Платформа Лэйэнь.

Гость в Красных Одеждах завис в воздухе, медленно материализуясь.

С бесстрастным лицом и глядя на всех свысока, он одним своим появлением вызвал переполох внизу, после чего несколько практиков из Общества Грозовых Облаков тут же взмыли в выси, чтобы преградить ему путь.

Гость в Красных Одеждах холодно и прямо заявил: «Вы, Общество Грозовых Облаков, спонсировали Лю Цзинькэ, чтобы насолить нашему Нин Чжо в лагере. Хватит строить из себя невинных овечек».

Раз уж так, примите это мое багровое облако.

97.

«Выдержите – считайте, что мы квиты».

Не дожидаясь ответа противника, он взмахнул рукой, и из его рукава хлынул густой кровавый туман.

Сперва облако казалось лишь легкой алой дымкой, но уже спустя несколько дыханий оно разрослось до размеров целого моря, заполнившего небо.

Внутри тумана бурлила стихия огня: казалось, будто одновременно распускаются миллионы кровавых лотосов, или же обращенная вспять алая река рушится с небес, несомая обжигающим, удушливым штормом, что мощным валом давил на обитель Общества Грозовых Облаков.

На Платформе Лэйэнь взревели тревожные колокола, зазвенели выстроившиеся по периметру громоотводные медные столбы.

Сработала защитная формация: фиолетово-черные молнии сорвались с мест и, наслоившись друг на друга, превратились в гигантский перевернутый громовой колокол. На его стенах змеились электрические разряды, а густые руны казались самой небесной карой, насильственно запертой внутри.

Гость в Красных Одеждах стоял в вышине, холодно взирая вниз; его одежды развевались на ветру, а черные волосы трепало горячим штормом.

Сопротивление врага лишь заставило уголки его рта дернуться в хищной улыбке.

В следующий миг он опустил ладонь, и багровое облако обрушилось на защитную формацию Платформы Лэйэнь, словно прорванная небесная дамба.

Грохот!

Алое пламя и фиолетовая молния столкнулись в воздухе.

Первый рубеж громовой завесы мгновенно раскалился докрасна под языками пламени, истончившись, словно бумага. Члены Общества Грозовых Облаков в панике бросились напитывать силой формационные диски.

Второй и третий слои защиты вспыхнули следом, и бесчисленные фиолетовые разряды сплелись в цепи, вынырнувшие из глубин формации, чтобы оплести кровавое облако.

Гость в Красных Одеждах рассмеялся: «И это все молнии, на что вы способны передо мной?»

Он шагнул вперед, и из багрового облака внезапно выпростались девять алых огненных рук с устрашающими когтями и полыхающими на ладонях рунами, враз ухватившихся за главные ворота Платформы Лэйэнь.

Но в этот момент в глубинах Платформы Лэйэнь раздался громкий колокольный звон.

Призрачный силуэт громового колокола резко сжался и целиком проглотил и бескрайнее кровавое облако, и самого Гостя в Красных Одеждах!

Снаружи были видны лишь бушующие вспышки молний и мгновенно растаявшее багровое облако.

Вся округа зашумела в один миг.

«Гостя в Красных Одеждах проглотили!»

«Защитная формация резиденции Общества Грозовых Облаков и впрямь невероятна. Но ведь он практик стадии Зарождающейся Души!»

На Платформе Лэйэнь Лэй Ваньюэ стоял с мрачным лицом, обеими руками намертво вцепившись в формационный диск, а вспыхивающие в рукавах молнии обожгли кожу на его руках дочерно. Стиснув зубы, он гнал ци в формацию, заставляя мириады молний внутри колокола обрушиться на незваного гостя и попытаться подавить Гостя в Красных Одеждах раз и навсегда.

Десять дыханий.

Двадцать дыханий.

Тридцать дыханий.

Кровавое облако так и не показывалось.

Когда наблюдавшие решили, что Гость в Красных Одеждах уже окончательно заперт и истощен формацией, из глубин громового колокола вдруг донесся безумный смех.

Сперва он звучал глухо, но мгновенно стал громче, напоминая подземный вулкан, сносящий вершины гор, или выплеснувшееся из громового пруда кровавое море.

