— Это песчаные бандиты! Быстрее, быстрее, уходим! — выкрикнул странствующий торговец Эрик.

Вскочив в седло, он разрубил верёвки, крепящие одну из повозок, после чего остальные члены каравана погнали своих лошадей с товаром в безумную скачку.

Эрик был матёрым пустынным торговцем. Его караван состоял из двенадцати человек — все проверенные товарищи, круглый год курсирующие по этому торговому маршруту. Каждую дюну, каждую пустошь и каждый оазис он знал как свои пять пальцев. А ещё лучше он знал повадки песчаных бандитов, раз за разом успешно избегая встреч с ними.

Иначе и быть не могло. Если бы он не умел прятаться, его караван давно бы сгинул в песках, а его собственная голова навсегда рассталась бы с плечами.

И всё же Эрик всегда возил с собой немного подношений. В этих тюках лежали вещи, столь ценимые бандитами: мази от геморроя и солнечных ожогов, чай, иголки с нитками, средства для повышения потенции и прочие мелочи. Стоили они копейки, но разбойники их обожали.

Подобные дары лежали в отдельной телеге. В критической ситуации торговец просто бросал эту повозку, позволяя бандитам передраться за добычу.

Некоторые песчаные бандиты, предпочитающие не резать курицу, несущую золотые яйца, видя подобную сговорчивость, прекращали погоню.

Благодаря этой уловке Эрику неоднократно удавалось уйти от преследователей. Однако в последнее время обстановка в пустыне начала меняться.

Во-первых, численность песчаных бандитов на торговых путях резко возросла. Складывалось впечатление, словно сюда стянулась добрая половина всех головорезов пустыни. За время пути Эрик наткнулся на них уже трижды.

Это было совершенно ненормально. Опираясь на свой богатый опыт, он всегда обходил главные тракты. Обычно караваны предпочитали двигаться по прямой — кратчайшему расстоянию между двумя оазисами или источниками воды. И именно на этих прямых песчаные бандиты устраивали засады.

Поэтому Эрик предпочитал делать крюк, избегая нахоженных троп. Пусть это занимало больше времени, зато гарантировало безопасность.

Разумеется, подобная дерзость была по плечу лишь такому опытному торговцу, как он. В бескрайней пустыне, лишённой надёжных ориентиров, стоило лишь на волосок разминуться с источником воды или оазисом, и весь караван ждала неминуемая смерть.

Но сейчас, даже двигаясь в обход, он умудрился наткнуться на целых три банды! Страшно представить, сколько же разбойников кишит на прямом маршруте.

В первые два раза им удалось уйти благодаря резвости лошадей. Но на третий раз кони выбились из сил, и торговцу пришлось пожертвовать телегой с подношениями.

Вот только бандиты, облепив брошенную повозку и заглянув внутрь, вновь пришпорили коней и возобновили погоню, что-то громко крича.

Эрик не стал вслушиваться, а лишь ожесточённо стегал коня. В его караване на каждую телегу приходилось по три лошади, а на поверхность колёс было наложено Заклинание Замедления. Благодаря этому на высокой скорости повозки не вязли в песке.

Это было самое дешёвое и эффективное решение для пустыни, истинное порождение народной смекалки. Кто бы мог подумать, что магия, изначально предназначенная для замедления движущихся объектов, окажет столь чудотворное воздействие при контакте с рыхлым песком?

То ли телега с дарами задержала бандитов, то ли лошади торговцев обрели второе дыхание, но каравану Эрика вскоре удалось оторваться от преследователей. Лишь тогда он повернулся и спросил у товарищей:

— Что там кричали эти головорезы?

Ему ответила едущая позади спутница. Она была с ног до головы закутана в плотный плащ, а глаза скрывала вуаль.

— Они кричали, что им не нужны средства для потенции. Им нужна вода. Сказали, что готовы заплатить за неё золотом.

— Ха! Держи карман шире! — злобно сплюнул Эрик. — Эти ублюдки испорчены до мозга костей. Заплатят они, как же! Слыхано ли, чтобы песчаные бандиты покупали товары за свои кровные? Наверняка хотели обманом заставить нас остановиться, перерезать всем глотки и забрать всё добро!

— Их было немного. Если пожелаешь, я могу убить их всех, — совершенно безэмоционально произнесла фигура в плаще.

— Нет, нет, нет! Не нужно хвататься за оружие при любом удобном случае. Мы торговцы и должны действовать по торговым правилам. Где нужно — поторгуемся, где нужно — откупимся, а где нужно — поделимся прибылью. Все деньги в мире в одиночку не заработаешь. Долгосрочная выгода кроется во взаимном сотрудничестве. Если песчаные бандиты исчезнут, кому я буду сбывать свои самые дорогие товары? — принялся горячо убеждать её Эрик.

