Увидев, что Цин Чи без колебаний согласилась на предложение Цзяо Ма (Нин Чжо), Цин Янь впервые засомневался в глубине души: можно ли вообще полагаться на Цин Чи, если доверить ей армию вот так просто?

У самого же Нин Чжо от такого поворота волосы встали дыбом, и он на мгновение потерял дар речи.

А Цин Чи уставилась на него, расплывшись в сияющей улыбке.

В глубине души Нин Чжо шевельнулось чувство вины.

С подобным он сталкивался впервые.

Прежде в Государстве Лянчжу, пусть Му Лань и преследовала какие-то свои цели, она всё же руководствовалась общими интересами и выгодой. Девушка же перед ним отдалась чувствам всецело.

«Эх! Я ведь дурачу её, прикрываясь личностью Цзяо Ма, а это подло».

«Но на кону вековой заговор Владыки Ванчуаня, предсмертная воля моей матери и безопасность всего Бессмертного Города Белой Бумаги. Я не могу в такой критический момент раскрывать свою истинную личность, а польза от Цин Чи становится всё очевиднее!»

Нин Чжо мысленно вздохнул: «Придется пока поступиться совестью перед Цин Чи. Когда эта волна нечисти отступит, я открою ей правду и принесу свои извинения».

Цин Чи была далеко не так надежна и рассудительна, как Му Лань – она всё ещё была слишком молода.

Поразмыслив немного, Нин Чжо решил пока всё скрывать.

Он посмотрел на Ли Ишана и Цин Яня, мысленно подбирая слова, чтобы объяснить им свой выбор.

Пусть даже Цин Чи во всем слушалась Цзяо Ма (Нин Чжо), заручиться поддержкой Ли Ишана и Цин Яня по-прежнему было крайне необходимо.

Если бы это происходило до событий в Государстве Лянчжу, Нин Чжо, пожалуй, решил бы, что контроль над Цин Чи автоматически означает контроль над армией.

Однако после великой битвы в Государстве Лянчжу кругозор и опыт Нин Чжо невероятно расширились, и он на собственном опыте усвоил истину: полководцы – лишь составная часть армии, пусть и самая заметная.

Основную же массу войска по-прежнему составляют рядовые воины.

Заручиться поддержкой Цин Яня означало получить признание этого зарождающегося воинства.

А привлечение Ли Ишана позволило бы тому и дальше помогать Цин Чи в формировании новой армии.

Нин Чжо заговорил:

— Из трех возможных родов войск дороже всего обойдутся солдаты, прокладывающие путь сквозь подземный мир за бумажные деньги. Но цена соответствует качеству: раз они самые дорогие, значит, на то есть веские причины.

— По моему мнению, главное достоинство этих солдат заключается в их способности свободно переходить из мира живых в мир мертвых и обратно. К тому же этот навык должен быть чрезвычайно практичным.

— Мир живых и царство мертвых отделены друг от друга. Если новая армия окажется в окружении в мире живых и угодит в безвыходное положение, она сможет ускользнуть в подземный мир и спасти себе жизни.

— Точно так же, преследуя призраков в подземном мире и остро нуждаясь в отдыхе, они смогут вернуться в мир живых и спокойно привести войска в порядок.

— Стоит сделать выбор в пользу этого направления, как новая армия получит полную свободу маневра и абсолютную инициативу!

— Особенно в Темных и Сырых Болотах Призрачного Прилива, где граница между мирами не так уж далека – для новой армии это станет родной стихией.

— Скажите, разве этого мало?

Остальные замялись.

Доводов Нин Чжо было недостаточно, чтобы полностью убедить их.

Цин Янь и вовсе заявил напрямик:

— Всё это твои догадки, а не железобетонные факты. Если новая армия не сможет быстро перемещаться между мирами туда и обратно, то эта главная способность окажется просто бесполезным хламом.

— Сам подумай: разве та нечисть за стенами города пришла не из потустороннего мира?

— Они вовсе не умеют прокладывать путь за бумажные деньги, но это не мешает им переправляться через Реку Минцзяо.

Его слова звучали разумно, но Нин Чжо парировал всего одной фразой, заставив того умолкнуть:

— Пусть даже переходы между мирами будут происходить очень медленно, само существование этого рода войск гарантирует, что главные силы семьи Цин по крайней мере не сгинут в Бессмертном Городе Белой Бумаги.

— Призрачный Прилив становится всё яростнее и свирепее, и нет никаких гарантий, что этот бессмертный город в конце концов не падет.

