Появление Нин Чжо в одном из филиалов Туншантан сразу привлекло всеобщее внимание.

«Кто этот паренек?»

«Белые одежды, крупная голова… Судя по всему, это…»

«Должно быть, Нин Чжо. Один из первоклассных новичков, что так ярко проявили себя на нынешнем Собрании Летящих Облаков!»

Многие культиваторы бросили на него любопытные взгляды, принявшись шушукаться между собой или обмениваться мыслями через духовное сознание.

Нин Чжо подошел к прилавку.

У дежурившего там практика заколотилось сердце, и он поспешно подался вперед, приветствуя гостя: «Друг Нин Чжо, что-то желаете купить или продать? Если хотите сохранить покупку в тайне, можете общаться через духовное сознание – я гарантирую абсолютное молчание!»

Нин Чжо легко улыбнулся: «Благодарю, но в этом нет необходимости. Я бы хотел приобрести несколько заклинаний конфуцианских практиков».

Он не стал использовать духовное сознание и говорил вслух.

Видя, что в Нин Чжо нет ни капли заносчивости, свойственной гениям, дежурный ощутил прилив симпатии и закивал: «Как скажете. Вы ведь дважды брали первые места в конфуцианских испытаниях! Какое именно заклинание вам требуется? Я мигом отыщу.

Или, может, у вас есть какие-то особые пожелания? Могу дать пару ничтожных советов».

«Вот и отлично. Спасибо!» Улыбка на лице Нин Чжо стала чуточку шире. «Я пока не слишком хорошо разбираюсь в конфуцианстве, и в этот раз хотел бы прикупить заклинания, которые помогают передавать знания другим».

Дежурный на мгновение растерялся – запрос Нин Чжо оказался весьма неожиданным.

Разве Нин Чжо, участвуя в Испытании Вздымающихся Облаков, не должен сам повсюду учиться? С чего вдруг он заинтересовался методами передачи знаний?

«Он же первоклассный гений, нам, простым смертным, его замыслов всё равно не понять», – подумав так, дежурный тут же зарылся в каталоги и вскоре выдал Нин Чжо отличную подборку.

Стоял золотой век процветания мира бессмертных.

Существовало не меньше нескольких десятков профильных конфуцианских заклинаний, и Нин Чжо, тщательно всё перебрав, отобрал восемь.

Ими оказались: Опоры У Шань под Снегом, Назидание Указкой, Искреннее Наставление, Просветление через Оплату, Строгий Урок Наставника, Плеть, Подгоняющая Ленивого, Передача Мантии и Передача Эстафеты.

Заклинание «Опоры У Шань под Снегом» Нин Чжо с его нынешней базой конфуцианца применить не мог. Но он мог задействовать его через заранее подготовленный массив. Если это конфуцианское заклинание срабатывало, цель мгновенно постигала суть преподаваемого материала, словно преодолевая порог и уверенно входя в залы знания.

«Назидание Указкой» требовало использования особого артефакта – линейки. С её помощью можно было прямо-таки вбивать полезные знания в голову ученика через лёгкие удары.

«Просветление через Оплату» представляло собой ритуальный конфуцианский метод. Практик использовал портреты древних мудрецов конфуцианства, принимал плату от учеников, а затем одаривал их той или иной мудростью.

«Скупаю всё», – Нин Чжо достал духовные камни и расплатился на месте.

Получив наследство Старосты Цинхуана, он разжился партией духовных камней для повседневных расходов и наконец-то избавился от неловкой необходимости вечно расплачиваться демоническими золотыми ядрами призрачного пути.

«Приходите ещё». Под заинтересованными взглядами дежурного и остальных зевак Нин Чжо спокойно покинул филиал Туншантан.

Бан Цзе сидела за столиком на втором этаже ресторана у самого окна.

К ней слетела экстренная весточка.

«Нин Чжо пришёл в Туншантан только ради того, чтобы купить парочку конфуцианских заклинаний?»

Перечитав записку ещё раз, Бан Цзе нахмурилась: «И к чему тут эти фокусы с передачей знаний другим? Какая… цель за этим стоит?»

Будучи спешно заброшенной семьей Бан на передовую, она испытывала искреннее недоумение, получив столь странный отчёт.

«Впрочем, неважно. Где сейчас Нин Чжо?» Бан Цзе коснулась нефритовой подвески на поясе, связываясь с подчиненными.

Следившие за каждым шагом парня подручные мгновенно откликнулись, и свежие данные потекли к ней непрерывным потоком.

5.

И когда Нин Чжо был уже на полпути, Бан Цзе перехватила его.

«Друг Нин, погодите», – Бан Цзе преградила ему дорогу. — «Я Бан Цзе, культиватор из семьи Бан».