«Кайф!»

Грохот!

Один из углов громового колокола неожиданно вздулся, а затем по нему полоснула алая трещина.

Трещина ширилась, из щели фонтаном хлынуло багровое облако. Сам Гость в Красных Одеждах выглядел обугленным, половина его красного одеяния истлела, на груди красовался жуткий след от молнии с вывернутым наружу мясом, но он уверенно шагал вперед, гордо задрав голову.

Позади него клубилось потрепанное, но все еще необъятное алое облако.

Едва выбравшись, он ударил наотмашь ладонью, заставив призрачный силуэт колокола трижды содрогнуться.

Гость в Красных Одеждах гордо выпрямился, обведя всех звериным взглядом; никто и не заметил, как он сглотнул подступившую к горлу кровь.

Окинув багровыми глазами окружающих культиваторов, он свирепо ухмыльнулся: «Общество Грозовых Облаков – пфф, ничтожны».

С этими словами Платформа Лэйэнь с грохотом обрушилась.

Под крики изумленной публики Гость в Красных Одеждах оседлал алое облако и горделиво удалился.

Лица Лэй Ваньюэ и остальных посинели. Они бессильно провожали взглядом улетающего наглеца, так и оставшись стоять на месте – преследовать его никто не решился.

Му Юэхуа лично передала прошение о встрече в один из чайных домиков Общества Зелёного Чая.

После недолгого молчания двери домика отворились, и несколько монахинь с ледяными взглядами и фальшивыми улыбками пригласили Му Юэхуа внутрь.

Внутри чайного домика тянулись тени бамбука, а у ступеней журчал облачный источник.

Е Цинмин самолично занялась чаем: чашечки были не больше трех дюймов в диаметре, серо-белая глазурь блестела, а заварка внутри сияла чистотой весенней воды. Чайный аромат струился мягко, словно дуновение теплого ветра в волосах девушки, незаметно проникая в мысли и душу.

Аромат уже поднимался вверх.

Этот чай не калечил и не сковывал – он лишь успокаивал разум, расслаблял духовное сознание, постепенно стирая бдительность. Попадающие в ловушку практики нередко выдавали сокровенные тайны в беседе, еще до того, как успевали заметить неладное.

Му Юэхуа сидела неподвижно, лунно-белые рукава ниспадали на колени, а ее лицо оставалось беспристрастным.

Е Цинмин мягко произнесла: «Младшая соратница Му, отведай чаю».

Му Юэхуа опустила взгляд на чашку.

С кончиков ее пальцев сорвалась крошечная искорка серебристо-белого пламени.

Огонь был холоден, как лунный иней, но не замерзший, призрачный, но отчетливый.

Упав в чашку, он не вскипятил чай, но в мгновение ока превратил аромат в тончайший слой инея. Ледяные узоры поползли по поверхности, силой вытягивая невидимый аромат наружу.

Зрачки Е Цинмин сузились, а сердце дрогнуло: «Огонь Инь Луны?»

Аромат чая был выжжен холодным пламенем, превратившись в бледно-белые струйки дыма, зависшие над чашкой.

Му Юэхуа протянула руку и собрала эту дымку в ладонь. Слегка сжав пальцы в кулак и немного потерев их, она неторопливо разжала ладонь.

Ее изящные пальцы, похожие на побеги лунного света, удерживали крошечную изысканную пилюлю.

«У меня тоже есть чайная пилюля, прошу старшую Е оценить ее».

С этими словами она наклонила руку, и пилюля тут же упала в чай, мгновенно растворившись.

Цвет воды стремительно изменился, породив слабое серебристое сияние и источая пронзительный холод.

В глазах Е Цинмин промелькнул испуг. А находившиеся рядом монахини не смогли скрыть удивления.

Используя чайный аромат как основу, Му Юэхуа прямо на месте создала небольшую пилюлю, которая начисто разрушила один из фирменных духовных чаев Общества Зелёного Чая, продемонстрировав выдающееся мастерство алхимии!

Му Юэхуа неторопливо протянула руку и силой мысли аккуратно направила предназначавшийся ей чай прямо к Е Цинмин.

Сохраняя суровое выражение лица, Е Цинмин протянула руку, приняла чашку и сделала маленький глоток.

