Небо.
Каково это — чувствовать небо?
Каково парить среди облаков? Ощущать мягкое прикосновение ветра, пока мир внизу постепенно уменьшается и остаётся далеко позади?
Именно такие вопросы Камешек постоянно задавал самому себе.
С самого рождения ему ни разу не доводилось по-настоящему коснуться неба. Почувствовать его. Стать его частью.
Нет.
Один раз это всё же произошло.
Но именно тогда Камешек умер и лишился жизни.
«Приготовься, Камешек. Почти готово».
Мягкий голос человека донёсся до ушей кота, заставив того обратить внимание на яйцо, лежавшее перед ним.
Камешек медленно приблизился и почувствовал исходившую из него пульсацию жизни.
При виде яйца внутри вдруг появилось непривычное предвкушение.
Сможет ли он наконец почувствовать небо?
Тук!
«Хорошо!»
Голос человека вновь раздался рядом. Его глаза были прикованы к яйцу, которое наконец начало реагировать.
«Приготовься, Камешек. Скоро я воспользуюсь Астральным Зеркалом и перенесу твою душу в яйцо. Процесс должен быть довольно простым, а когда выберешься наружу, с твоей нынешней силой ты, скорее всего, сразу сможешь принять взрослую форму».
«…Хорошо».
Камешек шагнул вперёд и с редкой для себя серьёзностью уставился на яйцо.
Шурх~
В этот момент он почувствовал присутствие за спиной.
На губах кота появилась ухмылка.
«Глупая сова. Я скоро тебя догоню. Посмотрим, сможешь ли ты после этого продолжать надо мной издеваться».
Камешек вспомнил все случаи, когда этот дурацкий филин пользовался своим превосходством, и всю боль и раздражение, которые ему пришлось терпеть.
«Скоро я обязательно за всё отплачу…»
Бормоча себе под нос, кот совершенно не заметил странного взгляда Могучего Филина.
Наконец снова прозвучал голос человека.
«Всё, я готов!»
Он направил ману в Астральное Зеркало, и от его поверхности хлынуло мощное сияние, залившее всё вокруг ярким светом.
Человек повернул голову к Камешку.
«Давай!»
Камешек не потерял ни секунды.
Стоило услышать команду, как он бросился к зеркалу.
Вжух!
Его фигура мгновенно исчезла внутри.
Глаза Жюльена вспыхнули, и он поднёс Астральное Зеркало к яйцу.
Мана внутри тела начала стремительно истощаться, но Жюльен не обращал на это внимания. Он ожидал подобного и полностью сосредоточился на Камешке.
Теперь, когда тот оказался внутри зеркала, связь между ними полностью исчезла.
«Фух».
Глубоко вдохнув, Жюльен посмотрел на яйцо.
«Теперь всё зависит от тебя».
Он опустил зеркало, и яйцо полностью окутал белый свет.
Сияние было ослепительным.
Оно залило всё вокруг.
Если бы Жюльен заранее не подготовился, происходящее наверняка заметили бы практически все поблизости.
При обычных обстоятельствах это не имело бы особого значения: в поместье сейчас находились только он и Ноэль.
Но при нынешней ситуации вокруг наверняка скрывались шпионы.
Поэтому действовать требовалось максимально незаметно.
Вжух!
К счастью, сияние продержалось недолго.
Вспыхнув, оно постепенно начало угасать, пока полностью не исчезло.
Тишина.
Наступило абсолютное безмолвие.
Жюльен не сводил глаз с яйца.
Закрыв глаза, он смог почувствовать внутри слабые признаки жизни.
Но они были едва заметными.
«Получилось?..»
Жюльен впервые пытался провести нечто подобное и понятия не имел, сработал ли метод.
В конце концов он посмотрел на Могучего Филина.
Тот сидел на одной из ветвей и молча наблюдал за яйцом.
«Как думаешь?»
Могучий Филин перевёл на него взгляд.
Несколько секунд сова молчала.
А затем покачала головой.
«Не получилось».
«Не получилось?..»
Тресь!
