Огромное количество энергии смерти быстро рассеивалось под палящим солнцем или впитывалось в песок. Однако, когда Анге заскользил вперед, эта мертвенная аура внезапно словно нашла точку опоры и начала медленно стекаться к нему.

Потоки энергии, подобно нитям, собирались в руках скелета. Стоило им коснуться тела Анге, как аура, до этого мгновенно таявшая под лучами солнца, неожиданно уплотнилась.

Анге попытался натянуть эти нити, но их оказалось так много, что сила натяжения, напротив, потащила его самого вперед.

Скелет-ангел, принявшая форму обнаженного костяка, первой шагнула вперед и схватила Анге. Маленький зомби тоже спохватился, вцепившись в него с другой стороны.

Остальные, увидев это, тоже бросились на помощь, но Негрис их остановил.

— Не лезьте, пусть справляется сам. Опасайтесь магического отката.

Филин и Эйск полностью разделяли его опасения. Они удержали всех, кто порывался подойти, особенно титанов племени Пурпурной Кости, уже готовых выскочить из леса.

При использовании любой магии или навыка всегда следовало учитывать риск отката. Если Анге не сможет удержать эти нити сам, то просто отпустит их. А если кто-то вмешается и сила отдачи разорвет его на части?

— Может, отозвать Скелета-ангела и Маленького зомби? — обеспокоенно спросил кто-то.

— Не нужно. Между ними существует духовная связь, в этом плане они считаются единым целым.

— У тебя с ним тоже есть духовная связь. Почему бы тебе не пойти и не помочь? Силёнок маловато из-за недоразвитости? — ехидно фыркнул Молния.

Негрис проигнорировал этот выпад. Повернув морду к финиковой роще, дракон заорал:

— Пурпурная Кость!

— Эй, давай всё обсудим мирно...

Молния бросился к Негрису, намереваясь обхватить его и заткнуть пасть. Но единорог был слишком массивным — если бы он навалился всем весом, от недоразвитого Бронзового дракона остались бы лишь рожки да ножки.

Из рощи тут же донеслось низкое рычание. Обернувшись, все увидели, что вдалеке огромная бронзовая драконица уже сузила глаза в опасные вертикальные щели, неотрывно глядя на Молнию.

Атакующий бросок единорога в воздухе плавно превратился в нежные, заискивающие поглаживания. Поводив копытом в нескольких сантиметрах от чешуи Негриса, Молния понуро опустил голову и ушел в сторону.

Для существа с лошадиной анатомией подобные жесты были настоящим испытанием. Но ещё большей проблемой для Молнии стало то, что окружающие, наконец, нащупали на него управу. Теперь возможностей трепать языком безнаказанно у него поубавится.

Негрис презрительно фыркнул, провожая его взглядом, а затем перевел внимание на дальние ряды песчаных бандитов. Враги в нерешительности топтались на месте. Очевидно, мгновенное уничтожение авангарда выбило их из колеи, и они никак не могли прийти в себя.

В тылу бандитского войска показалась роскошная карета. Её окружали с десяток приспешников, каждый из которых был Старшим мечником, не меньше. На борту экипажа красовался массивный герб.

— Ого? Эмблема розы? Маг из Башни Магов Розы? Чтобы иметь право разъезжать с таким гербом, нужно быть как минимум Великим магом, верно? — Негрис с первого взгляда распознал геральдику.

— Великий маг? И откуда столько пафоса? — с ноткой зависти протянул Филин.

Дверца кареты распахнулась. Один из прихвостней услужливо откинул ступеньку. Наружу, опираясь на руку слуги, неспешно выбрался человек в мантии.

Волшебник был уже в летах — на вид ему перевалило за шестьдесят. Прикрыв лоб ладонью, он бросил взгляд на палящее солнце, и его лицо тут же исказила гримаса раздражения.

Заметив это, двое стражников мгновенно натянули навес, пряча хозяина от прямых лучей.

Старик вяло помахал ладонью возле лица. Ещё один слуга тут же развернул веер и принялся обмахивать господина.

Однако полуденный воздух в пустыне напоминал дыхание печи, и создаваемый веером сквозняк приносил лишь дополнительный жар. Маг яростно рявкнул на нерадивого приспешника. Тот, раболепно извиняясь, вскинул руки, протягивая веер самому волшебнику.

