— БУХ-Х-Х!!

Огромный белый метеорит обладал чудовищной сокрушительной силой. Он пробил сияние Лазурной Стойкости, снёс целые рощи гигантских деревьев, рухнул на горный склон и тут же взорвался.

Бесчисленные градины с бешеным свистом разлетелись во все стороны, туман изморози взметнулся до небес, мгновенно окутав всё поле боя.

Силуэт Нин Чжо полностью скрылся из виду. Лишь Лагерь Трех Воевод, оказавшийся в эпицентре бушующего пламени, продолжал действовать как единое целое, накрепко удерживая позиции.

— Путь Земли: Техника Земляного Побега!

Нин Чжо стремительно уходил всё глубже под землю.

Его тело покрылось слоем белого инея, который становился всё толще, безжалостно разъедая плоть.

«Даже применив сразу три заклинания, я всё равно не смог сдержать и одной атаки призрачного культиватора Тянь Шуана!»

На сердце у Нин Чжо было леденяще холодно.

Это лобовое столкновение наглядно показало всю пропасть в силе между ними.

«Должно быть, это самый сильный противник, с которым мне доводилось сталкиваться лицом к лицу?»

Если подумать, дедушка Лун, несомненно, превосходил Тянь Шуана, но в той засаде Лагерь Белого Нефрита принял на себя основной удар. Нин Чжо хоть и участвовал в бою, но вместе с Сунь Линтуном лишь притворялся Старым Демоном из Камня, рыская по полю боя в поисках выгоды.

Сейчас же он не просто сошлся с Тянь Шуаном лицом к лицу, но и держал на себе его главный натиск, мгновенно ощутив невиданное доселе колоссальное давление.

— Кхе-кхе… — Нин Чжо внезапно закашлялся, и в брызгах его крови мелькнули крошечные ледяные крупицы.

Он внутренне содрогнулся: целительные заклинания были активированы заблаговременно, но толку от них почти не было.

— Сяо Чжо, используй Пилюлю Теплого Огня, — вовремя подсказал Сунь Линтун.

Нин Чжо последовал совету и тут же проглотил пилюлю. Направив циркуляцию духовной энергии, он мгновенно разогнал лекарственный жар, и результат не заставил себя ждать. Внутри тела разлился поток живительного тепла, разгоняя стужу, а наледь на коже начала постепенно таять.

«Мои техники пяти стихий больше тяготеют к нападению, в будни я уделял слишком мало внимания исцелению».

Столкнувшись со столь беспрецедентно сильным противником, Нин Чжо сразу же осознал свои слабые стороны.

«Боевой мощи Лагеря Трех Воевод едва хватает даже против Ди Хуэя, мне нельзя соединяться с ними. Напротив, я должен изо всех сил цепляться за этого призрака Тянь Шуана, чтобы дать Лагерю Трех Воевод время отступить!»

У Нин Чжо имелся Ванли Юлун, что было равносильно владению пространственной техникой побега уровня Зарождения Души. И хотя враг давил своей мощью, вызывая у него сильное напряжение, паники он не испытывал.

Он вложил слишком много ресурсов в Лагерь Трех Воевод, и если тот будет полностью уничтожен в этой битве, для него это станет тяжелейшей потерей.

«Дальше буду колдовать прямо из-под земли и вести дальний обстрел Тянь Шуана!»

— Путь Земли: Летающие Скалы – Острые Шипы!

Нин Чжо уже собирался нацелиться на Тянь Шуана, как вдруг его духовное восприятие шевельнулось, и он мгновенно сменил направление атаки, послав похожие на шипы каменные глыбы во все стороны вокруг себя.

Тут и там раздались болезненные вопли и визги нечисти.

Внезапная атака призраков была сорвана ударом Нин Чжо, однако свыше десятка духов мертвых продолжали снизу вверх нестись прямо на него.

Эти твари были абсолютно черными, а их тела покрывали оранжево-красные трещины лавы, извергающие мощный жар.

Все они превосходно владели техникой подземного перемещения, чувствуя себя под землей как рыба в воде.

— Земляные Плавящие Призраки! — мысленно воскликнул Нин Чжо, применяя заклинание для второй волны атаки.

Хотя ему удалось уничтожить немало этих тварей, из глубин земли непрерывным потоком легионами продолжали прибывать всё новые духи.

Сунь Линтун с помощью Ванли Юлуна просканировал куда большую глубину, чем мог Нин Чжо, и тут же предупредил:

— Сяо Чжо, не задерживайся на одном месте.

— Понял! — Нин Чжо тут же бросился в бегство, попутно уничтожая огромное количество плавящих призраков.

