[Не переживай. Я постараюсь сделать всё быстро.]

В воздухе прозвучал знакомый голос.

Мягкий, но в то же время наполненный такой тяжестью, что моё внимание тут же отвлеклось от окружавшей меня со всех сторон тьмы.

…Я медленно открыл глаза.

Передо мной появилась пара тусклых серых глаз.

Или…

По крайней мере, так казалось.

Это ведь было невозможно.

Говоривший со мной человек находился внутри экрана телевизора.

Телевизора…

Телевизора?

«А?»

[Это последний шаг, верно? …Последний шаг перед тем, как мой ад наконец закончится?]

Услышав знакомые слова, я словно очнулся.

Туман в голове рассеялся.

Мир вокруг стал чётче.

Как и изображение на телевизоре.

И только тогда я наконец смог нормально разглядеть фигуру на экране.

Он стоял в одиночестве среди руин.

Вокруг лежали обломки и остатки разрушенных сооружений.

Сам мир словно застыл в одном мгновении.

В этот момент тусклость в его взгляде дрогнула.

А на смену ей пришло нечто похожее на…

Мучение.

Скорбь?

[…Ха-а.]

Мужчина схватился за рубашку и медленно сжал ткань.

На губах появилась мутная улыбка.

[Я сделаю это.]

Он опустил взгляд.

Перед ним находился ещё один человек.

[…]

Черноволосая фигура стояла на коленях спиной к экрану и смотрела вверх, прямо на сероглазого мужчину.

Она ничего не говорила.

Просто смотрела.

Возможно, хотела что-то сказать, но не могла.

В конце концов, на её спине зияла огромная рана.

[Ах да… Не стоит затягивать.]

Сероглазый мужчина поднял руку.

Холодно блеснул клинок.

Его тусклые серые глаза едва заметно дрогнули.

А затем меч одним плавным движением опустился вниз.

ВЖ-Ж-ЖУХ—!

[Я слишком долго этого ждал.]

Экран погас.

На чёрной поверхности появилось отражение.

Но не то, которого я ожидал.

На меня смотрело давно забытое лицо.

Чёрные волосы.

Зелёные глаза, которых я не видел уже много лет.

Эта внешность…

Моя старая внешность.

Комната вокруг была именно такой, какой я её помнил.

В воздухе стоял резкий, въевшийся запах алкоголя.

Над головой тускло мерцала лампа, отбрасывая по комнате беспокойные тени.

Я хотел заговорить.

Хотел пошевелиться.

Но…

Не мог.

Я оказался заперт в собственном теле.

Это чувство…

«Очень похоже на видение».

Сколько времени прошло с последнего?

С тех пор как я потерял свою кровь, видений больше не было.

И тогда—

«Каждая из четырёх реликвий имеет своё предназначение. Выкованные в пламени Велтруса, все они играют отдельную роль в сцене, разворачивающейся на экране».

Мой рот открылся сам собой.

Телевизор вспыхнул.

Предыдущая сцена начала проигрываться заново.

[Не переживай. Я постараюсь сделать всё быстро.]

«Это простая причинно-следственная связь. Всё произойдёт именно так, как должно произойти, нравится нам это или нет. Но это необходимо».

Моя рука медленно поднялась и указала на телевизор.

На Леона.

«…Это начало».

Я молча слушал.

Уже давно стало понятно, что это послание.

Послание…

Которое я оставил самому себе.

«Наши воспоминания скоро начнут возвращаться. Не сразу. Постепенно».

Голос продолжил:

«То, что я увидел… Нет, то, что мы увидели… человек вообще не должен видеть. Я уже чувствую, как безумие начинает овладевать мной».

Отражение в тёмном экране изменилось.

Я почувствовал, как мои руки задрожали.

Глаза медленно моргнули.

И когда я вновь увидел отражение, мысли остановились.

Это…!?

Я.

Но совершенно другой.

Человек на экране был лысым.

Щёки запали.

Лицо выглядело безжизненным.

Это скорее напоминало пустую оболочку, чем человека.

Я сразу понял, какой период своей жизни вижу.

Так я выглядел во время рака.

Но сильнее всего меня привлекли глаза.

В них уже разрасталось безумие.

Дикое.

Распадающееся.

И дрожь моей руки делала это ещё очевиднее.

Губы снова разомкнулись.

«Я увидел слишком многое и слишком быстро. Скоро безумие окончательно поглотит меня, и я умру. Именно поэтому я стёр всё, что знал о прошлом».

Я замолчал.

«Чтобы защитить себя».

Глаза в отражении становились всё более налитыми кровью.

«Эти воспоминания. Эти видения… Я никогда не должен был их видеть».

Ненадолго повисла тишина.

«И всё же… именно эти воспоминания являются ключом к победе над ними».

Моя голова сама собой поднялась.

В поле зрения появился потолок.

Зубы плотно стиснулись.

Комната едва заметно задрожала.

Но мгновение быстро прошло.

Безумие, заполнявшее мои глаза, исчезло.

На смену ему пришло пугающее спокойствие.

Настолько холодное, что даже мне стало не по себе.

«Я знаю, что ты это видишь. Знаю, что понимаешь: это послание для тебя. Поэтому постараюсь говорить кратко».

Веки закрылись.

Тьма вновь поглотила зрение.

А вскоре внутрь хлынул свет.

«…Наши воспоминания будут возвращаться постепенно. Я увидел слишком многое слишком быстро, но когда они вернутся к нам, это будет происходить небольшими частями, которые разум сможет принять».

Моя рука поднялась и постучала пальцем по виску.

«Они могут приходить случайно. И когда это будет происходить, возможно, будет больно».

Я тяжело вдохнул.

«Но именно они — ключ».

Палец снова коснулся виска.