— Так что появление подобного рода войск как минимум позволит сохранить кровные линии семьи Цин.

У Цин Чи загорелись глаза:

— Сяо Ма, всё-таки ты у меня умница, додумался же до такого.

Цин Янь возразил:

— Ты забываешь, что влияние Владыки Ванчуаня огромно – его можно сравнить с целым государством культиваторов. В мире живых нам приходится сражаться лишь с частью его армии. А вот в подземном мире мы вполне можем столкнуться лицом к лицу с этим существом уровня трансформации духа.

Нин Чжо покачал головой:

— Владыка Ванчуаня – грозный правитель целой страны, разве с ним так легко столкнуться нос к носу?

— Это лишь одна из вероятностей.

— Но если мы выберем этих солдат, у нас по крайней мере останется козырь, чтобы спастись бегством, разве не так?

Цин Янь умолк.

Ли Ишан же к этому моменту уже был убежден:

— В его словах большой смысл. Теперь я тоже считаю, что выбрать этот путь – самое правильное решение.

Цин Янь посмотрел на Нин Чжо:

— Выходит, парень из семьи Цзяо, ты хочешь, чтобы твой род тоже вписался в эту новую армию и тем самым вы тоже урвали себе запасной путь к отступлению, я правильно понимаю?

Выражение лица Нин Чжо чуть смазалось.

Истинной целью Нин Чжо при выборе этих воинов было желание сделать так, чтобы в критический момент они смогли уйти под землю, пробиться к жертвенному алтарю и помочь ему исполнить волю матери, разрушив вековой заговор Владыки Ванчуаня.

Но говорить об этом вслух он не мог.

Эту тайну он не доверил даже Владычице Города Белой Бумаги.

Слова же Цин Яня звучали абсолютно логично и обоснованно.

Нин Чжо тут же кивнул, подыгрывая ему:

— Именно так. Нынешний Призрачный Прилив совсем не похож на прежние, призрачных армий становится всё больше. Мы должны думать о своих родных и близких, не так ли?

Цин Янь кивнул:

— Если семья Цзяо присоединится к армии и признает за Цин Чи право командовать ею дальше, то я согласен!

— Раз мы оставляем себе козырь на черный день, в решающий момент мы уже не будем стоять насмерть ради Бессмертного Города Белой Бумаги. А раз так, то и помощи у Владычицы Города нам просить не придется.

— И вот тут кроется главная загвоздка: где нам раздобыть столько ресурсов?

Нин Чжо легко улыбнулся, достал из рукава пространственный мешок и протянул его Цин Яню:

— Господин Цин, прошу, взгляните внимательно.

Цин Янь взял мешок, распустил горловину и погрузил внутрь духовное восприятие, отчего на его лице тут же запечатлелось потрясение.

Ресурсов здесь было слишком много!

А как иначе?

Ведь это были почти все накопления Небесного Призрака – могущественного и известного мастера.

Ли Ишан и Цин Чи тоже заглянули внутрь и разом просияли от радости.

Цин Янь нахмурился:

— Богатств и впрямь горы, но многое из этого нам совсем не подходит.

Чтобы создать этих призрачных солдат, требовалось сто тысяч цзиней столетней зеленеющей сандаловой древесины, смешанной с киноварью из Чжоуцзюня для создания рун, из которых делались сине-пурпурные бумажные деньги. При сжигании этих денег также полагалось сжечь девятьсот цзиней южноахмальского агарового дерева, чтобы закалить море духа, а в завершение беспрерывными потоками напитывать новобранцев энергией Инь на протяжении двадцати семи дней.

Нин Чжо, предвидевший это заранее, тут же ответил:

— Даже если бы нам помогала Владычица Города, она бы не смогла в тот же миг предоставить все нужные материалы.

— Мы вполне можем поторговаться с другими силами.

— В бессмертном городе есть не только оплот городского владыки, но и такие сверхмощные секты, как Секта Десяти Тысяч Явлений и Секта Пожирания Душ.

Цин Чи кивнула:

— Верно, верно, мы можем обратиться к ним!

— В последнее время Призрачный Прилив набирает силу, и в городе погибло немало культиваторов. Конца и края этой напасти не видно, поэтому резиденция городского владыки уже обратилась за внешней помощью.

— Скоро Секта Десяти Тысяч Явлений, Секта Пожирания Душ и прочие отправят сюда подкрепления.