Старик раздраженно провел ладонью по поверхности веера. Ткань на глазах покрылась тонким слоем инея, источая морозную дымку. Теперь потоки воздуха от взмахов несли приятную прохладу.

Тем не менее, Великий маг оставался мрачным. С трудом сдерживая гнев, он устремил взор в сторону позиций Анге.

— Как же хочется набить ему морду, — внезапно пробормотал Лютер. Беглый принц на дух не переносил подобное чванство.

Остальные синхронно кивнули, полностью разделяя его желание. Негрис ухмыльнулся:

— Добраться до него с кулаками будет непросто. Но... Лиза, подойди-ка сюда. Ты ведь владеешь Заклинанием Вспышки?

Женщина-лич кивнула.

— Думаешь, он сейчас применит Заклинание Орлиного глаза? Хочешь, чтобы я ослепила его? Идея хорошая, но уловить идеальный момент будет трудно.

— Просто подготовь ману и жди моей команды, — уверенно скомандовал дракон. — Готовсь... Пли!

Великий маг прибыл на поле боя с опозданием. С его позиции самым надежным способом оценить обстановку было использование дальновидения.

Заклинание Орлиного глаза искажало и преломляло воздух перед заклинателем, создавая эффект увеличительной линзы и приближая удаленные объекты.

Если в ту самую секунду, когда фокус зафиксируется на цели, прямо в центре обзора полыхнет ослепительная вспышка — боль от оптического удара окажется куда сильнее, чем если бы мага ослепили вплотную.

Единственной проблемой был расчет времени. Ударишь слишком рано — линза еще не сфокусируется. Запоздаешь — маг заметит колебания маны, успеет прищуриться, и весь эффект сойдет на нет.

Как только Негрис гаркнул приказ, Лиза мгновенно высвободила энергию. Подобную простейшую магию она могла использовать с легкостью, даже не обращаясь к божественной силе Анге.

В тот самый миг, когда маг из Башни Розы настроил Орлиный глаз, ему в зрачки ударил нестерпимый сноп концентрированного света. Старик с болезненным стоном зажмурился, из глаз брызнули слезы.

Стражники в панике сомкнули строй, бросившись поддерживать покачнувшегося господина. Однако маг лишь в бешенстве оттолкнул их, наотмашь влепив звонкую пощечину ближайшему Старшему мечнику.

Удар был сильным, но на лице воина не дрогнул ни один мускул. Вместо того чтобы возмутиться, он в животном ужасе рухнул на колени, умоляя о прощении.

Старик разразился потоком отборных проклятий и, круто развернувшись, скрылся в карете. В момент, когда дверца захлопнулась, наружу вырвалось облачко морозного пара — роскошный экипаж был оборудован магической системой охлаждения.

Лютер, наблюдая за этой сценой, брезгливо сморщился.

— Какого черта? Неужели у всех магов такой скверный характер? Эти воины — как минимум Старшие мечники. Их бьют по лицу, а они терпят? На такой дистанции даже Великий маг не ровня мечнику. Одно движение — и старик свернул бы себе шею!

— О чем ты думаешь? — усмехнулась Лиза, явно довольная тем, что ей удалось ослепить заносчивого колдуна. — Большинство этих мечников находятся в полной зависимости от мага. Жизнь их семей, пропитание и статус держатся исключительно на его жалованье. Попробуй кто-нибудь из них свернуть шею хозяину, его же собственные товарищи растерзают бунтовщика на куски.

— Но это же не повод терпеть такое унижение! Падать на колени за чужую ошибку? — Лютер категорически отказывался понимать подобное раболепие.

— Вполне обычное дело, — пожала плечами женщина-лич. — Маги, обладающие собственным гербом, часто опираются на многовековые традиции. Предки этих телохранителей, скорее всего, поколениями служили семье волшебника. По сути, они немногим отличаются от рабов. Если твой ребенок демонстрирует покорность, хозяин выделит ему больше ресурсов. Больше ресурсов — выше шанс прорваться на следующий уровень владения мечом. Зная это, стал бы ты учить своих детей бунту?

Лютер медленно кивнул:

— Понимаю...

