«Бесстыдник!»

Лютер и Молния одновременно подумали об одном и том же. Если бы Негрис не умер, ему сейчас было бы тринадцать тысяч лет! Он старше любого из ныне живущих бронзовых драконов, а тут прикидывается чьим-то сыночком? Какая наглость!

Глаза стариков округлились от потрясения.

— У госпожи Найэли есть ребёнок? Она же говорила, что у неё уже наступила менопауза... Ой, применительно к драконам правильнее сказать, что она перестала нести яйца. Но откуда у неё такой маленький детёныш?

«Найэли? До боли знакомое имя, — мысленно пробормотал Негрис. — Дай-ка вспомнить... Имена у гигантских драконов длинные, на сотни слогов. Чтобы перевести один слог на человеческий язык и понять, о ком речь, мне нужно прокрутить в голове все её полные титулы».

Через некоторое время его осенило.

«Это она?! Боги, какое совпадение!» — Негрис внутренне содрогнулся, но тут же засомневался. — «Постойте-ка, если это действительно она, то по моим подсчётам ей должно быть уже около тринадцати тысяч с лишним лет. Неужели она прожила дольше меня?»

Средняя продолжительность жизни бронзовых драконов составляет около десяти тысяч лет. На деле же те, кто доживал до восьми тысяч, считались огромной редкостью, а перешагнувшие десятитысячный рубеж были и вовсе уникумами.

Если эта Найэли — та самая дракониха, которую он знал, то она оказалась более живучей, чем сам Бог Знаний.

Несмотря на внутренние сомнения, вслух он уверенно заявил:

— Да-да-да, это именно она! Подскажите, куда она ушла? Я так долго её ищу!

Услышав, что перед ними дитя самой Найэли, старики прониклись к нему глубокой симпатией и с жаром ответили:

— Госпожа Найэли редко здесь бывает, и мы не знаем, куда она направляется. Но время от времени она всё же заглядывает к нам. Если вы подождёте здесь, то обязательно с ней встретитесь. Ох, какой же милый у госпожи Найэли малыш!

Негрису стало неловко. Тринадцатитысячелетнего старого дракона назвали «милым» кучка пятидесятилетних человеческих юнцов. Хуже того, Лютер и Молния всё слышали. Будь они скелетами, у них бы уже челюсти отвалились от беззвучного смеха.

Дракон поспешно сменил тему:

— А почему здесь только вы и дети? Где все взрослые?

— Ушли на работу, — простодушно ответил один из стариков. — Солнце днём печёт нещадно, поэтому все трудятся ранним утром и ближе к вечеру, а днём спят.

— А, весьма разумно! Утром и вечером работать куда приятнее. Вставайте, не сидите на холодной земле. Как вам тут живётся? Еды хватает? Какой урожай в этом году?

Негрис заговорил по-свойски, словно заботливый дядюшка. Такой дружелюбный тон мгновенно растопил лёд недоверия, а внешний вид маленького бронзового дракончика лишь укрепил их расположение. Вскоре старики выложили ему всё подчистую, как воду из ведра выплеснули.

Из их рассказов Негрис понял, что ошибся в своих суждениях о суровой иерархии. Оказалось, местные жители приняли чужаков за важных аристократов из внешнего мира, а про жителей других земель здесь ходили жуткие слухи, потому они так и дрожали от страха.

«Значит, это мы их до смерти напугали», — мысленно усмехнулся дракон.

Оазис Надежды занимал огромную территорию. В центре находилось большое озеро, а общее население составляло тридцать-сорок тысяч человек. Основным их промыслом было выращивание зелёных фиников — главного источника пропитания.

Такие самодостаточные оазисы с обилием еды и воды обычно становились лакомым куском для пустынных разбойников. Но Оазис Надежды находился под защитой бронзового дракона, поэтому ни одна банда не осмеливалась сунуться сюда.

Бронзовые драконы обожают всё блестящее. А рядом с оазисом как раз располагалась жила магических кристаллов, перемежающаяся с обычным кварцем. Местные жители обменивали магические кристаллы у проходящих караванов на нужные товары, а блестящий кварц подносили дракону. Кроме того, они разводили тысячи верблюдов и десятки тысяч овец, часть которых также шла на подношения.

Военная мощь оазиса тоже впечатляла. Из взрослого населения они легко могли собрать армию в десять тысяч бойцов, а благодаря верблюдам — сформировать отряд верблюжьей кавалерии численностью около пяти тысяч всадников. Для пустыни это была грозная сила. Вкупе с покровительством бронзового дракона это обеспечивало оазису долгие годы мира.

