«Нин Чжо?» В сердце Лу Хунту шевельнулось смутное узнавание: это имя показалось ему знакомым. Вмиг он припомнил всё, что было известно о Нин Чжо.

Впервые Нин Чжо привлёк его внимание во время самой первой стычки в засаде. Еще до начала той битвы лагерь Леса Тысячи Пиков узнал о пророчестве, которое Нин Чжо изрёк накануне.

Именно отталкиваясь от этого, Лу Хунту и выстроил свой замысел.

Когда же засада завершилась ничьей, Старый Демон из Камня открыто заявил, что Нин Чжо пробудил в нём живейший интерес.

По этой причине Лу Хунту и его соратники не стали трогать этого чужеземного культиватора, который, несмотря на своё ничтожное основание на стадии Базового Строения, умудрился выдать столь точное прорицание.

Впрочем, хоть Старый Демон из Камня и вёл себя весьма активно – то и дело устраивая засады и грабя тыловые обозы государства Лянчжу неподалёку от Бессмертного Города Цанлинь, – на самого Нин Чжо он так ни разу и не напал.

Последняя военная сводка, попавшая на стол Лу Хунту, гласила, что Нин Чжо и Му Лань сочетались браком.

Поначалу Лу Хунту даже подумал, что это дезинформация.

Однако вскоре до него дошли новые подробности и закулисные детали, доказавшие, что слухи сущая правда.

Тогда он лишь с завистью подумал: «А у этого парня Нин Чжо судьба-то улыбается!»

Лу Хунту прекрасно понимал, что Нин Чжо – его враг.

Всю подоплёку вражды между кланом Нин и Сектой Шести Пещер он тоже знал в деталях.

Пусть в том деле правда была не на их стороне, в этом мире куда больше ценят силу, а не правоту.

Поразмыслив пару мгновений, Лу Хунту тут же обратился к двум стоявшим перед ним призрачным культиваторам:

— Нин Чжо? Он и мой враг тоже.

— Да неужто? — в голосе белого призрака Тянь Шуана послышалось искреннее удивление.

Лу Хунту тут же выдал краткие пояснения, моментально сократив дистанцию между собой и Небесно-Земными Демонами.

Черноризек Ди Хуэй с настороженностью в голосе произнёс:

— На счету этого Нин Чжо – жизни учеников нашей Секты Пожирания Душ. Мы собираемся взять его живьём и уволочь с собой.

Лу Хунту отпарировал:

— Я и не думал оспаривать его у двух уважаемых господ.

— Он всего лишь мелкий сопляк на стадии Базового Строения. Будь он уровня Золотого Ядра, я бы давно сам прикончил его и стёр в порошок.

— Раз уж вы двое лично изволили заинтересоваться им и решили взять живьём, Нин Чжо может почесть за великую честь родиться под счастливой звездой.

— Только вот… вообще-то, этот парень – личная добыча Старого Демона из Камня.

— Если вы хотите захватить его живым и увезти, вам лучше сперва заручиться согласием Старого Демона.

Тянь Шуан тут же покачал головой:

— А вот и нет. Старый Демон просто приметил его, а у нас с ним кровная месть за убитых сородичей.

— И в этом деле Старому Демону из Камня придётся нам уступить!

Ди Хуэй и вовсе пренебрежительно пожал плечами:

— По-моему, вы все слишком уж трепещете перед этим Старым Демоном из Камня. Да, он владеет техникой передвижения сквозь землю и вольна шнырять по всему полю боя, но в открытом лобовом столкновении от него толку никакого.

— От подобных ублюдков-йоку мало проку. Глядишь, в следующем же бою враг уже приготовит контрмеры, чтобы на корню задушить его земляную поступь.

Услышав это, Лу Хунту невольно удивился.

Он машинально перевёл взгляд на дедушку Луна.

Тот в ответ лишь мягко улыбнулся.

Лу Хунту мгновенно всё понял: дедушка Лун намеренно утаил от Небесно-Земных Демонов тот факт, что Старый Демон из Камня уже прорвался на уровень Зарождения Души.

По правде говоря, об этой военной тайне знало лишь высшее руководство союза Леса Тысячи Пиков.

Знай призрачная парочка истинную силу Старого Демона, они бы заговорили совсем иначе.

Ещё немного поразмыслив, Лу Хунту раскусил замысел дедушки Луна.

«Похоже, храм Драконьего Владыки жаждет стравить Старого Демона из Камня с Небесно-Земными Демонами».

Старый Демон из Камня – новоиспечённый владыка уровня Зарождения Души, в то время как Небесно-Земные Демоны, хоть и пребывают лишь на стадии Зарождения Души, оба являются истинными монархами.

К тому же их коронные боевые искусства идеально дополняют друг друга, позволяя обрушить на врага сокрушительный удар невероятной мощи.

