Видя, как один из их товарищей по Золотому Ядру мгновенно погиб, Чэнь Линфэн, У Хэнь и остальные тут же бросились врассыпную, изо всех сил стараясь увеличить дистанцию между собой и Тремя Снарядами.

В этот самый момент боевая формация проявила свою мощь во всем блеске.

Она искусно объединила силу всех людей, включая трех военачальников Лю, Гуань и Чжана, Нин Чжо и почти трехсот культиваторов.

Именно поэтому внешне заурядная атака Чжан Хэя на деле обладала колоссальной разрушительной силой.

Одинокому культиватору Золотого Ядра в честном поединке было бы просто не справиться.

— Генерал Чжан могуч! — восторженно заорали солдаты, и боевой дух мгновенно взлетел до небес.

Сплотившиеся сердца укрепили дисциплину, отчего формация стала работать еще слаженнее, а военная мощь поперла вверх. Всё завертелось в позитивном цикле.

Треугольный строй стрелы, словно древний дикий зверь, переставляя исполинские лапы, пошел вперед, сметая всё на своем пути.

Впрочем, возникла и одна неловкая ситуация: гигантский лес, который Нин Чжо ранее сотворил своими заклинаниями, теперь сам же и превратился в помеху для марша.

Грохот…

Куда бы ни направлялись Три Снаряда, деревья валились на землю, скалы крошились в пыль – зрелище выдалось поистине устрашающим.

Миновав уязвимый период перестроения, Три Снаряда явили миру свою дикую, свирепую мощь.

Чэнь Линфэн, У Хэнь и другие культиваторы Золотого Ядра больше не пытались красоваться, как раньше, отступая раз за разом и полагаясь лишь на дальние атаки – приближаться они не смели.

Лагерь Красных Цветов.

Иго-го!

Белоснежный крылатый конь размером с холм рухнул с небес, яростно вколачивая копыта в землю.

Лагерь Красных Цветов уже выстроил круглую формацию, напоминавшую распустившийся на земле огромный алый цветок.

Среди всех войск Лагерь Красных Цветов набирал рекрутов на стороне меньше остальных. С одной стороны, их военное жалование было скромным, а условия – не самыми лучшими, что затрудняло привлечение людей. С другой стороны, Му Лань проводила жесткий отбор, действуя по собственной воле.

Большинство солдат в Лагере Красных Цветов составляли ветераны – наследие покойного генерала Му в армии.

Все они достались в наследство Му Лань.

В этот момент вокруг главной военачальницы Му Лань выстроился костяк из личной охраны, во втором кольце расположилась элита, а на внешнем периметре затесались ветераны с новобранцами; всё было организовано четко и слаженно, демонстрируя идеальное взаимодействие.

Боевая формация материализовалась в виде гигантского алого цветка, окутавшего весь лагерь.

Это была коронная формация Лагеря Красных Цветов, давшая название самому войску.

Небесный конь ревел, обрушивая удар за ударом копыт.

Однако колоссальная сила разбивалась о безупречную защиту алого цветка.

За исключением потерь в самом начале атаки, остальные бойцы Лагеря Красных Цветов оставались в полной безопасности, а их боевой дух бил ключом.

Чжан Чунъи стоял рядом с Му Лань, нахмурившись и с тяжелым сердцем на душе.

Как-никак он был всего лишь лекарем, а на поле боя оказался впервые, и опыта у него почти не было.

— Демон-зверь уровня Зарождения Души, да еще принявший истинную форму и выкладывающийся на полную!

— А ведь Му Лань – всего лишь на ступени Золотого Ядра.

В этот момент к ним подбежал подчиненный, доставляя Му Лань свежие вести с фронта.

Лагерь Диких Зверей разбит, Лагерь Белого Нефрита удержал позиции, Армия Золотых Алебард окружена и пропала без вести, а Три Снаряда атакованы несколькими мастерами Золотого Ядра, и положение их критическое.

Услышав это, Чжан Чунъи почувствовал, как сердце падает в пропасть.

А когда до него дошли подробности боевой обстановки в Трех Снарядах, он не удержался от тихого восклицания:

— Ох…

— Копыта коня топчут опавшие цветы…

— Ветер поднимает тени, погружая пески во тьму!

— Сбылось, пророческое стихотворение Нин Чжо сбылось!

Му Лань резко обернулась и сурово оборвала его:

— Замолчи!

Чжан Чунъи вздрогнул от испуга и тут же прикусил язык.

В этот миг ему показалось, будто перед ним стоит сам старый генерал Му.

Столь резкое отношение Му Лань ничуть не обидело Чжан Чунъи и он даже не счел это оскорблением – напротив, он тут же устыдился собственного поведения, испытав глубокое утешение.

Му Лань подняла взгляд на гигантского крылатого коня, неистовствующего в небе, и произнесла глухим голосом:

— Этого небесного коня зовут Ма Фэйтуй, и у него со времен моего отца давние счеты.

— Много лет назад он бесчинствовал со своим стадом на нашей границе, мой отец получил приказ подавить бандитов и разгромил весь его род, почти полностью уничтожив его армию.