— Бессмертный Город Белой Бумаги – единственный властелин Темных и Сырых Болот Призрачного Прилива, в чьих руках сосредоточены все здешние ресурсы для культивации. Эти крупные секты давно с вожделением ждали, когда город запросит помощи.

— Только вот…

— Сяо Ма, откуда у тебя столько денег? Ты что, выпотрошил все запасы своего рода? Или тебя поддержал твой отец?

Нин Чжо кашлянул пару раз:

— С одной стороны, отец признал мои успехи, с другой – меня поддержала еще одна влиятельная сила. Что до последней, то распространяться об этом не стоит.

Цин Янь посмотрел на зажатый в руке пространственный мешок и тихо усмехнулся:

— Секта Пожирания Душ?

Выражение лица Нин Чжо слегка изменилось, и он с горькой усмешкой кивнул:

— Я и не сомневался, что от вас ничего не утаишь, господин управляющий!

В сокровищах Небесного Призрака неизбежно сквозил след Секты Пожирания Душ, и Нин Чжо никак не мог этого избежать.

Он уже давно подготовил это объяснение на случай возможных подозрений.

Он намеренно говорил туманно, чтобы Цин Янь сам «догадался» обо всем, тем самым еще сильнее уверив последнего в том, что Нин Чжо действительно заручился поддержкой Секты Пожирания Душ.

Ли Ишан тоже озарился пониманием.

В этот момент в его голове пронеслось множество мыслей.

«На первый взгляд кажется, что Бессмертный Город Белой Бумаги противостоит Владыке Ванчуаню, использующему Призрачный Прилив. Но на деле обстановка куда сложнее».

«Секта Пожирания Душ – исполинская сила, и она отчаянно жаждет здешних ресурсов для культивации!»

— Но в расстановке сил Бессмертного Города Белой Бумаги после резиденции городского владыки идут владения Секты Десяти Тысяч Явлений. Секта Пожирания Душ не могла с ними соперничать и терпела неудачи раз за разом, но теперь они решили сделать ставку на новую армию.

— Не зря они входят в число великих сект: мало того, что пронюхали об этом деле, так еще и прознали про ужасающее влияние Цзяо Ма на Цин Чи, и теперь пытаются провернуть свои темные дела через него! Шаг поистине великолепный!

Прежде чем явиться в Темные и Сырые Болота Призрачного Прилива, Нин Чжо всегда опасался Секты Пожирания Душ – он и подумать не мог, что в данный момент ему придется прикрываться их именем.

— Раз уж моя семья Цзяо тоже в деле, то вторым командующим этой армии должен стать я, — улучив подходящий момент, Нин Чжо тут же выдвинул новое требование.

Цин Янь только нахмурился в раздумьях, как Цин Чи тут же закивала с безудержной радостью:

— Сяо Ма, ты будешь сражаться со мной бок о бок? Как же это чудесно! Я только за!

Цин Янь горько вздохнул и дал свое согласие.

Нин Чжо добавил:

— Нам также нужно известить об этом руководство Бессмертного Города Белой Бумаги. И пусть в их финансовой поддержке мы не нуждаемся, само создание нашей армии окажет огромную помощь городу в отражении этого Призрачного Прилива.

— А в этом кроется простор для сотрудничества.

— Даже если появление новой армии вызовет подозрения у городского владыки, учитывая ее нынешнее положение, ей останется лишь проглотить обиду и стерпеть.

Услышав это, Цин Чи засияла от счастья:

— Сяо Ма, я же знала, что тебе не нравятся старые карги!

Ли Ишан и Цин Янь, напротив, помрачнели.

Цин Янь сказал:

— Об этом нужно доложить по всей форме. Меня очень беспокоит реакция городского владыки.

Ли Ишан тоже кивнул:

— И то верно, есть риск получить отказ. По правде говоря, в Бессмертном Городе Белой Бумаги всегда всё решал исключительно владыка. Даже Секта Десяти Тысяч Явлений не способна повлиять на ее контроль над городом.

— Перед отправкой сюда я получил наставления от взрослого лорда Лунцзюня. Он велел мне остерегаться Владычицы Города Белой Бумаги, ибо она славится непреодолимой жаждой властвовать и безграничными амбициями.

Нин Чжо слегка кивнул:

— Владыка уже знает, что мы формируем армию, и перед лицом общего врага вероятность того, что она умерит свой нрав и примет это, весьма высока. Как бы то ни было, раз мы приняли решение, нужно немедленно подавать официальный рапорт. Это в интересах общего дела.

Остальные кивнули в знак согласия.

