Нин Чжо за счет упорного труда добрался до третьего изгиба.

Алые круглые колонны, резные балки, серо-зеленая черепица. Солнечный свет косыми лучами падал из-за пределов галереи, отбрасывая на землю пестрые тени. Все здесь было точь-в-точь как на первом изгибе.

Он попытался пойти вперед, и вскоре перед ним возникла развилка.

Но на этот раз он не ощущал ни малейших колебаний формации.

Нин Чжо изо всех сил постарался разослать божественное сознание, но область его сканирования оказалась подавлена еще сильнее – теперь она простиралась всего лишь на два чжана вокруг него.

Нин Чжо по очереди задействовал и другие методы, однако так и не смог раздобыть ни единой зацепки для взлома формации.

Не имея другого выбора, Нин Чжо решительно подал голос, заявляя о выходе из этого испытания.

Практикующие, управлявшие формацией, переглянулись.

Они никак не ожидали, что Нин Чжо решится сдаться добровольно.

— И с такими жалкими познаниями в искусстве формаций он вообще посмел соваться в нашу Галерею девяти изгибов?

— Да он просто ни во что нас не ставит!

— Хе-хе, а этот распиаренный гений на деле оказался пустым местом.

Кураторы формации тут же активировали чары и выкинули Нин Чжо наружу.

В следующее мгновение Нин Чжо обнаружил, что стоит у самого входа в формацию.

Огромная толпа практиков, выстроившихся в очередь, заметив Нин Чжо, тут же зашумела.

— Я что, ослеп? Нин Чжо тоже вылетел!

— И сколько он продержался?

— Странно, разве он не получил только что бронзовую медаль? Как такой гений мог облажаться так позорно?

— Попридержи язык! Гений – не значит мастер на все руки, может, он просто заглянул сюда ради забавы?

— Если у него было столько свободного времени, почему он не отправился на более надежное испытание? В других местах он мог бы урвать свой шанс, а здесь он заработал лишь поражение да уронил собственную репутацию.

После таких слов некоторые из поддерживавших Нин Чжо практиков тоже прикусили языки, а во взглядах, устремленных на него, промелькнуло немало непонимания и сомнений.

Лицо Нин Чжо оставалось спокойным, ни тени уныния или досады.

Он тихонько развернулся и зашагал сквозь толпу, сквозь полные насмешек или сочувствия взгляды, шаг за шагом покидая эти земли испытаний.

Тому и дело из формации вылетали новые поверженные практики.

С течением времени выбывающих становилось все меньше.

Шэнь Си оказался в числе тех немногих, кто продержался до самого конца.

Когда его выбросило наружу, Су Линкоу уже ждала его здесь, прибыв заблаговременно – с тех пор прошло уже около двух чашек чая.

— Братец! — радостно воскликнула Су Линкоу.

Шэнь Си появился на арене с опущенной головой, все еще погруженный в глубокие раздумья. Выведенный из задумчивости окриком Су Линкоу, он мягко улыбнулся.

Су Линкоу с гордым видом произнесла:

— Братец, ты ведь вышел в числе последних!

Шэнь Си вздохнул:

— Увы, я осилил лишь шестой изгиб. А затем истекло отведенное время. Впрочем, у меня уже есть кое-какие соображения насчет того, как его преодолеть.

Су Линкоу обвилась рукой вокруг локтя Шэнь Си:

— Братец, давай вернемся и как следует обо всем подумаем.

— Мм. — Пройдя несколько шагов, Шэнь Си неожиданно вспомнил про Нин Чжо и поинтересовался:

— Не знаешь, как выступил товарищ по Дао Нин?

Су Линкоу хихикнула, в ее голосе проскользнуло презрение:

— Братец, а Нин Чжо-то в расстановке формаций полный ноль. Его вышибли оттуда давным-давно. Его результат наверняка и до половины твоего не дотягивает.

— Вот как? — Шэнь Си слегка удивился.

Су Линкоу пожала плечами:

— На его месте, обладая столь жалкими познаниями, я бы ни за что не поперлась сюда позориться.

Шэнь Си покачал головой:

— И все же это выглядит странно. Но товарища по Дао Нина нельзя мерить обычной меркой, у него наверняка есть свои планы.

В глубине души Шэнь Си всегда высоко ценил Нин Чжо. Эта неудача ничуть не убавила его уважения.

Покинув Пик Девяти Изгибов, Шэнь Си и Су Линкоу возвращались на повозке, когда им наперерез прилетело исписанное послание.

Развернув свиток, они увидели весточку от Нин Чжо.