Помолчав добрую минуту, она опустила чашку, и ее взгляд на Му Юэхуа изменился кардинально: «Хороший чай».

Му Юэхуа улыбнулась, медленно поднялась и отвесила легкий поклон: «Благодарю старшую Е за гостеприимство, я покидаю вас».

Е Цинмин вздохнула и торжественно произнесла: «Вы должны проводить даоса Му на три ли в обратный путь».

Линь Цзинлун бросил вызов дрессировщику зверей стадии Золотого Ядра из Птичьего Леса по имени Чжао Мао.

Арена.

Чжао Ни выпустил облачнокрылого тигра уровня Золотого Ядра. Резкий тигриный рыв разорвал облака, крылья распахнулись, и мириады облачных лезвий обрушились сверкающей приливной волной.

Линь Цзинлун высадил семена деревьев, отступил на тридцать чжанов и при помощи техник стихии дерева ускорил рост облачных лиан.

Лианы не стали идти напролом против тигриных когтей, а поползли по потокам облачной ци. Каждый взмах крыльев облачнокрылого тигра поднимал облачные вихри, и за них-то лианы цеплялись, ветвились и оплетали зверя.

Поначалу Чжао Ни владел инициативой, издевательски ухмылялся и пер напролом в яростной атаке. Лишь когда тигр совершил третий прыжок, он заметил, что лапы зверя уже оплетены тонкими сетями из лоз.

«Мелкий ублюдок!» – взревел Чжао Ни, и облачнокрылый тигр яростно взвыл, разорвав большую часть зеленых лиан.

Но Линь Цзинлун уже глубоко зарыл семена.

Крошечное духовное деревце вырвалось из земли; его кора белела, как снег, а тонкие листья были прозрачными – за считанные мгновения оно поглотило всю окрестную мутную дымку. Лишившись опоры из облаков, тигр тяжело взмахнул крыльями, и его туша рухнула на полфута вниз.

Подстегиваемое силой Линь Цзинлуна, деревце быстро разрослось, превратившись в толстый ствол в несколько обхватов.

С той минуты инициатива полностью перешла к Линь Цзинлуну.

Спустя палочку благовония.

Линь Цзинлун взмахнул рукой, и тридцать шесть зеленых лиан синхронно сомкнулись, замерши в дюйме от шеи облачнокрылого тигра.

Зверь с трудом поднялся на ноги и тут же рухнул наотмашь.

Линь Цзинлун сложил руки в приветствии: «Признателен за победу».

Лицо Чжао Мао потемнело, но ответить ему было нечего.

Шэнь Си бросил вызов господину Чжаосиню из Обители Вопрошания Сердца.

Господин Чжаосинь обладал культивацией Золотого Ядра и мастерски владел ментальными формациями.

Он установил Стену-Зеркало Сердца. На зеркале клубились туманные тени, и любой ступивший в формацию сталкивался с собственными алчностью, гневом, глупостью, страхами, жадностью, чувством вины и отвращением.

Шэнь Си стоял перед формацией, разворачивая свиток формации, и призрачные силуэты девяти дворов проступали один за другим.

Господин Чжаосинь улыбнулся: «Младший соратник Шэнь, формацию сломать можно, а как сломать сердце?»

Шэнь Си ответил: «Если сердце не сломлено, формация падет сама».

Он шагнул внутрь Стены-Зеркало Сердца.

В его поле зрения на стене сперва проявились ожидания семейного клана, затем замелькали лица ровесников-гениев вроде Нин Чжо и Ситу Сина, а после – холодные взгляды старейшин семьи Шэнь. Давление навалилось тяжелой горой, светотени на стене плясали, беспрестанно мутя его сознание.

Шэнь Си, однако, игнорировал иллюзии, глядя лишь на девять палат под ногами.

Он определял шаги с помощью девяти палат, а шагами упорядочивал сердце. С каждым шагом свиток формации оставлял на земле строку рун. Сделав девять шагов, он заставил девять палат встать на свои места, и все иллюзии на Стене-Зеркале Сердца распались на девять осколков под его единственным указательным пальцем.

Улыбка господина Чжаосиня слегка застыла.