Внезапно он почувствовал, как из ниоткуда возникла жуткая волна холода, которая изнутри и снаружи подвергла его жестокому разрушительному воздействию.

Всего за несколько мгновений его движения замедлились, конечности онемели, а на бровях выступила изморозь.

Сунь Линтун тут же предостерег:

— Это Тянь Шуан атакует тебя! Но как именно он это делает, непонятно.

Нин Чжо воспользовался духовным зрением, заглянув внутрь себя: «Это моя душа! Его атака зарождается в моей душе и вредит физическому телу!»

— Божественная способность: Леденящий Взгляд Души!

Белый призрачный культиватор Тянь Шуан завис высоко в небе, сложив правую руку в меч-палец перед грудью и молча управляя своей способностью.

Его глаза были абсолютно мертвенно-белыми, и в этом особом зрении проступали лишь силуэты душ живых существ.

Прямо сейчас он сосредоточил всё своё внимание на душе Нин Чжо.

Использование этой способности было невероятно изощренным. Стоило Тянь Шуану продержать цель в поле зрения дольше трех вдохов, как три души и семь тел жертвы окутывала стужа. Однако этот мороз поражал не саму душу напрямую – напротив, он распространялся наружу, калеча плоть.

Лишь после того как физическое тело оказывалось заморожено и омертвело, скопившаяся там ужасающая ледяная ци возвращалась обратно, нанося сокрушительный удар по душе культиватора.

Стоило Тянь Шуану взять Нин Чжо на прицел, как обстановка стремительно покатилась к развязке, становясь всё более опасной.

Тот поспешно извлек всевозможные пилюли и принялся жрать их горстями. Лекарственная сила мгновенно усвоилась, превратившись в потоки энергии, растекшиеся по всему телу: одни разгоняли холод, другие привносили жизненную силу, третьи восстанавливали плоть.

Подготовка Нин Чжо к бою была более чем основательной. Главное, у него хватало средств, благодаря чему перед битвой он скупил множество пилюль. Пусть по качеству они оставляли желать лучшего, он брал количеством.

— Путь Огня: Плащ в Огне!

В критический момент глубокое понимание пяти стихий вновь проявило свою мощь: мысли Нин Чжо бешено закрутились, и в пучине разума он за мгновение сжег несколько тысяч зеркальных мыслей, сотворив огненное защитное заклинание.

Пламя вырвалось из храма сердца пути огня и мгновенно охватило всю его плоть. Тело Нин Чжо изнутри и снаружи окутал мягкий жар.

С-с-с-с…

Огонь опалял Нин Чжо, пожирая его плоть словно кусок мяса на вертеле, и в воздухе тут же запахло палёным.

Обладавший особым зрением Тянь Шуан сразу же заметил перемены в Нин Чжо. Он холодно усмехнулся и резко ослабил мощь своей способности.

В мгновение ока ледяная ци спала, из-за чего Нин Чжо вспыхнул с новой силой, и языки пламени взметнулись над его макушкой на три чи.

Будучи легко перехитренным Тянь Шуаном, Нин Чжо невольно простонал от боли и уже инстинктивно хотел прервать заклинание Плаща в Огне. Но в этот самый момент в его море разума промелькнула вспышка озарения.

Эта вспышка была подобна молнии, разорвавшей небеса моря разума и по пути уничтожившей почти тысячу зеркальных мыслей.

Нин Чжо влил часть своего духовного сознания прямо в сердце.

Божественная статуя внутри храма сердца пути огня тут же ожила, а её брови в точности повторили черты лица Нин Чжо.

Благодаря этим изменениям Нин Чжо мгновенно почувствовал, что его контроль над заклинаниями стихии огня вышел на совершенно иной уровень.

Он поспешно уменьшил мощь пламени, чтобы она в точности соответствовала силе нагрянувшего холода.

— О? — Сунь Линтун был одновременно удивлен и обрадован.

Он прекрасно знал положение дел Нин Чжо и понимал, что хотя у того довольно глубокое понимание пяти стихий, многие заклинания редко практиковались, а их боевая эффективность была под вопросом.

Особенно это касалось заклинаний, создаваемых прямо посреди боя: они были слишком узкоспециализированными, но при этом зачастую страдали однобокостью и не отличались гибкостью.

Боевой опыт Тянь Шуана был поистине колоссальным, его проницательность – острой и безошибочной. Он с первого взгляда понял, что Нин Чжо колдует довольно неуклюже, а потому применил отступление как наступление: резко свернув мощь способности, он играючи вновь загнал Нин Чжо в тупик.