Именно поэтому Небесно-Земные Демоны гремят на всю округу, и даже такой человек, как Лу Хунту из Леса Тысячи Пиков, быллы наслышан об их подвигах.

«Но даже если Небесно-Земные Демоны уступят Старому Демону, не стоит забывать, кто стоит за их спинами. Это же Секта Пожирания Душ!»

«На сей раз храм Драконьего Владыки отвалил немалую цену, чтобы нанять Небесно-Земных Демонов. И делается это не только ради того, чтобы разбить тактику Ду Тяньчуаня „Железный поток над равниной“, но и с прицелом на Старого Демона из Камня».

По мнению дедушки Луна и Лу Хунту, Старый Демон из Камня всегда оставался местным аборигеном Леса Тысячи Пиков, затворником-йоку, который некогда пытался прощупать подземные жилы их земель с самыми недвусмысленными намерениями.

А потому Старый Демон представлял собой серьёзнейшую угрозу позициям Драконьего Владыки Женьшеневых Корней.

Вот только сейчас на пороге стояла огромная армия государства Лянчжу, и Драконий Владыка наверняка ломал голову над этой напастью. У него просто не оставалось свободных рук, чтобы заняться Старым Демоном, и ему пришлось прибегнуть к подобным интригам.

Раскусив тайный план людей из храма Драконьего Владыки, Лу Хунту тут же поспешил подыграть дедушке Луну.

Поболтав ещё немного, дедушка Лун подозвал слуг, чтобы те проводили призрачных гостей и как следует о них позаботились.

В комнате остались только Лу Хунту и дедушка Лун.

Лу Хунту тотчас заговорил с предостережением:

— Дедушка Лун, намерения Ду Тяньчуаня сейчас предельно ясны: он хочет решить исход всей кампании одним генеральным сражением!

— А потому для нас критически важно выстоять против его боевой тактики «Железный поток над равниной»!

— Если нам это удастся, наш боевой дух взлетит до небес, сердца воинов объединятся и мы захватим абсолютную инициативу.

Дедушка Лун тяжело вздохнул:

— Ду Тяньчуань вполне оправдывает звание главного генерала Лянчжу. Если бы он продвигался не спеша, навязывая нам затяжные бои, мы бы за счёт географического преимущества постепенно источали его армию до последней капли крови.

— Но теперь он провернул такой фокус, и нам приходится отвечать. Нанятые Небесно-Земные Демоны обошлись нам в астрономическую цену.

Заметив, что дедушка Лун прекрасно осознаёт всю важность грядущей битвы, Лу Хунту продолжил:

— Дедушка Лун, по моему скромному разумению, почему бы нам вновь не попросить о помощи молодого господина Шэн Сюя?

— Если Ду Тяньчуань снова окажется ранен, чаша весов в этом генеральном сражении несомненно склонится в нашу пользу.

Дедушка Лун с горьким вздохом покачал головой:

— Этот фокус я уже пытался проворонить.

— Но молодой господин Шэн Сюй оказался слишком алчен: на сей раз он заломил цену ровно в пятьдесят раз больше прежней! Настоящий грабёж среди бела дня.

— В пятьдесят раз?! — Лу Хунту опешил и невольно шумно втянул воздух.

Спустя мгновение он задумчиво произнёс:

— Быть может, столь заоблачная цена – всего лишь его переговорная тактика?

Дедушка Лун вздохнул:

— Возможно и так. Раз уж уважаемый глава пещеры проявил интерес, не отправиться ли вам лично в качестве посланника, чтобы уговорить молодого господина Шэн Сюя нанести ещё один удар?

— Я назову вам нижний предел.

— Двадцать раз!

— Если запросит больше, нам эту сумму вовек не потянуть.

Лу Хунту взял под козырёк и удалился.

Не теряя ни секунды, он скрытно умчался прочь и вскоре нанёс визит молодому господину Шэн Сюю в уединённой горной усадьбе.

Хотя оба они состояли на ступени Зарождения Души, боевая мощь Шэн Сюя далеко превосходила возможности Лу Хунту.

Лу Хунту сразу занял подчёркнуто почтительное положение:

— Молодой господин, я прибыл сюда с нижайшей просьбой.

— Вражеская армия сильна и многочисленна, и если мы не ударим первыми, боюсь, наш союз окажется в тяжелейшем положении. Поэтому я осмелюсь вновь попросить вас вмешаться и исподтишка устранить вражеского главнокомандующего. Если вы проявите милосердие к нашим расходам, Лес Тысячи Пиков приложит все силы, чтобы отблагодарить вас.

Шэн Сюй лежал на шезлонге, мертвецки-бледный, с лицом лишённым всяких признаков жизни. Он с трудом приоткрыл глаза лишь на узёхонькую щелочку и посмотрел на Лу Хунту.