Слабый треск нарушил тишину.
Жюльен мгновенно повернулся к яйцу.
Тресь! Тр-ресь!
Сначала появилась всего одна маленькая трещина.
Спустя несколько секунд она разделилась на две.
Затем на три.
И прежде чем Жюльен успел осмыслить происходящее, вся поверхность яйца покрылась густой паутиной трещин.
«Это…»
Жюльен поднялся и сделал шаг назад.
А затем—
БАХ!
Яйцо разлетелось на куски, и из него вылетел чёрный кот.
В то же мгновение связь с Камешком, которую Жюльен только что потерял, внезапно восстановилась.
Чёрная тень вырвалась наружу и взмыла в воздух.
Приземлившись на землю, Камешек принял привычный облик маленького чёрного кота.
А на том месте, где прежде находилось разбившееся яйцо…
Лежало другое.
Точно такое же.
Все мельчайшие детали.
Цвет.
Форма.
Абсолютно всё совпадало.
Будто ничего и не произошло.
И всё же…
Жюльен совершенно точно помнил, как яйцо покрывалось трещинами и раскалывалось.
«Какого чёрта?..»
Потрясённо глядя на яйцо, Жюльен в конце концов перевёл взгляд на Камешка.
И тут же замер.
Кот совершенно безучастно смотрел на небо.
Жюльен хотел что-то сказать, но почувствовал взгляд Могучего Филина.
Сова едва заметно покачала головой.
Жюльен закрыл рот и снова посмотрел на яйцо.
Почему?
Почему не получилось?
Месяц спустя.
БАМ! БАМ!
Громкий бой барабанов разносился над огромной площадью, в центре которой возвышался величественный собор.
Построенный из тёмного камня, блестевшего под ярким солнцем, он нависал над улицами, заполненными тысячами верующих.
Сегодня был важный день.
Именно сегодня Святой Церкви Ораклеуса должен был официально стать новым Папой.
Несмотря на недавний хаос и многочисленные споры вокруг нынешнего Святого, кардиналы и остальные представители Церкви всё же решили передать должность Джакалу.
Чтобы успокоить общественность, они объявили, что причиной недавнего поведения Джакала стала внезапная перегрузка силой, которую он наследовал.
Именно она якобы временно свела его с ума.
При этом Церковь заверила всех, что проблема вскоре будет решена.
Сегодня Джакал должен был впервые появиться перед публикой.
В воздухе витал запах благовоний.
На церемонию прибыли важные люди со всех уголков Империи.
За всем происходящим с одного из верхних этажей наблюдал мужчина средних лет.
Несколько морщин.
Каштановые волосы.
Узкие глаза.
Он положил ладонь на мраморные перила, ощущая под пальцами нагретый солнцем камень.
«Уже почти время…»
Он тихо пробормотал и убрал руку.
«Я достаточно долго ждал. Пора пожинать плоды своего терпения».
Мужчина медленно перевёл взгляд на комнату позади себя.
Между ним и помещением стояла высокая дверь.
Но для его глаз её словно вовсе не существовало.
Внутри на полу лежала фигура.
Всё тело было покрыто потом.
Человек невероятно исхудал, будто не ел несколько недель.
Лицо стало мертвенно-бледным, а длинные волосы начали редеть и мокрыми прядями прилипали к коже.
Грудь всё ещё медленно поднималась и опускалась.
Он был жив.
Но времени оставалось совсем немного.
Скоро наступит очередь мужчины действовать.
Вжух!
В этот момент перед ним появилась фигура и почтительно склонила голову.
Мужчина улыбнулся.
«Рассвет».
«…Да».
Фигура медленно подняла голову.
Показались жёлтые глаза.
Улыбка Ситруса стала немного шире.
«Хорошо, что ты здесь. Впереди у нас много работы».
Он снова положил ладонь на мраморные перила и посмотрел на огромную толпу под Собором.
После чего его взгляд вновь переместился к комнате, где находился Джакал.
«В течение следующего часа он полностью поглотит всю кровь. Тогда я и начну».