— И что же ты понял? — удивилась Лиза. Ей казалось, что она лишь обрисовала суровую реальность.

— Если уж и присягать кому-то на верность, то только господину Анге! — твердо, с фанатичным блеском в глазах, заявил Лютер. — Господин Анге безгранично милосерден. Он даже эту тупую лошадь до сих пор не пустил на колбасу.

В этот момент несколько стражников отделились от группы сопровождения кареты и рассыпались по позициям бандитов. Отыскав главарей, они начали грубо подгонять их. Песчаные бандиты, не скрывая страха, нехотя двинулись вперед.

— Идут! Приготовиться! — рявкнул Негрис, бросив тревожный взгляд на застывшего скелета. — Анге сейчас занят. Если врагов будет слишком много, хватайте его и отступайте. Остальное предоставим Найэли. Вы не должны были рисковать жизнями из-за моих личных разборок. В любом случае... спасибо вам.

— Господин Негрис, к чему эти церемонии? — Лютер покачал головой. — У вашей зазнобы неприятности, как мы могли остаться в стороне? Мы же свои люди!

— А почему этот маг не вмешивается лично? — озадаченно спросила Анна. — Прабабушка Лиза только что ослепила его. Разве он не впал в ярость? Ему бы прочитать мощное заклинание и обрушить на наши головы метеорит!

Девушка не успела договорить — Лиза отвесила ей легкий подзатыльник:

— Какая я тебе прабабушка?! Обращайся ко мне «госпожа»!

Филин мягко пояснил принцессе:

— Чем могущественнее магия, тем больше времени требуется на формирование рун и концентрацию маны. Пока его люди не зажмут нас в кольцо и не обеспечат надежное прикрытие, он не рискнет тратить минуты на подготовку мощного удара.

— К тому же, — добавил Негрис, — Найэли еще не вступила в бой. Ни один волшебник в здравом уме не станет читать долгое заклинание, находясь под прицелом глаз Высшего дракона.

Под свирепые окрики приспешников мага бандиты неумолимо сокращали дистанцию.

Скелет по-прежнему стоял неподвижно. Отряд морально приготовился взвалить его на плечи и дать дёру.

И вдруг Анге, до этого замерший в позе натяжения невидимых канатов, резко выпрямился. От его костей во все стороны разошлась незримая пульсирующая волна.

Пришествие Владыки!

В такт его движению в траншеях перед позициями отряда со скрежетом поднялись пять или шесть сотен относительно целых трупов. Тела, разрубленные пополам, встать не смогли — они лишь с жутким шорохом поползли по песку, цепляясь мертвыми пальцами за камни.

Анге наконец-то пробудил оба фундаментальных навыка нежити королевского класса: Пришествие Владыки и Косу Бога Смерти.

Накатывающая волна песчаных бандитов, увидев восстающих из земли мертвецов, в ужасе застыла. Лица людей побледнели. Кто-то с воплем развернулся, пытаясь сбежать, а кто-то, стиснув зубы и издав отчаянный рык, бросился вперед, обрушивая саблю на плечо ближайшего трупа.

Оживший труп рухнул на колени от чудовищной силы удара. Его половина плеча оказалась стесана почти до позвоночника, но мертвец лишь молча вытащил свое ржавое оружие и, волоча изувеченное тело, продолжил надвигаться на врага.

Мертвецы двигались медленно и неуклюже, напрочь забыв прижизненные боевые навыки. Однако они абсолютно игнорировали боль и раны. Даже лишившись головы от удара ятагана, обезглавленное тело продолжало идти вперед, чтобы всадить клинок в живот оцепеневшего от ужаса противника.

А когда убитый таким образом враг испускал последний вздох, его бездыханное тело, повинуясь воле Владыки, тут же дергалось и неуклюже поднималось с песка.

Эта картина повергала в хтонический ужас. Погибнуть в бою — это одно. Но восстать после смерти в виде живого мертвеца, чтобы рвать глотки бывшим товарищам, пока тебя не изрубят в фарш?

Щитоносцы и мечники в тяжелой броне из свиты Анге тоже пришли в движение. Металлическая лавина перевалила через земляной вал и с грохотом посыпалась в траншеи, давя кости.