Голос его звучал до того слабо, будто шёл из глубины осеннего ветра:

— Глава пещеры Лу… В прошлый раз я успешно покалечил Ду Тяньчуаня, да только вы сами не сумели вовремя двинуть войска следом.

— На сей раз провернуть такое покушение будет в сотни раз труднее. Пятикратное… то есть пятидесятикратное увеличение платы – это я еще по-божески запросил, считай, за полцены.

Лу Хунту попытался объяснить, что выплатить пятикратную… в смысле, пятидесятикратную цену действительно выше их сил, ведь военные расходы пожирают казну с бешеной скоростью.

Нельзя ли выдать часть суммы другими материалами?

А что если оформить рассрочку и выплачивать долг частями? Разве это не более надёжный способ ведения дел?

Шэн Сюй лишь уныло вздохнул и беззаботно бросил:

— Другими материалами – слишком много хлопот. Я предпочитаю брать духовные камни, так проще.

— А выплаты по частям этот молодой господин принимать не намерен.

— Если в этой войне ваша сторона проиграет, с кого мне потом трясти долги?

— Желаете, чтобы я вмешался? Условие одно: вся сумма сразу и предоплатой.

С этими словами Шэн Сюй откинулся на спинку шезлонга, обвисший и тонкий, словно лист рисовой бумаги, и даже дыхание его заметно ослабло.

Лу Хунту испытал глубокое потрясение.

Если бы он не видел всё своими глазами, то ни за что бы не поверил, что этот вечно полудохлый больной, которому тяжело даётся каждое слово, обладает силой, способной угрожать практикам уровня Зарождения Души!

Делать было нечего, пришлось раскланиваться.

Красноречия Лу Хунту было не занимать, но перед лицом Шэн Сюя все его таланты разбивались о глухую стену.

Времени у главного военного советника союза оставалось в обрез.

Вернувшись на гору Драконьего Столба, он тут же тайком принял группу ключевых фигур.

Первым шёл старец в мантии, сотканной из зелёных сосновых узоров, с изумрудными, точно хвоя, бороде и усах – это был Бог Горы Цинсун.

За ним следовал юный прекрасный муж в белоснежной нефритовой короне – Бог Горы Байши.

Там же находились Бог Горы Телу, увенчанный парой оленьих рогов, и Бог Горы Цзинъин, от которого ежесекундно исходило фиолетовое сияние.

— В предстоящем противостоянии с тактикой «Железный поток над равниной» все вы выступите главной ударной силой. Любые понесённые вами убытки союз возместит в двойном размере, — заявил Лу Хунту.

Бог Горы Цинсун лишь погладил бороду, храня молчание.

Бог Горы Байши остался нем.

Бог Горы Телу высказался без обиняков:

— Если всё ограничится лишь такими подачками, я в этом цирке не участвую.

А Бог Горы Цзинъин лишь холодно фыркнул, выказав всем своим видом глубокое презрение и насмешку над щедростью Лу Хунту.

Лу Хунту ни капли не смутился. Напротив, он мягко улыбнулся и терпеливо произнёс:

— Уважаемые четверо владык, если у вас есть какие-то особые требования, вы можете озвучить их прямо сейчас, и мы всё спокойно обсудим.

Пока союз Леса Тысячи Пиков активно готовился к бою, в городке Мулунь подошёл к концу заключительный смотр войск.

На высоком плацу для парадов развевались стяги, трепеща на ветру под суровый аккомпанемент непогоды.

Лишь один Ду Тяньчуань гордо и прямо стоял на возвышении, без устали поддерживая работу этой гигантской боевой формации.

В поле его зрения одна за другой двигались колонны войск, являя взору поистине грозное зрелище!

Каждое из дошедших до этого дня подразделений без исключения было облачено в тяжёлые латы.

Солдаты чеканили шаг в унисон, и от каждого их шага земля едва заметно содрогалась.

На солнце тяжёлые доспехи отсвечивали холодным металлом. Лязг и скрежет пересекающихся и сталкивающихся пластин сливался со стуком сапог в несконсаемый гул, пробирающий до мурашек.

Массивные доспехи, сверкающие клинки, алебарды и пики, щиты и даже тяжёлая сбруя боевых скакунов – всё это вместе сплеталось в единые потоки стальной стихии.

При этом каждое подразделение сохраняло свои неповторимые черты.

Красные стяги Лагеря Красных Цветов реяли над головами воинов, выстроившихся в струнку бойцов. Их доспехи наполовину состояли из юйганского железа, наполовину – из обычной стали, а их сердца были устремлены к Му Лань, шагавшей во главе строя.