Бан Цзе первой приветствовала его, назвав себя.

Она сделала это нарочито громко: неподалёку, с юго-восточной стороны, возвышался пик, на котором шумел многолюдный базар – народ там толпился, буквально наступая друг другу на пятки.

Едва заметив движение, многие практики тут же обратили на них внимание.

«Глянь-ка! Это же Нин Чжо».

«Бан Цзе? Представительница семьи Бан? Неужели они решили лично проучить этого заезжего выскочку?»

«Быстро туда, сейчас будет весело!»

«Ходили же слухи, будто Бан Цзи из зависти к чужим талантам тайком нанял демонов, чтобы насолить Нин Чжо. А теперь к нему и вовсе семью прислали».

Многие зеваки оживились: кто-то пустил в ход разведывательные заклинания, а кто-то и вовсе оседлал летучие облака, срываясь с вершины прямо к месту встречи Нин Чжо и Бан Цзе.

Нин Чжо окинул Бан Цзе с ног до головы. На этой женщине красовалось Одеяние Небесного Шелкопряда Ста Закалок, поверх которого было надето Осеннее Облачное Одеяние Цвета Искристого Аромата, а завершало ансамбль покрывало из Янтарной Вуали из Свисающих Нитей.

Её брови напоминали тонкие клинки, а на висках в качестве зубчатых осей шестерёнок вращались две крошечные тёмно-медные накладки – движение было почти незаметным.

В глазах Нин Чжо промелькнул острый блеск. Сердце тут же насторожилось, но он бросил быстрый взгляд на слетающихся глазеть на шоу зевак и холодно бросил: «Бан Цзе? Зачем преграждаешь путь?»

На лице Бан Цзе появилось идеальное выражение скорби и искренности: «В прошлой буре моего младшего брата Бан Цзи оклеветали! Все эти россказни про „наём демонов“ – грязные происки ничтожеств, желающих стравить семьи Бан и Нин. Их намерения преступны! Наш клан Бан – знатный и уважаемый род, мы бы никогда не опустились до подобного. Если это недоразумение не разрешить, семьи понесут урон, а праведный путь покроется пылью!»

Сказав это, Бан Цзе обвела взглядом толпу, после чего снова уставилась на Нин Чжо: «Сегодня я осмелилась предстать перед вами, принеся щедрые дары от старших нашего рода. Искренне надеюсь, друг Нин Чжо, что мы сможем рассеять все недоразумения и превратить врагов в друзей».

«Вы обладаете уникальным видением в искусстве механизмов и пяти стихий, ваше сердце чисто, как цитра, а благородством вы не уступаете небожителям – поистине выдающийся человек нашего поколения, к которому каждый захочет приблизиться и завязать дружбу».

«Лучше дружить, чем враждовать, а превратить войну в мир – это же прекрасная традиция. Кто знает, быть может, в будущем мы рука об руку пойдём по пути Дао?»

Перешептывания зевак стали громче.

«Семья Бан хочет уладить конфликт с Нин Чжо мирным путём?»

«Нин Чжо хоть и держится особняком, но лишь потому, что его родной клан находится за пределами Страны Летящих Облаков. Шаг семьи Бан невероятно мудр».

«Я же говорил, что у семьи Бан благородные нравы, они бы не стали связываться с демонами. А оно вон как – всё происки негодяев!»

Нин Чжо нахмурился, собираясь что-то ответить.

Бан Цзе, уловив перемену в его настроении, решительно прервала его и одним хлопком по мешочку с сокровищами выставила напоказ принесённые в дар дары.

В тот же миг брызнуло ослепительное сияние, и воздух вокруг наполнился густой духовной энергией.

Больше десятка сокровищ, подхваченных незримой силой, зависли между Бан Цзе и Нин Чжо, заставляя сердца зевак замирать от восторга.

Толпа ахнула.

«Я что, ослеп? В этой склянке походу Мозг Мистического Льда Девяти Небес! Семья Бан отсыпала сразу три капли этого легендарного артефакта абсолютного холода!»

«Семена Земляного Огненного Лотоса? Эти духовные травы невероятно редки! Говорят, при правильном уходе они способны породить семя истинного пламени».

«Да тут целый Камень Зарождения Духов Пустоты! Это же первоклассный материал для установки телепортационных формаций или создания пространственных артефактов!»

Даже Нин Чжо не удержался и бросил туда заинтересованный взгляд.

Среди прочего он заметил крошечную пагоду. Девятиярусная миниатюрная башня из прозрачного нефрита вращалась в воздухе. Её корпус густо покрывали мельчайшие магнитные нити и миниатюрные шестерёнки, чьё устройство гармонично сочетало девять дворцов и восемь триграмм, поражая воображение своей филигранностью.