Барахтающиеся на дне мертвецы, не разбирая где свои, а где чужие, буквально на руках вытолкнули неповоротливых гигантов на противоположный край. Как только тяжелая пехота выстроилась в монолитный строй, Анге перемахнул через бруствер. Мощный прыжок, поддержанный плотным порывом элементов ветра, позволил ему перелететь через траншею и приземлиться прямо перед бронированным авангардом.

В его руках материализовалась Коса Бога Смерти. Скелет сделал легкий, почти ленивый взмах. Черное лезвие прошло сквозь грудные клетки четырех или пяти стоящих впереди бандитов. На их телах не осталось ни единой царапины, но люди словно куклы с обрезанными нитями рухнули лицом в песок. Их жизненная энергия угасла в ту же секунду.

А на матово-черном лезвии косы заплясали пять крошечных Огней души.

Анге с силой топнул ногой. Бездыханные тела бандитов вздрогнули и, судорожно извиваясь, начали подниматься с колен.

Негрис уже открыл пасть, чтобы обругать скелета за безрассудство — покидать укрепленные позиции ради лобовой атаки при численном меньшинстве было самоубийством. Но, увидев происходящее, дракон поперхнулся словами:

— Теперь я понимаю, почему Коса Бога Смерти и Пришествие Владыки считаются базовой комбинацией Золотых Скелетов. Тела, чьи души поглотила Коса, остаются абсолютно невредимыми, и Пришествие Владыки мгновенно поднимает их в бой! Великие Боги, это же идеальный симбиоз!

В рядах песчаных бандитов воцарился полный хаос. Никто не понимал, что делать. Одни в панике пятились, пытаясь держаться подальше от жуткого скелета, вырывающего души одним взмахом. Другие, напротив, исступленно кричали, призывая товарищей сомкнуть кольцо — ведь некромант покинул укрытие, и сейчас был лучший момент для его уничтожения.

Отсутствие единого командования и разрозненность банд сыграли с ними злую шутку. Те, кто пытался бежать, с размаху врезались в тех, кто рвался в атаку. Строй смешался в нелепую, барахтающуюся кучу-малу.

Анге не обращал внимания на суету врага. Закинув косу на плечо, он размеренно вышагивал вперед. Щитоносцы и мечники в тяжелой броне шли следом, прикрывая его фланги. Связанные единой духовной сетью, мертвецы двигались синхронно, словно надвигающаяся стальная стена.

Единственными, кто выбивался из этого ритма, были Скелет-ангел и Маленький зомби. Оказавшись запертыми позади «стены» из щитов, они отчаянно подпрыгивали, пытаясь дотянуться до врагов, и раздосадованно рычали.

С каждым шагом Анге с силой впечатывал ступню в песок, и от этого следа во все стороны расходилась Аура быстрой смерти. Через пару метров он ставил новую магическую печать, а старая бесследно растворялась.

Аура смерти двигалась вместе с ним, подобно невидимому куполу.

Когда энергия Ауры быстрой смерти не была сфокусирована на одной цели, скорость увядания падала. Около трех часов реального времени требовалось, чтобы состарить жертву на год.

Даже виды с коротким жизненным циклом не умирали за один год старения, поэтому прямого влияния на врагов аура почти не оказывала. Однако мертвецы, шагавшие плечом к плечу с Анге, трансформировались на глазах.

Трупы стремительно теряли влагу. Их плоть усыхала, обтягивая кости, а кожа приобретала структуру дубленой кожи. С каждым шагом их движения становились чуть более скованными, но прочность тел возрастала многократно. Клинки бандитов вязли в них с глухим стуком, словно рубили вяленое мясо.

Коса в руках Анге порхала слева направо. Каждый взмах безошибочно вырывал вражескую душу. Скелет уже успел проанализировать закономерность: Коса Бога Смерти поглощала сущность только в том случае, если лезвие проходило сквозь жизненно важные органы.

Шея, сердце, череп. Если рубануть по конечности, враг просто лишится руки или ноги, оставшись в живых. Поэтому Анге приходилось бить с ювелирной точностью, отправляя людей на тот свет мгновенно, а не просто калеча их.

Прорубив кровавую просеку в несколько сотен метров, бандиты наконец-то смогли организовать подобие обороны. На пути скелета выстроилась шеренга лучников.

