Лю Эр вышел за пределы тренировочной площадки и с помощью духовного сознания позвал Гуань Хуна и Чжан Хэя. Он изложил им предложение Нин Чжо и поинтересовался их мнением.

Чжан Хэй без колебаний выпалил:

— Я во всем слушаюсь старшего брата!

Хотя они с Лю Эром познакомились недавно, за те дни, что они провели вместе в бесконечных тренировках, между ними постепенно возникло взаимопонимание, а узы побратимов крепли не по дням, а по часам.

Внешне это выражалось в том, что Чжан Хэй слепо подчинялсяжж каждому слову Лю Эра.

Гуань Хун же немного помолчал и только после этого произнес:

— Этот Нин Чжо происходит из знатного рода, в столь юном возрасте уже обладает базой культивации ступени Основания Фундамента и запросто достает редкие материалы уровня Зарождения Души. У него огромный потенциал, судить о нем по меркам обычных людей нельзя.

— По моим наблюдениям, все его поступки имеют четкую цель. В общении с людьми он проявляет широту души, а военную бухгалтерию ведет с невероятным усердием.

— Наша казна скудна, но Нин Чжо, ведя учет, разбирается в ситуации куда лучше нас и прекрасно видит всю серьезность нынешнего положения.

— Раз уж в таких условиях он все равно предлагает развернуть массив для гадания, значит, у него есть предчувствие, что дело пахнет керосином!

— Хоть я и не знаю, насколько точны его методы предсказания, судя по его характеру, он в себе уверен.

— Нам предстоит тяжелая битва, и если мы заранее узнаем, куда повернется ситуация, это даст нам колоссальное преимущество.

Лю Эр внимательно выслушал его и кивнул:

— Мысли моих младших братьев мне понятны.

— Даже если Нин Чжо облажается со своим гаданием, попытаться всё равно стоит!

— Я пойду и доложу военному советнику.

Хотя Нин Чжо находился в своей палатке, он все это время использовал способность «Жизнь на Волоске», тайком подслушивая их разговор.

Он получил поддержку Гуань Хуна, даже не прибегая к Печати Сердечных Демонов Будды.

Это слегка его удивило.

Изначально он полагал, что раз у него сложились лучшие отношения с Чжан Хэем, то именно тот замолвит за него словечко.

В итоге же Чжан Хэй смотрел на Лю Эра как на высший авторитет и не вымолвил в защиту Нин Чжо ни единого слова, зато Гуань Хун, с которым у них отношения были довольно прохладными, произнес целую речь и горячо его поддержал.

Вскоре Лю Эр откинул полог палатки и снова предстал перед Нин Чжо.

— Отличные новости: оба моих младших брата думают так же, как и я, и всецело поддерживают идею военного советника погадать.

— Не знаю, что именно вам потребуется для расстановки массива и чем конкретно мы можем помочь, – просто назовите всё необходимое.

Увидев на лице Лю Эра сияющую, донельзя любезную улыбку, Нин Чжо мысленно восхитился его выдающимися навыками дипломатии.

Слегка покачав головой, он ответил:

— Для гадания с помощью массива требуется строжайшая секретность, чтобы техники не утекли раньше времени.

Лю Эр тут же всё понял, поспешно сложил руки в приветственном жесте и сказал:

— Это я излишне поспешен. Прошу военного советника не гневаться.

Многие тайные искусства обладали огромной ценностью и не выставлялись напоказ перед посторонними.

Нин Чжо заверил его, что раз уж три генерала дали добро, он немедленно приступит к делу: сначала закупит материалы, затем в одиночку покинет город и займется расчетами. И неважно, увенчается гадание успехом или нет, он вовремя доложит об этом господину Лю Эру.

Тут Нин Чжо замялся, словно хотел что-то добавить, но передумал.

Лю Эр тут же подхватил:

— Военный советник, если есть что сказать, говорите прямо.

Тогда Нин Чжо поделился своими опасениями. Война – дело жизни и смерти, и к поражению нужно готовиться раньше, чем к победе. Он предложил трем генералам – Лю, Гуаням и Чжанам – усилить тренировки таких боевых формаций, которые позволяют быстро строиться, менять ряды и оперативно перебрасываться на поле боя.