«… Товарищ по Дао Шэнь превосходно разбирается в формациях Трех Дворцов и Девяти Дворцов, и сегодняшнее прохождение наверняка принесло тебе богатый опыт. Ваш недостойный младший брат желает испросить совета, не сыщется ли у брата Шэнь свободного времени завтра…»

В письме Нин Чжо сначала без утайки изложил весь процесс своего прохождения и свои ощущения, а затем искренне попросил Шэнь Си о наставлении.

Су Линкоу, забравшись в чужое божественное сознание, пробежала глазами содержимое письма:

— Подумать только, этот распиаренный Нин Чжо даже до третьего изгиба не добрался!

— А совести-то сколько! Сам соревновался с тобой за первое место на испытании, а теперь еще и напрашивается к тебе за советом.

Шэнь Си легко улыбнулся, временно отложил послание и посмотрел на Су Линкоу:

— Кузина, как по-твоему, как мне поступить?

Су Линкоу слегка опешила, но тут же уловила подтекст негласного экзамена в словах Шэнь Си. Поразмыслив немного, она медленно проговорила:

— Раз уж он сам пришел за советом, братец вполне может подсказать ему пару вещей.

Шэнь Си приподнял бровь:

— О? И почему же?

Су Линкоу недовольно надула губки:

— Братец, я уже всё обдумала.

— Хотя в испытании Галереи девяти изгибов у каждого практика есть три попытки…

— …но Нин Чжо в первой же попытке не осилил даже третий изгиб и даже не смог обнаружить ни единой зацепки. Он вообще не представляет для тебя никакой угрозы.

— С такими-то талантами в расстановке формаций ему во веки веков не совершить прорыва в кратчайшие сроки и не пройти все девять изгибов!

— Не говоря уже о том, чтобы сойтись с тобой в битве за первое место.

Сделав паузу, Су Линкоу продолжила:

— Так почему бы не воспользоваться случаем и не оказать ему милость?

— Нин Чжо хоть и бездарен в формациях, но силен в других вещах, да и шуму вокруг него сейчас больше, чем у кого-либо.

— Завести с ним хорошую дружбу – дело всегда прибыльное.

В глазах Шэнь Си мелькнул острый огонек:

— Самый нашумевший гений? Кузина, ты раскрыла мне глаза. Пожалуй, теперь я понимаю одну из целей Нин Чжо.

Су Линкоу удивилась:

— А? Какую же?

Шэнь Си слегка покачал головой:

— Оставим это. Твои рассуждения весьма разумны, поступим так, как ты говоришь.

Услышав, что Шэнь Си принял ее совет, Су Линкоу тут же расцвела от удовольствия.

Тем же вечером.

Шэнь Си вместе с Су Линкоу в назначенное время прибыли в пещерное жилище из синего камня.

Нин Чжо лично стоял у входа, встречая гостей:

— Высокая добродетель брата Шэнь! Прошу вас, сюда.

Он проводил их в комнату для медитаций и самолично угостил чаем.

После недолгой светской беседы Нин Чжо извлек некий предмет. Это были те самые конспекты занятий, что Шэнь Си подарил ему некогда.

На страницах появились новые записи.

Пробежавшись по ним божественным сознанием, Шэнь Си обнаружил, что там записаны размышления, вопросы, а кое-где – даже ход и результаты вычислений самого Нин Чжо.

Шэнь Си испытал легкое удовлетворение.

Хотя главной целью его подарка было лишь завязать дружбу с Нин Чжо, вид того, как его собственные плоды усердного труда оказались столь высоко оценены, неминуемо вызвал в его сердце гордость, радость и легкое чувство выполненного долга.

Нин Чжо сложил руки в приветствии и с благодарностью произнес, что после внимательного чтения конспектов почерпнул невероятно много, но у него осталось немало вопросов, в которых он и хотел бы сперва испросить совета у Шэнь Си.

Шэнь Си прибыл именно за этим, чтобы рассеять туман в голове Нин Чжо:

— О каких наставлениях речь, мы с тобой на равных, давай просто обменяемся опытом.

Самый первый вопрос, заданный Нин Чжо, заставил Шэнь Си посерьезнеть.

Нин Чжо спросил:

— Каждая палата формации Девяти Дворцов независима и в то же время перекликается с остальными. Независимость означает, что каждая палата обладает своей собственной силой и логикой законов, образуя замкнутую систему. А перекличка – это когда между дворцами благодаря расчетам в сердцевине формации происходит взаимное взаимодействие и поддержка.