Ни о каких слаженных залпах не шло и речи. Как только нежить вошла в зону поражения, стрелки в панике принялись спускать тетивы, сбиваясь в плотную дрожащую кучу.

Впрочем, среди них попадались ветераны с тугими луками, отличными стрелами и верным глазом, представляющие реальную угрозу. С резким звоном стрела толщиной с палец влетела прямо в узкую смотровую щель шлема идущего рядом с Анге щитоносца.

Щель в забрале была настолько узкой, что стрела чуть большего диаметра просто отскочила бы. Наконечник имел ромбовидное сечение — войди он под малейшим углом, и металл бы застрял. Но стрелок рассчитал идеальную траекторию, вогнав снаряд глубоко в глазницу мертвеца.

Мертвый воин в броне даже не замедлил шаг. С хрустом обломив древко торчащей из глаза стрелы, он невозмутимо продолжил наступление.

Анге убрал Косу Бога Смерти за спину. Вскинув руку, он начал методично отправлять Взрывные огненные шары в гущу врага, поименно выкашивая самых метких стрелков.

Погибшие от взрывов бандиты тут же поднимались из песка и пополняли ряды его армии. С каждым десятком пройденных метров свита скелета становилась всё огромнее.

В этот момент в умах людей всплыли леденящие кровь легенды предков.

— Их становится больше! С каждой минутой всё больше! Наши братья встают против нас, а их души пожирают! Это же Чума нежити! О боги, это Чума нежити!

Чума нежити... Это словосочетание разнеслось над полем боя, как смертный приговор. Психика песчаных бандитов окончательно сломалась. Войско бросилось врассыпную. Те, у кого были кони, в панике стегали их плетьми. Пешие отбрасывали щиты и оружие, чтобы бежать быстрее.

Великий маг в роскошной карете с недоумением распахнул оконце, пытаясь рассмотреть, что происходит. Но обезумевшая толпа отступающих уже подхватила его экипаж, унося прочь от линии фронта.

Найэли, больше не в силах сдерживаться, разъяренно взревела:

— Где мои рыцари?! Какого дьявола они там копаются?! Бой уже почти закончен! Они что, к постелям своим приклеились?!

Выругавшись, драконица с хлопком расправила исполинские крылья. Если она промедлит еще минуту, все враги просто разбегутся.

Шафия под ее испепеляющим взглядом вжала голову в плечи. Она мысленно поклялась, что как только всё это закончится, она выжмет из этих лентяев все соки на тренировках.

В этот момент с разных сторон донесся гулкий топот копыт. Огромные отряды всадников на боевых верблюдах наконец-то начали стягиваться к месту сражения.

Королева Оазиса радостно вскрикнула:

— Они здесь, Госпожа! Они прибыли!

Но ликовали не только защитники. Бегущие в панике песчаные бандиты вдруг остановились. Устремив взоры в безоблачное небо, они разразились дикими криками восторга:

— Рыцари Парящих Крыльев! Они здесь! Не бежать! Стройся! Мы раздавим их!

И тут небеса разорвал оглушительный драконий рёв. Бронзовый гигант, до этого затаившийся в засаде, свечой взмыл в воздух и обрушился вниз, словно падающая гора. Одна лишь ударная волна от взмаха колоссальных крыльев при приземлении раскидала стоящих впереди бандитов как тряпичных кукол.

Коснувшись песка, Найэли раскрыла пасть. Ревущий поток обжигающего драконьего дыхания прокатился по рядам тех, кто призывал остановиться и дать отпор. Ревущее пламя мгновенно поглотило сотни людей.

Задыхаясь от ужаса, остатки бандитской армии с воплями бросились врассыпную, окончательно утратив волю к сопротивлению.

Найэли повернула массивную морду к скелету:

— Залезай! Песчаных крыс предоставь моим людям. Помоги мне прикончить этих крылатых ублюдков!

Анге не заставил себя просить дважды, запрыгнув ей на спину. Скелет-ангел и Маленький зомби, цепляясь когтями за чешуйки, проворно вскарабкались следом. Негрис тоже поспешил занять место на шее гигантской рептилии.

Найэли мощно взмахнула крыльями и устремилась ввысь.