Но он никак не ожидал, что в критический момент Нин Чжо удастся совладать с жаром заклинания и интуитивно подстроиться под резкий перепад холода.

По правде говоря, сам Нин Чжо этого тоже не ожидал.

«В спешке я задействовал существование храма сердца пути огня и успел состряпать это огненное заклинание».

«Поскольку первоначальный огонь исходил из храма сердца, степень интеграции оказалась высочайшей, и теперь через управление храмом я могу косвенно регулировать мощь заклинания. Гениально!»

Этот небольшой прорыв прямо посреди боя словно отворил для Нин Чжо новое окно.

Тянь Шуан стремительно менял интенсивность способности, заставляя её то затихать, то нарастать, и Нин Чжо тут же следовал за ним, отчего Плащ в Огне на его теле то разгорался, то сжимался.

Оценив обстановку и убедившись, что Нин Чжо способен выдерживать этот уровень натиска, Тянь Шуан не удержался от странной улыбки: «Этот паренок довольно странный, похоже, он владеет какими-то секретами, его боевой потенциал весьма высок».

«Однако, если ты думаешь, что сможешь так легко отбиться от моей способности, ты глубоко заблуждаешься!»

Даже загоняя Нин Чжо в угол, Тянь Шуан ни разу не высвободил эту способность на полную мощность.

Примененный на полную силу Леденящий Взгляд Души порождал пронзительный, абсолютный холод, проникавший прямо в верхний Даньтянь и море разума культиватора, замораживая и убивая любые мысли на своем пути!

Эти зеркальные мысли одна за другой рушились, и бесчисленные осколки тонули в ледяной пуше, обращаясь в ничто.

Время культивации Нин Чжо всё же было слишком коротким – всего каких-то полтора десятка лет. В повседневной практике он никогда не сталкивался с тупиками в развитии моря разума, всегда считая, что дела обстоят неплохо.

Теперь же, столкнувшись с таким грозным противником, как Тянь Шуан, он сразу же обнажил свои огромные изъяны в защите разума.

Жуткая стужа влилась внутрь без малейшего сопротивления, застав Нин Чжо врасплох.

Он был искусен в использовании пяти стихий для создания заклинаний, но когда дело касалось его собственного моря разума, это уже лежало в сфере божественных искусств, где большинство заклинаний были бессильны.

Не найдя решения и протянув всего несколько вдохов, Нин Чжо потерял больше половины зеркальных мыслей, которые были заморожены и уничтожены, из-за чего его мыслительные процессы замедлились в несколько раз.

Такое положение дел окончательно столкнуло его в бездну поражения!

В этот момент все его мысли и рассудки грозили застыть и умереть, полностью лишив способности соображать.

Сколь бы ни было глубоко понимание пяти стихий, без возможности мыслить невозможно составить ни единого заклинания.

— Сяо Чжо! — Сунь Линтун не выдержал и уже собирался вмешаться, чтобы вытащить Нин Чжо внутрь Ванли Юлуна и скрыться с помощью пространственного побега.

Именно в эту секунду спрятанное в голове Нин Чжо сокровище вдруг испустило бескрайний свет Будды.

Сияние Будды засияло подобно палящему солнцу, и повсюду, куда оно достигало, ледяной холод рассеивался.

Это была Печать Сердечных Демонов Будды!

Это великое сокровище активировалось пассивно, излив беспредельный свет Будды и защитив море разума Нин Чжо.

В лучах света мгновенно зародились бесчисленные мысли Будды.

Спустя всего пару вдохов в море разума Нин Чжо обосновались уже десятки тысяч мыслей Будды.

Его способность мыслить вновь стремительно восстановилась!

— Как опасно!

— Ещё чуть-чуть, и я бы окончательно проиграл.

Десятки тысяч крупиц мыслей Будды ярко сияли в лучах, которые устремились вверх, нанеся контратаку по самому Тянь Шуану.

— А-а-а! — завопил Тянь Шуан, судорожно закрывая глаза.

Из щелей его плотно сжатых век хлынули ручьи крови.

И в этой крови отчетливо мерцал оставшийся свет Будды!

Будучи призрачным культиватором, Тянь Шуан страдал от подавления со стороны практик буддийской школы. На сей раз, применив способность, он установил сокровенную, теснейшую связь с Нин Чжо и попал под ответный удар света Будды, получив тяжелейшие увечья глаз.

По крайней мере в ближайшее время он точно не сможет использовать Леденящий Взгляд Души.