Бан Цзе вовремя пояснила: «Это Таинственная Магнитная Сокровищница Тысячи Механизмов и Девяти Изгибов. Сокровища, спрятанные внутри, невероятно редки – без подобных мер предохранения их просто не сберечь».

Она перевела палец на кусочек нефрита: «А это Божественный Ветряной Нефрит Десятитысячелетнего Пустого Сияния».

Затем указала на полупрозрачное духовное яйцо: «Это Яйцо Цинлуаня. Если вылупится, станет отличным средством передвижения».

И наконец, продемонстрировала потрепанный свиток из звериной кожи: «Это Контракт Тысячи Превращений Небесной Эволюции Звериных Духов. Освоив его, вы сможете заключать контракт с любым демоническим зверем и обращать его силу себе на службу. Даже если зверь погибнет в бою, есть шанс, что из него сформируется духовный двойник, продолжающий служить хозяину».

Брови Нин Чжо сошлись на переносице ещё круче, а крики в толпе усилились.

«О небеса! Вот это щедрость от семьи Бан! Разве это „скромный дар“?»

«Мозг Мистического Льда Девяти Небес! Семена Земляного Огненного Лотоса! Камень Пустоты! Моё сердце… да я за всю жизнь столько сокровищ не видел!»

«Семья Бан действует с размахом! Пойти на такие жертвы ради собственной чести… Впрочем, Нин Чжо и впрямь заслуживает такого внимания.»

О.

Бан Цзе буравила Нин Чжо взглядом, не упуская ни единого малейшего изменения в его мимике.

Про себя она шептала: «Нин Чжо! Такие сокровища прямо перед твоим носом – стоит сказать лишь одно слово, и они станут твоими. Не верю, что ты не клюнешь!»

«Стоит тебе их принять, и у нашего клана Бан появится праведное основание!»

«Как только ты возьмешь добро, Цепь Опорных Узлов в родовом храме вновь заработает и нанесет удар по твоей судьбе!»

Разве можно было просто так взять и забрать сокровища семьи Бан?

Нин Чжо неизбежно пришлось бы заплатить куда более страшную цену! Причём такую, которую посторонние даже не заметили бы.

«Ха», – коротко усмехнулся Нин Чжо. В его глазах сверкнули холодные искры, а взгляд стал острее клинка, впиваясь в лицо Бан Цзе.

«Друг Бан Цзе, семья Бан… какую же щедрую даровитую пьесу вы разыграли».

«Этот Мозг Мистического Льда Девяти Небес вообще никак не связан с циркуляцией пяти стихий в моём теле. Он мне без надобности. А метод хранения требует траты огромного количества чистых ресурсов элемента Янь и дерева для создания особой печати».

«Семена Земляного Огненного Лотоса и вовсе обитают в подземных глубинах, среди магмы. Если я захочу их вырастить, мне потребуются колоссальные вложения огненных ресурсов на долгие-долгие годы».

«Чем больше Камень Зарождения Духов Пустоты, тем труднее с ним работать. Стоит хоть немного нарушить его внутреннюю стабильность при создании массива, как он взорвётся. И тогда пространство схлопнется, а я отправлюсь прямиком в Пустоту, где меня ждет верная смерть!»

«А эта Таинственная Магнитная Сокровищница Тысячи Механизмов и Девяти Изгибов? Сколько времени и сил придётся угробить, чтобы взломать загадки и добраться до её содержимого?»

«Что же до Контракта Тысячи Превращений Небесной Эволюции Звериных Духов… Судя по древнему виду свитка, это какая-то архаичная техника? И сколько мне её изучать?»

«Специально ради этого вы ещё и яйцо Цинлуаня притащили, да? Чтобы у меня было больше стимула осваивать эту древнюю муть?»

Разбор полётов, устроенный Нин Чжо, заставил толпу зевак притихнуть.

Бан Цзе, будучи разоблаченной, ничуть не смутилась и принялась покачивать головой: «Друг Нин Чжо слишком глубоко заблуждается на наш счёт, став жертвой козней негодяев».

«Всё это было отобрано из наших клановых хранилищ с величайшим усердием. Даже если вы не станете этим пользоваться, перепродажа в том же Туншантане принесет вам огромную прибыль».

«А Божественный Ветряной Нефрит Десятитысячелетнего Пустого Сияния способен питать душу и очищать разум, это первоклассное подспорье для постижения законов ветра и пространства. В нём нет ни капли вреда, с чего вы вдруг увидели здесь какой-то подвох?»

Только сама Бан Цзе прекрасно понимала правду.

Эти подарки и правда были «тщательно отобраны» – и у каждого имелся свой подвох. Замечания Нин Чжо, пусть в мелочах и ошибочные, в целом попали в самую точку.