Песчаные бандиты повышали опасность маршрута, а значит, росли и транспортные расходы. Это, в свою очередь, естественным образом взвинчивало цены на товары. Сейчас одну повозку можно было продать в четыре, а то и в пять раз дороже обычного. Встретить столько разбойников за одну поездку — огромный риск. Придётся поднимать цены.

Выслушав эту тираду, спутница в плаще сквозь стиснутые зубы процедила:

— Спекулянт.

Вдалеке, на вершине песчаной дюны, неожиданно показались люди. Белые головные платки, верблюды — типичный облик жителей пустыни.

— Откуда здесь жители пустыни? Поблизости нет ни одного оазиса. Неужели это разбойники расставили сети? — Эрик мгновенно натянул поводья, останавливая лошадь, и принялся издалека изучать подозрительных незнакомцев.

Обитатели пустыни тоже заметили отряд торговца. Раздался предупреждающий клич, и на гребень дюны тут же выбежало несколько человек, настороженно вглядываясь вдаль.

Вероятно, разглядев одежду Эрика и его гружёные повозки, они вскоре расслабились. Все, кроме первого дозорного, вернулись за дюну.

Подобная реакция была абсолютно типичной для мирных жителей пустыни. Эрик поспешно взял под уздцы ещё одну лошадь и, ведя её рядом с собой в качестве заводной, двинулся навстречу. Если это засада бандитов, с двумя конями ему будет легче сбежать. А если это действительно жители пустыни, значит, он нашёл новых клиентов.

Увидев, что торговец приближается в одиночку, дозорный убрал руку с эфеса сабли. А когда Эрик поднял обе руки вверх, житель пустыни ответил тем же жестом, демонстрируя отсутствие враждебных намерений.

Вскоре они сблизились на расстояние, достаточное для разговора. Житель пустыни громко крикнул:

— Караван?

— Караван! — во весь голос отозвался Эрик.

— Куда путь держите?!

— В Оазис Надежды!

— Так мы как раз оттуда! Что везёте?!

— Чай, масло, железные котлы, иголки, лекарства, книги и ткани!

— А семена есть?

— Что? Семена? Какие ещё семена? Зачем мне везти в пустыню семена?

— Да нет, ничего такого. Просто ребятишкам дома стало любопытно. Хотят посмотреть на семена растений, которых нет в нашем оазисе. Раз нет — значит нет.

Кем был Эрик? Старым, хитрым и изворотливым пустынным торговцем. Он с первого взгляда понял, что житель пустыни темнит. Взяв этот факт на заметку, он задал встречный вопрос:

— А вы? Что вы здесь делаете?

— Дорогу строим. Считайте, вам крупно повезло. Как только закончим, добираться до оазиса станет куда быстрее, — ответил житель пустыни.

— Дорогу строите? Да ты... — Эрик едва сдержал порыв прямо на месте размозжить этому наглецу череп. Нести такую чушь! Строить дорогу в песках?! У какого идиота вообще повернулся язык выдумать подобное оправдание? Уж если врёшь, имей хоть каплю уважения к тому, кого пытаешься обмануть! Кто в здравом уме поверит в этот бред?

— Не веришь? — житель пустыни мгновенно разозлился, стоило ему увидеть выражение лица торговца. — Не веришь — иди и посмотри сам!

Эрик с опаской приблизился к краю дюны и заглянул вниз.

Перед ним предстала дорога, тянущаяся от самого горизонта и упирающаяся прямо в подножие дюны. На самом её острие двое магов-«людей» непрерывно творили заклинания, бомбардируя песок потоками магии. Когда концентрация энергии достигала предела, песок с глухим стуком проседал, превращаясь в идеально ровное и прочное покрытие из песчаника.

По обочине каменного тракта суетились жители пустыни. Они таскали на плечах рулоны травяного настила, укладывали их на песок через равные промежутки и обильно поливали водой.

По уже готовому участку дороги нескончаемым потоком сновали повозки, доставляющие всё новые запасы воды и травяных ковров для укрепления обочин. Судя по слаженным, отточенным движениям людей, эту операцию они проделывали уже далеко не в первый раз.

— Вы... вы и впрямь строите дорогу... Вы совсем обезумели? — потрясённо прошептал Эрик.

Житель пустыни со звонким лязгом наполовину вытащил саблю из ножен и рявкнул:

— Кого это ты назвал безумцем?!

— Нет, нет, вы не так поняли! — Эрик спешно пошёл на попятную. — Я имел в виду, что любую дорогу, проложенную в пустыне, через пару дней неизбежно занесёт песком!

Он быстро осознал свою оплошность. Двое магов, прокладывающих тракт, явно обладали чудовищной, непостижимой силой. Огромные куски дороги формировались на их глазах без малейших усилий, магам даже не приходилось переводить дух. Назвать таких монстров безумцами — всё равно что добровольно подписать себе смертный приговор.

