно в изолированных пещерах третьего яруса, — подытожил Рог.

Выслушав эту мрачную лекцию, Негрис тут же захотел дать задний ход. Сгинуть без вести в многокилометровом подземном лабиринте — перспектива совершенно не радужная. Даже с титулом Бога Нежити Анге рисковал застрять в каменном мешке до скончания времён!

Дракон уже повернул голову, чтобы отговорить скелета от безрассудной затеи, но позади никого не оказалось.

— Квабада! Да куда ты подевался?! — Негрис не на шутку перепугался. Неужели умудрился отстать и потеряться уже на первом ярусе?! Если они разминутся в этих катакомбах, даже духовная связь не гарантирует, что они сумеют отыскать друг друга!

К счастью, Анге ушёл недалеко. Пробежав несколько десятков метров назад по коридору, дракон обнаружил Маленького зомби, Скелета-ангела и Молнию, которые дружно сидели на корточках у края невысокого уступа. Внизу раскинулась довольно ровная и просторная подземная площадка, где при свете пробивающихся сверху лучей смутно угадывались очертания старых межей и оросительных канав.

Негрисобречённо прикрыл морду лапкой. Что ж, причина внезапной остановки Анге прояснилась сама собой.

Впрочем, это был отличный повод отговорить скелета от охоты на Хермертоса! Дракон тут же ухватился за подвернувшуюся возможность:

— Ого, да тут у нас заброшенные пашни!

Анге заворожённо кивнул.

— И рельеф ровный, и света вдосталь — идеальное местечко для разбивки огорода!

Анге с жаром закивал.

— А вон там в углу ещё и ручеёк журчит! Стоит прокопать пару арыков, и вода сама пойдёт на грядки — сажай не хочу, сплошная экономия сил и времени!

Череп Анге затрясся в неистовом согласии.

— Ну так давай останемся здесь, засадим всё овощами и плюнем на этого Хермертоса! — ловко подвёл черту Негрис.

Анге решительно покачал головой.

— ... — Провал хитроумного плана поверг дракона в уныние, и он в сердцах воскликнул: — Дался тебе этот Хермертос! Почему ты так рвёшься прикончить его лично?! Давай просто шепнём словечко Энтони, пусть сольёт координаты логова кому надо, не упоминая наших имён! За последние столетия объединённые армии людей, эльфов и гномов выжигали культ Хермертоса под корень бессчётное число раз — неужто не справятся снова, прежде чем он расплодит своих жуков?!

— Нашествие насекомых. Саранча. Жрёт посевы. Не растут, — отрывисто произнёс Анге.

— То есть ты воспринимаешь его жуков как угрозу урожаю? Нет, врёшь! Даже ради борьбы с саранчой ты бы ни за что не бросил грядки с таким рвением! Тут явно кроется что-то ещё. А ну колись! — Негрис мгновенно раскусил попытку скелета отделаться полуправдой.

Раньше этот костяной увалень был прост как три копейки и всегда рубил правду-матку. Но с тех пор, как Негрис принялся запрещать ему разбивать огороды на каждом свободном пятачке, Анге наловчился юлить. Врать в глаза он ещё не научился, зато освоил искусство умалчивать о главном, выпячивая второстепенные детали. Если не прижать его к стенке прямым вопросом, самую суть он ни за что не выложит.

К тому же словарный запас Анге давно позволял ему связывать в одно предложение по пять и более слов. И если сейчас он снова принялся цедить рубленые фразы по одному словечку — значит, точно что-то темнит!

— Если сжечь жуков в пепел, на нём можно выращивать Мировое древо, — наконец признался Анге.

— Да мы и без всякого жучиного пепла прекрасно выращиваем Мировые древа! — в недоумении возразил Негрис, но едва последние слова слетели с его языка, как в голове мелькнула безумная догадка. Сознание дракона со свистом метнулось обратно во Дворец Упокоения, и его настоящее тело стрелой пронеслось над подземными угодьями.

В дальнем углу фермы прямо из земли торчал воткнутый в грядку обломок ветви Мирового древа. Почва вокруг него была густо перемешана с чёрной драконьей землёй и тем самым серым пеплом от сожжённых жуков. На голом сучке уже набухли крошечные зелёные почки, а неровные серые пятна на коре красноречиво свидетельствовали о том, что раньше эта ветка была поражена скверной.

Да-да, это была одна из тех самых больных ветвей Мирового древа, которые эльфы бесплатно раздавали на каждом углу через сеть порталов всем, кто брался отыскать способ исцеления их святыни!

Заключив сделку с разумным Мировым древом, Негрис в своё время выпросил у остроухих ещё несколько толстых сучьев, рассчитывая выжать из них остатки сил для получения новой партии семян. Однако позже выяснилось, что девать саженцы и так некуда, поэтому заражённые коряги просто сваляли в дальнем углу.

И вот теперь Анге воткнул самый толстый из больных сучьев в удобренную пеплом землю, заставив его пустить свежие ростки! Более того, мертвенные серые пятна на коре заметно побледнели — стоило Негрису легонько соскрести верхний слой когтем, как под ним обнажилась здоровая, сочная древесная ткань.

— Т-ты... Ты сумел оживить поражённую скверной ветвь?! Да эльфы же умом тронутся! — ошеломлённо пролепетал Негрис.

Почему Гэладриэль и её народ метались в таком отчаянии? Потому что их великое древо умирало! По всем законам природы ему оставалось жить ещё добрых девять тысяч лет, но неведомый недуг сжирал его изнутри.

Эльфы выложили целое состояние, выкупив у Анге в общей сложности двадцать молодых деревьев. Цепляясь за последнюю соломинку, они пытались взять числом, отчаянно надеясь, что хотя бы один из неразумных саженцев однажды пробудит собственное сознание и заменит собой умирающего прародителя.

Но если они прознают, что Анге сумел привить и вылечить гниющую ветвь их главного древа... Если выяснится, что смертельную болезнь можно обратить вспять и позволить древнему исполину прожить отведённые ему девять тысячелетий — весь эльфийский род в самом деле сойдёт с ума от счастья!

Шутка ли — девять тысяч лет! Многие разумные расы за всю свою историю не существовали так долго!

— Неужели этот жучиный пепел и впрямь творит такие чудеса? Слушай, а может, пойдём и нажжём ещё пару куч про запас? — Мировоззрение Негриса перевернулось в одночасье: минуту назад он боялся совать нос вглубь пещер из-за риска заблудиться, а теперь сам горел желанием набрать побольше бесценного удобрения.

И словно в ответ на его мысли, из глубины бокового туннеля внезапно донеслись пронзительные крики и топот множества ног. Звуки стремительно приближались, и вскоре из темноты вывалилась толпа из полутора десятков измождённых людей, тащивших на себе стариков и детей.

Едва не налетев с разбегу на компанию Анге, беглецы на миг опешили, а затем один из мужчин радостно заорал во всё горло:

— Господин градоначальник Рог?! Спасите нас! А-а-а!

Черно-бурый жук с разлёту впился мужчине прямо в шею и одним движением жвал вырвал клок живой плоти, заставив несчастного зайтись в истошном крике.

Следом из-за поворота пещеры, окружённый целым ковром копошащихся панцирных тварей, неспешно вышел человек, с головы до ног закутанный в тёмный плащ:

— Кхе-хе-хе, ну и куда это вы так припустили? А ну-ка, ведите меня к вашему стойбищу, мои милые детки жутко проголодались!