— Ему чудом удалось бежать, и с тех пор он скитался повсюду, постоянно пакостя особняку генерала Му.

— Наверняка услышав, что я заменяю отца в походе, он добровольно присоединился к Лесу Тысячи Пиков, чтобы выступить против нас!

— Все его приемы мне прекрасно известны; с моей Печатью Верховного Главнокомандующего и Формацией Цветочного Венка сдерживать его для меня проще простого.

Сделав паузу, Му Лань продолжила свой анализ:

— Нашу армию атакуют уже столько времени, а потерь по-прежнему кот наплакал. Во главе стоит Ма Фэйтуй – он единственный уровня Зарождения Души. Остальные мастера Золотого Ядра пользуются в Лесу Тысячи Пиков немалой славой.

— Это значит, что лишь сильные бойцы сбились в отряды для засады.

— Следовательно, главные события разворачиваются вокруг Армии Золотых Алебард.

— Способность окружить Армию Золотых Алебард и заставить ее исчезнуть под силу далеко не рядовому Зарождению Души, да и вряд ли тут обошлось без нескольких таких мастеров.

— Если Армия Золотых Алебард и дальше продолжит увязать в противостоянии с врагом, то ключом к этой засаде станет Лагерь Белого Нефрита.

— У Лагеря Белого Нефрита самое лучшее снаряжение и наивысшая сила. А главное – среди них слишком много потомков знатных семей.

— Если их разобьют и начнут преследовать, Армии Золотых Алебард придется бросить все силы на их спасение!

Анализ обстановки в исполнении Му Лань отличался исчерпывающей глубиной.

Глядя на ее уверенные манеры стратега, Чжан Чунъи мгновенно успокоился.

Армия Золотых Алебард.

Сунь Цянь находился в самом центре боевого построения, озираясь по сторонам.

И что же он видел вокруг: горные туманы клубились дымкой, легкие и эфемерные, набросившие на вершины тускло-тусклую тушь. Очертания смазаны, то ли есть они, то ли нет, то ли парят, то ли тонут – воздушно, словно во сне.

Сквозь туман горы кольцом окружали пространство, утопая в густой зелени, близкой к цвету туши. Расположение вершин гармонировало меж собой, а издали и вблизи, выше и ниже – всё сливалось в единую живописную гамму легких и густых тонов.

Вблизи пики поражали воображение: древние деревья стояли раскидистыми, скалы громоздились причудливыми глыбами.

А вдали горные цепи тянулись на тысячи ли, сливаясь с облаками. Скрывающиеся и вновь проступающие в тумане скалы, наслаиваясь друг на друга, напротив, создавали ощущение легкости перышка.

Пышные скопления клубящегося горного тумана источали таинственную ауру, тяжесть которой казалась многократно превосходящей вес самих горных вершин.

— Картина Лёгких Гор и Густого Тумана! — опознал ее Сунь Цянь.

Эта карта приближалась по мощи к уровню Секты Превращения Божества и являлась сокровищем, хранящим врата секты Шести Пещер! Ее на протяжении нескольких сотен лет любовно и кропотливо вытачивал Владыка Пещеры Моюаня Лу Хунту. При этом использовалось множество чернильных материалов уровня Превращения Божества, а кистей уровня Зарождения Души износилось ровно шесть штук.

Это была главная козырная карта Лу Хунту!

Воинское ремесло полно опасности.

Раз уж они ступили на поле боя, Лу Хунту и не думал экономить силы, сразу пустив в ход сильнейшее средство построения формаций.

За основу взяли Картину Лёгких Гор и Густого Тумана, а четверо владык пещер секты Шести Пещер заняли четыре стороны, служа опорами формации. Что же до сердца формации, оно скрывалось в самой глубине свитка столь загадочно, что посторонним никогда не удавалось его разглядеть.

С началом засады Лу Хунту и остальные, опираясь на карту, перешли в массированное наступление.

Заклинания уровня Зарождения Души одно за другим обрушивались на Армию Золотых Алебард, не принося видимых результатов.

Армия Золотых Алебард выстраивала формацию с невероятной скоростью, а ее снаряжение в арьергарде отличалось невиданной роскошью, не оставляя ни единой бреши.

Монахи секты Шести Пещер чувствовали себя беспомощными.

Владыка Пещеры Кровавой Тени, долго не добивавшийся успеха да вдобавок схлопотавший обратный удар от мощи государства, почувствовал падение боевой мощи и уныло изрек:

— При столь плотном построении одними лишь дальними заклинаниями строй не сокрушить.

— По моему разумению, тут нужны сильные бойцы для прорыва линии.

— Армия Золотых Алебард славится контрмерами и остротой. Если оглядеть наш Лес Тысячи Пиков, прорвать этот строй, пожалуй, под силу лишь Нынешнему Королю Слонов.

Упомянутый Владыкой Пещеры Кровавой Тени Король Слонов являлся новым вожаком Стада Бледных Диких Слонов. Могучий и величественный, обладавший устрашающей силой и толстокожей броней, он идеально подходил на роль прорывателя строя.