«…Понимаю».
Рассвет кивнул.
«Я буду защищать—»
«Нет».
Ситрус перебил его прежде, чем тот успел закончить.
Рассвет ошеломлённо замер.
«Мне не нужна твоя защита».
Ситрус улыбнулся, глядя на него.
«Об этом позаботятся другие».
В то же мгновение вокруг появилось сразу несколько присутствий.
Глаза Рассвета расширились.
Он смутно подозревал, что рядом кто-то находился, но определить их точное местоположение не мог.
Как это—
«Не беспокойся о них. Они… немного особенные. У меня для тебя есть куда более важное поручение».
«Более важное?»
Рассвет растерянно посмотрел на Ситруса.
Что вообще могло быть важнее поглощения крови Ораклеуса и получения его силы?
Увидев выражение его лица, Ситрус снова улыбнулся и покачал головой.
«…Скорее всего, я не смогу поглотить кровь».
«Что?»
Глаза Рассвета мгновенно расширились.
«Не сможете? Но ка—»
«Вероятность неудачи чрезвычайно высока».
«Ч-что?..»
От привычного спокойствия Рассвета не осталось и следа.
Шок оказался слишком сильным, чтобы его скрыть.
«В этом нет ничего удивительного».
Ситрус не был глуп.
Он уже практически понял, что всё происходящее являлось схемой Ораклеуса, созданной для того, чтобы выиграть время.
Для чего?
Собрать реликвию?
Стать сильнее?
Возможностей было множество.
Но только ли времени хотел Ораклеус?
Разумеется, нет.
Ситрус слишком хорошо знал Ораклеуса.
Его силы.
Его образ мышления.
В конце концов…
Очень многому Ситрус научился именно у него.
И потому одну вещь он понимал совершенно ясно.
«Он сделал это не только ради времени. Он сделал это ещё и потому, что знал: я не смогу переварить кровь».
Что это означало?
«Погодите».
Голос Рассвета вырвал Ситруса из размышлений.
Он слегка поднял бровь.
«Если вы знаете, что потерпите неудачу, тогда зачем—»
«Потому что я обязан попробовать».
Ситрус ответил, лишь мельком посмотрев на него.
Он жаждал силы Ораклеуса.
Больше всего на свете хотел видеть будущее.
Понимать то, чего сейчас не понимал.
Предсказывать то, чего пока не мог предсказать.
Даже если вероятность неудачи была чрезвычайно высока…
Он обязан был попробовать.
Эммет это знал.
Он… был именно тем человеком, который обязательно воспользовался бы подобной информацией.
«И будь я на месте Эммета, то воспользовался бы этим моментом, чтобы напасть на себя или нанести серьёзный удар по одной из моих сил. Однако до скрытых организаций он добраться не сможет — я позаботился о том, чтобы это было невозможно. А значит…»
«Если мои предположения верны, скоро нападут на Императора».
«Что?..»
Шок на лице Рассвета только начал исчезать, но мгновенно вернулся.
Ситрус же продолжал спокойно рассуждать, основываясь на всём, что знал об Эммете, и на недавно полученной информации.
«Возможно, это попытка выиграть время, разжигая борьбу за престол и одновременно создавая новую силу. Или же они попытаются незаметно захватить трон, выдав кого-нибудь за Императора, чтобы подобраться ко мне ближе».
Он ненадолго задумался.
«Эти два варианта наиболее вероятны».
Глаза Ситруса слегка сузились.
«Но как бы они ни поступили, результат будет одним и тем же: появится новая сила».
Он медленно облизнул губы.
Улыбка снова начала расти.
«…И, скорее всего, эта сила будет принадлежать Ноэлю и Эммету».
Ситрус медленно повернулся к Рассвету.
«Распорядись информацией, которую я тебе дал, как считаешь нужным. Есть вероятность, что мои расчёты ошибочны, но я в этом сомневаюсь».
В конце концов…
Так же как Эммет научился читать его…
Ситрус научился читать Эммета.
«Когда закончу со своим делом, я хочу услышать хорошие новости».