Дозорный тоже понимал, что слова сорвались с языка торговца не со зла, иначе сабля покинула бы ножны целиком.

— Ничего ты не понимаешь. Видишь травяные настилы? — с гордостью произнёс житель пустыни. — Если укладывать их на определённом расстоянии, дюны по краям дороги уже не смогут осыпаться и перекрыть путь.

— Но... но если стелить их прямо так, разве их не выжжет солнце уже на следующий день? Трава даже не успеет пустить корни! — с тревогой возразил Эрик.

— Нам нечего бояться. С нами Бог Нежити, эту траву не возьмёт никакой зной, — самодовольно ударил себя в грудь житель пустыни.

— А? Нежити? — Эрик мгновенно насторожился. Неужели речь о той самой нежити, о которой он сразу подумал?

— Именно так. Тот самый Бог, что дарует растениям вечную жизнь, защищая их от палящего солнца. Бог Неувядания, — с жаром подтвердил дозорный.

«Эй-эй, приятель, ты, кажется, всё перепутал! Разве "нежить" означает это? Скорее уж "неувядающий"!».

Слово «нежить» было весьма щекотливой темой, поэтому Эрик не отважился вступать в споры с местным фанатиком. Он лишь вежливо поинтересовался, может ли его караван приблизиться. Получив согласие, торговец подал знак своим спутникам, ожидающим вдалеке, после чего вновь перевёл взгляд на строящуюся дорогу.

— Э? Юные драконы? Целых четыре? — только сейчас Эрик заметил, что на свежем тракте резвятся трое дракончиков и одна маленькая девочка. Четвёртый же дракончик увлечённо переругивался с тем самым магом, чей нос был высоко задран к небу.

— Ты сам согласился продать себя в рабство на два года! И что теперь? Собираешься все эти два года лежать кверху пузом, жрать от пуза и палец о палец не ударять?! — праведно возмущался Негрис, отчитывая Бруска.

Измотанный и тяжело дышащий Бруск неуверенно огрызнулся:

— Я думал, продать себя в рабство — это как ты. Просто чесать языком, ну и прогонять сильных врагов, если такие объявятся.

— Это ещё что за намёки?! Ты издеваешься надо мной?! Считаешь, что я только болтать горазд?! Хочешь, я прикажу Белогорлому избить твоего сынка?! — вытаращил глаза Негрис.

Под Белогорлым, естественно, подразумевался тот самый детёныш Серебряного дракона. Он унаследовал характерные черты своей матери — несколько белых чешуек на горле, из-за чего по традиции получил её имя. Вот только малыш Белогорлый был самцом.

Серебряные драконы были непревзойдёнными мастерами ближнего боя, тогда как Золотые специализировались на магии. При равных габаритах Золотой дракон в драке всегда выступал в роли груши для битья.

Глаза Бруска налились кровью от ярости. Но столкнувшись со столь бесстыдным предком драконьего рода, он, будучи патриархом, мог лишь бессильно пучить глаза и раздувать ноздри.

Прабабушка Найэли занимала высочайшее положение в иерархии, но статус Негриса был ещё выше. Не считая легендарного Бога Драконов, он был единственным представителем рода, сумевшим разжечь Божественный огонь. Его авторитет достигал пугающих высот.

Вздумай Негрис вернуться в клан, ещё неизвестно, чьи приказы гигантские драконы стали бы выполнять беспрекословно.

Попыхтев от злости, Бруск обречённо вздохнул:

— Но ты не должен был меня обманывать.

— И где же я тебя обманул? Разве не ты сам сказал, что будешь работать наравне с Анге? Твои слова? — праведно возмутился Негрис.

— Я... я... — Бруск поперхнулся, не найдя, что ответить. Да, слова принадлежали ему. Но кто же знал, что этот Анге окажется настоящим монстром?!

Будучи гордым Мастером Истины, патриарх самонадеянно полагал, что работу, на которую у простых смертных ушёл бы целый год, он выполнит парой заклинаний. И уж если кто-то другой способен справиться с задачей, то ему это тем более раз плюнуть.

И кому могло прийти в голову, что этот господин Анге способен вкалывать с утра до ночи, а потом с ночи до утра, все двадцать четыре часа в сутки без единого перерыва на отдых?! Да он оказался выносливее одноразовых рабов-нежити!

Работать наравне с Анге... О боги, ну почему он не прикусил свой поганый язык, прежде чем ляпнуть такое?!

— Э? К нам пожаловал караван? Быстро, быстро спускайтесь и поприветствуйте их! Пусть оценят нашу новую дорогу. Как она им? — Негрис наконец заметил стоящую на гребне дюны группу Эрика и тут же начал раздавать указания.