Взгляд Лю Эра дрогнул, и он едва заметно кивнул.

Стоило Нин Чжо покинуть военный лагерь, как Лю Эр вернулся к тренировочным свиткам, отдал приказ остановить занятия всего войска и объявил об усиленной отработке строя «Длинная змея».

Нин Чжо же направился прямиком в Бессмертный Город Цанлинь.

Находясь внутри артефакта Ванли Юлун, Сунь Линтун видел, что Нин Чжо действует рассудительно, и не удержался от любопытства:

— Сяо Чжо, у тебя голова варит отлично, неужели ты уже придумал, как переломить ситуацию?

Нин Чжо слегка кивнул:

— Не сказал бы, что это способ сломать игру.

— Я тут подумал: все мы связаны божественным указом.

— Раз мы не можем рассчитывать на помощь военных властей государства Лянчжу, нам в любом случае придется действовать по воле богов.

— И в этом нет ничего страшного!

— Теперь мы – культиваторы из государства Наньдоу. Лянчжу граничит с Наньдоу, и если в войне против Леса Тысячи Пиков армия Лянчжу понесет тяжелые потери, нашему государству это будет только на руку.

— К тому же перед расставанием Чжу Сюаньцзи специально обратил мое внимание на то, что некоторые силы в Лесу Тысячи Пиков финансируются государством Наньдоу.

— А с тремя генералами – Лю, Гуанем и Чжаном, а также с Чжан Чунъи и остальными у нас прекрасные отношения. Когда придет время, мы просто обойдем их стороной!

Нин Чжо был чужаком и не испытывал к государству Лянчжу ни малейшей привязанности.

Он присоединился к ним исключительно ради исцеления Сунь Линтуна и создания собственной механической кареты.

Сунь Линтун с облегчением выдохнул:

— Сяо Чжо, то, что ты можешь смотреть на вещи так широко, просто прекрасно.

Нин Чжо продолжил:

— Следующая проблема заключается в том, как именно нам участвовать в засаде.

— В решающий момент нам двоим нельзя светиться, придется прятаться внутри каменного шара.

— Однако сам по себе каменный шар передвигаться не умеет, поэтому я планирую превратить его в марионеточный механизм, чтобы улучшить нашу маскировку.

— Божественный указ требует от нас выложиться по полной, и нам лучше бы это сделать.

— Но не забывай: наша база культивации – всего лишь ступень Основания Фундамента, и если мы покажем «полную самоотдачу», это определенно не удовлетворит сторону Леса Тысячи Пиков.

— Тогда Пещерный Владыка Мо Юань и остальные наверняка решат, что мы саботируем дело. Они даже могут прислать на поле боя надзирателей, которые устроят над нами показательную расправу!

— Так что требования к нам на самом деле запредельно высокие!

Сунь Линтун помрачнел и неуверенно переспросил:

— Нам что, придется продемонстрировать боевую мощь ступени Превращения Божества?! Не слишком ли это круто?!

Нин Чжо поправил его:

— Ступени Зарождения Души.

— Судя по нашим нынешним изысканиям, в самом центре каменного шара находится Десятитысячелетняя Огненная Эссенция, а вокруг нее по кругу залегают первоклассные духовные камни стихии земли.

— В этих камнях запечатана львиная доля магической силы покойного Старого Демона из Камня. Наличие такой базы – ключевой фактор.

— Не забывай, я уже полностью освоил божественную способность Каменное Литьё Земных Сокровищ!

— Если я модифицирую каменный шар и всё пройдет гладко, мы сможем использовать его как резервуар магической силы. Это позволит мне применить божественную способность Каменное Литьё Земных Сокровищ так, что у людей из Леса Тысячи Пиков просто не останется к нам претензий.

Сунь Линтун тут же всё понял:

— Выходит, ты обманул Лю Эра и остальных лишь для того, чтобы под видом закупки материалов переделать каменный шар в механизм?