Лагерь Белого Нефрита щеголял невероятно роскошным убранством: их тяжёлые доспехи были ослепительно-белыми, словно снег, а поверхности сверкали, как зеркала. Воины сжимали в руках чащи острых пик, остриья которых сливались в единую ледяную загородь. На первый взгляд казалось, будто передвигается целая стена из белого камня.

Лагерь Огненного Облака щеголял латами индивидуальной выделки: каждый комплект багрово-медных доспехов отличался дерзким, распахнутым дизайном, максимально удобным для сотворения заклинаний.

А в Лагере Трёх Генералов латы также делились поровну на юйганские и обычные. Впереди верхом на конях шествовали три брата Гуань, Чжан и Лю, а чуть позади них на боевом жеребце уровня Базового Строения ехал Нин Чжо.

В отличие от своего прежнего потрёпанного вида, сейчас он выглядел совершенно спокойным и безмятежным.

Со времён создания храма Сердца Огненной Стихии он почти всё время отдавал тренировкам, уединившись в Духовной Ладье Эмбрионального Дыхания, где неустанно укреплял фундамент своего физического тела.

В ходе последующих смотров он шаг за шагом преодолевал возрастающую сложность: от первоначального привыкания до полного контроля, демонстрируя поистине бешеные темпы роста.

Сейчас Нин Чжо даже позволял себе отвлекаться посреди конной поездки.

«До генерального сражения рукой подать. Какими боевыми ресурсами я вообще располагаю на данный момент?»

Прежде всего – его собственная сила.

Он культивировал высшие техники трёх сект, развивая одновременно ци, тело и дух. Его основание находилось на ранней стадии Базового Строения: он уже миновал этап беспрепятственного возделывания полей ци и вступил в фазу зарождения драгоценных эликсиров в плоти.

Основа физического тела за последнее время колоссально возросла: его прочность позволяла без труда выдерживать удары обычного оружия и частично – магических артефактов.

Духовный базис души со времён Бессмертного Города Огненной Хурмы почти не изменился и по-прежнему составлял ровно двести стандартных единиц.

Что до природного таланта, то раннее развитие интеллекта дальнейшего развития не получило, а второй талант по-прежнему был окутан туманом.

Удача Нин Чжо после череды странных всплесков также вернулась к обычным показателям.

«Зато моё постижение пяти элементов находится как минимум на уровне великого мастера. Я могу основывать собственные школы и создавать техники прямо на ходу во время боя».

«Из сверхъестественных способностей у меня есть „Жизнь на Волоске“ и „Каменное Литьё Земных Сокровищ“».

Пережив ряд событий, Нин Чжо стал куда осторожнее относиться к применению «Жизни на Волоске»: стоило ему активировать этот дар, как его боевая мощь взмывала ввысь на порядок.

Что же касается «Каменного Литья Земных Сокровищ», его суть заключалась в превращении всего сущого в камень с последующей закалкой временем, дабы обычный булыжник превратился в редкое сокровище. Но из-за крайне медленного эффекта в реальном бою от него было мало толку.

Пока что Нин Чжо использовал его в связке с Духовной Ладьей Эмбрионального Дыхания для закалки тела, а также как вспомогательный инструмент при создании личины Старого Демона из Камня.

Если оценивать сугубо личные накопления Нин Чжо, его прогресс в культивации поражал воображение. В шестнадцать лет он уже достиг фазы зарождения эликсиров, оставив ровесников далеко позади на бесчисленные мили.

Пробоина в физическом теле оказалась солидно залатанной, а в духовном плане имелись скромные успехи.

Талант ещё ждал своего часа, но пока и этого хватало.

Перепады в удаче казались парню с большими бабками чистой мистикой, в которой он был полный профан.

Оба божественных навыка не были рассчитаны на прямой бой, зато их вспомогательный потенциал поражал воображение.

Особенно это касалось «Жизни на Волоске», которая сослужила отличную службу в повседневных контактах. Вот только эффект был столь силён, что Нин Чжо приходилось тщательно прятать его, дабы не стать всеобщим объектом страха и мишенью для охоты.

А «Каменное Литьё Земных Сокровищ», доставшееся столь легко и пока редко применяемое, в деле коммерции непременно станет мощнейшим козырем с блестящими перспективами.

В плане же постижения стихий он преуспел больше всего. Это давало ему богатейший арсенал заклинаний. А в сочетании с передовой «Формулой Пятиэлементных Духовных Ритмов» его способность вести дальний бой выглядела внушительно.

В сравнении с дальнобойной мощью ближний бой выглядел бледновато.

Правда, ранее в Секте Десяти Тысяч Лекарств Нин Чжо подтянул огрехи в технике рукопашной схватки, а недавний бешеный рывок в развитии физического тела довёл дело до конца.

И всё же, если сравнивать ближний бой с его искусством дальнего поражения, разница оставалась разительной.

(Конец главы)