— Отсюда следует, что расчеты в сердцевине формации имеют первостепенное значение.

— Я заметил в конспектах несколько примеров: в одних сердцевина производила расчеты на основе неизменных принципов, а в других – в реальном времени подстраивалась под изменения.

— Какая же из этих двух форм сегодня находится в мейнстриме?

Шэнь Си ответил:

— Вторая.

И тут же добавил:

— Раньше расчеты опирались на заученные принципы. Поэтому формации Девяти Дворцов в те времена все еще оставляли лазейки.

— Но по мере непрекращающегося расцвета мастерства совершенствования, способности сердцевин формаций выросли просто колоссально. Еще несколько сотен лет назад в мире практики повсеместно прижился адаптивный расчет в реальном времени.

— Вот почему нынешние формации Девяти Дворцов стали куда изменчивее и сложнее для взлома, чем раньше.

В глазах Нин Чжо мелькнула искра:

— Точно так, как я и предполагал. Тогда что же служит ядром для столь динамичных расчетов сердцевины?

Шэнь Си шумно выдохнул и задумчиво произнес:

— Тут все гораздо сложнее. Главную роль играют артефакты формации и духи формаций – …

Он пустился в пространные объяснения. Нин Чжо слушал с предельным вниманием, молча впитывая каждое слово.

Время шло, вопросы Нин Чжо сыпались один за другим.

Шэнь Си отвечал изо всех сил, тщательно взвешивая каждое слово, и все чаще погружался в долгие раздумья.

— Брат Шэнь, – внезапно прервал его Нин Чжо, и на лице большеголового юноши заиграла улыбка. — Тебе вовсе не обязательно быть столь осторожным.

Шэнь Си слегка растерялся.

Нин Чжо посмотрел на него чистым, ясным взглядом:

— Я прошу у тебя совета, чтобы научиться чему-то настоящему. Чем точнее и четче твои описания, тем лучше я все пойму. Излишняя вежливость, напротив, лишь запутает меня.

Шэнь Си на мгновение умолк, а затем рассмеялся:

— Хорошо.

Дальнейший разговор пошел как по маслу. Шэнь Си отбросил всякое стеснение, перейдя к прямой конкретике. Нин Чжо то и дело кивал, время от времени задавая встречные вопросы или развивая чужие мысли на шаг вперед.

Когда Су Линкоу, наконец потеряв терпение, подала голос и призвала к порядку, оба собеседника с удивлением осознали, что прошло уже целых три часа!

— Слушая наставления брата Шэнь, я совершенно забыл о времени, – восхищенно произнес Нин Чжо.

Опомнившись, Шэнь Си тоже испытал внутренний шок. Трехчасовая беседа принесла ему колоссальное удовольствие – случай редчайший в его практике рассуждений о Дао.

Мысленно он тут же разложил всё по полочкам:

— Во-первых, Нин Чжо действительно просил о наставлении искренне, с чистой душой и открытым сердцем, не испытывая ни грамма ложного стыда. Для человека, добившегося столь раннего успеха, это невероятно редкое и ценное качество.

— Во-вторых, его постижение поражает воображение. Многие вещи, на объяснение которых, как полагал Шэнь Си, ушло бы немало времени, Нин Чжо схватывал на лету. А порой, едва он только собирался начать объяснение, Нин Чжо уже сам выстраивал логическую цепочку и выдавал готовый вывод.

Благодаря этому наставничество Шэнь Си приносило плоды с невероятной скоростью, а накатывавшее следом чувство удовлетворения оказалось настолько мощным и непрерывным, что захлестывало волна за волной.

— Брат Шэнь, – Нин Чжо поднялся на ноги и отвесил глубокий поклон. — Сегодня я почерпнул невероятно много. Благодарю за наставления.

Шэнь Си торопливо ответил на поклон:

— Товарищ по Дао Нин слишком вежлив. Наш сегодняшний обмен мнениями позволил мне воочию лицезреть твое великолепие, товарищ. Твоя проницательность далеко превосходит обычных людей, и если ты не пожалеешь времени и сил на изучение формаций Девяти Дворцов, то непременно добьешься выдающихся успехов.

С этими словами он достал из-за пазухи мешочек для хранения.

— Здесь собраны трактаты по расстановке формаций Девяти Дворцов, что я изучал в будни – всего двадцать три свитка. Если выдастся свободная минутка, можешь полистать. Пусть это и не гарантирует, что ты одолеешь Галерею девяти изгибов на нынешнем Собрании Летящих Облаков, но по крайней мере поможет накопить куда более солидный багаж знаний.