В землянках они ютились не от жестокого обращения властей, а из-за банальной нехватки строительных материалов — камня и черепицы. В суровых условиях пустыни такие укрытия были самым практичным решением: зимой в них тепло, летом прохладно, а единственный минус — темнота и теснота.

Оазис Надежды представлял собой не единый массив зелени, а целую сеть из более чем сотни больших и малых оазисов, разбросанных в радиусе нескольких десятков километров вокруг центрального озера. Люди селились везде, где могла расти зелень. То место, где сейчас находился Анге и его спутники, было отдалённым поселением на самом краю этой сети.

За разговорами они и не заметили, как вдалеке послышались голоса. Возвращались взрослые мужчины и женщины. Все выглядели уставшими и вялыми, пока не заметили чужаков.

Присутствие незнакомцев мгновенно насторожило толпу. Прозвучало несколько отрывистых предупреждающих выкриков, люди ускорили шаг, а некоторые инстинктивно схватились за оружие.

Но как только они разглядели Негриса, их уверенный шаг сменился робким топтанием на месте.

«Похоже, Найэли пользуется здесь огромным авторитетом», — отметил про себя Негрис и решил взять инициативу в свои руки.

— Всем привет! Я ребёнок Найэли, пришёл искать маму!

«Какая наглость!» — в очередной раз мысленно возмутились Лютер и Молния.

— А-а-а? Вы дитя госпожи Найэли? У госпожи есть ребёнок?!

Толпа буквально взорвалась. У их великой защитницы есть потомство?

Новость о том, что в месте, где поклоняются драконам, появился детёныш, утверждающий, что он отпрыск их божества, произвела эффект разорвавшейся бомбы. Вести разлетелись молниеносно. К полудню к этому дальнему оазису стянулись толпы зевак.

Негрис ничуть не беспокоился из-за такого внимания. В толпе почти не было вооружённых людей или сильных бойцов. Даже если бы кто-то задумал недоброе, Лютер легко смог бы прикрыть их отход. А уж в пустыне, благодаря скорости Молнии, догнать их смог бы разве что настоящий взрослый дракон.

А разве не этого он добивался?

Если бездетная старая дракониха услышит, что её ищет собственный ребёнок, она наверняка захочет взглянуть на него — из любопытства или ради защиты своей репутации. Если, конечно, она не лежит при смерти.

Вскоре на горизонте показались представители местной власти.

— Расступитесь! Рождённая Бурей, Королева Оазиса, Говорящая с драконами Шафия прибыла!

Отряд в кожаных доспехах, расталкивая толпу, сопровождал молодую и весьма привлекательную девушку. Ещё издали она указала пальцем на Анге и остальных и властно скомандовала:

— Схватить их! Это самозванцы! У госпожи Найэли нет детей!

Среди зрителей поднялся ропот. Сначала люди опешили, а затем их лица исказились от гнева. Элитные стражники рванулись сквозь толпу прямо к чужакам.

Негрис даже не моргнул. Он возвысил голос:

— А ты спроси у Найэли! Спроси, помнит ли она то драконье яйцо, которое с разбитым сердцем закопала на острове океана Нулевого Градуса? То яйцо не погибло! Благодаря идеальной температуре и магии стихий оно успешно вылупилось!

— А? Остров океана Нулевого Градуса? Кажется, я о таком слышала, — на лице Говорящей с драконами промелькнуло сомнение.

Но, поразмыслив секунду, она упрямо мотнула головой.

— Невозможно! Госпожа Найэли говорила, что между драконами существует кровная связь. Если бы ты действительно был её ребёнком, она бы сразу это почувствовала!

Негрис снисходительно улыбнулся.

— Посмотри на меня. Я даже меньше обычного драконьего яйца. Я родился недоношенным и недоразвитым. Как думаешь, мог ли я пробудить силу своей крови в таком состоянии?

— А? Э-э... Погодите, не нападайте! Мне нужно подумать.

Шафия окончательно запуталась. Её личико сморщилось в напряжённых раздумьях.

Лютер и Молния едва сдерживали смех. Какой к чёрту Бог Знаний? Это Бог Обмана! Парой фраз так заморочил голову местной жрице, что та сама в себе усомнилась. И как только с таким талантом он умудряется проигрывать словесные баталии Анге?

— О чём тут думать? Разве ты не должна прямо сейчас отправиться к Найэли и спросить у неё? Передай ей, что меня зовут «￥%#@&». Это имя она дала мне сама!

«￥%#@&» было настоящим именем Негриса на драконьем языке. Как Говорящая с драконами, она должна была его понять.

Шафия колебалась, сомневалась, терзалась муками выбора, но в конце концов приняла решение, идущее вразрез с заветами предков.