Нин Чжо ответил:

— Мне нужно было обосновать подготовку к засаде. Подумав так и эдак, я решил использовать гадание как прикрытие. Только так я мог снять с себя подозрения и избавить себя от необходимости объяснять, откуда у меня эта информация.

Неподалеку от горы Хоши в государстве Наньдоу.

Нин Цзюфань издалека смотрел на родные места, но не спешил возвращаться в город.

Он ждал.

Вскоре Линь Буфань, выглядящий совершенно как простой смертный, пешком поднялся на вершину и встретился с Нин Цзюфанем.

— Старший Линь, благодарю за то, что ради помощи нам вы соизволили покинуть обитель. Наш клан Нин в долгу не останется! — Нин Цзюфань поклонился, сияя от радости.

Линь Буфань слегка махнул рукой:

— Я опоздал из-за того, что заглянул к старому другу, чтобы тот помог скрыть мою ауру. Как-никак, городской лорд Мэн Куй – известный стратег клана Мэн, искусный в предсказаниях. Если бы он вычислил мое присутствие по ци судьбы, то наверняка принял бы меры предосторожности.

Услышав это, Нин Цзюфань с полуслова уловил его мысль:

— Старший Линь хочет скрыть свою личность, затаиться в стороне и нанести удар в самый последний момент?

Линь Буфань кивнул:

— Никто из нас не силен в гаданиях, и если бы я объявился заранее, Мэн Куй непременно просчитал бы меня. Только застав его врасплох, мы сможем разрушить его планы.

Нин Цзюфань тяжело вздохнул и отвесил глубокий поклон:

— Старший Линь так сильно помогает нашему клану! Эту милость я буду вечно хранить в сердце.

По неписаным правилам праведного пути, культиваторы ступени Зарождения Души вроде Линь Буфаня не имели права безнаказанно вламываться на чужие территории. Им полагалось заблаговременно отправлять летящие письма и предупреждать местных мастеров того же ранга перед пересечением границы.

В конце концов, с ростом культивации боевая мощь возрастает по экспоненте, и высокопоставленный практик легко может в одиночку повлиять на целый регион.

Такая привычка держать подстраховку против чужих культиваторов со временем превратилась в негласное правило этикета между мастерами Зарождения Души.

Но сейчас Линь Буфань хотел замаскироваться и «атаковать» Мэн Куя в лоб, поэтому он, естественно, не мог посылать никаких писем. Мало того, что он явился без предупреждения, так он еще и самолично вызвался помочь клану Нин, сорвав планы Мэн Куя, – для самого Мэн Куя это было чистой воды оскорблением!

Хотя Нин Цзюфань и получил согласие Линь Буфаня о помощи, он никак не ожил, что тот окажется настолько решительным. Видя искреннюю благодарность на лице Нин Цзюфаня, Линь Буфань втайне обрадовался.

Он годами управлял Сектой Десяти Тысяч Лекарств, и его амбиции простирались далеко. Раз уж он уже тайно заключил союз с кланами Нин и Чжу, он решил сполна проявить себя как надежный союзник!

— Пусть Секта Десяти Тысяч Лекарств при моем руководстве процветает, в конце концов, это лишь региональная сила.

— Но если сейчас, опираясь на этот союз, я докажу свою ценность и завоюю расположение королевского двора, нынешний негласный потолок секты рухнет! Она сможет бурно вырасти в масштабах, прибрать к рукам больше сфер влияния и превратиться в регионального гегемона!

— Что же до того, что в этой поездке я оскорблю клан Мэн – плевать.

Линь Буфань прекрасно понимал: не иметь собственной позиции – значит находиться в самом опасном положении. Раз уж волею судьбы и стечением обстоятельств он и его секта оказались на стороне клана Чжу из Наньдоу, нужно выжать из этого максимум выгоды.

— Оказаться в самом эпицентре противостояния кланов Чжу и Мэн – это редчайшая, выпадающая раз в столетие возможность для меня и Секты Десяти Тысяч Лекарств!

Линь Буфань протянул руку и поднял Нин Цзюфаня:

— Я уже давно не выходил в свет, но на сей раз намерен добыть для тебя Десятитысячелетнюю Огненную Эссенцию.