У Божественного Ветряного Нефрита тоже был изъян: заложенные в нём законы ветра были столь густы, что практик во время постижения легко мог утонуть в них, подвергнувшись разъедающему воздействию законов разума и тела. В итоге фундамент оказался бы испорчен, и это оказалось бы куда хуже, чем потерять базу и начинать культивацию заново.

Нин Чжо холодно хмыкнул, пронзая женщину взглядом: «Красноречиво и до тошноты фальшиво!»

«Бан Цзи нанял демонов, чтобы расправиться со мной. У меня на руках есть все доказательства, просто я пока не хочу распыляться».

«Когда нынешнее Собрание Летящих Облаков завершится, я непременно предам всё огласке и как следует поговорю с вашей семьей Бан!»

«А вы явились сюда с фальшивой улыбкой, пытаясь усыпить мою бдительность горой богатств и сбить с праведного пути, отвлекая от главного!»

«Какая же гнусная и подлая ловушка».

Голос Нин Чжо взмыл вверх, заставив присутствующих вздрогнуть, после чего он во всеуслышание объявил: «Великие мудрецы конфуцианства гласили: „Отвечать добром на добро – долг, а вот принимать дары от недругов – позор!“»

«Ваш клан Бан раз за разом пытается навредить мне, и вы думаете, я сглощу это, словно глупый мальчишка?»

«Слыханное ли дело!»

«Я, Нин Чжо, снова клянусь: я приложу все силы, чтобы расквитаться с Бан Цзи, и не успокоюсь, пока не заставлю его реветь от боли и позорно бежать!»

«Прошу всех присутствующих стать свидетелями!»

Толпа загудела.

Нин Чжо прекрасно понимал, что среди собравшихся наверняка полно подставных лиц Бан Цзе, но большинство всё же составляли зеваки.

Практики вытаращили глаза, а их лица отражали крайнюю степень изумления.

«Надо же, какая несгибаемая воля у Нин Чжо!»

«Слишком опрометчиво. Нин Чжо бросает вызов не просто Бан Цзи, он бросает вызов семье Бан. На что он вообще опирается?»

«И всё-таки, были ли в подарках Бан Цзе злые помыслы или нет?»

Бросив на Бан Цзе ледяной взгляд, Нин Чжо взмыл в небеса и тут же скрылся из виду.

Бан Цзе с трудом сдержала ярость, продолжая громко призывать его к совести, но остановить парня было уже невозможно. Ей оставалось лишь смотреть вслед удаляющейся фигуре большеголового юнца.

В уголке её глаз всё же задергался нервный тик.

«Этот гадёныш остался совершенно равнодушен к груде сокровищ!»

«Я же даже намекнула, что их можно продать за бешеные деньги, но он и ухом не повёл!»

Упрямец.

Это была первая схватка Бан Цзе с Нин Чжо, и она завершилась её поражением.

«Но мои методы на этом не заканчиваются. Хе-хе, погоди у меня, Нин Чжо!» Бан Цзе в упор смотрела на удаляющуюся спину парня, чувствуя, как в глубине души зреет жажда убийства.

Пик Потока Звёзд.

Зал совещаний.

Янь Линлун стояла возле Ситу Сина, тихонько шепча ему на ухо: «Глава Ситу, как гласит народная мудрость, прежде чем отражать внешнего врага, нужно навести порядок внутри».

«У нас тут появилось сразу два первоклассных таланта, и это, безусловно, прекрасная новость».

«Однако Нин Чжо до сих пор не вошел в список лучших, и сегодня все только и делают, что судачат об этом. Неужели он смотрит на нас свысока?»

«Вы сидите на первом месте, за вами идут Линь Цзинлун и Шэнь Си. А у Нин Чжо нет даже своего стула. Он взял каменную жетон-плашку, прославился, но с вами даже словом не перекинулся».

«Если позволить ситуации развиваться и дальше, боюсь, у всех появятся нехорошие мысли».

Ситу Син нахмурился, задумчиво глядя в окно: «И то верно».

«Места на стульях – это наши правила, но Нин Чжо их игнорирует. Каждая секунда его пребывания вне системы подрывает наши устои».

«Что ты предлагаешь делать?»

Янь Линлун слабо улыбнулась. Отлично зная нрав Ситу Сина, она нарочно произнесла: «Это просто. Глава Ситу может написать ему мягкое увещевательное письмо и предложить Нин Чжо занять второе место».

Брови Ситу Сина сошлись ещё круче.

Поняв, что момент назрел, Янь Линлун под предлогом медитации тут же откланялась.

Вернувшись в свою пещеру – тихую и безлюдную – она отправила весточку Бан Цзе: «Всё, что ты просила, я сделала. Между Ситу Сином и Нин Чжо в ближайшие дни обязательно вспыхнет драка!»

>