Нин Чжо слегка изумился, но тут же протянул обе руки и принял мешочек.

Сделав шаг назад, он сложил руки в кулак и поклонился:

— В таком случае премного благодарен, брат Шэнь!

На обратном пути Су Линкоу хранила молчание.

Заметив странное состояние кузины, Шэнь Си с улыбкой поинтересовался причиной.

Су Линкоу подняла голову, и ее лицо омрачилось сложно читаемыми эмоциями:

— Братец, этот Нин Чжо…

Она запнулась, подбирая слова:

— Его понимание… просто пугает. Оно едва ли, едва ли уступает твоему.

Шэнь Си кивнул:

— Верно. Я и сам не ожидал, что его постижение формаций Девяти Дворцов будет прогрессировать столь стремительно.

Су Линкоу вздохнула:

— Каждый его вопрос был острым и бил точно в цель. Если бы их задавала я, то, возможно, не додумалась бы и за сутки. А он? За три часа задал больше трех десятков вопросов, и каждый – в самую точку!

— Многие вещи я едва-едва осилила умом, а он в следующем же вопросе перепрыгивал через огромный пласт материала и переходил прямо к последующим сложностям!

— Если бы я сама не изучала формации Девяти Дворцов и не обладала хоть каким-то пониманием, моя мыслительная скорость просто не поспевала бы за Нин Чжо!

— Братец, мне немного тревожно.

Шэнь Си стер с лица улыбку и молча посмотрел на Су Линкоу.

Су Линкоу на секунду отвела взгляд, а затем уставилась перед собой:

— Братец, тебе необязательно выкладывать всё до конца. Почему бы не остановиться на достигнутом?

Шэнь Си помолчал немного и тихо покачал головой:

— Кузина, в этом нет необходимости.

— Но ведь Нин Чжо и ты – прямые конкуренты. Разве мы своими руками не взращиваем себе врага?

Шэнь Си снова покачал головой:

— Я задам тебе лишь один вопрос: если Нин Чжо не станет учиться у меня, разве он не сможет продвинуться в искусстве формаций?

Су Линкоу на мгновение умолкла, а затем вздохнула:

— Разумеется, сможет. Здесь же главные врата Секты Десяти Тысяч Явлений, каких тут только трактатов нет? Нин Чжо уже заявил о себе, да что там, его имя гремит по всей главной секте – если он искренне вознамерится прибиться к какому-нибудь клану или фракции, разве мало найдется выдающихся наставников?

Шэнь Си подтвердил:

— Именно так. И потому воспользоваться этим шансом прямо сейчас, чтобы Нин Чжо остался обязан нам услугой – это самое выгодное вложение капитала.

— С его-то проницательностью, свирепой обучаемостью и поразительной скромностью, если он не поскупится на время и силы, то непременно добьется выдающихся высот в формациях.

— К тому времени помощь, которую я оказываю ему сейчас, неизбежно обесценится, а то и вовсе утратит всякий смысл.

— Эх, – протяжно вздохнула Су Линкоу. — Братец, твои слова чистая правда. Раз уж неукротимый подъем Нин Чжо уже не остановить, почему бы не поддержать его изо всех сил и не завязать благие узы!

Пещерное жилище из синего камня.

Нин Чжо сидел, скрестив ноги.

Он не стал спешить с изучением подаренных Шэнь Си трактатов о расстановке формаций, а вместо этого заново прокрутил в голове недавнюю беседу, методично пережевывая и переваривая каждую деталь.

— Утверждение о важности «места, земли, компаньона и богатства» безусловно верно.

— Пообщавшись с Шэнь Си всего несколько часов, я уверен, что при новой попытке входа в формацию легко осилю третий изгиб!

— Теперь я окончательно убежден: моя прежняя догадка верна – сокрушая Галерею девяти изгибов и совершенствуя мастерство по ходу дела, я окажу себе неоценимую услугу при последующем взломе водной формации Ло Шу!

Ночь сгустилась.

Нин Чжо принялся за трактаты Шэнь Си.

В то же время в Обители Омовения Нефрита.

Сунь Линтун глубоко вздохнул и приступил к использованию Нефритовой Страницы, Передающей Дао.

Огромные пласты истинного понимания, связанного с искусством формаций, начали вытягиваться из крошечного тельца Сунь Линтуна, превращаясь в струйки лучистого света, которые одна за другой устремлялись в нефритовую страницу.

С течением времени тело Сунь Линтуна забилось в мелкой дрожи, а на лбу выступил мелкий пот.

>