— Эта эссенция зародилась в самой горе Хоши. Если клан Нин сумеет взять ее под контроль, его влияние и мощь в Бессмертном Городе Огненной Хурмы взлетят до небес.

— А в сочетании с твоей Юань Лао вы сможете на равных противостоять Мэн Кую!

— Поэтому я советую тебе не возвращаться в город раньше времени, а переждать здесь, в тишине и покое, поджидая свой час.

— За этот срок Мэн Куй как следует подготовит свои ловушки.

— Будучи городским лордом, он наверняка станет уделять вопросу Десятитысячелетней Огненной Эссенции максимум внимания.

— Подожди, пока он пару раз подгонит тебя и когда ему уже придется действовать в открытую, тогда ты и вернешься в город – как раз к началу битвы, не нарушив договоренности.

Линь Буфань был выдающимся умом своего поколения – он не был слепым фанатиком тренировок, обладал гибким мышлением и глубоким стратегическим видением.

Нин Цзюфань выслушал его и принялся усердно кивать, признавая эти слова весьма разумными. Он тут же последовал совету, затаившись на этой вершине в ожидании подходящего момента.

Государство Лянчжу, Бессмертный Город Цанлинь.

Нин Чжо снова вошел в город и, предъявив жетон, без труда встретился с мастером-ремесленником государства Лянчжу по имени Цзинь Ли.

— Мастер Цзинь, я прибыл потому, что отправил весточку своему клану, получил ответ и теперь обладаю куда большим простором для маневра.

— Я хотел бы приобрести у вас кое-какие ценные материалы.

Цзинь Ли встретил Нин Чжо радушно, но, выслушав его просьбу, лишь с досадой покачал головой:

— На мне лежит тяжелая ноша: я бесплатно кую оружие для целой группы практиков ступени Золотого Ядра.

— Сейчас запасы материалов истощаются, дефицит нарастает с каждым днем, и они мне самому нужны впритык. Как я могу их продать?

Нин Чжо улыбнулся:

— Старший Цзинь, не беспокойтесь, возможно, я выразился не совсем точно. Речь идет не о купле-продаже, а об обмене нужными вещами.

С этими словами он извлек материалы, которые незадолго до этого добыл, выскребая внутренний слой каменного шара.

Увидев материалы превосходного качества, Цзинь Ли мгновенно зажегся. Он сделал легкий пасс рукой, и незримая сила подхватила сокровища из рук Нин Чжо, перенеся их прямо к нему на ладонь.

Цзинь Ли принялся с пристрастием рассматривать их, рассыпаясь в похвалах, после чего взмахом руки отворил потайную дверь:

— Здесь хранятся все материалы, с которыми я готов расстаться. Можешь выбрать любые.

Материалы, которые Нин Чжо выдолбил из останков Старого Демона из Камня, целиком относились к стихии земли.

Склад мастера Цзинь Ли, разумеется, поражал воображение: материалы пяти стихий были лишь базой, помимо них там имелись ветряные, ледяные, пространственные, первомагнитные, звездные и прочие диковинки.

Нин Чжо сосредоточился главным образом на стихии земли. Тщательно порывшись в запасах, он набрал целую кучу и вышел из тайной комнаты.

Цзинь Ли опешил от такого зрелища, а затем покачал головой, заявив, что Нин Чжо не может забрать так много.

Нин Чжо лишь загадочно улыбнулся и достал еще порцию материалов Старого Демона из Камня.

Цзинь Ли пришел в восторг, его зрачки сузились от легкого шока:

— Неужели ваш клан специализируется на добыче высокоуровневых материалов земли?

— Вы что, нашли какое-то новое месторождение?

— Погодите-ка, эти материалы отсортированы по категориям и так разнообразны – разве одно или два месторождения могут похвастаться таким ассортиментом?

Нин Чжо улыбнулся, но ответа не дал.

Цзинь Ли сообразил, что к чему, и тут же извинился, дав понять, что не собирался выпытывать чужие тайны.