В ходе этих переговоров Нин Чжо пожертвовал львиной долей своих богатств, но взамен добился глубокого участия в создании новой армии и достиг поставленной цели.

Вернувшись внутрь гигантской бумажной куклы, Нин Чжо через Лампу Межпутий ввел в курс дела Сунь Линтуна.

Сунь Линтун покачал головой:

— Сяо Чжо, ну ты и размахнулся в этот раз. Почти всю военную добычу отдали на создание армии, да еще и не хватило.

Нин Чжо ответил:

— Поэтому, старший товарищ, посмотри, нельзя ли раздобыть немного ресурсов у Ло Сы.

Нин Чжо вовсе не получал поддержки от Секты Пожирания Душ. Затраты на создание армии были столь колоссальны, что даже влив туда все свои пожитки, он всё равно оставался в убытке.

Сунь Линтун вздохнул:

— Эх, ладно, попробую.

Преодолев долгий путь, он уже отыскал Ло Сы. Выяснить точное местонахождение столь высокопоставленного военачальника труда не составило.

Нин Чжо кивнул:

— Я тоже попутно отправлю весточку клону городского владыки – авось удастся разжиться какой-нибудь поддержкой и от нее.

— Ха-ха, — усмехнулся Сунь Линтун. — Всё будет зависеть от того, насколько важную роль спасителя мира она отвела тебе в своем сердце.

Спустя два дня посыпались хорошие новости.

Сунь Линтун благополучно встретился с Ло Сы, сославшись на то, что они уже повидали Старца Седых Костей, по чьему наставлению и прибыли к Ло Сы за помощью.

Старец Седых Костей фактически находился под домашним арестом, и связаться с ним для Ло Сы было куда сложнее, чем раньше. Так что быстрого ответа ждать не стоило.

Сунь Линтун же дал понять, что спешит.

Ло Сы еще при первой встрече на берегу реки Ванчуань составил о Сунь Линтуне весьма высокое мнение. Поразмыслив, он не стал дожидаться вестей и прямо выделил Сунь Линтуну немало богатств.

По просьбе Сунь Линтуна он также выписал ему новый мандат.

Имея на руках эту бумагу, Сунь Линтун мог открыто вести всадников на быках вдоль Реки Минцзяо по военным дорогам Царства Мёртвых Ванчуань обратно в мир живых.

Другая добрая весть заключалась в том, что Владычица Города Белой Бумаги не только одобрила создание новой армии, но и проявила невиданную щедрость, добровольно увеличив объем ресурсов вдвое сверх запрошенного Нин Чжо.

Таким образом, с учетом сократившейся на три десятых доли несостоятельного вклада Ли Ишана, Нин Чжо удалось с поразительной легкостью собрать все необходимые для армии ресурсы.

Более того, Владычица Города предоставила им даже тайную комнату для культивации, в которой была установлена особая формация, ускоряющая течение времени.

— Неужели это благословение небесной удачи? — оба, Сунь и Нин, «лично видевшие» Старца Седых Костей и знающие всю подоплеку дела, не переставали изумляться чудесам этой пресловутой судьбы.

Нин Чжо произнес:

— Я начинаю постигать Дао Старца Седых Костей. Если плыть по течению Небес и Земли, все дела идут как по маслу. Проблемы, казавшиеся непреодолимыми в обычное время, разрешаются сами собой.

Сунь Линтун же задумчиво строил планы: «А как бы украсть чужую ци удачи? Если удастся её свистнуть, сколько же кайфа я получу?»

Разобравшись с армейским вопросом, Нин Чжо вновь связался с кланом Цзяо.

— Что? Новая армия?

— Что? Дошли уже до создания рода войск?

— Что? Солдаты, прокладывающие путь за бумажные деньги?

Отец Цзяо Ма трижды испытал сильнейшее потрясение, но в конце концов, поддавшись уговорам Нин Чжо, решительно кивнул:

— И правда, пора оставить семье путь к отступлению. Я сию же минуту отправлюсь назад, чтобы отобрать группу элитных бойцов и отдать тебе в подчинение.

— Сынок, ты сработал на славу, отстоял честь отца!

Перед уходом отец Цзяо Ма похлопал Нин Чжо по плечу.

От этого простого жеста сердце Нин Чжо на миг сжалось от тоски, и он невольно подумал: «Будь мой родной отец жив, стал бы он точно так же хлопать меня по плечу, ободряя?»

Детские обиды и недолюбленность порой отравляют человеку всю жизнь.

(Конец главы)