Сунь Линтун громко крикнул:

— Сяо Чжо, отличный шанс! Бей врага, пока он слаб, атакуем изо всех сил!

Нин Чжо же покачал головой:

— Драки, убийства, распри и обиды – всё это тлен, какой в них смысл?

Сунь Линтун: «?!»

Тянь Шуан, хоть и зажмурился, всё еще видел перед собой лишь яркие вспышки света Будды.

Этот свет заливал и его собственное море разума, вытесняя остальные мысли и заменяя их огромным количеством мыслей Будды.

«Вся эта мерзость… Да я же мразь!»

В сердце Тянь Шуана пробудилось глубокое раскаяние: «Как же я гнил…»

«Зачем только я калечил других, губил столь яркую и юную прекрасную жизнь?»

«Я ведь не человек, то, что я творю, нарушает небесную гармонию! Почему бы мне не творить добро?»

«Пусть все живые существа обретут покой… да пропади оно пропадом!»

На самом дне своих мыслей Тянь Шуан с трудом взял себя в руки и яростно выругался.

«Проваливайте из моего моря разума, поганые мысли Будды!»

Тянь Шуан не стал начинать новых атак, но и Нин Чжо не спешил переходить в наступление, вместо этого извлек Плавающие Ледяно-Белые Руки для экстренного исцеления.

— Наступаем по очереди! — взревел Лю Эр.

Столкновение Лагеря Трех Воевод и Ди Хуэя тем временем перешло в самую жаркую фазу.

Лю Эр, Гуань Хун и Чжан Хэй вырвались из железного построения и, сменяя друг друга, обрушили атаки на Ди Хуэя.

Этот Земляной Призрак из Небесно-Земной Парочки Призраков немедленно применил заклинание для перемещения.

То, что он использовал, было вовсе не рядовым Земляным Побегом, а куда более требовательным и мощным Земляным Хождением!

Лагерь Трех Воевод участвовал в засаде и воочию видел, как Старый Демон из Камня полагается на Земляное Хождение, прекрасно осознавая всю грандиозность и полезность этой техники.

Поэтому, как только они увидели, что призрачный старейшина тоже применяет нечто подобное, они тут же сменили цель.

— Уа-а-а, Белый Призрак, получи моё копьё! — Чжан Хэй взмыл в высоты и метнул копьё в Тянь Шуана, источая нескрываемую жажду убийства.

Тянь Шуан по-прежнему крепко жмурился, но его духовное сознание оставалось начеку.

В тот момент, когда Копье Чёрной Змеи уже почти коснулось головы Белого Призрака, тот резко выбросил руку.

Цзэн!

Руки Тянь Шуана напрямую перехватили тяжеленное Копье Чёрной Змеи, издав звонкий металлический лязг.

— Божественное искусство: Когти Девяти Небесных Ледяных Душ!

Пять пальцев Тянь Шуана покрылись черным льдом, образовав тяжелые латные рукавицы с когтями.

Внутри рукавиц были запечатаны массы ледяных духов, и каждый взмах порождал ледяной шторм. Внутри этого шторма возникали бесчисленные искаженные лица страдающих ледяных духов, испускающие скорбные вопли, которые наносили колоссальный урон духовном сознанию.

В следующее мгновение Тянь Шуан взмахнул когтями.

У-у-у…

Чжан Хэй одновременно подвергся удару свирепой леденящей ци и скорбных воплей ледяных духов, камнем рухнув с небес.

Но следом за ним Гуань Хун, усиленный огромной боевой мощью армии, сменил Чжан Хэя, бросив вызов Небесному Призраку.

Следом за Гуань Хуном вступил Лю Эр.

Пройдя через несколько сражений, троица Лю, Гуань и Чжан уже выработала идеальное взаимопонимание. Опираясь на эту сыгранность, они образовали непрекращающийся поток атак.

Небесный Призрак выглядел довольно жалко.

Главная проблема заключалась в том, что стоило ему лишь задумать контратаку, как в его море разума тут же всплывали мысли Будды, вмешиваясь в ход мыслей и устраивая кавардак.

Это сковывало любые его попытки затаить убийственный умысел.

Раз уж даже мысли оказались ограничены, о применении заклинаний и говорить не приходилось.

Небесный Призрак был вынужден отступить под натиском Трех Воевод.

Увидев эту картину, Ди Хуэй расхохотался во всё горло.

Он впервые видел своего лучшего напарника в столь жалком состоянии.

Услышав смех Ди Хуэя, Лю, Гуань, Чжан и Нин – все они почувствовали внутреннее сжатие, одновременно осознавая: противник еще не выложился на полную!

(Конец главы)