Нин Чжо покачал головой:

— Честно говоря, это дело ведет не только наш клан Нин, за нами стоит клан Чжу. Старший Цзинь, я могу сказать только это, прошу вас никому не пробалтываться.

— Клан Чжу из Наньдоу? Королевский дом! — Лицо Цзинь Ли тут же приняло крайне серьезное выражение, и он заверил юношу, что будет держать этот секрет в строжайшем тайне.

Волей-неволей его отношение к Нин Чжо стало еще более уважительным.

Раздобыв достаточно материалов стихии земли, Нин Чжо забрался в Ванли Юлун и тихонько ускользнул из города.

Добравшись до уединенной горной долины, он припарковал корабль, с головой ушел в каюту и принялся со всех сторон изучать каменный шар, параллельно перебирая добытые ресурсы и лихорадочно соображая, как именно его переделать.

Выбор пал на стихию земли вовсе не случайно: в этой области у него имелись огромные преимущества.

И действительно, поломав голову над задачей, он обнаружил, что свойства всех земных материалов ясны ему как день.

Как именно модифицировать шар?

Первой мыслью Нин Чжо было превратить его в сферический аналог Ванли Юлун.

Конечно, в законах пространства Нин Чжо разбирался слабо и заставить шар путешествовать сквозь пустоту пока не мог.

Однако при жизни Старый Демон из Камня мастерски владел техникой побега сквозь землю.

Поэтому Нин Чжо решил воссоздать эту способность, добавив к ней побеги четырех остальных стихий.

В таком случае, задействовав хотя бы пятистихийную технику побега, он сможет обеспечить себе приличную прыть на поле боя.

Нин Чжо погрузился в раздумья, ломая голову над деталями.

А Сунь Линтун тем временем снова нырнул в Духовную Ладью Эмбрионального Дыхания, прижался к каменному шару и принялся неистово наращивать потенциал своего физического тела.

Битва была не за горами, положение их обоих выглядело щекотливым и опасным, а внутреннее напряжение многократно превосходило то, что испытывали три генерала во главе с Лю Эром.

В море сознания Верхнего Даньтяня роились самые разные мысли, сталкиваясь друг с другом и время от времени высекая искры озарения.

Внезапно одна мысль вспыхнула ярче прочих, словно падающая звезда, прочертившая небосвод Верхнего Даньтяня так, что гигантское зеркало, заменяющее там небеса, треснуло пополам.

Нин Чжо резко распахнул глаза, охваченный диким восторгом:

— Придумал!

— Не ожидал, что решающую роль сыграет именно Божественное Искусство Духов Пяти Внутренних Органов.

— Ха-ха-ха!

— Если все получится, мы не только станем еще убедительнее изображать Старого Демона из Камня, но и мощно подстегнем развитие моей собственной базы в море ци!

— Старший, эй, старший!

Нин Чжо нетерпеливо окликнул Сунь Линтуна.

— У тебя есть какая-нибудь техника расчленения собственной плоти для жертвоприношений? Очень надо, прямо срочно.

Сунь Линтун остолбенел:

— Ты что, просишь что-то вроде Искусства Распада Кровавого Демона или Жертвоприношения Костей Черепу?

Нин Чжо закивал с удвоенным усердием:

— Да-да, именно оно!

Сунь Линтун изумленно вытаращил глаза:

— Но ведь это же чистокровные демонические техники, которые губят и самого владельца, и всех вокруг, оставляя за собой выжженную землю.

Лицо Нин Чжо слегка переменилось, но он ответил с предельной серьезностью:

— Старший, неужели ты мне не доверяешь? Я же адепт праведного пути, во мне пылает праведный дух, моя верность и сыновняя почтительность запечатлены на небесах и земле – с чего бы мне сворачивать на кривую дорожку? Путь?

Сунь Линтун на мгновение умолк:

— Мой наставник в детстве строго-настрого наказывал мне обходить такие техники стороной. Всё потому, что практика подобных искусств разрушительно влияет на характер и мышление культиватора.

— Сяо Чжо, ты поаккуратнее там.

— Если уж тебе так приспичило, ступай в Палату Полного Собрания Книг и купи ее там.

(Конец главы)