Владычица Пещеры Ядовитого Скорпиона сомневалась:

— Старший владыка, Армия Золотых Алебард всё это время накапливает мощь формации. Неужели мы так и оставим всё без внимания?

— Когда они завершат накопление и нанесут удар, он неизменно потрясет небеса и окажется чудовищно разрушительным.

— К тому же эта карта нашей секты к тому моменту может и не выдержать укрытия.

Лу Хунту мягко улыбнулся, выказав присущее ему невозмутимое спокойствие, и лишь передал мысль:

— Ждем.

Вскоре четверо мастеров Зарождения Души из секты Шести Пещер дождались свежих вестей.

Лагерь Диких Зверей успешно разгромлен – и это были хорошие новости. Сюй Дали уцелел, но теперь он уже не представлял угрозы.

Проблема крылась в Лагере Белого Нефрита: Ту Мин неожиданно потерпел поражение! Как мог великий жрец Племени Ста Ядов оказаться столь бездарным?

Однако, когда нефритовые пластинки с описанием хода боя пошли по рукам, все четверо владык лишились дар речи.

Ту Мин проиграл не зря!

Да и этот Лагерь Белого Нефрита – не слишком ли много у них денег?!

Главное, кто же знает, сколько еще козырных карт спрятано в рукавах у этой бандюги из знатных семей.

В этот момент трое владык прониклись глубоким уважением к Владыке Пещеры Моюаня.

Владыка Пещеры Демонического Сердца прямо польстил ему:

— Поначалу, старший владыка, когда вы сами вызвались атаковать Армию Золотых Алебард и выбрали самый крепкий орешек, в глубине души у меня оставались сомнения.

— Теперь же эти сомнения развеялись без следа.

— Вы, старший владыка, обладаете глубочайшей дальновидностью и видите куда дальше и глубже нас.

Владычица Пещеры Ядовитого Скорпиона произнесла:

— Старший владыка, Лагерь Белого Нефрита не отступает. Выходит, Три Снаряда и Лагерь Красных Цветов не имеют значения. Неужели мы продолжим лоб в лоб штурмовать Армию Золотых Алебард?

Лу Хунту медленно покачал головой:

— Мы и так выложились по полной, уже давно и яростно бомбя Армию Золотых Алебард.

— В этой битве засад у нас есть еще один сильный игрок, который пока не вступал в бой.

Трое культиваторов изумленно переглянулись:

— Вы имеете в виду… Дедушку Луна?

Лу Хунту легонько улыбнулся, являя уверенный блеск в глазах:

— Дедушка Лун – наш военный инспектор, а заодно и предводитель этой засады.

— Засада вот-вот увенчается успехом, но застопорилась именно на Лагере Белого Нефрита.

— Я не верю, что он станет сидеть сложа руки!

— Если он не двинется с места, то как потом будет отчитываться перед Драконьим Владыкой Женьшеневых Корней по возвращении?

Прямо как и предсказывал Владыка Пещеры Моюаня, высоко в облаках Дедушка Лун тяжело вздохнул, сбросил верхнюю одежду, обнажив старческое, дряхлое торс.

После чего он глубоко вздохнул, облако под его ногами рассеялось, и он камнем полетел вниз, к земле.

По мере падения его аура крепла, тело раздувалось: из исхудавшего, слегка сгорбленного старика с дряблой кожей он на глазах молодел, превращаясь в мускулистого, полного сил и энергии мужчину среднего возраста.

Даже его белоснежные волосы и борода вновь обрели черный, глянцевый блеск.

Божественная техника – Возвращение Истока и Весны Женьшеня!

Дедушка Лун не сводил глаз с Лагеря Белого Нефрита внизу, наблюдая, как тот стремительно увеличивается в размерах.

Он медленно вытянул левую руку, направив ладонь прямо на Лагерь Белого Нефрита.

В следующее мгновение раздался драконий рев.

Боевое искусство – Ладонь Драконьего Рыка!

Ау-р-р.

Драконий рыв сотряс небеса, увлекая за собой потоки воздуха вокруг Дедушки Луна. Они обратились в смутный силуэт летящего дракона, который, окутывая старика, ринулся вниз из глубин белых облаков.

— Дурно дело! — Шуан Цзин осознал неладное и поспешил применить средства, нанося удар в высокое небо на упреждение.

Однако ни стрельба из луков, ни пушечные залпы, ни попытки золотых птиц запутать врага не смогли остановить падение Дедушки Луна.

БУХ!!

С оглушительным грохотом Дедушка Лун обрушил ладонь прямо на боевое построение.

Нефритовая стена размером с гору с грохотом рухнула.

Дедушка Лун продолжал падать, врезавшись в самый центр Лагеря Белого Нефрита.

В лагере поднялась страшная кутерьма, все полетели кувырком, погружаясь в полный хаос.

На земле, в огромном кратере, припав ладонью к почве, Дедушка Лун шумно выдохнул мутный воздух и убрал руку.

Среди пыли и ржания коней полуприпавший к земле Дедушка Лун медленно выпрямился, презрительно окинув взглядом округу:

— Мелкие щенки, вы слишком оживились. А теперь встречайте свой смертный час.