Шэнь Си сложил руки в знак приветствия: «Ментальные формации Обители Вопрошания Сердца поистине чудесны, Шэнь почерпнул для себя много нового».

И он непринужденно вышел из формации.

Масштаб контратаки Лагеря Южного Пламени далеко превзошел ожидания публики.

Ситу Син, Шэнь Си и Линь Цзинлун один за другим выходили на бой и побеждали противников более высокого ранга, в полной мере продемонстрировав фасад могущества заклинателей Закладывания Основ из суперклана.

«Боевые заслуги» Му Юэхуа также разошлись в слухах, вызвав всеобщее изумление.

А Гость в Красных Одеждах в одиночку разнес Платформу Лэйэнь. Ему удалось скрыть свои раны, а его безумный стиль боя заставил остальных относиться к Лагерю Южного Пламени с еще большим трепетом. В конце концов, Гость в Красных Одеждах был лишь одним из пяти старейшин со статусом Зарождающейся Души в лагере.

Настоящим главным главой лагеря являлся Чуньянцзы.

Станет ли Чуньянцзы вмешиваться?

Множество зевак любило зрелища покрупнее и питало на этот счет огромные надежды.

Но Чуньянцзы сидел смирно и не выказывал ни малейшего намерения вступать в драку.

Кто-то высмеивал его за напускную важность, кто-то хвалил за зрелость и рассудительность. Чуньянцзы же оставался глух к любым толкам.

Нин Чжо тоже наблюдал за всем со стороны, прекрасно понимая, что Чуньянцзы никогда не шевельнется: «Он – лидер крупной силы, и его политическое чутье безупречно. Конечно же, он понимает, что Лагерю Южного Пламени необходим столп праведности и репутации посреди всего этого галдежа!»

Единственным, кто вызывал у Нин Чжо недовольство, был Даос Тао, который тоже не шелохнулся.

Этот человек десятилетиями безвылазно сидел у печи для пилюль, доведя «затворничество» до состояния Дао.

Пока снаружи кипели страсти, ему все это казалось сплошной хлопотной возней.

Поразмыслив, Нин Чжо лично отправился просить его провести разведку резиденции Союза Расширения Земель, на что тот отмахнулся дюжиной отговорок, сославшись на то, что жар в печи не стабилизировался, а пары пилюль идут вразнос.

Выслушав это, Нин Чжо лишь усмехнулся: «Раз даос Тао занят, тогда я попрошу Стареца Бай Цао. Если у земных жил Союза Расширения Земель растут сопутствующие травы земной стихии, Старец Бай Цао наверняка проявит интерес».

После чего он «невзначай» упомянул о новом задании, которое вполне можно оформить как новый долг.

Услышав это краем уха, Даос Тао тут же усидеть на месте не смог.

«Постойте-постойте!»

«Кто сказал, что я не иду? Мне просто нужно сперва урегулировать жар в печи! Разве можно позволить Старецу Бай Цао соваться в такое место, как Союз Расширения Земель? Его боевая мощь явно уступает моей, и если он проиграет, то куда денется репутация нашего Лагеря Южного Пламени?»

В последние дни вокруг Лагеря Южного Пламени ходило немало слухов, домыслов и оценок.

Среди прочего упоминались и Даос Тао со Старецем Бай Цао – в народе их даже прозвали «Двумя старцами лагеря», эдакой «плечом к плечу» стоящей парочкой мужа и жены.

Сначала оба пропускали это мимо ушей, но по мере того, как слухи разрастались, у обоих невольно зародилось желание помериться силами.

А уж кто именно распустил эти слухи, уточнять излишне.

Стоило Нин Чжо приплести Стареца Бай Цао, как Даос Тао тут же поддался на провокацию и решительно отправился в путь.

Резиденция Союза Расширения Земель, платформа Лэйюнь, скрывала в себе мощную формацию земных жил.

Даос Тао сначала прислал вызов и с открытым забралом ломился в формацию.

Союз Расширения Земель, стесненный прошлым спонсированием Лю Цзинькэ и удерживаемый маленьким рычагом в руках Нин Чжо, да еще и уверенный в собственной защите, не колеблясь принял бой.

Стоило Даосу Тао ступить на периметр, как его тут же поглотила Запирающая Дух Формация Густой Земли.