«Ключ ко… в-всему».

Дыхание становилось тяжелее.

Тело слабело.

Я…

Уже почти не мог продолжать.

«…Наверное, я смог бы прожить немного дольше, если бы перестал использовать свои силы. Если бы перестал смотреть».

Голова медленно покачнулась.

«Но я не могу».

Она снова повернулась.

Теперь я смотрел на своё отражение в телевизоре.

Хотя это был один и тот же человек, казалось, будто мы находились по разные стороны и смотрели друг на друга.

«Я могу сойти с ума. Могу умереть. Если благодаря этому, когда придёт время, ты не потеряешь себя в безумии, я готов заплатить эту цену».

На лице отражения появилась улыбка.

Облегчённая.

Удовлетворённая.

«И… судя по всему, пока всё идёт именно так, как я и предвидел».

Я чувствовал, как дрожит рука.

Как становится всё тяжелее дышать.

Теперь смерть ощущалась особенно ясно.

Она медленно захватывала тело.

«Х-ха…»

Грудь слабо поднялась.

«…П-похоже, моё время почти пришло».

Губы задрожали.

Я продолжал смотреть на отражение.

И видел всё.

Сомнение.

Страх, скрывавшийся на лице.

В тот момент передо мной появилась редкая слабость, которую я никогда не показал бы никому…

Кроме самого себя.

«Мы ведь… справимся, правда?»

Мне хотелось ответить.

Но я не мог.

Я не управлял телом.

И всё же…

Будто прошлый я действительно видел меня нынешнего, на его губах появилась ещё одна улыбка.

Слабым движением он потянулся к стоявшему рядом напитку.

А затем словно из ниоткуда достал небольшой флакон.

Внутри находилась странная красная жидкость.

Я замер.

«Разве это не…!?»

И тогда—

Кап!

Одна капля упала в стакан.

Красная жидкость растворилась в напитке.

Дрожащей рукой я поднял стакан и сделал глоток.

Горло мгновенно обожгло сильной горечью.

Я чувствовал всё.

Но ощущение быстро прошло.

Рука медленно опустилась.

Стакан снова оказался на столе.

А мои глаза остановились на отражении в чёрном экране телевизора.

«Я…»

Глаза в отражении уже были другими.

Мутными.

Неясными.

Прежняя острая ясность исчезла.

На смену ей пришло устойчивое, туманное замешательство.

«Я… Я…»

Слова с трудом выходили изо рта.

Я словно отчаянно пытался что-то вспомнить.

Будто нужное слово находилось прямо на кончике языка.

Но прежде чем это произошло, дверь комнаты открылась.

Внутрь вошёл молодой парень с каштаново-рыжими волосами и знакомыми зелёными глазами.

«Брат!»

Он радостно вошёл в комнату.

Но радость продержалась лишь мгновение.

Его взгляд остановился на мне.

Я заметил едва уловимую перемену в глазах.

Впрочем, она исчезла через несколько секунд.

Ноэль подошёл ближе.

«Хе-хе».

Он рассмеялся, остановился передо мной и взял меня за руку.

«Брат, как ты себя чувствуешь?»

«Ч-чувствую?»

Разум всё ещё оставался затуманенным.

Я явно почти ничего не соображал.

«Да. Как ты себя чувствуешь? Я знаю, что ты прекратил химиотерапию. Наверняка стало лучше теперь, когда тебе больше не вводят всю эту химию».

«Химиотерапию?»

«Да, химиотерапию! У тебя рак. Рак четвёртой стадии…»

«А… точно…»

Голос постепенно стал увереннее, будто мне внезапно напомнили что-то давно знакомое.

Я молча смотрел на происходящее.

Я помнил этот момент.

«…Я в порядке».

Именно здесь.

Именно с этого мгновения для меня всё началось.

«П-понятно».

Ноэль натянуто улыбнулся и перевёл взгляд на телевизор.

«Тогда как насчёт той игры, которую ты обещал попробовать? Она сейчас очень популярна. Сыграем?»

«Игры?..»

«Что?»

Ноэль скорчил лицо.

«Ты же обещал попробовать. Да—»

«Ах, точно».

Это я тоже помнил.

Да.

Я помнил, насколько растерялся, когда он предложил мне сыграть.

Теперь, оглядываясь назад, я понимал, насколько многое тогда было странным.

«Отлично!»

Ноэль схватил пульт и включил телевизор.

Передо мной тут же появилась знакомая сцена.

«Это пролог игры. Сейчас загружу».

Ноэль начал нажимать кнопки пульта, якобы загружая «игру».

Эту часть я тоже помнил.

Но вот чего раньше не замечал…

Так это лёгкой дрожи его рук.

Колебания пальцев, когда он лишь притворялся, будто нажимает определённые кнопки.

Словно всеми силами пытался выиграть как можно больше времени.

…И, что важнее всего, напряжение в его голосе.

«Всё…»

Почему я заметил это только сейчас?

«…Готово».

Когда «игра» загрузилась, Ноэль повернул голову ко мне.

Я увидел его улыбку.

…Ту самую печальную улыбку.

И тогда—

[Не переживай. Я постараюсь сделать всё быстро.]

Вновь прозвучали знакомые слова.

Всё вокруг мгновенно погрузилось во тьму.

Когда сознание вернулось, первое, что я увидел, была пара серых глаз.

Леон обеспокоенно смотрел на меня.

«Ты в порядке?.. Что ты сделал? Ты внезапно потерял сознание. Ты…»

В голове непрерывно звенело.

Его слова влетали в одно ухо и вылетали из другого.

Я очень хотел сосредоточиться на Леоне.

Но не мог.

Не тогда, когда…

Дзинь!

Прямо передо мной появилась огромная системная панель.