Найэли была истинным божеством для жителей пустыни. Пусть она и не смогла разжечь Божественный огонь, их вера в неё от этого не стала слабее. А кем приходился Негрис, номинальный супруг Найэли? Супругом божества?

Услышав приказ божественного супруга, жители пустыни поспешили проводить Эрика и его караван вниз.

Едва ступив на гладкую каменную поверхность дороги, Эрик своим чутьём старого торговца осознал: грядут великие перемены. Если у создателей этого тракта не хватит сил и времени на его защиту, то вскоре эти пески умоются реками крови.

Дорога феноменально сокращала время пути до оазиса. Маршрут, на который раньше уходило двенадцать дней, теперь можно было преодолеть всего за два-три дня.

Отныне о его хитрых манёврах в обход можно было забыть. Пока он будет тащиться по барханам полторы недели, другие торговцы успеют обернуться за три дня. При таких условиях его караван просто разорится.

Но движение по тракту означало неизбежное столкновение с песчаными бандитами. Двое могущественных магов сумели построить эту дорогу, но будет ли у них время постоянно охранять её?

Рой мыслей закружился в голове Эрика. Но подняв взгляд, он внезапно обнаружил, что внимание окружающих приковано вовсе не к нему, а к его закутанной в плащ спутнице.

Сердце торговца пропустило удар. «Дело дрянь», — пронеслось у него в голове. Очевидно, двое чудовищно сильных магов уже раскусили, кто скрывается под плотной тканью.

Впрочем, особого интереса маги не проявили. Мазнув по ней безразличным взглядом, они вернулись к своей работе. Тот, что задирал нос к небу, громко прокричал:

— С меня хватит! Сделаю ещё два километра и иду спать. И только попробуйте меня разбудить! Высплюсь — и закончу всё, что останется!

Выкрикнув это, маг широкими шагами устремился прямо в пески. Стоило его босым ногам коснуться земли, как поверхность словно придавило невидимой исполинской ступнёй — огромный участок песка с глухим гулом просел вниз.

Шаг за шагом он вытаптывал контуры будущего тракта. Взбежав на дюну, маг отмахал два километра, после чего развернулся и побежал обратно. Земля вновь уплотнилась. Проделав так несколько раз, он в буквальном смысле слова вытоптал два километра монолитной дороги из песчаника.

Выполнив норму, Бруск окончательно выбился из сил. Задыхаясь, патриарх рухнул на свободный участок земли и в ту же секунду зарылся в песок, словно крот.

Любому было ясно, что Бруск выбросил белый флаг. Он работал быстро и эффективно, но и маны тратил чудовищно много. Анге же действовал медленно, зато обладал бесконечной выносливостью. На короткой дистанции патриарх побеждал, но на длинной — превращался в загнанную псину.

Негрис вытянул шею и презрительно фыркнул, после чего повернулся и звонко крикнул:

— Лиза! Среди гостей есть Лич! Иди, встреть её как подобает!

Эрик и его закутанная спутница мгновенно оцепенели, их сердца ушли в пятки. «Всё-таки раскусили! Что же теперь делать?!»

А что они могли сделать? Под пристальными взглядами столь чудовищных магов Эрик не смел и пошевелиться. Ему оставалось лишь беспомощно наблюдать, как к ним лёгкой походкой приближается молодая женщина в чёрном полупрозрачном платье.

— Ой, так это же маленькая девочка! — радостно воскликнула Лиза, с первого взгляда опознав фигуру в плаще.

«Двум смертям не бывать!» — мысленно приготовившись к худшему, Эрик решил действовать в открытую.

— Госпожа, — учтиво произнёс он, — боюсь, называть её маленькой девочкой не совсем корректно. Эта дама уже весьма преклонного возраста.

— О? И сколько же ей лет? — с любопытством спросила Лиза.

— Этой даме уже двести лет, — ответил торговец.

— А?! Тогда это и правда никуда не годится. Мне ведь больше тысячи лет. Если я назову её маленькой девочкой, это только состарит её, — огорчённо протянула Лиза.

Пфф! Выглядит так молодо и свежо, а заявляет, что ей больше тысячи лет?! Эрик едва не выплюнул полный рот крови от подобного заявления.

— Ладно, не будем об этом. Дитя, сними-ка вуаль, дай бабушке взглянуть на тебя, — с теплотой в голосе попросила Лиза.

Женщина в плаще замешкалась.

— Лучше не стоит. Я не отличаюсь красотой, боюсь вас напугать.

— Ха-ха! Ха-ха-ха! Сама судьба привела ко мне клиента! Неважно, насколько ты страшненькая! Очищение лика, не желаете ли узнать? — Лиза пришла в такой восторг, что стала похожа на крикливую тётушку-минотавра, зазывающую прихожан у входа в храм.