Четыре земляные стены сомкнулись, словно горы, а слои тяжести давили так, будто на его плечи взвалили весь Пик Летящих Облаков.

Даос Тао грязно выругался и залез обратно в свою переносную печь, решив выплавлять себя изнутри, чтобы выстоять под чудовищным давлением.

Запирающая Дух Формация Густой Земли давила все сильнее, внешние стены печи трещали, а Даос Тао никак не мог вырваться наружу – его положение лишь ухудшалось, и если так пойдет дальше, шансов не останется.

Практики Союза Расширения Земель принялись уговаривать его сдаться.

Даос Тао изначально колебался, но, услышав призывы к капитуляции, лишь ожесточился: «Предыдущие победили, а я – нет? Какое тогда у меня будет лицо, чтобы вернуться в Лагерь Южного Пламени и показаться на глаза Нин Чжо?»

Не находя способа проломить оборону, он продолжил упрямо сопротивляться.

Практики Союза Расширения Земель выругались про себя – убивать его они смертельно боялись.

Поразмыслив, главарь немедленно отправил посланника к Чуньянцзы с разъяснением ситуации.

Узнав о происходящем, Чуньянцзы помедлил, но все же решил сперва известить Нин Чжо.

Письмо от Нин Чжо пришло мгновенно: он сообщил, что все уже спланировано, и велел Чуньянцзы просто наблюдать за развитием событий.

Получив ответ, Чуньянцзы блеснул глазами и пока решил придержать коней, продолжая следить за обстановкой.

Ту Юаньцзы по приказу Нин Чжо явился к владениям Союза Расширения Земель, чтобы выручить Даоса Тао.

Крикнув пару фраз снаружи, он услышал голос Даоса Тао, у которого от стыда покраснело лицо: тот чувствовал себя слишком униженным, чтобы отступать, и предпочел забиться черепахой внутрь печи, продолжая бессмысленное упорство.

Практики Союза Расширения Земель были доведены до отчаяния.

Ту Юаньцзы подумал: «Все в точности так, как и предсказывал молодой господин Нин. События развиваются тютелька в тютельку по его плану».

Он тут же засучил рукава и объявил, что лично пойдет в формацию, дабы вытащить Даоса Тао вместе с его печью.

Посовещавшись, практики Союза Расширения Земель пришли в замешательство: они заявили, что защитная формация служит оплотом их лагеря и отключить ее просто невозможно.

Ту Юаньцзы подумал: «И это предсказал молодой господин Нин».

Он широко ухмыльнулся и отмахнулся: «Ничего страшного, не надо таких сложностей. Я мигом».

С этими словами он без лишних слов сам шагнул в формацию.

Защитная формация вспыхнула ослепительным желтым светом, но Ту Юаньцзы лишь поморщился – так, будто на плечи ему накинули лишнюю влажную и тяжелую одежду.

Руны формации взрывались слепящими искрами, но Ту Юаньцзы шел словно по собственному двору.

Мгновенно приблизившись к печи, он подхватил ее одной рукой и выпрыгнул наружу.

Оказавшись вне зоны действия формации, он небрежно швырнул печь на землю.

Печь грохнулась о камни, и Даос Тао вместе с ней кубарем выкатился наружу, выглядя крайне жалко – крышка печи даже перекосилась.

Подняв голову и увидев Ту Юаньцзы, он сразу понял, кому обязан спасением; лицо его залилось краской, но он все же сжал кулаки и отвесил глубокий поклон в знак благодарности.

Ту Юаньцзы лишь простодушно ухмыльнулся, не придавая этому значения.

А вот практики Союза Расширения Земель побелели как полотно.

«Он… он в одиночку выдержал Запирающую Дух Формацию Густой Земли?»

«Да ведь это же главная защитная формация нашей резиденции!»

«Этот Ту Юаньцзы – определенно сильнейший среди практиков стадии Зарождающейся Души!»

После этого инцидента авторитет Ту Юаньцзы взлетел до небес.

Образ четвертого старейшины Лагеря Южного Пламени, обладающего уровнем Зарождающейся Души, впервые обрел реальный вес в глазах посторонних наблюдателей.

>